Непостижимый замысел

115-116 г. Ч.Э.       Она терпеть не могла что-то из себя изображать. Обнадёживало лишь то, что это ненадолго. Поэтому она целую неделю изображала бурную деятельность, вызывая на беседу всякие высокопоставленные лица, общавшиеся с послом перед смертью. На особый толк не рассчитывала, но играя, играть надо до конца.       Таким образом эльфийка успела намозолить глаза всем, в том числе тем, кто не был на приветственном ужине. После этого окружение кана было готово к тому, чтобы кидать в него наживкой. Только сделать это нужно было осторожно, не распугав рыбу.       В один из прекрасных солнечных дней (впрочем, здесь что ни день, то солнечный), Лэйтэриэль вполне намеренно натолкнулась в одном из коридоров замка на правителя. С ним, как она и ожидала, была пара служащих, с одним из них она даже имела разговор.       – Кан Мистах, – она вежливо склонила голову.       – Леди Лэйтэриэль, – кан остановился. – Я полагал, ты сейчас должна быть занята делами.       – Мне нужно уточнить кое-какие сведения в книге, – ответила она.       – Стало быть, расследование движется?       – Большую часть записей Форлонга я уже расшифровала, – обрадовала она. – Через пару дней у меня будет вся информация о последних неделях жизни посла.       – Прекрасно, – кан изобразил улыбку. – Надеюсь, это поможет разрешить возникшую ситуацию.       – Как и я, мой кан.       – Хорошего дня, – он вежливо кивнул и пошёл дальше.       Они не успели отойти и на пару десятков метров, как от одного из спутников Мистаха раздался уточняющий вопрос. Лэйтэриэль лишь улыбнулась и отправилась в библиотеку, раз уж ляпнула. Никаких записей посла они не нашли. Но откуда это было знать всем прочим? Теперь лишь оставалось ждать, когда слух распространится и достигнет того, кого следует.       Барахир с Эрхирионом от её плана восторга не испытали, когда узнали, но что-то менять было уже поздно. К тому же она для правдоподобности даже начала строчить дневник. То есть, писала всякую чушь, просто на квенья (для разнообразия и тренировки ума).       Пару дней ничего не происходило. А потом к ней заявился стражник и сообщил, что её желает видеть кан. Она кивнула, сообщив, что сейчас будет, и тут же сообразила, что Мистах, если ему что-то нужно было бы, просто пришёл сам, не тратя время на посыльных. И всё же Лэйтэриэль покладисто вышла из комнат, предварительно оставив в одной из них открытое окно.       Девушка прошла по коридору, прислушиваясь к каждому постороннему звуку. Свернув на развилке и добравшись до лестницы, она поднялась на этаж и бросилась в обратную сторону. Найдя нужную комнату, она сразу подошла к окну. Вылезти наружу было делом пары секунд. А дальше нужно было лишь пройти по узкому карнизу до нужного окна, благо, этот путь она изучила заранее.       Осторожно спустившись по выступам лепнины, девушка заглянула внутрь гостиной. Там было пусто. Звуки возни доносились из спальни. Девушка бесшумно скользнула внутрь и прошла к дверям. Некоторое время она просто созерцала представшее ей зрелище.       – Ай-яй-яй, – произнесла она, прислонившись к косяку.       В бумагах на столе копалась Ринала – избранная жена кана, и по совместительству дочь одного из знатнейших Домов Кханда. Подскочив на месте, она резко обернулась, свалив на пол несколько страниц.       – Нехорошо копаться в чужих вещах, – заметила Лэйтэриэль.       Гостья молчала, судорожно бегая взглядом по комнате в поисках выхода из ситуации.       – Наверное, мне стоит пойти позвать кана? – поинтересовалась эльфийка.       – Нет! – вскрикнула она, впервые подав голос в её присутствии.       – Тогда нам лучше самим отправиться к нему, – предложила она. – И ты сама объяснишь ему, что искала в моих вещах. И по чьему приказу.       – Нет! – её голос тонко прозвенел. – Я… я пришла сюда сама! Я слышала, что у эльфов есть магические камни. И захотела себе такой!       У Лэйтэриэль брови вверх полезли. Она никогда не полагала себя знатоком человеческих или эльфийских душ, и ложь могла распознать лишь от случая к случаю. Но тут даже ей было очевидно враньё.       – Странно искать камни на письменном столе, – заметила эльфийка.       – Он просто первым мне попался!       – Вот оно что.       Лэйтэриэль просто смотрела на неё, не пытаясь к ней приблизиться или как-то задержать. Деваться ей отсюда всё равно было некуда.       Ринала не выдержала и медленно двинулась вбок.       – Тебе всё равно никто не поверит! – произнесла она. – А если попробуешь задержать меня, я закричу! И скажу, что ты обманом меня сюда заманила.       – Я бы на твоём месте не стала усугублять ложь, – пространно заметила эльфийка.       Гостья не ответила, ринувшись в проём дверей. Лэйтэриэль даже не дёрнулась, позволяя той пробежать мимо. Необходимости задерживать её не было – кан и так поверит. К тому же, Ринала могла побежать сразу к виновнику, опять же упростив им жизнь.       Из-за спины раздался тихий вскрик. Лэйтэриэль обернулась. В дверях стоял Мистах, за его плечом виднелась высокая фигура Нельо. Жена кана отскочила назад. Теперь она испугалась по-настоящему.       Эльфийка удивлённо воззрилась на эльфа, прикрывшего дверь.       – М-мой кан, – произнесла Ринала, – ты напугал меня.       – Что ты здесь делаешь? – спросил Мистах, глядя только на свою жену.       – Я… я получила приглашение от неё, – она указала на временную хозяйку комнат, – она заманила меня сюда! Она… Она стала мне угрожать! – на глазах девушки появились слёзы, а губы задрожали. – Она сказала, что я мешаю!.. – девушка бросилась к мужу, вцепившись в него. – Что ты собираешься взять в жёны гондорскую принцессу! Это правда?!       Будь Лэйтэриэль поменьше лет и опыта, у неё бы, пожалуй, челюсть отвисла от удивления. А так только выразительно бровь изогнулась в лёгком недоумении.       – Что ты на это скажешь, леди Лэйтэриэль?       – Впервые слышу, мой кан, – невозмутимо произнесла она.       – Она врёт! – всхлипнула девушка. Причём довольно искренне.       Кан глянул на эльфийку, потом перевёл взгляд обратно на свою жену.       – Идём, – бросил он Ринале, – нам надо поговорить.       Он развернулся и открыл дверь. Лэйтэриэль успела заметить в коридоре пару стражников. Девушке не осталось ничего, кроме как последовать за мужем. Смотрела она при этом исключительно в пол.       – А как вы тут оказались? – спросила она у эльфа, когда дверь закрылась.       – А ты думала, за твоими комнатами не следят? – с убийственной иронией поинтересовался эльф. – К тому же, кан действительно за тобой посылал.       – Понятно, – протянула она. – А мне она сказала, что искала тут волшебные камни.       – Она… глуповата, – заметил Нельо.       – Тебе виднее. При мне она исключительно молчала, поэтому казалась умнее, – хмыкнула девушка. – И что теперь?       Эльф пожал плечами:       – Посмотрим, – он взялся за ручку. – Но ты лучше пока оставайся в комнатах. На всякий случай.       – Неужели ты в самом деле думаешь, что я не способна себя защитить? – не без раздражения в голосе спросила она.       – Не будь столь самонадеянна, – эльф повернул к ней голову. – Врагов всегда может оказаться больше, чем ты можешь выдержать. И никто не отменял удара в спину.       Не дождавшись ответа, Нельо вышел. Лэйтэриэль тяжело вздохнула и плюхнулась на диван. Как же некоторые всё-таки любят поучать! Или это у них возрастное?..       Она, наивная, всё ждала, что ей сообщат хоть какие-то результаты их "грандиозного" заговора. Она, как могла, тянула время в безделье: то пыталась рисовать (без особых успехов, как обычно), то читать, поужинала, в конце концов. Даже в ванной покисла.       За окном к тому времени успела расцвести ночь. Лэйтэриэль сидела за столиком перед камином и бездумно таращилась на огонь. Особенности местного климата: днём жарко, а ночью с гор спускается холод. Хотя ей это, скорее, нравилось.       Завтра надо будет наведаться в посольство. В том, что кан сумеет разговорить жену, Лэйтэриэль не сомневалась, а значит в их распоряжении появятся если не доказательства, то новые зацепки точно. Да и Барахир в последний раз говорил, что нащупал след среди местных преступников.       Пожалуй, она больше никогда не будет браться за подобные дела. Не её. Совершенно. Надо влезать в какие-то интриги, а от них одна только головная боль. И всё из-за чего? Из-за какой-то дурацкой власти. Она никогда не понимала, что в ней такого притягательного.       В какой-то момент она не заметила, как задремала, подложив под голову руки. Вероятно, так и проспала до утра, а потом ругалась бы, потому что тело болело бы от неудобной позы. Но её разбудило лёгкое чужое прикосновение.       Чуть шевельнувшись, она открыла глаза. Даже странно, что её не разбудил щелчок дверного замка. Наверное, она слишком умаялась от безделья.       – Она всё рассказала, – подперев голову кулаком, сообщил Мистах, усевшийся совсем рядом.       – Нисколько не сомневалась, – произнесла девушка, не шевелясь. Руку с её головы кан убирать не спешил.       – Тебе не интересно?       – Сейчас мне интересно только спать, – буркнула она и выпрямилась, извернувшись от руки. – Так что если это не срочно, поговорим завтра.       Девушка попыталась подняться, но мужчина успел схватить её за плечо, так что она села обратно. Нельо всё-таки был прав.       – Кан? – она выразительно посмотрела на руку.       Он ослабил хватку, но руку не убрал. Наоборот, выпрямившись, другой рукой убрал у неё упавшие волосы с лица.       – Кан Мистах, ты ставишь меня в неудобное положение, – произнесла она, судорожно думая, как выходить из щекотливой ситуации.       – Значит, мы будем в расчёте, – он усмехнулся.       Ей было не смешно. И даже оружие, которое она дальновидно держала под подушкой, было в спальне. Под подушкой.       – Не думаю, – она отодвинулась, одновременно поднимаясь на ноги.       Она не ожидала, что он может двигаться так быстро да ещё и из столь неудобного положения. Он успел ухватить её за шею и, рывком притянув к себе, поцеловал. Не удержавшись, она завались на него, успев только подставить руки. Девушка попыталась отстраниться, но мешала прижимающая на талии рука.       – Не похоже, чтобы ты этого не предвидела, – заметил он.       – Это не то…       Кан не дослушал, рывком перевернув девушку на спину и оказавшись сверху.       – Трудно поверить, – произнёс он, ведя пальцами по щеке, – что передо мной существо, которому не меньше двух тысяч лет. Такое хрупкое… – он взял её запястье, на котором ещё виднелись синяки от пятерни Нельо.       – Три тысячи лет, – поправила она, раздумывая, насколько недипломатичным будет удар по лицу (если припечёт).       – Не верится, – он качнул головой, наклонившись к ней.       – Не надо, – она отвернулась, выставив перед собой руку.       – Почему?       – А как бы ты отнёсся, если бы к твоей любимой женщине кто-то вот так приставал? – скучающим голосом поинтересовалась она. – Боюсь, я слишком дорожу его, гм, расположением. Так что не обессудь, если мне придётся тебя ударить.       – Я лишь хотел отблагодарить тебя, – после долгой заминки произнёс он, – я полагал, наслаждение для тебя более ценно, чем любые другие дары.       Она хмыкнула и посмотрела на него:       – Оригинально. Тебе следовало спросить совета у своего друга, он бы подсказал что-нибудь более дельное.       Кан по-прежнему не спешил хоть сколько-нибудь отодвинуться от неё.       – Я бы хотел… – он коснулся её подбородка. – Лишь один поцелуй. Но настоящий. Он говорил, эльфы как-то иначе чувствуют.       – Не иначе. Глубже, – уточнила она.       Несколько секунд Лэйтэриэль смотрела в чёрные глаза, на дне которых плясали крохотные искорки. Потом усмехнулась и, притянув рукой за шею, поцеловала. И дело было вовсе не в самом поцелуе. Она коснулась его сознанием. Будто поймала крохотную птичку и успокаивающе погладила по встрёпанным перьям, боясь поранить. Такую неистово живую. Девушка отпустила мужчину. Он, всё ещё оглушённый, не двигался, глядя на неё.       – Это… была магия? – глухо спросил он, медленно выпрямляясь.       – Нет, – она улыбнулась, – разве что в человеческом понимании. Просто мы так устроены.       – Благодарю, – он отодвинулся и протянул ей руку, помогая сесть.       – Для меня это тоже интересный опыт, – она рассеянно улыбнулась, – впервые подумала о том, как он себя чувствует со мной, – она заметила непонимающий взгляд. – Он… старше меня раза в два. И много всего пережил, – она поправила одежду и села, скрестив ноги. – Прожитые годы будто увеличивают бездну внутри…. – Она тряхнула головой и рассмеялась. – Извини. Просто задумалась.       – Тогда почему ты здесь? – спросил кан. – Почему не с ним?       – Мне нравится путешествовать, – эльфийка пожала плечами. – И потом, какой толк от отношений, если они мешают быть собой.       – Наверное, он сильно тебя любит, – произнёс он, поднялся и обошёл столик, присев у камина. – Если позволяет вот так скитаться по миру, – кан пошевелил в камине кочергой и добавил пару поленьев.       – Просто хорошо меня знает, – она облокотилась на стол и подперла подбородок руками. – Тебе бы, к слову, тоже не мешало получше узнать собственную жену.       Мистах вздохнул и сел напротив боком к огню:       – Она просто глупая девочка.       – Что ты узнал?       – Дело в её старшем брате, – произнёс он. – Он просто воспользовался ею, чтобы получить дневник.       – Значит, он убил Форлонга?       – Для этого он слишком трусливая мразь, – кан поморщился. – Скорее всего, нанял убийцу.       – А что ему посол сделал?       – Предположу, узнал что-то об их семейных проблемах. Всегда подозревал, что отец Уриха кто-угодно, но не старик Умарах, – он рассеянно махнул рукой. – Впрочем, не я один. У кошки крысы не родятся. Из-за одного этого он бы не стал убивать посла, было что-то ещё. Но это уже задача дознавателей.       – И что ему грозит? – вяло поинтересовалась девушка, уже подозревая ответ.       – Казню, – Мистах пожал плечами. – Вопрос лишь в том, как, – он заметил её взгляд. – Полагаешь меня жестоким?       – Нет, – девушка склонила голову набок. – Конечно, убийства я не одобряю, что никогда не мешало мне убивать самой. Пусть даже самооборона и защита кого-то – это несколько иное.       – Вот уж не подумал бы, – заметил он, зеркально склонив голову.       Она рассмеялась:       – Ты же видел Нельо. Спроси у него как-нибудь об истории эльфов. И приходе некоторых из них в Средиземье. Эти истории омыты реками крови и слёз.       – Что ж, в этом мы похожи, – мрачно хмыкнул кан.       Она тоже невесело усмехнулась. Оставалось только радоваться, что эльфы это как-то переросли. Иначе она бы не удивилась, если бы рано или поздно дошло до войны между эльдар и людьми. Хотя некоторые из её знакомых и так полагали, что, если бы эльфы остались в Средиземье, это бы случилось, рано или поздно.       – Скажи, что бы ты хотела получить в дар? – спросил кан.       – Мне ничего не нужно, – улыбнулась девушка, положив голову на ладони.       – Я хочу, чтобы тебе осталось что-то на память об этом месте.       Лэйтэриэль задумчиво склонила голову набок.       – Я как-нибудь приеду сюда ещё, – наконец сказала она, – и тогда скажу.       – Хорошо. Я буду этому рад, – он чуть склонил голову, неотрывно глядя на неё. ***       Волны с монотонным равнодушием бились о камни набережной. Бились так уже несколько тысяч лет и будут биться, пока либо не сточат их, либо берега не поменяют очертания. В Гаванях было тихо. На волнах качался готовый спустить паруса корабль из светлого дерева.       Вернувшись в Минас Тирит с новостями из Кханда, Лэйтэриэль была вынуждена практически сразу отправиться на запад.       – Не печалься, – Элрохир приобнял её со спины и положил голову на плечо. – А то мне больно уезжать.       – Он имеет в виду, – вставил стоявший с другого бока Элладан, – что проще забрать тебя с нами.       – Ха, – только и сказала она, сидя на ограждении и болтая ногой.       – Зря смеёшься, – хмыкнул Элрохир. – Сунем в мешок и всех дел.       – То есть, ты вот так готов взять и сунуть меня в мешок? – кисло переспросила она.       – Ну… это был бы просторный чистый мешок, – подумав, объяснил он.       – Знаешь, тогда никакой корабль для путешествия на Запад тебе бы не понадобился, – ласково произнесла она.       – Почему это?       – Ты бы отправился туда напрямую, – пояснил старший брат.       – Какая ты всё-таки недобрая, – Элрохир фыркнул и отпустил её, облокотившись на камень.       Рядом с кораблём сновали эльфы, в последний раз проверяя оснащение и занося какие-то вещи. Ещё немного.       – И всё же, ты уверена? – подал голос Элладан.       – Спросишь ещё раз, и я скину тебя в воду, – буркнула она.       Они рассмеялись. А она, между прочим, нисколько не шутила.       На набережной показались Кирдан с Келеборном, о чём-то тихо разговаривающие, и остановились у ступеней, ведущих на причал.       Лэйтэриэль начинала понемногу ненавидеть прощания. Не давала покоя мысль, что ей предстоит ещё со многими проститься в ближайшее время. Мало было бы сказать, что это печалит. Это злило. Это, казалось, была расплата за сто лет беззаботной жизни. И чего будет стоить эта жизнь, когда из неё практически все исчезнут?.. Подобные мысли в последнее время доводили до исступления.       Кирдан обернулся к ним, кивнув на корабль. Там уже всё было готово.       – Ты пойдёшь?..       Она нехотя слезла и последовала за близнецами, глядя на их одинаковые спины. Они спустились по лестнице и прошли на причал. Келеборн уже поднялся на борт с остальными уходящими эльфами.       – Ну вот, – Элрохир, обернувшись, глупо хмыкнул и постучал ногой по деревянному настилу.       Элладан скептически покачал головой и шагнул к девушке, обняв её. Её руки сжались на чужой одежде.       – Береги себя.       – Ха.       – И присмотри за Арвен, – добавил он.       – А то я бы не догадалась.       Он рассмеялся и отпустил её. Его место тут же занял Элрохир.       – Не затягивай с этим, – произнёс младший. – Мы будем ждать.       – Угу, – буркнула она, радуясь, что её лица не видно.       Элрохир не стал вдаваться в поручения. Он просто обнял её чуть ли не до хруста костей. Отпустил и поцеловал в макушку.       – До встречи.       Элладан, ничего не говоря, быстро приблизился и прикоснулся губами ко лбу, развернулся и торопливо взошёл на борт под хлопанье опустившихся белоснежных парусов.       – Он просто переживает, – хмыкнул Элрохир, сжав её ладонь.       Лэйтэриэль с улыбкой кивнула и сжала пальцы в ответ. Короткий взгляд, и младший из близнецов тоже поднялся на корабль. Убрали канаты, подняли трап, и корабль, будто только этого и ждавший, медленно двинулся вперёд.       Она стояла на причале, глядя, как очередной корабль уходит навсегда, унося с собой часть её жизни. А у неё даже не было слёз.       – Это ничего, – ей на плечо легла тяжёлая ладонь Кирдана. – Ведь это не навсегда.       Она не стала ничего говорить. Хотя уже порядком надоело слышать от окружающих, что все они когда-нибудь окажутся там.