Saudade

Вы когда-нибудь были в Лондоне? Многие путешественники замечали, что в этой столице слишком непостоянная погода. Все утро светит солнце, согревая нежными прикосновениями лица туристов, толпящихся на Трафальгарской площади с фотоаппаратами. Туристы не понимают друг друга, хихикают, пытаясь вспомнить какую-нибудь фразу по-английски или по-немецки, размахивают селфи-стиками, выслеживая на горизонте автобус. И тут - бац! - начинает лить дождь, да так сильно, что капли больно бьют по коже, заставляя жмуриться и бежать толпиться уже в какую-нибудь близлежащую кофейню с неоправданно высокими ценами и грубоватыми, дергаными официантами, которые только охают, мол, сколько можно, каждый день одно и то же, одни иностранцы, только и делают, что тычут пальцами в разговорники и хохочут. К вечеру дождь перестает, но надвигается невероятный туман, сквозь который невозможно увидеть даже собственные ноги в узких кожаных мокасинах, что уж там говорить про гида, который уже минут сорок зазывает всех в автобус, произнося английские слова с каким-то азиатским акцентом, и все никак не может понять, почему никто не собирается ехать домой, зато вздыхает: опять туман, да ладно, нам не привыкать. Но туристам здорово в любую погоду, они приехали увидеть настоящий Лондон, и вот он какой, самый настоящий, и усталые лучи закатного солнца проникают сквозь туман, и все хорошо, потому что не может быть иначе. Люди-Лондон - забавное явление. Как доктор Джекилл, например, но немного более просто. Никто просто так не назовет человека Лондоном, и речь не про имя, конечно. Как-то, вроде бы, глупо сравнивать личность с городом. Но ведь это довольно красиво, поэтично, а люди и правда часто вызывают в нас ассоциации с местами, в которых мы побывали. Кто-то подумает, наверно, что Лондон - это некто подверженный резким переменам настроения, или некто вечно мрачный, угрюмый, или некто задумчивый и мечтательный. Но все по-разному видели город Лондон, а может, не видели, а просто читали о нем в какой-то книжке или в журнале. А может, человек-Лондон - это кто-то настоящий и честный, кто хочет светить солнышком, когда ему хорошо, и не боится расплакаться, когда ему плохо?.. - Ведьма, - зашипел Флоран, прищурившись, когда понял, что после следующего хода Захо наверняка выиграет. Уже шестой раз подряд. Как такое возможно? В студенческие годы Моту не было равных в игре в кости, фортуна всегда была на его стороне, а тут его снова обыгрывал человек, который услышал правила игры буквально пару месяцев назад. Вот это беспредел. Надо будет обязательно отыграться в следующий раз, сегодня мужчина просто не в форме. Подумаешь, с кем не бывает. Сверкнув искорками в глазах, брюнетка собрала со стола кости. Улыбнулась, сжала их в ладонях, потрясла, хитро глядя на Мота. Будто его прищур помогал ей сосредоточиться. Ее движения плавные, монотонные, какие-то даже мягкие. А в глазах сплошной азарт. Захо знала, что может выиграть. Нет, не так. Она знала, что выиграет. Поэтому ей ни капли не страшно было щуриться в ответ, изгибая губы в причудливой полуулыбке. Флоран лишь откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди и не сводя взгляд со сложенных вместе загорелых пальцев коллеги. Захо была красивой. Она была очень красивой, и Флоран не мог этого отрицать. Непохожая на европейских девиц с полированными лицами и телами, как у манекенов. Никакого пафоса и помпезности, жалоб по поводу всякой ерунды типа формы носа и ширины ступни, только спокойная улыбка и легкое пожатие плечами, мол, такая, какая есть, глупо было бы что-нибудь исправлять. Она всегда напоминала ему Шахерезаду из сказок "Тысячи и одной ночи". Мама в детстве рассказывала Флорану о том, как мудрая дочь визиря, черноглазая красавица с длинными волосами цвета воронова крыла, очаровала строгого царя Шахрияра, разочаровавшегося в женщинах после измены жены. Шахерезада рассказывала волшебные сказки до самого утра, рассветное солнце играло в ее волосах, отражалось бликами в глазах, очерчивало округлые контуры фигуры, целовало устало опущенные ресницы... - Как твой племянник? - спросил Мот, надеясь на то, что Захо отвлечется и если не переключит внимание, то хотя бы разорвет зрительный контакт. Фло не решался отвести взгляд первым. - Хорошо. Идет на поправку. - Брюнетка, казалось, даже не моргала, будто пытаясь рассмотреть в мельчайших деталях радужку глаза Флорана и одновременно с этим трясти кости в кулаке наудачу. - Передавай ему привет от меня, - Мот облизнул губы, подаваясь немного вперед. Захо была красивой. Иногда казалось, что тепло идет у нее изнутри, потоком течет прямо из ее сердца, разливается по телу, а потом растворяется в атмосфере, передается людям через мимолетные прикосновения к гладкой коже. Например, в метро. "Извините", - и добрая улыбка во взгляде. Из таких улыбок и складывался у него в голове образ Захо. Даже если она грустила, или не выспалась, или была чем-то задета, ее глаза сияли особой нежностью, присущей только ей, Захо. Никакой резкости, агрессии, ломаных нервных движений, только грациозность и пластика. И всегда эти теплые шоколадные глаза, зеркала души... В ней было слишком много тепла. Много искренности. Много звонкого смеха, бесконечный запас шуток. Много историй, которые она так любила рассказывать в компании. Как Шахерезада, в самом деле. Кости рассыпались по столу с характерным постукиванием. Фло посмотрел вниз, закатил глаза — конечно, чего еще следовало ожидать. Захо подпрыгнула на стуле и хлопнула в ладоши, счастливо взвизгнув. Она всегда искренне радовалась каждой такой маленькой победе, как будто ей всего пять лет и за каждый выигрыш ей дарят воздушные шарики и леденец на палочке. И это было мило. Если бы она и так постоянно не выигрывала, Флоран бы пару раз поддался ей, чтобы понаблюдать за ее выражением лица. - Ведьма! - рыкнул мужчина, резким движением собирая кости. - Фея, - с гордой улыбкой поправила Захо. Перегнувшись к Флорану, она уперлась ладонями в деревянную поверхность столешницы; внимание мужчины мгновенно привлекла прядь волос, опустившаяся на ее лицо, и то, как Зи неторопливым аккуратным движением заправила ее за ухо. Захо простая — Захо настоящая. Иногда от друзей Фло слышал, что ее называют стервозной. На расспросы только отмахивались - ну а что было сказать, похитительницей сердец она никогда не была, чужих мужей, кажется, не уводила, подножки никому не ставила, в лицо врагу не плевала. Просто не кажется она со стороны особо ласковой. В тихом омуте, говорили, черти водятся. Это с виду она такая милая, а сама в уме уже план по завоеванию мира разработала, причем довольно многообещающий, с использованием ядерного оружия. Но так говорили в основном те, что даже не были знакомы с ней лично, а так, увидели где-то мельком, только и успели окинуть взглядом фигуру и слегка растрепавшуюся после танцев на каблуках прическу. Поэтому Мот тоже отмахивался и смеялся, мол, не верю. - Да ладно тебе, не дуйся. Это ведь просто игра. - Как у тебя получается все время выигрывать? - Мот отвернулся, обиженно засопев, но продолжал искоса поглядывать за брюнеткой. Она заметила его взгляд и тихонько засмеялась, легким шлепком разворачивая его голову в свою сторону, а в ее глазах все никак не потухали огоньки от долгожданной победы. - Так вот получается, - легко пожала плечами Захо. - Вообще-то я научил тебя играть! Профи должен был победить у новичка! - он показал коллеге язык, и та чмокнула Флорана в щеку, снова хихикнув, а затем выпрямилась и вприпрыжку направилась к выходу из гримерки. Мот не верил никаким злым сплетням о Захо по одной простой причине: она почти всегда была рядом. Она просто не успевала бы пятнать свою репутацию, если бы даже очень захотела, потому что была слишком занята интервью, выступлениями и работой над организацией мюзикла. И часов, наверно, двадцать в сутки она находилась где-нибудь неподалеку от Фло. Так вышло, и он, в общем-то, не был против. Даже скучал иногда, когда на выступление приходилось выезжать с Камий и никто не рисовал ему маркером на лице посреди интервью, не обливал водой в автобусе и не тыкал пальцем ему в бок просто так, от скуки. И когда никто не играл с ним в кости. Вообще Флоран видел Захо не только с этой стороны. У нее тоже были собственные солнечные затмения. Когда Фло долго не мог заснуть и начинал размышлять обо всем подряд, ему на ум часто приходила ситуация, когда он увидел заплаканную Захо в пустой гримерке. Тогда ему стало даже немного страшно, он так и не смог ничем помочь или даже попытаться сказать что-нибудь вроде "все будет хорошо". Она молчала. Он тоже молчал. Зашел, коснулся пальцами ее плеча, посмотрел на отражение ее лица в зеркале и вышел. Это было аж в январе, и Флоран до сих пор не узнал причину тех слез, хотя был на сто процентов уверен, что если бы он спросил, она бы открылась ему. Да и такую Захо он больше никогда не видел. Расстроенной - да. Когда отменили их шоукейз, которого они так ждали. Когда Давид ушел из труппы. Когда ее племянник заболел пневмонией. Но плачущей - нет, больше никогда. У нее, наверно, был запас счастья внутри, но всем известно, что нет ничего неисчерпаемого в мире. Все когда-нибудь кончается. Захо постоянно поддерживала Флорана во время его болезненного разрыва с невестой. Однажды даже приехала к нему на автобусе посреди ночи, из-за чего пошли слухи о их романе. В тот раз Мот буквально исповедовался, заливая обиду коньяком и беспрестанно выкуривая сигареты одну за другой, а Захо так и не притронулась к алкоголю, постоянно морщась от противного запаха табака, и иногда кивала Флорану головой, грустно улыбаясь. Потом уложила его спать на диване в гостиной и молча уехала. Она не понаслышке знала, как ранит расставание с тем, ради кого ты был готов на любые поступки, а особенно как тоскливо, когда этот человек, казавшийся раньше целой жизнью, всем миром, самым важным во Вселенной, оказывается абсолютно противоположной личностью. Захо когда-то рассказывала об этом, пожимая плечами. Грустно улыбалась: давно дело было, зажило. Фло сотню раз говорил ей "спасибо" после того, как окончательно оправился, а Захо все время отмахивалась. Только потом, когда он спросил, как все-таки может поблагодарить ее, она сверкнула белоснежной улыбкой и попросила научить ее играть в кости. Флоран поднялся наконец со своей табуретки, отодвинул ее в сторону ногой и поймал Захо за запястье. Он сам не знал, зачем, но быстро придумал для этого повод. Опешив, брюнетка повернула к нему голову, сдувая со лба непослушную прядь волос, что вызвало у Мота только легкое подобие улыбки. - Чего тебе? - негромко спросила она, шмыгая носом. - Я требую утешительного приза. Его голос зазвучал странно низко, и по спине мужчины пробежал холодок. Первой мыслью было, что Захо включила кондиционер, но нет же, она стояла сейчас к нему вплотную, он крепко держал ее, и она физически не смогла бы дотянуться до пульта управления. Второй мысли не было. Вместо нее в голове эхом раздавался шепот Захо. Она искренняя. Может, она чем-то похожа на Лондон. Женщина закатила глаза, пытаясь выдернуть руку из цепкой хватки мужчины. - В таком случае я тоже требую приза, - мечтательно вздохнула она, задумчивая покусывая нижнюю губу, словно это могло помочь в придумывании награды для себя. - Ага, - кивнул Мот, и его взгляд сфокусировался на плече коллеги, поднялся вверх по контуру надплечья и шеи, еще выше к уголку неприлично пухлых губ, покрытых ее любимым блеском со вкусом шоколада. Флоран сделал шаг к стене и опустил вторую ладонь на бедро брюнетки. Одернув себя, быстро переместил пальцы на талию, а потом обнял Захо сзади одной рукой, притягивая чуть ближе к себе. - За шестикратную победу, - тише уточнила его коллега, снова слабо дергая рукой. - Твой приз в том, что я признал твою победу, - усмехнулся тот. И негромко шепнул ей на ухо: - Шесть раз. - Я хочу чего-нибудь... менее абстрактного. - Ммм, понял. Еще на миллиметр ближе, и он уже чувствовал дыхание Захо на щеке, буквально ощутил на своей коже растерянный взгляд, словно спрашивающий о том, что происходит. И тут что-то будто ударило его по голове. Это была Захо. Захо, которая постоянно заряжала всех оптимизмом на репетиции. Захо, практикующая волшебница. Захо, измазавшая его пальцы кетчупом после очередной шуточки в адрес ее любимого сериала. Захо, все-таки не машина по производству улыбок, а живой человек, переживающий, мыслящий, чувствующий - в этом Флоран уже успел убедиться. Захо, его лучшая подруга, к которой он сейчас бессовестно приставал, крепче сжимая пальцами ее запястье. Мужчина набрал в легкие побольше воздуха. В глазах помутнело, как будто он упал с приличной высоты. - Эй, Фло, пусти меня, - нахмурилась Захо, пытаясь сделать шаг вперед. И у нее получилось. Флоран быстро отпрянул, почесал затылок, улыбнулся расплывчато. - С тебя печенье. Договорились? - предложил он, переводя взгляд на оставленные на столе игральные кости. Раз, два, три, четыре, пять, шесть - мысли пульсируют, больно ударяя в висок. - Договорились, - рассмеялась Захо перед тем, как скрыться в коридоре. Флоран вздохнул. Она победила в седьмой раз, сама того не подозревая. Лучшим утешительным призом было бы избавление от навязчивых мыслей о том, что можно сделать, когда она близко.