Эпилог.
8 февраля 2017 г., 19:42
Два года спустя.
Канун Рождества.
POV Алекс. — Народ, кто видел Нэнси?! - сквозь шум, смех и праздничную суету вдруг прорезался встревоженный голос Пола. Я, как и половина комнаты, кого он умудрился перепугать своими криками, мгновенно обернулась. Пол стоял посреди гостиной, схватившись за голову, и с таким видом оглядывался по сторонам, будто ребёнок мог просто раствориться в воздухе. — Пол, это вообще-то твоя дочь. Тебе и следить! - не удержалась и усмехнулась я, глядя на рассеянного молодого папашу. Рейчел оставила его с Нэнси всего на полчаса, пока сама тем временем занималась на кухне индейкой, и за это время он уже умудрился её «потерять». А ведь она ещё даже ходить не научилась. Я невольно покачала головой. Что же будет дальше? — Почему, как только дети учатся ползать, они сразу начинают исчезать?! - устало пробурчал он, проходя мимо меня и направляясь в сторону кухни. Только вот отправился он на поиски дочери... или еды — было пока не ясно. Я тихо фыркнула, провожая его взглядом. Вот и наступило Рождество. Тот самый вечер, которого мы так ждали. Пора чудес и подарков. Тёплый свет гирлянд мягко ложился на стены и отражался в стеклянных шарах на ёлке. В воздухе витал запах хвои, корицы и свежей выпечки. На кухне звенели кружки с горячим какао, кто-то смеялся, кто-то готовил индейку, и всё это сливалось в один живой и уютный шум. Почти вся стая Квилетов собралась сегодня здесь, в нашем с Эмбри доме, желая встретить этот праздник все вместе. Удобно устроившись в проёме гостиной, я с улыбкой оглядела всех, кто был сейчас внутри. В углу раскинула ветви высокая рождественская ёлка, почти упираясь звездой в потолок. Под ней, сложившись в позе лотоса, сидел Квил и с мягкой улыбкой наблюдал за Клэр. Малышка осторожно тянулась вверх, держа в руках большой стеклянный шар — ярко-красный, почти с ладонь величиной. Она сосредоточенно прикусила губу, стараясь аккуратно зацепить его за ветку, словно от этого зависело всё Рождество. На ней был костюм ангела: белое пышное платье, колготки в тон и маленькие мягкие крылья за спиной, а глаза светились тем самым живым блеском в предвкушении праздника. Как и все дети её возраста, Клэр всей душой верила в рождественское чудо, в подарки под ёлкой и в то, что желания сбываются. А совсем недавно она по секрету призналась мне, что уже написала письмо Санта Клаусу. Квилу, судя по всему, предстояло найти для девочки большой кукольный домик. И, самое главное, чтобы он обязательно был розовый. Я тихо усмехнулась, переводя взгляд дальше. На полу, между диваном и низким деревянным столиком, удобно расположилась Ким. Уже не первый час она вырезала снежинки из цветной бумаги, аккуратно складывая лист за листом. Джаред принимал готовую работу и, вслух восхищаясь каждой, тут же находил для них свободное местечко на окнах. Ли и Джон устроились на краю дивана, укрывшись одним клетчатым пледом на двоих, и в обнимку смотрели какие-то рождественские передачи, время от времени тихо переговариваясь. Джон появился в её жизни всего три месяца назад. Высокий, тёмноволосый, сдержанный, с аккуратной щетиной на лице мужчина. В нём чувствовалась какая-то внутренняя сила и спокойствие. Рядом с ним Ли изменилась. Стала мягче, тише. Та самая дерзкая, непокорная Ли, которую мы знали… будто растворялась, уступая место другой — домашней, тёплой, по-настоящему счастливой. И, глядя на неё сейчас, я вдруг поняла: она действительно нашла своего человека. Запечатление и здесь не промахнулось. Сет и Брейди — на сегодняшний день единственные наши холостяки в стае — несколько минут назад скрылись за дверью, решительно заявив, что пяти бутылок шампанского на такую компанию катастрофически мало. Джейкоб, не раздумывая ни секунды, поддержал внезапную идею Несси, и теперь где-то во дворе они вместе лепили «самого большого снеговика в истории». Я невольно улыбнулась. Слишком тёплая картина стояла у меня перед глазами. Люди, собравшиеся в этом доме… давно уже стали для меня семьёй. В руках я держала кружку горячего шоколада — густого, ароматного, с лёгкой ноткой корицы. Рейчел, к слову, взяла на себя половину праздника: и какао, и индейку, и, кажется, вообще весь уют этого вечера. Я сделала небольшой глоток и на мгновение просто замерла, наблюдая за происходящим со стороны. Я вдруг задумалась… Что было бы, если бы шесть лет назад родители так и не решились на переезд из Сиэтла в резервацию? Какой стала бы моя жизнь? Кто был бы рядом со мной сегодня? И была бы я… собой? Не унаследуй я папин ген оборотня, не обретя здесь вторую семью, не встреть любовь всей своей жизни... кем бы я стала? Мысль промелькнула тихо, почти невесомо, и отозвалась внутри странным холодом. Я уже не могла представить себе другую жизнь и других людей. Другую себя. Всё, что у меня было сейчас, казалось самым правильным и настоящим. Моим. Я абсолютно точно была на своём месте. Проживала свою лучшую жизнь. — О чём задумалась, любовь моя? - раздался тихий голос Эмбри за моей спиной. Я даже не услышала, как он подошёл. Все мысли рассыпались в одно мгновение. Я обернулась, и взгляд сразу опустился вниз. Точнее, на маленький свёрток в его руках. Укутанная в небольшой мягкий плед, в его объятиях мирно спал младенец — наше с ним крошечное и самое дорогое на свете сокровище. Наша дочь. Улыбка сама коснулась губ. Я осторожно провела тыльной стороной пальцев по её бархатной щеке. Она даже не шелохнулась, только чуть глубже уткнулась в плед. — Она уже уснула? - шёпотом спросила я, не отрывая взгляда от своей малышки. Мы дали ей редкое, светлое имя — Эйлен, что означало: «Ясная», «Счастье». Оно казалось нам самым правильным. Самым точным. Она стала олицетворением нашей любви. Я могла любоваться ею часами, пытаясь угадать в этих мягких чертах будущую её. Какая она будет? Что ей будет нравиться? Чего она будет бояться? И станет ли такой же, как мы?.. Унаследует ли она наш с Эмбри дар? Захочет ли его принять? — Да, - так же тихо ответил Эмбри. — Уже минут десять как. В его голосе прозвучала улыбка. — И я, кажется, всё ещё не готов с ней расстаться. Он чуть склонился и бережно коснулся губами её щёки. Так осторожно, будто боялся разбудить не ребёнка, а целый мир. И в этот момент всё вокруг словно отступило куда-то в сторону. Остались только мы и наше маленькое чудо у него на руках. Я невольно задержала взгляд на Эмбри. Он держал её так бережно, почти неподвижно, словно любое лишнее движение могло нарушить это хрупкое спокойствие. Даже дыхание у него стало тише, осторожнее. И от этого внутри становилось теплее. Я до сих пор помнила тот день, десять месяцев назад, когда я призналась ему, что беременна. Как, едва сдерживая волнение, сказала, что под моим сердцем растёт новая жизнь. Он был так счастлив, что практически не отходил от меня все последующие девять месяцев. Заботился, оберегал, исполнял любые, даже самые нелепые желания, будто от этого зависело всё. И, возможно, для него так и было. А сейчас на его руках крепко спала наша маленькая дочь. Наше продолжение. Я вновь посмотрела на неё — такую крошечную, тихую, родную. У неё были мои глаза. Маленький носик. Мягкие круглые щёчки. Губки бантиком. Тёмные волосики, только начинавшие пробиваться. Она была похожа на меня, и всё же — была его. Папина дочка. Я улыбнулась, не в силах отвести взгляд. Мы аккуратно уложили её в колыбель в нашей комнате, стараясь не издать ни звука. Эмбри поправил плед, а я ещё раз провела рукой по её волосам, едва касаясь. И только убедившись, что она спит так же спокойно, мы тихо вышли, прикрыв за собой дверь, чтобы ничто в этом доме не потревожило её сон. Дверь напротив тихо приоткрылась, и из кухни появился Пол, уже с найденной пропажей на руках. Нэнси недовольно сопела, уткнувшись ему в плечо, но, судя по всему, была абсолютно довольна своим «побегом». Маленькая, упрямая… и до смешного похожая на отца. Нашёл-таки. — У вас закончилась колбасная нарезка. - невозмутимо сообщил Пол, направляясь мимо нас в гостиную, словно это было главным итогом его поисков. Я не выдержала и тихо фыркнула. — В холодильнике полно колбасы. Можешь не паниковать, здоровяк, - усмехнулся ему вслед Эмбри, обвивая свою руку вокруг моей талии. Пол уже почти скрылся в гостиной, но на ходу обернулся, с самым что ни на есть виноватым выражением лица. — Это было до того, как я… случайно открыл холодильник и решил попробовать кусочек. Пауза. — Ну… может, не один. Я приподняла бровь, провожая его взглядом. Он ведь шёл на поиски ребёнка... Как его нос вообще умудрился попасть в холодильник? И главное — когда он успел всё это съесть? Я тихо вздохнула, уже мысленно дополняя список покупок к праздничному ужину. Похоже, Сету и Брейди придётся вернуться не только с шампанским. — Ты опять рылся в моём холодильнике без спроса? Уже соскучился по моей сковороде?! - прищурилась я, с трудом сдерживая улыбку. Судя по его лицу, он тоже прекрасно помнил прошлый раз. Но, видимо, недостаточно хорошо, раз урок так и не был усвоен. — Подумай о Нэнси! - не остался в долгу Пол, вскинув брови. — Как она будет расти без отца? И, не дожидаясь ответа, скрылся в гостиной вместе с ребёнком. Мы с Эмбри не выдержали и всё же рассмеялись вслух, переглянувшись друг с другом. И в этом коротком взгляде было всё: и привычка, и лёгкость, и то самое «мы». Мы уже собирались пойти следом, как вдруг из гостиной буквально вылетел Джаред, едва не сбив нас с ног. — У Ким закончилась цветная бумага! - бросил он на ходу, уже направляясь к выходу. — А у нас ещё два окна без снежинок! Кажется, у нас дома осталась! Дверь хлопнула прежде, чем мы успели что-то сказать. Мы с Эмбри одновременно обернулись ему вслед, но увидели только вихрь холодного воздуха, ворвавшийся в дом вместе с его «срочной миссией». — Напомни мне, пожалуйста, еще раз, почему они все сегодня торчат у нас? - обречённо протянул Эмбри, переводя взгляд с захлопнувшейся двери на окно, щедро заклеенное цветными снежинками, как в каком-нибудь детском саду. — Потому что у Сэма и Эмили дома ремонт. - в очередной раз напомнила я мужу, утешающе похлопав его по плечу. — И, между прочим, ты сам сказал, что «у нас больше места». Он тихо вздохнул, но уголки губ всё равно предательски дрогнули. Я оставила его в коридоре и направилась на кухню проверить, как там продвигается главное блюдо вечера и не нужна ли Рейчел помощь. Но, переступив порог, остановилась. Кроме самой Рейчел, увлечённо колдующей у плиты, за длинным столом уже стояла и Кэтрин. Она что-то аккуратно нарезала, переговариваясь с ней вполголоса. Я на мгновение задержалась в дверях, наблюдая за ними, и невольно улыбнулась. Мы с Кэтрин всё же сумели перешагнуть через все прошлые обиды и наверстать упущенные годы. Как и прежде, она вновь стала занимать в моей жизни весьма значимую роль. Тем более что жила она теперь совсем рядом, буквально в нескольких домах от нас, так что видеться с ней мы могли постоянно. И, к слову, через несколько месяцев, когда снег окончательно растает и на смену ему вернётся тепло, я планирую попросить её стать крёстной мамой для Эйлен. — Нужна помощь? - спросила я, проходя за их спинами и заглядывая на стол. Индейка уже была нафарширована и готова к духовке. От неё тянулся пряный запах специй, сразу напоминая, что праздник уже совсем близко. Я невольно приподняла брови, удивившись, как быстро они с ней управились. — Или вы и без меня тут прекрасно справляетесь? Кэт обернулась через плечо и одарила меня довольной, почти победной улыбкой. — Что мы, по-твоему, с индейкой не справились бы?! Я тихо усмехнулась, поднимая руки в знак капитуляции, и чуть облокотилась бедром о край стола. Рейчел тем временем аккуратно отправила форму в духовку. Дверца мягко щёлкнула, внутри загорелся тёплый свет, и она привычным движением выставила температуру и время. — Главное блюдо под контролем, - объявила она, снимая прихватки и откладывая их в сторону. — Значит, можно немного передохнуть. Она потянулась к шкафу за кружками для себя и Кэт, и те тихо звякнули друг о друга. Моя же кружка всё ещё была наполовину полна. — Сделаю-ка я и нам горячего шоколада. Кэт снова вернулась к делу, помогая Рейчел у высокого кухонного стола. Я же осталась стоять рядом, прислонившись к столешнице, лениво допивая уже чуть остывший шоколад и просто наблюдая за ними. На пороге кухни вдруг появился Тайлер. Холод ворвался вместе с ним. На плечах его чёрной куртки и коротких чёрных волосах ещё лежали белоснежные снежинки. Куртка была нараспашку, открывая обзор на светлый вязаный свитер под ней, а тоненький тёмно-синий шарфик небрежно свисал с плеч, словно был просто аксессуаром для посторонних глаз. Его полдня где-то носило, и вот он впервые только наведался к нам. Догадываюсь, конечно, к кому именно... Он, не говоря ни слова, сразу подошёл к Кэтрин со спины, мягко притянул её к себе и, опустив подбородок на её плечо, обнял за талию. Она мгновенно расцвела, словно только этого ей и не хватало для полного счастья. Спустя мгновение она уже ловко вывернулась к нему лицом, напрочь позабыв и про какао, и про всё остальное. — Где ты пропадал весь день? - спросила она, с улыбкой стряхивая с его волос холодные снежинки. — Я ужасно скучала! — Были кое-какие дела, - усмехнулся он, не сводя с неё взгляда. — Пришлось съездить в Порт-Анжелес… выбрать подарок для самой прекрасной девушки в мире. Щёки Кэт сразу предательски порозовели. — …Ну и тебе заодно что-нибудь прикупить, - добавил он, изо всех сил подавляя в себе усмешку. Она тихо рассмеялась и легонько ударила его в грудь. — Дурак! — Я тоже скучал, - уже мягче добавил он и улыбнулся. Его руки снова легли на её талию, притягивая ближе, и уже через секунду он наклонился к ней и поцеловал — спокойно, тепло, будто весь день только этого момента и ждал. Блондинка приподнялась на носочки, сокращая между ними и без того крошечное расстояние, и, не разрывая поцелуя, потянула Тайлера к себе за шарф. Ткань мягко скользнула в её пальцах, и он чуть подался вперёд. Мы с Рейчел переглянулись. Улыбки сами собой тронули губы. Она лениво помешивала горячий шоколад, и ложка тихо звякала о стенки кружки. — Всё-таки стоило повесить омелу, - усмехнулась она, кивая в их сторону. — Прямо над этими двумя! Я тоже тихонечко усмехнулась, глядя на сладкую парочку. Такие влюблённые, что не могли продержаться и дня порознь. Именно поэтому чуть больше года назад Кэтрин и оставила Сиэтл и перебралась сюда, в Ла-Пуш, чтобы они могли быть вместе ещё чаще. Я невольно улыбнулась чуть шире. Забавно… ещё пару лет назад она упрямо избегала его, исчезала при каждой случайной встрече, а Тайлер, наоборот, постоянно искал поводы появиться где-то рядом и просто поговорить. И каждая такая попытка обязательно заканчивалась их вечными «догонялками». Так продолжалось ещё около недели. Тогда это казалось настоящим хаосом. Их отношения начинались не совсем ординарно, но зато теперь у нас была ещё одна история, над которой мы все дружно смеёмся, вспоминая. И, глядя на них сейчас, действительно трудно было поверить, что всё начиналось именно так. Звонок в дверь разрезал общий гул голосов и смеха. Я краем глаза заметила, как Эмбри тут же направился в прихожую и, не раздумывая, распахнул дверь. В дом ворвался холод, а вместе с ним и громкие, радостные голоса: — С Рождеством! Одну минуточку... Это ведь... — Вы как здесь оказались?! Добро пожаловать! Сердце вдруг ускорило ход. Не веря до конца, я отставила кружку и почти бегом направилась в прихожую. И стоило мне только показаться в проёме — всё встало на свои места. На пороге действительно стояли Макс и Роксана. Щёки раскрасневшиеся от мороза, на волосах — тающий снег, а в глазах тот самый знакомый блеск. Роксана уже была схвачена в крепкие объятия Эмбри, смеясь и что-то быстро ему говоря. — Макс… Роксана… - выдохнула я, всё ещё не до конца веря. — Привет! Брат даже не дал мне договорить, он шагнул навстречу, раскинув руки, при этом держа в них что-то ещё, и я сама тут же бросилась к нему с крепкими объятиями. — Вы же не собирались приезжать, - пробормотала я с лёгкой, почти детской обидой в голосе, отстраняясь ровно настолько, чтобы посмотреть на него. — В Нью-Йорке даже снега нет, - усмехнулся он, снова притягивая меня к себе. — Какое там Рождество? Мы не виделись с ними со дня нашей с Эмбри свадьбы. То есть, почти два года. Сколько раз мы звали их приехать, хотя бы на это Рождество… и каждый раз у них находились какие-то «планы». Теперь стало ясно — они хотели сделать сюрприз. И, надо признать, у них это получилось. — Мы к вам с подарками! - Роксана лукаво улыбнулась, будто их появления было недостаточно, и шагнула ко мне, раскрывая объятия. Я тут же потянулась к ней навстречу. — Давайте уже внутрь, не выпускайте тепло! - спохватился Эмбри, поторапливая нас жестом. — У нас тут, между прочим, полный дом детей. Холодный воздух всё ещё тянулся с порога, и парочка быстро прошмыгнули в дом, прихватив заодно небольшой серый чемодан, который до этого стоял в снегу у их ног. Дверь за спиной закрылась, и сразу же стало теплее, тише, уютнее. — Ну и где моя племяшка? - спросил Макс, оглядываясь по сторонам и на ходу расстёгивая куртку. В его голосе прозвучало почти детское нетерпение. — Спит, - мягко ответила я, забирая у него куртку. — И ты сейчас холодный. Подожди, пока проснётся, тогда и познакомитесь как следует. Он замер на секунду, и его лицо чуть заметно изменилось, будто я только что потушила в нём искру ожидания. Я невольно улыбнулась. Он так долго этого ждал… увидеть Эйлен, взять её на ручки, но поспел как раз к её дневному сну. На наши голоса из кухни выглянули Тайлер и Кэтрин и почти сразу вышли к нам в прихожую. — Тай! - Роксана вспыхнула улыбкой и тут же кинулась к нему, обнимая. — Сколько лет! Он рассмеялся, обнял её в ответ, и между ними сразу завязался живой разговор про перелёт, дорогу, какие-то мелочи, которые казались сейчас такими важными. А я в этот момент заметила другое. Кэтрин и Макс. Должно быть, Макс не ожидал, что встретит её сегодня. Да и она вряд-ли могла такое предугадать. Даже мы с Эмбри не знали о их приезде. Их взгляды встретились всего на секунду — коротко, почти мимоходом, но даже этого оказалось достаточно. Мне вдруг показалось, как атмосфера в комнате стала заметно накаляться от этой встречи. Казалось, ещё мгновение, и весь вечер пойдёт совсем не по праздничному сценарию. Но вместо этого Макс чуть выдохнул, и на его лице неожиданно появилась спокойная, тёплая улыбка. — Привет, Кэтрин. С Рождеством тебя. - он первый сделал этот шаг к заветному примирению, а затем сделал и короткий шаг к самой девушке. Просто и без напряжения. Я сама даже не сразу поверила в то, что увидела. Кэт на мгновение замерла, словно проверяя — не показалось ли ей. А потом её губы тоже тронула мягкая улыбка, и она без слов шагнула навстречу. Они обняли друг друга, как люди, у которых когда-то было слишком много общего… и которые наконец смогли отпустить это. Я тихо выдохнула, только сейчас понимая, что всё это время стояла, затаив дыхание. Наверное, они оба просто выросли из той истории, где оставалось так много вопросов, обид, несказанных слов. Каждый в конечном итоге нашёл своё. Своё счастье, свою любовь, своих людей. И теперь между ними больше не оставалось ничего, что стоило бы держать. …Или, может, это и было то самое рождественское чудо?! — И тебя с Рождеством, Макси, - мягко отозвалась Кэтрин, обнимая его в ответ. Они почти сразу отстранились, и в этом движении совсем не было излишней неловкости. Лишь короткий взгляд и тёплые, спокойные улыбки, после чего каждый вернулся к своей второй половинке. И в этот момент дверь снова неожиданно распахнулась. Холод ворвался в прихожую резким порывом, закружив у пола снежную пыль. Мы все шестеро синхронно обернулись. На пороге стоял… сам Санта Клаус. Высокий, в длинной алой шубе с белым мехом, в шапке с помпоном и с густой белой бородой, скрывающей половину лица. А рядом с ним стояла Снегурочка, укутанная в светлый мех, а чуть впереди — маленький «эльф» в зелёной курточке и шапке. Он улыбался нам во весь рот, когда дверь отворилась. Кэт, Макс и Роксана замерли, уставившись на них с одинаковым выражением полного недоумения. Кажется, к такому повороту событий они точно не были готовы. — Хо-хо-хо! С Рождеством! - раздался низкий, нарочито громкий голос, и «Санта» театрально придержал руками свой внушительный живот. На секунду в прихожей повисла пауза. — Сэм... ты, что-ли? - тихо протянул Эмбри, едва сдерживая смех. Я прикрыла рот рукой, чувствуя, как внутри поднимается смех, но, к счастью, сумела вовремя перебороть порыв и обойтись таким же тихим смешком. Наш серьёзный, собранный, иногда даже немного грозный вожак стаи… стоял сейчас на пороге в костюме Санты с приклеенной бородой и, кажется, был этим чертовски доволен. — Заткнись, Колл, я здесь ради детей! - тут же отрезал «Санта», грозно прищурившись из-под густого меха своей шапки. — Только попробуй испортить им праздник — и я сразу внесу тебя в список плохих! Эмбри не выдержал, и его плечи затряслись от смеха. Я тут же толкнула его локтем в бок, стараясь сохранить серьёзное лицо, хотя самой уже едва удавалось держаться. — Тсс, - прошептала я мужу, с трудом сдерживая улыбку. Мы все уже балансировали на грани, глядя на вожака в таком виде. Ещё чуть-чуть, и смех точно вырвался бы наружу. Но Сэм был прав. Всё это было только ради детей. И, должна признаться… он справлялся. Справа от него стояла Эмили в светлой шубке Снегурочки, и с мягкой, тёплой улыбкой на лице. А чуть впереди, переступая с ноги на ногу, сиял их маленький «эльф» — Лиам — их четырёхлетний сын, с таким серьёзным видом, будто у него была самая важная миссия на свете. В этот момент из гостиной вышла Клэр, крепко держась за руку Квила. Она сделала всего пару шагов и вдруг замерла. В её глазах вспыхнул настоящий, чистый свет, словно тысяча маленьких огоньков. Будто прямо перед ней вдруг ожила сказка. Ещё бы... она ведь так мечтала увидеть Санту, и так искренне в него верила, что смотрела на него сейчас, как на самого настоящего волшебника. — Санта... - почти беззвучно прошептала она, не отрывая от него взгляда. Квил мягко сжал её ладошку и чуть подтолкнул вперёд. — Давай, подойди, - тихо сказал он. Сэм тут же опустился перед ней на корточки, чтобы быть на одном уровне. Борода чуть сдвинулась, но он быстро поправил её на место. Он прищурился, полностью вживаясь в свою роль, и внимательно оглядел девочку, словно мог видеть её насквозь. — Ну что, маленькая леди… - протянул он глубоким, сказочным голосом. — Хорошо ли ты вела себя в этом году? — Да! - Клэр уверенно кивнула, но тут же чуть замялась, нахмурив бровки. — Ну… пару раз я, правда, ударила Квила по голове… но он не обиделся! Где-то сбоку снова предательски фыркнул Эмбри, и тут же притих под выразительным взглядом самого Квила. Сэм выдержал паузу, словно всерьёз обдумывал услышанное, а затем важно кивнул: — Хм… ну раз он не обиделся — значит будем считать, что этого не было! - он даже подмигнул ей. Квил и вовсе закатил глаза за такую «солидарность» и недовольно цокнул языком. — Ну а теперь… - протянул Сэм, театрально разворачиваясь к красному декоративному мешку. — Посмотрим, что у меня для тебя есть. Он порылся внутри, нарочито долго, создавая интригу, и наконец вытащил большую, ярко упакованную коробку. — А вот и твой подарок. Клэр замерла на секунду, а потом её лицо буквально засияло. — Мой кукольный домик?! - выдохнула она, не веря своему счастью, и тут же вспыхнула радостью. — Спасибо, Санта! Она бросилась к нему, обхватив за шею так крепко, что борода едва не съехала набок. Сэм даже слегка пошатнулся, но удержался, тихо рассмеявшись в усы. А уже через мгновение Клэр, прижимая коробку к себе, со всех ног помчалась обратно в гостиную распаковывать свой заветный подарок. Сэм медленно выпрямился, провожая Клэр взглядом, и, чуть понизив голос, протянул: — Любой каприз за деньги Квила! - он перевёл насмешливый взгляд на самого Квила. Тот в ответ лишь тяжело вздохнул и в очередной раз закатил глаза, окончательно смиряясь со своей судьбой. — С Рождеством, дорогие мои! - весело вмешалась Эмили, словно разряжая обстановку, и, сияя улыбкой, начала обнимать всех по очереди. Дойдя до меня, она мягко сжала меня в объятиях. — Прости, что задержались, - шепнула она с улыбкой. — Сэм минут десять пытался приклеить эту бороду. Я невольно хмыкнула, бросив взгляд на «Санту», который с самым серьёзным видом поправил её, будто речь шла вовсе и не о нём. И в этот момент дверь снова открылась. На пороге появились Сет и Брейди, и оба с большими пакетами, из которых выглядывали продукты, бутылки и ещё какие-то коробки. Они едва переступили порог, стряхивая с себя снежинки, и почти синхронно замерли, оглядывая скопившихся в прихожей людей. Их взгляд остановился на Сэме. Пауза длилась ровно секунду, а потом, узнав под всей этой праздничной «экипировкой» своего вожака… они буквально сложились пополам от смеха. Пакеты глухо опустились на пол, что-то внутри звякнуло, но им уже было всё равно. Хохот этих двоих разнёсся по дому, громкий и неконтролируемый, срывающийся на обрывки слов и бессвязные комментарии. — Я… не могу… - попытался выговорить Сет сквозь смех. — Как его теперь… всерьёз-то воспринимать… - выдавил Брейди, хватаясь руками за живот. — Не ржите, - предупредил их Эмбри с деланой серьёзностью. — А то он и вас в свой список плохих занесёт. Это было последней каплей. Сет чуть не сполз на пол, а Брейди, уткнувшись лбом в стену, окончательно потерял способность говорить. А «Санта» тем временем стоял посреди прихожей, молча глядя на них из-под густых серых бровей и, кажется… уже начинал жалеть, что вообще пришёл к нам. — Сейчас как отправлю вас всех в зимний лес в поход — будете знать, как смеяться над вожаком! - грозно заявил Сэм, окончательно вжившись в свою роль. Я невольно усмехнулась Перед глазами тут же всплыл тот самый «поход» пару лет назад, с его благими намерениями — помирить нас с Малией — и абсолютно катастрофичным исходом... Вместо укрепления командного духа мы тогда получили ночь, которую до сих пор вспоминали с нервным смешком. Дверь снова приоткрылась наполовину, впуская в дом мягкий холод и свежий воздух. На этот раз на пороге показались уже Джейкоб и Несси. Бодрые, весёлые, с прилипшими к волосам снежинками. Они всё это время лепили около дома снеговика. — Скорее, все на улицу! - радостно выпалила Несси, поманив нас всех на улицу за собой. — Там снег пошёл! За их спинами действительно кружились лёгкие, почти невесомые снежинки, медленно опускаясь на землю, будто кто-то аккуратно рассыпал их с неба. Я невольно шагнула ближе к двери, выглядывая из-за парочки. Было так красиво... Словно мы действительно попали в зимнюю сказку. Весь декабрь погода будто специально испытывала нас на прочность — ветер, холод, иногда даже слякоть… И вот сейчас, под самый праздник, погода наконец наладилась, создавая атмосферу идеального Рождества. — Пока индейка готовится, почему бы нам всем не выйти ненадолго? - из кухни показалась Рейчел, уже подхватывая идею. В её голосе звучал тот самый живой энтузиазм, который мгновенно передаётся всем вокруг. — Погода за окном и правда сказочная. Она обвела взглядом всех присутствующих в прихожей и вдруг неожиданно-громко закричала: — Пол! Иди сюда! Идею выйти на улицу с энтузиазмом подхватили почти все и сразу. Правда, не обошлось и без «жертв». Сет, Брейди, Ли и Джон, переглянувшись, добровольно решили остаться в доме и сторожить наше самое ценное сокровище. Эйлен, Нэнси, Лиам и Клэр вместе с её новеньким кукольным домиком остались под их строгим присмотром. Четыре ребёнка — четыре няньки. Звучало даже более чем надёжно. А совсем скоро малышей в наших рядах станет ещё больше. Ким и Джаред были уже на пятом месяце и, поэтому, в нашей стае скоро появится ещё один маленький наследник Квилетов. Тайлер с Кэтрин пока не планировали заводить детей — они только начинали подготовку к свадьбе. Ну а чета Майклсонов — Макс и Роксана — тоже пока не спешили, явно наслаждаясь супружеской жизнью вдвоём. Я на ходу натянула мягкие белые варежки, ощущая, как тёплая ткань приятно обнимает пальцы. На мне был только широкий свитер цвета слоновой кости, узкие тёмно-синие джинсы и зимние ботинки. Большего, впрочем, и не требовалось. Проходя мимо Тайлера, я невольно задержала взгляд. Он стоял совсем близко к Кэтрин, с заботливой улыбкой обматывая вокруг её шеи белый вязаный шарф, аккуратно поправляя его, чтобы тот не пропускал холод. Затем натянул ей того же цвета шапку, чуть пригладив выбившиеся пряди у лица. Кэт лишь улыбалась, позволяя ему заботиться о себе. Вроде такие простые жесты, а в них было куда больше любви, чем в любых словах. И это заставило меня тихо улыбнуться, проходя мимо них. Вокруг уже вовсю развязывалась привычная предвыходная суета. Кто-то искал перчатки, кто-то застёгивал куртки, кто-то смеялся, перекрикивая остальных. И только мы — те, в чьих жилах текла горячая кровь — могли позволить себе не кутаться так уж тщательно. Холод для нас был скорее формальностью, поэтому мы отправились на улицу в чём есть. Спустя несколько минут сборов мы всей шумной компанией потянулись на улицу один за другим, цепочкой, переговариваясь и смеясь. — Сэм Клаус, после Вас! - с подчеркнутой вежливостью произнёс Эмбри, чуть склонив голову и широким жестом указывая на дверь. Сэм важно кивнул, будто подобное обращение было для него привычным делом, и прошествовал мимо, не выходя из роли ни на секунду, с той самой походкой человека, который сейчас либо раздаст подарки… либо прикажет всем строиться и идти собирать дань по резервации. Эмбри ухмыльнулся и двинулся следом. Я шагнула за ними, но стоило мне только переступить порог, как в меня тут же врезался снежок. Холод мгновенно пробрался под ткань свитера, рассыпавшись по коже мелкими колючими иголками. Я резко вскинула голову и первым же делом увидела Джареда. Он стоял чуть в стороне с выражением абсолютной невинности, достойной лучших актёров. Только вот губы его предательски подрагивали, а взгляд на долю секунды метнулся куда-то вбок, чем он тут же выдал себя с головой. — А-а… вот как, значит, - протянула я, медленно наклоняясь и зачерпывая ладонью снег. Джаред моментально напрягся. Решил кинуть в меня снегом и сделать вид, что совсем не знаешь откуда он прилетел? Ну держишь у меня! — О, нет… - пробормотал он, делая осторожный шаг назад. — Мы можем всё обсудить. — Уже поздно. Я сжала снег в ладони, а он сделал ещё один осторожный шаг назад, уже готовясь к бегству. — Поберегись! - вдруг раздалось откуда-то сверху. Я едва успела повернуть голову, как прямо передо мной, взметнув облако снежной пыли, на ледянке с горки с бешеной скоростью слетел Джейкоб. — У-у-у! - радостно протянул он, проносясь мимо. Он промчался так близко, что меня едва не зацепило, и я инстинктивно отшатнулась, чудом удержав равновесие. Секунда — и его уже унесло дальше, вместе с вихрем разлетевшегося снега и собственным смехом. Я медленно выдохнула, приходя в себя. Горка, к слову, принадлежала Квилу, что как раз жил с нами по соседству. Планировалось, что она будет построена для Клэр и других соседских детишек... Но, как оказалось, помимо них на горке катались ещё и все местные оборотни. Я быстро огляделась по сторонам. Джаред. Он всё ещё стоял неподалёку… и как раз отвлёкся, наблюдая за траекторией Джейкоба. Отлично. Я тихо обошла его со стороны, стараясь не скрипнуть снегом под ногами, сжала в ладони чуть влажный снег и приблизилась ещё на шаг. Ещё ближе. Почти вплотную. А уже в следующую секунду произвела меткий бросок прямо ему за шиворот. — Эй! - он взвился на месте, резко сводя плечи и извиваясь так, будто его ударило током. Я не выдержала и расхохоталась, наблюдая за этим представлением. Подпрыгивая на месте, он отчаянно пытался вытряхнуть снег из-за шиворота, извиваясь так, будто исполнял какой-то странный шаманский танец. — Теперь мы квиты! Он что-то пробурчал себе под нос, продолжая дёргать ворот кофты, но я уже не слушала. Мимо нас вихрем пронёсся Квил, таща за собой на санках Ким. Она была укутана в плед по самые щиколотки и тоже смеялась над Джаредом так, что едва не свалилась с санок. — Это было красиво! - крикнула она, проезжая мимо, и на ходу звонко хлопнула меня по ладони. Где-то справа вдруг раздался глухой «шлёп». Я обернулась как раз в тот момент, когда Рейчел медленно подняла руку к плечу, с которого осыпался свежий снег. Она стояла неподвижно, с тем самым выражением лица, которое обычно предвещает чью-то скорую и мучительную смерть. Напротив неё застыл Макс. — Я… - начал он осторожно, уже делая шаг назад. — Это не я… Договорить он не успел. Пол возник рядом с ним почти мгновенно, словно материализовался из снега. За считанные секунды он скатал вокруг себя огромный снежный ком, размером почти с основу для снеговика, поднял его над головой и медленно, с предвкушающей ухмылкой, посмотрел на Макса. — Беги, - тихо посоветовал ему кто-то. Макс не стал медлить. Он сорвался с места так резко, что едва не поскользнулся, и понёсся вокруг горки, поднимая за собой снежную пыль. Пол бросился вслед за ним. С этим самым комом. И с выражением лица человека, который намерен мстить за жену. Рейчел и Роксана стояли чуть в стороне и смеялись так, что едва держались на ногах, хватаясь друг за друга, как две сороки. — Санта, это что за беспредел?! Ты же добрый старик! - раздался возмущённый голос Тайлера. Я повернула голову. Сэм… уже не был «добрым стариком». Он только что с абсолютно невозмутимым видом опрокинул Кэтрин в сугроб, и теперь, стоя над ней в своей красной шубе, методично закидывал снежками всех, кто попадался под руку. — Детей здесь нет! - громко объявил он, не скрывая довольной улыбки. — Мне незачем больше притворяться! Очередной снежок полетел в Квила, но тот ловко увернулся, и снаряд псевдо-Санты просвистел мимо, рассыпаясь где-то позади. — Тай! Помоги мне! - донёсся из сугроба жалобный голос Кэтрин. Из белого снега торчали только её руки и растрёпанная светлая макушка. Шапка валялась где-то рядом. Она тянулась к Тайлеру с таким драматизмом, будто тонула не в снегу, а в бушующем океане. Тайлер замер всего на мгновение, а потом медленно выпрямился, внушительно расправив плечи, и с максимально серьёзным выражением лица зашагал к ней походкой героя, игнорируя пролетающие мимо снежки. — Я спасу тебя, - начал он торжественно. — О, прекрасная принцесса. Он сделал ещё шаг и тут же неловко поскользнулся, лишь чудом удержавшись на ногах. И, будто ничего не произошло, продолжил идти дальше с тем же достоинством. Я не выдержала и снова рассмеялась, ощущая, как холодный воздух щиплет щёки, а внутри разливается тёплое, живое чувство. Всё вокруг было шумным, сумасшедшим, снежным… и до невозможности настоящим. — Мы сейчас врежемся! - раздался впереди звонкий крик Ренесми. Она, сидя на ледянке перед Джейком, мгновенно закрыла лицо пушистыми варежками, словно это могло каким-то чудом спасти ситуацию. Не помогло. Секунда, и они, всё же не справившись с управлением, вместе влетели в сугроб. Я невольно дёрнулась вперёд, чтобы разглядеть, всё ли с ними в порядке, но всю картину мне резко перекрыл Эмбри. Он появился так неожиданно, словно вырос из-под земли, встав прямо передо мной с той самой улыбкой, от которой явно не стоило ждать ничего хорошего. — Хорошая погодка, не так ли? - слишком невозмутимо поинтересовался он, склонив голову чуть набок. Я машинально выглянула из-за его плеча. Снег мягко падал крупными хлопьями, ложился на крыши домов, на ветви деревьев, на следы, которые мы тут же снова и снова оставляли на дорожках. Воздух был тихим, почти неподвижным. Такая редкая, идеальная зимняя тишина. — Да… - протянула я, всё ещё пытаясь понять, к чему он клонит. — И ветра почти нет. И тут же внутренний голос лениво подсказывал: он что-то задумал... Здесь что-то не так... Но было уже поздно. Улыбка Эмбри стала ещё шире. — А в сугробе его и подавно нету, - почти ласково заметил он. И в следующую секунду мир резко перевернулся. Он подхватил меня на руки так легко, будто я ничего не весила, и закружил, заставив воздух на мгновение исчезнуть из лёгких. — Эмбри! - я взвизгнула, автоматически вцепившись в его шею мёртвой хваткой. Снег, небо, его смеющееся лицо — всё смешалось в одно быстро вращающееся пятно. — Даже не думай! - предупредила я, уже прекрасно понимая, что именно он задумал. — Уже думаю, - спокойно ответил он и безжалостно понёс меня прямиком к самому глубокому сугробу. — Эмбри, я серьёзно! Где-то впереди Джейкоб, весь в снегу, пытался вытащить Ренесми из того же сугроба, но, судя по его виду, сам был не в лучшем положении. — Эй, не сюда! - начал он, заметив наше приближение. Но не успел он сказать это, как Эмбри сделал уже последний шаг и без малейших угрызений совести швырнул меня в этот чёртов сугроб, как какой-нибудь мусор. Мир взорвался холодом. Снег мгновенно оказался везде — за воротом, в рукавах, в сапогах даже. Я с приглушённым вскриком провалилась в мягкую глубину, на секунду полностью исчезнув из виду. На секунду меня охватила полнейшая тишина, а потом я резко вынырнула наружу, стряхивая с себя снег и тяжело дыша. Волосы растрепались, а щёки горели скорее не от холода, а от возмущения. — Ты… - начала я, уставившись на Эмбри. Он стоял напротив, абсолютно довольный собой, с широченной, ни капли не раскаивающейся улыбкой. — Беги, - тихо, почти зловеще процедила я, начиная выбираться из снега. Сначала вытащила на поверхность одну ногу, потом вторую. Снег предательски проваливался под сапогами, не желая меня отпускать. Эмбри замер на долю секунды, наблюдая за моими жалкими попытками выбраться. — Детка, я же не хотел тебя обидеть! - поспешно заговорил он, подскакивая ближе. — Это же… ну… любя! И вместо того, чтобы спасаться бегством, этот гений, наоборот, решил остаться. И даже более того — он протянул ко мне руки и помог выбраться обратно на дорожку. А затем сразу же начал аккуратно стряхивать снег с моих плеч, с рукавов, с волос, будто это каким-то образом могло спасти его от моей мести. Я уставилась на него. — Подлизываешься? - протянула я, скептически выгнув бровь. Он виновато улыбнулся. Знает, что моя месть будет куда хуже. — Я просто очень ценю свою жизнь! — Поздно ты о ней задумался, - буркнула я. — Сейчас я тебя тоже… любя… носом в снег воткну. Слова прозвучали угрожающе, но уже через секунду я сама же не выдержала и рассмеялась. Он тоже. И в этот же момент за его спиной со скоростью света промчался Макс. — Спасите! - орал он, всё ещё унося ноги от Пола. — Алекс! Зять! Следом, с выражением чистого, искреннего намерения довести дело до конца, нёсся Пол с огромным снежным комом, поднятым над головой, и явно подбирал лучший момент запустить снаряд прямо в моего брата. Он бы ещё снеговика схватил и бегал за ним. Как дети, ей богу! — Ну извини, что я случайно попал снежком в твою жену! - выкрикнул Макс, ловко петляя между всеми, как заяц. — Я тебе сейчас тоже случайно отвечу! - крикнул ему в ответ Пол, ускоряясь. В следующую же секунду Пол вылетел на укатанную ледяную дорожку у горки, очевидно не заметив этого, и его нога тут же поехала. Руки всё ещё держали над головой снежный «снаряд», не желая выпускать его даже сейчас. Он попытался удержать равновесие, но у него не получилось. Далее всё произошло почти в замедленной съёмке: Пол взмыл в воздух, нелепо раскинув руки, и с глухим «бах!» рухнул на спину. На долю секунды вокруг него воцарилась тишина. Он лишь грустно смотрел на то, как неизбежно падал на него тот самый снежный ком, который он уготовил для Макса. Он рухнул прямо ему на грудь, рассыпаясь в аккуратный мини-сугроб. Макс остановился на звуки и обернулся, и почти сразу же согнулся пополам от смеха. — Ты… ты сам себя закопал! - выдавил он сквозь хохот. Пол лежал, распластавшись на ледяной дорожке и глядя в небо с таким выражением лица, будто переосмысливал все свои жизненные решения. И, кажется, последнее из принятых им, больше не казалось ему таким уж удачным. Я прыснула со смеху, уткнувшись лбом в плечо Эмбри. — Вот это я понимаю… карма, - пробормотала я, всё ещё посмеиваясь. Снег продолжал тихо падать, словно ничего из этого безумия его совершенно не касалось. К «пострадавшему» уже подбежала Рейчел и, не сдерживая смеха, принялась разгребать с него снег. — Пол! Ты там живой вообще?! - всполошилась она, откапывая его тушку. — Ну как же ты умудрился?! Выражение его лица было крайне оскорблённое. Он явно не рассчитывал закончить эту гонку вот так. Я снова рассмеялась, глядя на всех этих взрослых, но таких забавных людей. На секунду мне даже показалось, что мы никогда так по-настоящему и не повзрослеем. Что, несмотря даже на собственных детей, ответственность за наш народ и всё остальное, внутри мы навсегда так и останемся теми же шумными, безрассудными, смеющимися до слёз подростками. И, честно говоря… мне это нравилось. Я искренне любила их всех до единого. За этот смех, за эту простоту, за эту жизнь, которая сейчас кипела вокруг. И в груди разлилось тёплое, почти тихое счастье от мысли, что я здесь. И что я имею возможность встретить и провести этот праздник с ними. Именно так. — О таком Рождестве ты мечтала? - раздался у самого уха голос Эмбри. Он обнял меня сзади, притянув ближе, и удобно устроил подбородок на моей макушке. — Это даже лучше, - тихо ответила я, накрыв его руки своими и при этом не отрывая взгляда от всей этой снежной суеты. Смех, крики, разлетающийся снег, чьи-то догонялки, чьи-то падения… Мой взгляд уже почти лениво скользнул по двору, как вдруг зацепился за что-то странное, маленькое и неподвижное. Оно стояло у нас на террасе, почти у самой двери, слегка уже припорошённое снегом, будто кто-то оставил его там совсем недавно. Я нахмурилась, чуть прищурив глаза. — А там... что это? - спросила я Эмбри, кивнув в сторону террасы. Эмбри проследил за моим взглядом и тоже насторожился. — Не знаю, - протянул он, чуть сдвинув брови. — Но этого точно не было, когда мы выходили. На секунду мы переглянулись и, не сговариваясь, одновременно двинулись вперёд. Снег тихо поскрипывал под ногами, морозный воздух лишь слегка щекотал кожу, а где-то за спиной всё ещё раздавался смех и крики. Чем ближе мы подходили, тем чётче вырисовывался силуэт. Это был небольшой подарочный пакет. Чёрный, матовый, оставленный у порога нашего дома кем-то неизвестным… и, кажется, совсем недавно. Снег лишь едва припорошил его края. Я остановилась в шаге от него. Пакет сверху оказался закрытым. — Это… тебе не кажется странным? - пробормотала я, не сводя с него взгляда. — Есть такое, - коротко ответил Эмбри. Я осторожно наклонилась и подняла пакет. Он оказался тяжелее, чем я ожидала. Что-то внутри него сдвинулось, глухо стукнувшись о стенку. Я нахмурилась ещё сильнее. — Здесь ещё что-то есть… Перевернув пакет, я заметила аккуратную белую карточку, прикреплённую с обратной стороны. — Записка, - тихо добавила я. Я передала пакет Эмбри, чувствуя, как внутри поднимается странное, почти необъяснимое ощущение — смесь любопытства и лёгкой тревоги. Он взял пакет, машинально сжав чуть крепче, будто уже оценивал возможную опасность. Я же аккуратно сняла карточку. Сложенная пополам, она больше напоминала небольшую открытку. Пальцы на мгновение замерли на её краю. Это точно был чей-то подарок. Только вот… от кого? И почему его оставили именно так? Я медленно развернула карточку. На внутренней стороне открытки аккуратным, ровным почерком были выведены строки чёрными чернилами. Я невольно затаила дыхание, прежде чем начать читать.«Для Александры Колл.
Дорогая Алекс, Я пишу тебе это письмо, так как знаю — больше нам не суждено будет встретиться. Ты всегда считала, что наша встреча произошла совсем недавно. Но на самом деле всё началось гораздо раньше. Тебе было всего несколько недель, когда я впервые взяла тебя на руки. Ты была такой крошечной, едва различимой в этом мире... и всё же уже тогда в твоих глазах жило нечто особенное. Огонь. Жажда. Судьба. Я сразу поняла — ты необычный ребёнок. В твои шестнадцать наши пути вновь пересеклись. Ты нуждалась в помощи, и я пришла. Вы с Эмбри были тогда ещё совсем детьми, потерянными в чувствах, которые оказались сильнее вас самих, и с невероятно тяжёлой судьбой. Я знала, что ждёт вас впереди. Знала, сколько боли вам придётся пережить. Но также знала и другое — вы справитесь. И вы справились. Я горжусь тобой, Алекс. Горжусь той сильной и уверенной девушкой, которой ты стала. А жертвы, принесённые во имя любви, никогда не бывают напрасны. Они всегда возвращаются — иначе, глубже, сильнее. Иногда… в виде новой жизни. Ваша дочь — не просто подарок. Она — награда за всё, через что вы прошли. Она унаследует твою храбрость, твой шарм. Самоотверженность и силу отца. Ту, что способна защитить даже от самого тёмного зла, ведь она — дочь своих родителей. Двух очень сильных духом Квилетов. Передай ей моё кольцо, когда она подрастёт. Оно будет оберегать её, куда бы она ни пошла. Будь счастлива, моя дорогая Алекс. И берегите друг друга. С Рождеством!
Аманда Клайд.»
Я дочитала письмо до конца и ещё несколько секунд просто смотрела на эти строчки. В груди разливалось очень странное, смешанное чувство. Радость и грусть переплетались между собой так тесно, что их почти невозможно было различить. Она попрощалась... А значит точно знала, что дальше я справлюсь сама. Что мне больше не понадобится её помощь. От этого на душе становилось спокойно. Но от мысли, что я больше никогда её не увижу, мне стало по-настоящему грустно. «Жертвы, принесённые во имя любви, никогда не бывают напрасны...» — эти слова отозвались во мне особенно остро. Так всегда говорил мой покойный дедушка. Они были знакомы с Амандой когда-то очень давно, когда он был ещё молод. До семьи, до жизни, которую он в итоге выбрал. Тогда они ещё любили друг друга. Я медленно опустила взгляд, чувствуя, как внутри начинает выстраиваться простая, но такая важная истина: эти слова он всегда повторял за ней. Именно Аманде однажды пришлось отпустить его. Она пожертвовала своим счастьем и позволила ему быть счастливым — с другой. С моей бабушкой. С той, к которой его однажды привели те самые неумолимые, вечные нити импринтинга. Я тихо выдохнула и аккуратно сложила карточку, словно боялась повредить её. — Это от Аманды, - негромко сказала я, подняв взгляд на Эмбри. Он сразу уловил в моём голосе что-то большее, чем просто факт, но не стал перебивать. — Что там? - мягко спросил он, кивнув на письмо. Я на секунду замялась, а затем чуть улыбнулась, смотря на него. — Просто поздравление с Рождеством. Я почему-то решила не вдаваться во все подробности её письма. Аккуратно убрав карточку в задний карман джинс, я ещё раз провела ладонью по плотной ткани сверху. — Странно… - тихо протянул Эмбри, внимательно глядя на меня. — Мне показалось, ты немного загрустила. — Всё хорошо, - мягко отмахнулась я, улыбнувшись уже увереннее. Он ещё пару секунд изучал моё лицо, словно решая, стоит ли настаивать, но в итоге только кивнул и перевёл взгляд на пакет. Эмбри покрутил его в руках и слегка встряхнул. Внутри что-то сместилось. — Здесь ещё что-то есть. Что-то... тяжёлое, - заметил он, приподняв бровь. — Откроем? После моего кивка Эмбри осторожно раскрыл пакет и заглянул внутрь. Его движения вдруг стали почти бережными, будто внутри лежало что-то особенное. А через мгновение он вынул оттуда стеклянный шар. Я невольно затаила дыхание. Внутри, среди застывшего прозрачного пространства, стояли два волка. Они шли рядом — бок о бок, чуть касаясь плечами, словно шли вдвоём против целого мира. Один был крупнее, с серой шерстью, светлой мордой и характерной полосой вдоль спины. Второй — чуть меньше, и имел чисто белый окрас. Моё сердце мягко сжалось. Это были мы. Эмбри и я. В ином нашем обличии. На губах сама собой появилась тихая, зачарованная улыбка. Эмбри чуть наклонил шар и едва заметно встряхнул его, и в ту же секунду внутри закружился снег. Мелкие белые хлопья медленно опустились на спины волков, укрывая их мягким слоем, превращая эту сцену в нечто по-настоящему сказочное. — Красиво… - почти шёпотом выдохнула я. Но это было куда больше, чем просто «красиво». В этом было что-то… живое, настоящее. Шар был создан магией, и я чувствовала её. — Здесь ещё кое-что, - тихо добавил Эмбри, вновь опуская руку в пакет. Он достал кольцо. То самое, о котором писала Аманда. — Оно для нашей дочери, - мягко сказала я, переводя взгляд на него. Кольцо лежало на его ладони, ловя свет и отбрасывая едва заметные алые блики. Белое золото переплеталось в тонкие, почти живые линии, словно само обвивало палец будущей хозяйки. В центре сиял вытянутый ярко-красный рубин. Глубокий, насыщенный, будто внутри него горело крошечное пламя. Это было не просто украшение, а настоящая реликвия. Фамильная ценность. Я сразу вспомнила это кольцо. Оно принадлежало Аманде и всегда было на её руке. Она никогда его не снимала. А теперь… оно было здесь. Аманда передала его моей дочери. Эйлен. Эмбри задумчиво провёл большим пальцем по краю оправы, не отрывая взгляда от камня. — Сохраним до её шестнадцатилетия? - тихо предложил он. — Или подарим в день первого обращения. Я на секунду задержала взгляд на кольце, а затем подняла глаза на него. — Думаешь… она всё-таки обратится? — Я не думаю, что у неё вообще будет выбор, - с тихой усмешкой ответил Эмбри. — В нас обоих течёт кровь оборотня. Мы оба тихонько усмехнулись. Это и вправду казалось неизбежным... и одновременно чем-то удивительно правильным. Где-то глубоко внутри я уже знала: однажды этот день действительно настанет. И когда он придёт — мы с Эмбри будем рядом. Я подготовлю её так же, как когда-то подготовил меня мой дедушка. И тогда ей не будет страшно открыть для себя этот новый мир, где хранится множество тайн. Она сможет принять себя не как проклятие, а как силу, дар. Я опустила взгляд на шар в своих руках, и мысли сами собой потянулись в будущее. Однажды я расскажу ей удивительную историю любви, которая оказалась сильнее времени. О том, как двое пошли против целого мира, чтобы быть вместе. Как даже на краю смерти поклялись встретиться снова. В другой жизни. В других обличиях. Вопреки времени, обстоятельствам и людям, так жестоко разлучивших их однажды. Я расскажу ей о тайнах, что скрывает этот мир. Расскажу о людях, умеющих обращаться в волков. О прекрасных и поистине сильных чувствах, которые невозможно ни сломать, ни забыть. Я расскажу ей об Аманде — самой мудрой и могущественной заклинательнице, чья сила всегда шла рука об руку с добротой. И о Джереми, что прятал своё сердце в самых дальних уголках тьмы, но всё равно находил в себе силы совершать чудеса во имя добра. Однажды я расскажу ей об удивительном сумеречном мире, что будет ждать её. Я чуть приподняла шар и легонько встряхнула его. Снег внутри снова закружился, мягко опускаясь вниз. Картина внутри была до боли похожа на ту, что окружала нас сейчас. — Вот, где скрывается волшебство... - прошептала я с лёгкой улыбкой, не отрывая взгляда от этого крошечного мира. — Моё волшебство — в твоих глазах. Я замерла на секунду, а затем медленно повернула голову к Эмбри. Он смотрел на меня так спокойно… и так глубоко, что внутри невольно стало теплее. Я прищурилась, чуть склонив голову, и в моём взгляде мгновенно вспыхнула знакомая искра. — Так сильно меня любишь? - загадочно улыбнулась я, делая к нему один медленный шаг. Мои руки плавно скользнули по его груди и замерли на плечах, мягко поглаживая ткань. Его ладони, такие же тёплые и бережные, как и в самом начале, осторожно легли на мои щёки, приподнимая лицо навстречу его взгляду. И в этот момент слова нам стали не нужны больше. Всё, что он чувствовал, без единой тени сомнения отражалось в его глазах. И я поняла: вот оно, то самое волшебство. Оно действительно живёт в глазах любимого человека. — Больше, чем кто-либо ещё в этом мире может любить кого-то. Я замерла на долю мгновения, словно весь окружающий мир вдруг отступил назад, оставив нас в этом хрупком моменте одних. Я смотрела в тёмный омут его глаз и тонула в нём без остатка, чувствуя, как всё внутри меня кричит о почти нереальной любви к нему. Я понимала, что никакими словами не смогла бы её описать. Здесь они и не требовались. Я почти неосознанно приподнялась на носочки. Одна рука скользнула ему на шею, а другая быстро запуталась в волосах. Я притянула его к себе — ближе, чем это вообще возможно — и поцеловала. Так, как целуют не просто любимого человека, а как то, что больше всего на свете боятся потерять. С той тихой неизбежностью, в которой нет сомнений, и нет будущего без этого человека. Его ладони плотно легли на мою талию. Я чувствовала тепло его кожи, его дыхание, поймавшее мой ритм, и прижималась к его груди так, словно хотела раствориться в нём окончательно, без остатка. Навсегда стать частью него. За моей спиной в этот момент звучали смех и счастливые голоса наших друзей, будто сама жизнь продолжала идти дальше, не обращая внимания на то, что для нас время на секунду перестало существовать. В доме тихо спала наша маленькая дочь. А над нами в безмолвном танце кружились мягкие, белоснежные снежинки, неспешно опускающиеся вниз. Они оседали на плечи, волосы, и покрывали землю бескрайним зимним ковром. И в этом было что-то почти нереальное, словно сам мир на мгновение замедлился. Словно кто-то сверху бережно запечатлел этот момент… и решил оставить его навсегда. Прошло два года с того дня, как наши судьбы переплелись окончательно, но я всё так же ловила себя на том, что любовь к нему не достигает предела. Она не утихала, не становилась привычной. С каждым днём она лишь углублялась, разрастаясь во мне чем-то большим, чем просто чувство. Чем-то, что уже невозможно было отделить от самой себя. Иногда мне даже казалось, что одно человеческое сердце было бы не способно выдержать столько. До Эмбри я даже не знала, что любовь может быть такой. Что в человека можно влюбляться заново, каждый день, открывая в нём что-то новое, за что хочется любить ещё сильнее. Мы связаны. И это больше не казалось мне чем-то пугающим. Это было единственное, что в этом мире имело абсолютный смысл. И чем яснее я это понимала, тем отчётливее ощущала одну простую истину: я больше никогда не смогу жить без него. Иногда я думаю... как два человека из совершенно разных тогда миров смогли встретиться... смогли найти друг друга среди миллиардов других... и полюбить. Несмотря ни на что. Вопреки всему. Но всё началось с одной встречи в правильное время и одного невинного взгляда. Взгляда, что в корне перевернул всю мою жизнь. Переписал саму меня. И, возможно, именно в тот момент всё уже было решено без нас. Я чуть отстранилась, чтобы взглянуть на него. Его глаза — такие же, как в тот самый день — смотрели на меня с той же глубиной, в которой я когда-то потерялась... и нашла себя. И, наверное, именно в этом и есть настоящее чудо. Не в магии, не в судьбе, не даже в вечности... А в том, что среди всех невзгод и трудностей — мы не отпустили, а обрели друг друга. Я снова прижалась к нему, закрывая глаза, и в этот момент я точно знала: Это не конец нашей истории. Это только начало.The end.
