Провокация

Довольный результатами, Шерлок отодвигает микроскоп и убирает в холодильник почти завершенный эксперимент. За окном стемнело, а он даже не заметил. Проверив время, поджимает губы, хмурясь. Джон с Лестрейдом договорились посидеть в баре и должны были встретиться в восемь. Время уже перевалило за полночь, а от обоих ни слуху, ни духу. Собираясь позвонить по знакомому номеру, замирает, прислушиваясь. Глухой удар чего-то тяжёлого, а затем слышно, как открывается входная дверь. Нахмурившись ещё больше, прячет телефон в карман, переходя в гостиную. Тяжелые, сбивчивые шаги слышатся на лестнице, периодически заглушаемые бормотанием. Шерлок обречённо вздыхает, скрещивая руки на груди, ожидая, когда же тот доползёт. - Кажется, ступенек стало больше, - первое, что заплетающимся языком произносит блоггер, ввалившись в комнату. Холмс лишь фыркает, подходя ближе, намереваясь снять с возлюбленного куртку. - О, солнышко, - урчит тот, почувствовав, что находится теперь в надёжных руках, бросая попытки стоять ровно, утыкаясь носом в грудь, обвивая руками брюнета за талию, повисая. - Пахнешь домом. И кофе. И... Да просто Шерлоком. - А ты спиртом. И отнюдь не медицинским, - саркастично бросает в ответ. Несмотря на то, что Джон переносит таким образом весь свой вес на него, Холмс, даже не пошатнувшись, приобнимает, поддерживая, без особого труда всё же стягивая куртку и вешая её на рядом стоящую вешалку. - Знаешь, мне сказали, что я симпатяга, - хихикнул блондин, зарываясь носом в мягкую ткань рубашки. - Надеюсь, не инспектор, - отвечает, забавляясь, мысленно отмечая, что в трезвом состоянии Джон себя так никогда бы не вёл. Довольно интересное явление. - Нет, - хмурится тот, глядя на Шерлока из-под полуприкрытых век. - Те парни... Детектив щурится, поджимая губы. Кто-то делает комплименты его Джону, а тому, похоже, это только в радость. Впрочем, в таком состоянии... - ...Пытались подкатить. Один даже обнять хотел. Да что ж это за бар такой? Их, случаем, не в гей-клуб занесло спьяну? Плотно сжав зубы, подхватил Ватсона на руки, унося в их общую спальню, попутно стараясь утихомирить взволновавшееся по какой-то причине сердце. - Грег вот даже номер свой оставил. У меня тоже спрашивали. - И ты дал? - Шерлок старается, чтобы голос его звучал безразлично, холодно, но всё же проскальзывают заинтересованные нотки. Джон сотрясается в беззвучном смехе, крепче обхватывая рукой бледную шею. - Я телефон потерял, - наконец, отвечает, начиная водить пальцами другой руки по кадыку, мурлыкая под нос какую-то песенку, явно услышанную в том же заведении. Выходит, дал бы? Что за чертовщина?! Да он больше никогда не отпустит его ни в какой бар! Стараясь успокоиться, утешаясь этой мыслью, усадил своего доктора на кровать, стягивая с него ботинки. - А Грег потом с тем парнем уединился, представляешь? - сонно бормочет Джон и, повинуясь силе притяжения, откидывается назад, удовлетворённо вздыхая, оказываясь в горизонтальном положении - так комната меньше кружится. - А меня спрашивали, не хочу ли я тоже последовать его примеру. Их было двое. Там... Братья, - удивительно спокойно продолжает рассказ, с трудом выговаривая согласные. Веки сами закрываются и он замолкает, прислушиваясь к отчего-то очень шумному дыханию любовника. Шерлок ошарашенно замирает, так и оставшись сидеть на корточках, сжимая кулаки. - Что-то ещё? - сухо спрашивает, вставая, чувствуя, как внутри всё просто кипит от злости, ревности, а руки предательски подрагивают. - Тот, что просил номер, ушёл, - голос его становится тише, давая понять, что обладатель вот-вот отключится, но повествование не прерывается. - А братья остались. Один из них всё повторял, что у меня красивые глаза, а второй даже попытался поцеловать, но тогда вернулся Грег. Сказал, что нам пора домой. Он такой смешной был, растрёпанный, вроде даже напуганный, - Джон вновь почти по-детски смеётся, вытягивая руки над головой. Футболка, и без того выгодно подчёркивающая достоинства фигуры, натягивается, облегая крепкое тело, оголяя полоску кожи внизу живота. Шерлок громко рычит, тут же оказываясь сверху, прижимая руки бывшего военного у того над головой, закрепляя. - И ты бы позволил себя поцеловать? - шипит на ухо, после чего прикусывает мочку. - Я не знаю, - довольно спокойно отвечает тот, подставляя шею, в которую брюнет тут же вонзается зубами, оставляя следы от укусов и красные метки. - Ты бы не стал! - шепчет тот, вжимая его в матрас, крепче сжимая рукой запястья, проводя языком по отметинам. Небесно-голубые глаза словно бы проясняются, внимательно изучая исказившееся лицо, когда тот отстраняется. - Почему нет? - тихим, подрагивающим голосом спрашивает, переводя взгляд на скривившиеся в презрении губы, призывно приоткрывая рот, чем тот тут же пользуется, с утробным рычанием впиваясь, проталкивая язык. В какой-то момент Джону кажется, что его вот-вот съедят. Лёгкий металлический привкус лишь добавляет остроты, кружа голову, и он едва успевает отвечать. Вторая рука оказывается на ширинке стремительно становящихся тесными брюк, длинные пальцы торопливо, но с удивительной чёткостью и без особой заминки расстёгивают, тут же проникая, сжимая сквозь ткань боксёров уже наполовину вставший член, и Джон не сдерживается, стонет, разрывая поцелуй. Снова чувствует укус уже в районе ключиц, невольно подаваясь бёдрами вперёд, но Шерлок надёжно прижимает его, не давая двинуться. - Потому что ты мой, - уверенно, тоном, не терпящим возражений. Джон молчит, тяжело дыша, закрывая глаза, пряча вполне протрезвевший взгляд. Скалится, подрагивая от эмоций и желания, тянется к тумбочке, не выпуская рук, но ослабляя хватку, почти сразу находя в верхнем ящике искомое. Джон, оказавшейся в сравнительно свободном положении, даже не пытается вырваться, ожидая, стараясь хоть немного выровнять сбившееся дыхание. Склоняется, вновь припадая к губам в более спокойном, но страстном поцелуе, собственническом. Освобождая руки, Шерлок нетерпеливо стягивает с него футболку, почти тут же вновь прижимая всем телом к кровати и шипит, когда их возбуждённые члены соприкасаются сквозь несколько слоёв ткани. Джон порывисто выдыхает, обхватывает руками за шею куда более резко и крепко, чем несколько минут назад, ещё на лестнице, запуская пальцы в волосы, сжимая, спутывая смоляные пряди. Холмс оставляет ещё пару меток на медовой коже груди, в который раз отмечая контраст с собственной, не тронутой солнцем. Старается попутно стянуть брюки вместе с бельём, но это крайне неудобно, хоть Джон и пытается помочь, приподнимая бёдра, потому он отстраняется, наконец, снимая, затем избавляясь и от собственной одежды. Ревность никуда не исчезает, не утихает, лишь разгораясь. Кто-то касался его Джона, говорил ему пошлые и ласковые словечки, флиртовал. - Ты забудешь, - словно пытаясь заверить самого себя, пробормотал, на что Ватсон лишь слабо усмехнулся, сводя все старания на нет. Обхватывает за бёдра, придвигая чуть ближе, устраивается меж уже разведённых ног. Открутив крышечку, щедро смазывает лубрикантом два пальца, наблюдая за быстро вздымающейся грудью своего любовника и лицом. Румянец играет на щеках, светлые ресницы подрагивают, язык пробегает по пересохшим от горячего дыхания губам. Шерлок не медлит, приставляет пальцы к колечку мышц и почти сразу вводит сначала один, постепенно подготавливая, растягивая, затем и второй. Плавно проталкивает их глубже, скользит, поглаживает. Джон выгибается, шипит, сжимая руками, комкая простынь, задыхаясь. Когда двигаться внутри становится легче, а просьбы становятся всё настойчивее, да и сам Шерлок едва сдерживается, - он, наконец, распределяет оставшуюся смазку по члену. Подложив под поясницу подушку, приставляет головку ко входу, опираясь одной рукой о матрас, не замечая промелькнувшую ласковую улыбку. Конечно же, Джон не может не заметить заботу, которую тот так тщательно старается скрыть. - Мой, - выдыхает, проталкиваясь вперёд настолько грубо, насколько вообще может себе позволить, не причиняя при этом сильную боль. - Считаешь? - Джон цепляется, тянет на себя, впивается ногтями в тонкую кожу на лопатках, которым словно суждено было превратиться в крылья. - Знаю. И все последующие толчки действительно выходят куда более грубыми, чем обычно. И от этого лишь сильнее срывает крышу. Шерлок выглядит крайне сосредоточенным... Но постепенно становится слегка потерянным. Нельзя не замечать непрекращающийся мыслительный процесс, приводящий к явно неправильным и болезненным для него самого выводам. И отмахиваться от этих мыслей у гения получается на удивление плохо. - Шер... Шерлок, - уверенно обхватив ногами стройные бёдра, Джон вынудил того посмотреть прямо в глаза и прерваться, несмотря на болезненное возбуждение и приближающуюся разрядку, с трудом собирая воедино осколки рассудка. - Только ты. Только с тобой. Веришь? Лёд стремительно тает и в пронзительном взгляде плавится, растекается серебро, невероятным образом излучая тепло. - Всегда. Д-джон... - по крепкому стройному телу проходит слабая дрожь, влажная прядка прилипает к бледному лбу, создавая идеальный контраст, подчёркивая неземную бледность. - Давай, хороший мой. Несколько идеально ровных, ритмичных движений и почти столько же сбивчивых, хаотичных, приводят их обоих к разрядке. Шерлок срывается раньше на пару секунд, Джон следует за ним. И так во всём.

***

- Как думаешь, Майкрофт... - Это последнее, о чём я хотел бы думать сейчас, - недовольно ворчит детектив, расслабленно развалившись на кровати, прижав к себе тёплого и довольного Джона. - Но да. Думаю, инспектор стал вторым после меня человеком, сумевшим вывести из себя эту заносчивую задницу. Ласково поглаживая бледную и размеренно вздымающуюся грудь, Джон тихонько рассмеялся. - Ты ведь уже догадался, что я был не до такой степени пьян, чтобы... - Не сразу, - бледные щеки очаровательно покрылись румянцем, выдавая смущение гениального детектива, ненавидящего упускать даже малейшие детали. - Но ведь остальное - правда. - Шерлок... - Джон приподнялся, любуясь открывшимся зрелищем, которое наблюдать можно было крайне редко. - Ты идиот. Сказано это было с щемящей нежностью и заставило Холмса ещё сильнее смутиться. И если бы не последовавший за этим поцелуй, то тот непременно бы смертельно обиделся на ближайшие часы. - Я люблю тебя, - шепчет Джон. - О... - только и произносит тот, в очередной раз (не меньше, чем в сотый) поражаясь такому заявлению. Тут же в серых глазах вспыхивает дьявольский огонёк. - Тогда, может, ещё раз?.. - Ну уж нет. Поздно. Спать хочется. Мне на работу. У меня что-то голова разболелась от выпитого. - Выходной. Тебе нужен новый телефон. И тебе, как врачу, должно быть известно, что повторный оргазм поможет поскорее вывести из организма алкоголь. Кроме того, через пот... - Заткнись. - Джон... - Нет. - Джо-о-он. - Шерлок, нет. - Мффх, - совершенной формы губы прижались к местечку чуть ниже пупка, медленно смещаясь к той части тела, что была заинтересована ничуть не меньше, чем тщетно отнекивающийся Джон. - Чёрт бы тебя...