Amnesiac

В этот же день, ближе к вечеру, погода начала стремительно и, что самое главное, абсолютно внезапно портиться. Сначала просто поднялся ветер, затем сгустились облака, и вскоре всё вокруг заволокло непроницаемой пеленой дождя. С громом и молниями, буквально изрешечивающими небо. В очередной раз воздав хвалу своей непревзойдённой прозорливости (ну или просто удаче), Тони вышел встречать друга на террасу, прихватив с собой зонт побольше. Хорошо всё-таки, что Локи должен прибыть только послезавтра. Когда гроза словно достигла своего пика, начав постоянно высвечивать небо белыми вспышками, одна из молний наконец ударила в пол в нескольких метрах от Старка, ничего не спалив и не задев. Удивительно прицельная молния. Когда Тони открыл прищуренные от яркого света глаза, то его взору предстала довольно безрадостная картина. Судя по всему, со дня их последней встречи настроение Тора отнюдь не улучшилось. Взъерошенный больше обычного бог грома шагнул к человеку и заключил того в крепкие, практически ломающие кости, объятия. Инженер небрежно похлопал громовержца по плечу: - Ну-ну, большой мальчик. Дядя Тони с тобой. Не надо плакать. Тор отстранился и взглянул на друга с добродушной улыбкой: - Ты вновь балагуришь, Человек из железа. Бывал ли ты серьёзным хоть единожды в жизни? - Бывал, и поверь мне – это крайне унылое зрелище, - помахав зонтом над головой Тора, он добавил: - Либо выключай свои спецэффекты, либо идём внутрь. Тебе-то всё равно, а у меня дизайнерская рубашка и страх быть попросту смытым с крыши собственного здания. Взглянув в небо, где гроза чуть унялась, но вовсе не сошла на нет, Тор проронил: - Это не я. Не только я. Это истинная суть вашего мира! Мидгард прекрасен в буйстве стихий своих! В Асгарде такого не бывает… Но ты прав. Негоже стоять под дождём, когда есть сухое и светлое жилище! Расцепив свою медвежью хватку, Тор хлопнул друга по плечу и пошел к открытым дверям с террасы в гостиную. Войдя следом за громовержцем, Тони поторопился закрыть за собой двери и направился сразу к барной стойке. Значит, истинная суть. Ну-ну. Мокро, ветрено и темно. За это надо выпить. Достав и поставив перед Тором бутылку пива, инженер заинтересованно посмотрел на него: - Не подумай, что я не рад твоему визиту, но хотелось бы уточнить. Что ты тут сейчас забыл? Тор взял угощение и опустился на не слишком удобный для него высокий стул за стойкой. Тяжело вздохнув, он положил молот рядом с собой на столешницу и устало сделал глоток, заговорив только после этого: - Немало дней утекло с момента нашей последней встречи… Я возвращался домой, в Золотой Асгард. Неспокойно на сердце у меня после этого… Мать моя, Фригга, задавала вопросы, сути которых не смог я понять, друг Тони. Старк внутренне хмыкнул: «Вот уж удивил. Ты – и вдруг что-то не смог понять», но вслух он спросил: - И именно поэтому у тебя такой вид, будто ты решил пойти утопиться, но вместо этого случайно попал ко мне? - Топиться? Не достойна мужчины-воина такая смерть, Человек из Железа. Тебе ли не знать? Тони закатил глаза и мысленно посчитал до 5. Тяжело с этими богами, просто ужас. - Итак, что же такое сказала тебе твоя достойная матушка? Тор вздохнул: - Она говорила про Локи. Вот тут уже пришло для Тони время насторожиться. Легкомысленно отхлебнув из своего стакана, он протянул без всякого интереса: - Да? И что же с ним не так? Поёрзав на стуле и зачем-то передвинув молот, ас ответил: - Я не уверен… Моей матери многое открыто, в том числе, чего хотел Всеотец, наказав Локи… Но она мне не говорит! – «Прямо как ребёнок» - подумал Тони, смотря на белобрысого воина, явно недовольного недосказанностью со стороны матери. – Всё, что она мне поведала, это то, что Локи ждёт прощение, если он сделает правильный выбор. Чуть заинтересовавшись, Тони подался вперед: - Правильный – это какой? Отказаться от планов по захвату мира и удалиться в горы пасти овечек? Тор тяжело вздохнул: - И это неведомо мне… Только Локи мог выведать у матери её пророчества, даже когда она этого не хотела, остальным вечно в незнании удел находиться! Но сейчас... Она спрашивала, как он тут, спрашивала у меня, что за люди его окружают, и какую жизнь он избрал для себя здесь… И спрашивала про тебя, Тони Старк. Удивлённо приподняв брови, Тони спросил: - Чем же я заслужил божественное внимание? Тор поднял на друга тяжелый взгляд и медленно произнес: - Не думай, будто неведомо мне, что ты и мой брат разговоры ведёте. И про то, что ты помощь ему оказываешь, известно мне. Я благодарен тебе. Ты лучше меня смог вовлечь его в жизнь этого мира. Но причина, почто ты делаешь это, непонятна мне. Тони просто пожал плечами: - Ну я же говорил тебе, что буду за ним приглядывать. В чисто профилактических целях. Вот и приглядываю, пока ты в отъезде. Опять подвигав молот по стойке и поставив пиво, Тор наконец согласно кивнул и проговорил: - Ещё раз – спасибо тебе. Не ожидал я от тебя столь… благодушного поступка. Локи остаётся братом мне, что б он не натворил и что бы сам по этому поводу не мыслил, - помолчав, ас закончил начатое: - Видимо, мать моя Фригга также благодарна тебе. Она спрашивала, достойный ли ты человек. Я сказал – один из самых достойных жителей Мидгарда, воин, имя которого должно быть прославлено в песнях. Матери понравился этот ответ, и она отпустила меня в Мидгард, назад, к Джейн… Старк кивнул, вполне соглашаясь с такой характеристикой себя: - Ну как-то так, да. Неловко потеребив ремень на рукоятке молота, Тор пробормотал в сторону: - Знай об этом, Человек из Железа. Я пришел, чтобы поведать тебе об этом разговоре с матерью, равно как и о том, что я дозволяю тебе помогать брату моему. И верю в то, что надежды мои будут тобой оправданы. Тони кивнул. Ага, хорошо устроился, любитель размахивать тупым тяжелым предметом. Переложил, судя по всему, ответственность – и улетел к своей Джейн, вести светские беседы. - Не беспокойся, Могучий Тор, со мной наш Северный Олень как за каменной стеной. Теперь кивнул сам Тор и поднялся со стула, двинувшись к выходу на террасу. Но у самых дверей он остановился и мрачно посмотрел на Тони, окружённый светом бьющих за его спиной молний: - Но учти, Тони Старк. Ежели навредишь ты брату моему… Ежели дерзнёшь тронуть его… Сметён с лица земли будешь, и не посмотрю я на то, что звал тебя своим другом. Вспышка, и на месте, где только что стоял бог грома, осталось лишь пустое место, быстро заливаемое дождевой водой из открытых дверей террасы. Интересно, а мысли асы читать умеют? *** Тони любил суету аэропортов. Толчея, неразбериха, шум. Среди всего этого можно было легко затеряться, каким бы известным и заметным ты ни был. Люди просто не замечают, не видят тебя. У всех и без этого полно своих дел и забот. Иногда это бывает очень полезным. Вот как сейчас. Он, знаменитый на весь мир миллиардер, гений, филантроп и так далее стоял посреди толпы встречающих пассажиров с рейса Малибу – Нью-Йорк и с самым что ни на есть праздным видом размахивал табличкой. И никто не обращал на него внимания. Люди скользили взглядом по его табличке, высматривая нужную себе, мимолётно улыбались и шли дальше, позволяя ему спокойно ждать. Нет, естественно, были какие-то люди, которые его узнавали, но подходить они не решались, фотографируя издалека. Пускай. Выглядит он сегодня отлично. Из выхода хлынула шумная толпа подростков. Видимо, школьники приехали на экскурсию. Старк поднял табличку чуть повыше, чтобы её было видно молодому человеку с черными волосами до плеч, вынесенному вперед потоком школьников и теперь растерянно озирающемуся по сторонам. Школьники радостно загомонили и затыкали пальцами в ту сторону, недоумевая, кого же могут так встречать: - Ты смотри, кажется, с нами в одном самолёте олень летел! Джон повернул голову на шум и увидел наконец впереди, поверх голов веселящихся малолеток, белый лист бумаги со старательно нарисованным на нём подобием оленя, растянувшимся в прыжке. Закатив глаза, он пошел навстречу стоящему с самодовольным видом Старку. Тот опустил руку с рисунком и улыбнулся другу: - Привет. Как добрался? Надеюсь, полёт прошел нормально и бумажный пакетик тебе просить у стюардессы не пришлось? Убрав руки в карманы брюк и с усмешкой смотря на Старка сверху вниз, Локи протянул: - Спасибо, всё было вполне неплохо. За исключением твоего рисунка. Признайся, ты отнял эту картинку у какого-нибудь невинного младенца, который намалевал её для своей мамочки? Тони фыркнул: - Ты ничего не понимаешь в искусстве. Когда-нибудь, лет через тридцать, это творение будет стоить миллионы. Хотя, я думаю, некоторые мои фанаты готовы будут и сейчас за него бешеные деньги выложить. - О, так ты и есть автор! Ну что ж... Тогда вынужден признать твою правоту – я ничего не понимаю в искусстве. Потому что я здесь вижу лишь закорючку с двумя кривыми, торчащими из круглешка. - Художника каждый обидеть может. Но тебе простительно, мой непомнящий друг, - Тони свернул рисунок и убрал в карман. – И это поправимо. Ведь именно за тем, чтобы просвещать и наставлять тебя, мы здесь и собрались. Сказав это, Старк потянулся и снял с плеча Джона его сумку, перевесив её на своё плечо, чем вызвал несколько удивлённую реакцию: - Эй, я, конечно, болен, но не так, чтобы быть не в состоянии самостоятельно нести свои вещи. Инженер махнул рукой: - Не занудствуй, Джон. Считай это жестом гостеприимства, принятым на этой благодатной земле, что мы зовём Большим Яблоком. Локи внимательно посмотрел на него и очень спокойно, даже буднично, сказал: - Ты плут, Тони Старк. Этим мне и нравишься. Усилием воли заставив себя выглядеть расслаблено-насмешливым, Тони фыркнул: - Ну и ты мне тоже за что-то такое. Пошли, у нас не так много времени, а этот город – просто мировая столица вечерних пробок, - кивнув, инженер пошел к выходу, ведя за собой своего бога лжи. Без проблем добравшись до излюбленной ауди, Тони зашвырнул не слишком-то объёмный багаж друга на заднее сиденье и сел за руль. Опустившись на соседнее место, Джон посмотрел на водителя: - Итак. Куда же мы едем? - На месте узнаешь. Не волнуйся, тебе понравится. - А я вот как-то не уверен. Зная тебя, можно ожидать любую подставу. Тони хмыкнул и завел двигатель. Когда машина покинула стоянку аэропорта, Тони, не смотря на сидящего рядом Джона, сказал: - Вечер будет долгим и насыщенным, так что, может, тебе будет лучше поспать, пока мы едем. Обзорная экскурсия по достопримечательностям Нью-Йорка подождёт. Утомлённый перелётом мужчина кивнул: - Будет что-нибудь интересное… не буди. Улыбнувшись в ответ на мимолетную улыбку Старка, Локи устроился на своём месте поудобнее и закрыл глаза, почти сразу провалившись в сон. Когда машина таки застряла в пробке, Тони позволил себе посмотреть на своего пассажира. Измождённое бледное лицо, черные, чуть волнистые волосы, тонкие пальцы. Аристократ до мозга костей. Умнейший, интереснейший человек. Развозит пиццу и не имеет никаких перспектив и надежд на завтрашний день. Джон рассказывал ему, что пытается откладывать часть зарплаты на образование. Но сколько может копить разносчик пиццы, чтобы наскрести на приличное учебное заведение? А он ведь действительно вкалывает. Кто, как ни Тони, знал это. Как-то Старк попытался дать Джону денег. Немного, на оплату квартиры, на всякие мелочи. Но Джон оставался гордым и своенравным Локи. Денег он не принял. Скользнув взглядом ниже, Тони чуть улыбнулся. Да, он всё так же оставался Локи. Даже в мелочах. Одежда Джона сейчас… Он был одет в дешевый костюм, вероятнее всего, с распродажи, но костюм был вычищен и выглажен, и сидел на своем носителе безупречно. Он не мог покупать дорогую одежду, но даже дешевую он умел носить так, что дух захватывало. Во вкусе ему не откажешь. Локи… Джон… был чертовски красив. Нервно сглотнув, Тони перевёл взгляд на дорогу, где вроде бы стало посвободнее, и при первой же возможности свернул в ближайший переулок, подумав, что ехать малоизведанными тропами сейчас будет все же куда быстрее, чем стоять в многокилометровой пробке. Оказавшись наконец на месте, Тони наклонился к мирно спящему Джону и гаркнул: - Эй, Джон! А я и не знал, что ты храпишь. Сонный Локи вяло отмахнулся от источника звука: - Не лги мне, Тони, я себя знаю. Старк фыркнул: - Давно ли? Подъём, спящая красавица, мы приехали, - отстраняясь, он провёл рукой по волосам друга, растрепав тщательно причёсанные пряди. Окончательно очнувшись от прикосновения, Локи открыл глаза и оглянулся кругом. Ничего примечательного. Парковка опять. Только… Заметно более высокого уровня, чем та, что была в аэропорту. И машины. Дорогие, роскошные. Вылезая из ауди, Локи застегнул свой пиджак на среднюю пуговицу: - Тони… Что-то мне подсказывает, что я могу не пройти по дресс-коду в это место. Старк поправил другу его галстук, хотя на самом деле в этом нужды не было: - Во-первых, здесь нет особого дресс-кода. А во-вторых… - он улыбнулся снисходительно, указав на свою бабочку в разноцветный горошек: - Со мной тебя пустят везде, даже если ты будешь запакован в рубашку, переделанную из мешка. Пошли. Нас ждёт приобщение к высокому. Когда они поднялись с нижнего уровня, где была вип-парковка, Локи удивлённо замер. Роскошный вестибюль, украшенный фресками, драпировки, позолота. Публика месту вполне соответствовала – меха, дорогие итальянские ткани, бриллианты. Джон растеряно посмотрел на Тони, и тот ответил на взгляд: - Метрополитен-Опера. Здесь сегодня благотворительный вечер, и мне нужен был спутник, не менее блистательный, чем я… - не давая Локи возможности среагировать на комплимент, миллиардер продолжил: - Не Штутгарт, конечно, но вроде тоже вполне ничего. Что скажешь? Вид задумчиво смотрящего по сторонам Локи несколько насторожил Старка. Неужели… получилось? Блок на памяти таки не выдержал очередного испытания? Джон обернулся к инженеру и хмыкнул: - Ты точно сумасшедший. Сумасшедший позёр. И что же мы сегодня будем слушать? Выдохнув про себя с абсолютно ясным и понятным на этот раз облегчением, Тони повёл плечами: - Моцарта, друг мой. Предательство, любовь и, судя по фотографиям в программке, какие-то грибы*. И я не позёр, просто люблю, когда всё с шиком. Прозвенел второй звонок, и люди из вестибюля поспешили в зал. Места, закреплённые за Старком, оказались в ложе прямо по центру, так что Джону открывался прекрасный обзор на весь зал, сцену и оркестровую яму, чем он и не преминул тут же воспользоваться, изучая и впитывая те знания и тот опыт, что прежде были доступны ему лишь с монитора. Свет в зале погас, и оркестр заиграл. Декорации и костюмы и впрямь отличались некоторой фантасмагоричностью, но, как подумал Локи, это было вполне оправдано сюжетом, где магия и человеческие отношения переплетались в хитрый клубок, распутать который на первый взгляд просто невозможно. Действие захватило Джона. Он погрузился в происходящее на сцене целиком, в какой-то момент начав жить только тем, что видел перед собой. Здесь словно было всё, чего он искал. Яркие цвета и волнующая кровь музыка, прорывающаяся из темноты. Потому, когда на его плечо что-то мягко упало и тихонько захрапело, он словно очнулся. Или, скорее, будто был выдернут из одной реальности и брошен в другую. И, как подумал Джон, смотря на похрапывающего инженера, удобно пристроившего голову на его плече, как на подушке, эта реальность была, пожалуй, ничуть не хуже. Подавив в себе желание отомстить Старку и разбудить его так же, как сам инженер сделал в машине, Локи вновь обратил своё внимание на сцену. Пусть спит, раз опера – это явно не его. А поиздеваться над ним и потом можно. В итоге Тони так и проспал всё. Когда солисты и оркестр откланялись, а в зале начали включать свет, Джон позволил себе пошевелиться, тревожа сон инженера, который тут же вскинулся и заморгал на сцену. Отморгавшись, Старк повернулся к спутнику и, будто бы и не отрубался сейчас на полтора часа, сказал: - Ну что, Северный Олень? Тебе понравилось? Сохраняя невозмутимый вид, Локи кивнул: - О да. Музыка, свет, костюмы… Но самый впечатляющий момент представления был, без сомнения, тот, когда во время арии Зорастро ты всхрапнул и начал разговаривать с Джарвисом, прося его сделать звук у телевизора потише. Не изменившись в лице, Тони так же невозмутимо сказал: - Да-да, именно это место я тоже оценил больше всего. Сильный момент, не правда ли? Локи фыркнул и встал, протянув Старку руку, чтобы помочь подняться: - Я так и понял. Ты просто решил поделиться впечатлениями, - когда Старк принял предложенную помощь и поднялся, сжав ладонь друга, Локи добавил: - А вообще… И правда спасибо тебе. Это было чудесно. Я даже не мог подумать, что подобное может привлечь и удержать моё внимание, и так понравиться к тому же. Всё ещё продолжая сжимать тонкую ладонь друга, Тони улыбнулся: - Это результат анализа и научного подхода. Проще говоря, я подумал, что раз моя музыка тебе не нравится, то, может, ты оценишь такое. И вуаля! Тони Старк вновь оказался прав. Что, в принципе, не удивительно. Говоря всё это, Тони, незаметно для самого себя, начал чуть поглаживать кончиками пальцев такую нежную и чуть прохладную кожу тыльной стороны ладони друга. Локи, почувствовав это, сначала замер на мгновение, потом тонко усмехнулся и ответил подобным. Простая и ничего не означающая ласка волной тепла отозвалась в теле инженера, и он поспешил отдернуть руку, мысленно проорав самому себе: «Нельзя! Враг!», хотя звучало это как-то совсем неуверенно. Поведя высвобожденной рукой в сторону выхода из ложи, Тони многозначительно улыбнулся: - Судя по звукам, что издает твой живот, тебе уже нужна пища не только духовная. Пора кормиться, Северный Олень! Старк ждал чего угодно, но, когда Локи внезапно смутился и пробормотал: «Дурацкий человеческий организм! Заявляет обо всех своих нуждах слишком громко!», стирая возникшую после прикосновения пальцев неловкость, не выдержал и рассмеялся. Да, такое выражение лица бога он определённо забудет не скоро. Ужинали они в одном из лучших ресторанов Нью-Йорка. Старк решил – гулять так гулять, и заказывал всё самое дорогое, невзирая на возражения своего спутника. В конечном счете, Локи понял, что раз уж инженер, гений и миллиардер решил блеснуть, то тут ничего не поделаешь, и смирился. И стоит признать, что в этом месте, с подобострастием персонала и роскошью интерьера, он чувствовал себя вполне комфортно. Как будто к чему-то такому он привык с детства. Странно… Когда ужин подошел к концу, и перед Локи встал вопрос, где ему лучше остановиться, то Тони даже слышать ничего не захотел, просто сказав: - Мы едем в мою башню. Ты же должен всё-таки поздравить меня с условным новосельем. Там и отметим. И, в конце концов, ты разве думал, что будет как-то иначе? Ты мой гость, хочешь ты того или нет. Нет, иначе Джон не думал. Просто потому, что это казалось естественным и само собой разумеющимся. Но для вида он же должен был уточнить, так ведь? Ну и немного поманипулировать Старком, чтобы тот думал, что это именно он настоял на визите Джона в башню. Мелочь, а приятно. Оказавшись на жилом этаже башни, Локи первым делом по традиции поздоровался с Джарвисом, который тут же отозвался: - Рад видеть Вас, Джон, - тут Тони немного (очень, на самом деле) удивился. Когда это они успели перейти на обращение по именам? И как это от него укрылось? Джарвис тем временем добавил: - Сэр, Вас это также касается. - Ну спасибо, Джарвис. А то я уж было подумал, что ты хочешь сменить хозяина, - разговаривая с электронным дворецким, Тони налил виски в два стакана и один отдал в руки Джону. Его уже совсем не удивляло то, что в случае с богом лжи он так легко может что-то передавать или принимать из рук в руки. Давно не удивляло. - Ничего не могу отрицать, сэр. - Джарвис, не играй со мной. Иначе получишь милый розовенький интерфейсик. - Простите, сэр. Пока инженер мило переругивался со своим дворецким, Джон отошел к большим окнам на всю стену гостиной, из которых открывался необычно красивый вид на ночной Нью-Йорк. Встав у стекла, он завороженно смотрел на город и слушал голос Старка. И в какой-то момент что-то пошло не так. Нет, его тьма не расступилась, пропуская воспоминания, но… Было что-то в этом месте. Эти стены, эта барная стойка за спиной, вид на город… Даже сам Старк. Будто такое уже было однажды. Это не было похоже на ощущение дежавю, которое преследует каждого человека и ничего не значит, это было что-то другое. Словно… из прошлой жизни. В отражении в стекле за спиной Джона возник Тони. Уловив какое-то словно бы оцепенение в глазах друга, он негромко спросил: - Джон? Что-то не так? Локи мотнул головой, стараясь отогнать странное ощущение. Бесполезно. Близость Старка его лишь усугубила. Помолчав, собираясь с мыслями, он ответил: - Нет, всё в порядке. Просто… Я словно был здесь раньше. Я видел это место, и ты стоял рядом со мной. Мигом напрягшийся Тони выдавил из себя улыбку: - У тебя богатая фантазия. Джон чуть улыбнулся отражению инженера: - Может быть, фантазия стала реальностью, - отсалютовав стаканом с виски отражению, он добавил: - Поздравляю с новосельем, Старк. Это место красиво. Я оценил. Локи отпил немного виски, и Тони, проследив взглядом за движениями кадыка своего гостя, за тем, как тот чуть облизнул губы после глотка, подумал… А ничего он не подумал. Он просто отпустил себя. Враг? Потерявший память противник? Какая к черту разница. И будь что будет. Приобняв друга за плечи, Тони мягко развернул его лицом к себе, и тихо проговорил: - Джон, я хочу попробовать кое-что. Взглянув в лицо Локи, Старк увидел, что тот чуть улыбается: - Давно пора. Эти слова сорвали последнюю преграду в голове инженера. Не заботясь больше ни о чем, он подался вперёд и осторожно притронулся к губам своего бога. Целовать Локи было… странно. Земля не разверзлась под ногами, лягушки не посыпались с неба, и даже Тор в окружении группы поддержки из молний не появился. Никаких фейерверков перед глазами и сверхъестественных чудес соблазнителя с, без малого, тысячелетним опытом. Простой поцелуй. Целовать Локи было… естественно. Он был не первым мужчиной, которого целовал Старк. И не вторым. И даже далеко не третьим. Но раньше всегда присутствовало чувство вызова, нарушения правил. Сейчас было только желание прикасаться и получать ответные прикосновения, словно погружаясь всё глубже и глубже. Целовать Локи было… приятно. Мягкие губы, осторожные и не слишком смелые, словно изучающие, движения языка, вкус виски, конечно же. Ласковые касания тонких пальцев свободной руки, зарывающихся в волосы и поглаживающих шею, от чего мурашки по всему телу пускались скакать галопом. Собственные руки, прижимающие тонкий стан, по другому не скажешь, к своему телу всё плотнее. В пылу медленно становящегося всё более смелым и откровенным поцелуя, Тони даже не обратил внимания на то, как стакан с виски вылетел из руки бога, как тот начал гладить сначала спину, потом плечи инженера, даря тепло, несмотря на то, что кожа самого Джона всегда оставалась прохладной. Разорвав поцелуй, когда дыхания практически не осталось, они молча посмотрели друг на друга. На губах Локи, раскрасневшегося после столь бурных дыхательных упражнений, играла лёгкая улыбка, и Тони не мог не улыбнуться в ответ: - Ну что ж, думаю, можно признать, что опыт прошел успешно. Так и не убравший своих пальцев с затылка Старка Джон практически мурлыкнул: - Прошел? Тони, что с твоим духом исследователя? Мы попробовали ещё далеко не всё, что могли бы попробовать. Он резко наклонился вперёд, притягивая одновременно инженера за шею чуть поближе. Теперь не было никаких мягких и осторожных касаний. Напористый, чувственный и стремительный поцелуй словно вышиб весь ещё остававшийся в голове Тони разум, вяло шептавший про то, что вроде Тор грозился жестокой расправой. Вот честно, какая разница, что там говорил этот неотесанный полена кусок, если здесь и сейчас всё происходит явно по согласию и взаимному желанию? Причем желанию давнему и забитому усилием воли с примесью страха до поры до времени где-то в глубинах сознания, и начавшему стихийно выплескиваться, стоило лишь вновь увидеть и сказать то самое «Выпьешь?»… И, Тони стоило это признать, то чувство опасности, что он ощущал, стоя на том же самом месте, что и год назад, с тонкими пальцами на шее, так же, как и тогда, за секунды до падения из окна, лишь подстегивало его. Сграбастав несопротивляющегося Локи, он буквально поволок его в сторону спальни, при этом умудрившись практически ни разу не разорвать поцелуя, хватая лишь изредка несколько глотков воздуха, и вновь бросаясь в омут с головой. Дальше… Всё было так сумбурно, и в то же время словно разложено по полочкам, на своих местах, правильно. Одежда… Долой! Порванная ткань рубашки, отлетевшие пуговицы. Падение на кровать, смех собственной торопливости и нетерпению, веселое: - И часто у тебя такое бывает? Прости, что интересуюсь, конечно, но надо бы прояснить пару технических деталей. - Старк, ты очень романтичен, ничего не скажешь. За этот год это в первый раз, так что можешь считать меня девственником. Во всех смыслах. Сложно не помутиться рассудком, услышав такое от бога… Наградой за терпение – неистовый поцелуй и последовавшая за ним влажная дорожка вниз, по груди, по животу... Столько шрамов, откуда? Очерчивая каждый, нежно касаясь, словно боясь причинить боль, разбередить старые раны, ниже… Разгоряченная кожа приятно касается прохладной, и ничего больше не нужно, кроме как слушать громкое хриплое дыхание, учащающееся с каждой секундой, с каждым движением языка, ласкающего, дарящего первые, в этой жизни, впечатления. Тонкие пальцы в волосах, тянущие вверх. Ты не хочешь закончить так быстро? Не хочешь быть один сейчас? Это можно понять, желание сжигает изнутри, заставляя подчиниться, нависнуть, прижать порывисто одной рукой к себе, пальцами второй подготавливая к дальнейшему. Слабое «Приступай», прозвучавшее в тишине комнаты громче выстрела. Дважды просить не нужно, но сдерживаться так тяжело… Тихое шипение, вспышка боли в глазах, забавное ругательство с тонких искусанных губ. Успокоить, приласкать… Всё пройдёт, стоит немного потерпеть и расслабиться. Глупый шепот ласковых слов, касания невесомых поцелуев… Зелёные огни глаз, горящие в полутьме, растрёпанные черные волосы, разметавшиеся по белоснежным простыням. Прекрасен. Ещё один неистовый поцелуй, медленные движения, сдавленные стоны. Блуждающие по всему телу руки, ногти, впивающиеся в спину… Собственное прерывистое дыхание: - Я подарю тебе весь этот мир, если захочешь… Только прими его… И постарайся понять… - Я принимаю… Я постараюсь понять… Нарастающая страсть, животная, дикая, выплёскивающаяся в движениях, стремительно становящихся всё более несдержанными, сжигающими душу в огне. В колдовском огне. Зелёные вспышки перед глазами, приближение грани, за которую так сладко упасть… Взрыв. Дикая смесь эмоций, чувств, ощущений, мыслей. Запрокинутая голова, вскрик. Еле слышный выдох в шею: - Локи… Тяжелое дыхание, мягкие поглаживания, успокаивающая ласка … Проваливаясь в сон, Тони нежно прижимал к себе своего бога, чувствуя тепло его ладони на своей груди, там, где был реактор, и думал о том, что завтра надо всё-таки обязательно провести для него обещанную обзорную экскурсию по достопримечательностям Нью-Йорка. *** Проснулся Тони от того, что один бок у него замерз. Куда-то исчезло согревающее его тепло. Не открывая глаз, Старк протянул руку, собираясь нащупать откатившегося во сне Джона и притянуть обратно, но, поблуждав по кровати, его рука не нашла ничего, кроме смятых простыней. Инженер открыл глаза и посмотрел на пустующее место рядом. Потом окинул взглядом комнату. Ничего и никого. Тони прислушался – может, проснувшийся посреди ночи неугомонный любовник направил стопы свои в ванную? Но нет, звука льющейся воды или вообще какого-либо шума не было. Ладно, мало ли. Тони вновь откинулся на подушку и принялся ожидать. Через несколько минут гнетущей тишины он не выдержал и встал с постели. Может, вечно голодный Джон захотел есть, пошел бродить по жилому этажу в поисках кухни и заблудился? Тогда надо спешить на помощь! Супергерой он или кто, в конце концов? Протянув руку за халатом, Тони обнаружил, что на привычном месте того не обнаружилось. Ну, вполне логично. Не станет же его гость бродить по чужому дому в чем мать родила? Хотя сам Старк, скорее всего, так бы и поступил. По быстрому натянув пижамные штаны (всё-таки в доме как-то холодновато), Тони вышел из спальни. По дороге он обратился к Джарвису и выяснил, что пропажа стоит в гостиной и пялится в окно. Хм... Ну, значит, не заблудился. Войдя в гостиную, Тони сразу понял, что что-то не так. Что-то изменилось в облике Джона, хотя всё выглядело так же. Ну, по крайней мере, со спины. Упакованной в тот самый пропавший халат Старка. Инженер позвал: - Что такое? Решил ещё раз полюбоваться ночным пейзажем или просто так, ноги размять? Прозвучавший в ответ тихий и холодный голос разом согнал с Тони всю расслабленность и истому, всё ещё царившую в его организме после секса и отдыха: - Я же сказал, что уже был здесь, и ты стоял рядом со мной, Тони Старк. Вот черт! Черт-черт-черт! Как же так... Что случилось? Почему именно сейчас, когда всё было так… хорошо?! - Здравствуй, Локи. Полагаю, мне стоит вновь предложить тебе выпить? Или сразу надеть костюм? Затянутые в красный шелк плечи чуть поднялись и так же лениво опустились: - Как тебе будет угодно. Я не намерен сражаться с тобой. Или с твоими друзьями, коих ты, вероятно, захочешь вызвать. Сделав пару шагов в глубь комнаты, но не подходя к пробудившемуся богу, Тони ответил: - Зачем же? У нас тут вроде как интимная обстановка, лишние люди ни к чему. Локи чуть ехидно протянул: - Интимная... была. Кстати, должен сказать тебе, что Джону было обидно, когда ты назвал его чужим именем в финале. Откуда бедному наивному мальчику было знать, что именно это за имя, - сказав это, бог поднял руку, вокруг которой заплясали зелёные всполохи, вытягиваясь вверх и создавая немыслимые узоры, и произнёс вполголоса: - Странно вновь ощущать свою силу… И себя. Это было красиво. Очень красиво. И Тони мог бы засмотреться на эти волны магии, которые буквально исходили из ладони и пальцев его вновь обретенного врага, если бы не острое, ноющее внутри чувство внезапной потери, что притупляло даже страх, неизбежно вызываемый появлением этого существа. Всего час или два назад он любил его и хотел подарить ему мир. Глупый, глупый Тони Старк. Взяв себя в руки, Тони проговорил, с некоторой нервозностью наблюдая за движениями языков зелёного пламени: - Эй, давай не будем торопиться и швыряться заклинаниями, выясняя, чьё кунг-фу лучше? Сразу могу сказать – твоё. Но Джон… Яркая вспышка зелёного пламени захлестнула глаза инженера, и он отпрянул, зажмурившись. Но ничего не произошло, только лишь разнёсся по комнате полный яростной горечи голос бога: - Я Локи! – он обернулся к Тони и выплёвывал слова с болью и отчаяньем, впервые показывая себя такого кому-то, кроме старшего брата: - Из Асгарда! Я знаю, кто я есть и чего я хочу! И не вам, жалкие смертные, мне указывать! Не тебе… «…удерживать меня!» Голос бога осёкся, его плечи опустились, и сам он как будто сник, выплеснув то, что ворочалось у него в груди, но сдержавшись в последний миг и не сказав самого главного. Тони было странно и больно видеть его таким. Сейчас, обретя память и вновь став собой в полной мере, Локи выглядел даже более потерянным, чем в первые дни их общения. Ни слова не говоря, Старк шагнул к нему, но было поздно. Исходящее от пальцев Локи зеленое свечение захватило его тело целиком, и он исчез, растаяв в воздухе. Замерев на месте, Тони ошарашенно завертел головой. Пустота. - Джарвис! Местонахождение Джона, то есть Локи, быстро! - Простите, сэр, но Джон покинул помещение. И сэр... – по голосу Джарвиса сложно, конечно, что-то определённое сказать, но Тони слишком много с ним прожил, и мало того – создавал его, чтобы не уловить сомнения. - Что такое, Джарвис? - Я не могу быть уверенным, вероятен сбой системы, но по моим наблюдениям, когда Вы зашли в комнату, Джон уже был в лифте на пути вниз. Вот задница! Опустошённо опустившись на диван, Тони закрыл лицо руками. Что будет теперь? Сам не поняв как, он всё же сумел разбудить память Локи, и вернуть это грозное существо. Ты же сам пытался добиться этого, Старк! Играл с огнём, утолял своё любопытство. Так получай свой приз. Кто же знал, что можно так… привязаться к тому, кого думал, что ненавидишь? Думал, и ошибался. А может, это и есть то, о чем говорила мать Тора? Может, Локи сделал какой-то свой выбор, и он оказался правильным? Выбор, лишивший Старка того, что он только-только успел обрести. Тихо застонав, Тони отнял от лица и устало уронил на диван одну руку, и она упала на что-то мягкое и гладкое. Посмотрев на сиденье, инженер увидел тонкую красную ткань. Его халат. Грубо сграбастав, он поднёс драгоценный шелк к лицу и, действуя на одних лишь эмоциях, вздохнул запах, хранящийся на ткани, запах Локи. Его Локи, его Джона, его бога… - Что мне теперь делать, Северный Олень? *** Он даже не понял, когда и как именно всё произошло. Просто он очнулся в чужой кровати, в объятиях того, с кем сражался раньше, и окружавшей его в течение года темноты больше не было. Нет, Локи всё помнил. Весь прошедший год, похожий на пытку без начала и конца, и последние два месяца, наполненные странными для него, счастливыми чувствами и сомнениями; и помнил эту ночь. Безумную, яркую, страстную. Потрясающую ночь. Нет, он, естественно, не был девственником на самом деле, и Тони Старку даже не повезло стать его первым мужчиной. Но разве это имеет значение, если это было... так? Но теперь Локи помнил и всё то, что было до. Асгард, Йотунхейм, бестолкового и такого легковнушаемого брата, несправедливого отца и мать... Единственную, кого он любил из всей этой внезапно чужой семьи по-настоящему и не хотел ранить. Помнил он и то, как пытался захватить трон, как убил своего настоящего отца, чтобы доказать Одину, что он достоин любви и уважения, которых ему так от него не хватало. Помнил свой провал и падение. Плен читаури и пытки, жестокие, повторяющиеся день за днём. Да, определённо плюсом наказания от Одина было то, что вот этот факт собственной биографии скрылся из виду, оставив непонятным напоминанием лишь шрамы по всему телу. Шрамы, которых столь нежно касались сегодня руки и губы смертного… Помнил Локи и как пришел в Мидгард, вооруженный скипетром и сопровождаемый армией. Волнующее чувство. Но это было не его желание, и потому на самом деле он не слишком-то старался, естественно, провалив всё в итоге. Открыла ему память и лицо этого человека. И не только. Локи помнил, как пришёл к нему, сюда, в эту самую башню. Отвлекать внимание, как все думали. Да, отчасти. Но его ведь и правда ещё тогда заинтересовал этот наглый смертный. Он почувствовал в нём борьбу и отголосок своей боли. Локи действительно хотел предложить ему присоединиться. Что ж, норны сыграли весёлую шутку с ними теперь. Приподнявшись на локте, ас вгляделся в лицо спящего. Это были хорошие два месяца. За них он смог узнать об этом мире больше, чем за весь год до того. И, что самое главное, понять его особенности и красоту. Точнее, начать понимать. Ему стало здесь интересно. Не мерзко и одиноко, как поначалу, а словно бы открылось какое-то тайное окно в неизведанный и не лишенный приятности мир. И всё благодаря этому человеку. Локи тихо застонал, осознавав то, как низко пал он, ас, существо высшего порядка, раз испытывает хоть что-нибудь, кроме презрения, к жалкому смертному. Но ведь испытывает. Всё, что было – было по доброй воле, и если бы обстоятельства сложились чуть иначе… Ничего бы не изменилось, и это всё равно бы произошло. Локи не мог отрицать, что не имел ничего против этой связи. И он ни о чем не жалел, как бы это не казалось ему самому странным. Но… Нет, он не может здесь оставаться! Он слишком запутался в том, что испытывает, в том, в чем нуждается в данный момент. И он ушел. Он ушел, оставив Тони иллюзию, которая наговорила ему много обидных слов, которая соврала ему. Потому что на самом деле Локи знал, кто он, но не знал, чего он хочет. Или знал, но не хотел в этом признаваться даже самому себе. Сейчас Локи, растерянный и сходящий с ума от бесконечного потока сомнений в своей голове, точно знал только несколько вещей. Ему нужно увидеть мать, ведь только она его понимала. И поговорить с Одином Всеотцом о наказании и о том, что оно принесло. И самое главное – ему нужно время. Чтобы понять того себя, каким он стал с опытом и знаниями Джона Доу. И с теми чувствами, что не давали ему покоя, и заставляли оборачиваться на высокую башню с огромной надписью СТАРК на фасаде. *** Прошло несколько месяцев с исчезновения Локи из Башни Старка. Никаких нападений, что можно было бы причислить ему, на Землю совершено не было; никаких зацепок о том, где он может быть, ни самому Тони, ни Джарвису, наловчившемуся в поиске, найти не удалось. Как Тони стало известно чуть позже, через несколько дней после того, как Локи пропал, его старший братец также сорвался и исчез в неизвестном направлении, ничего никому не объясняя. Даже его девушке Джейн. Когда Тор вернулся, он был в весьма приподнятом настроении, охотно рассказывал, что был дома, и что там дела идут просто замечательно. Но ничего о боге лжи не говорил. Даже на прямые вопросы не отвечал, спасаясь отговорками о том, что теперь это дело семейное, и Мидгард получил своё сполна. Однако от Тони не могло укрыться то, что отношение Тора, всё такого же радушного и доброжелательного со всеми, к нему, Тони Старку, изменилось. Вроде бы всё было как прежде, и даже по поводу того, что Тони упустил Локи, громовержец не сказал ни слова. Однако некая настороженность и напряженность были на лицо. Бывало, Тони замечал, что Тор сурово смотрит на него, внимательно вглядываясь, словно надеясь прочесть как открытую книгу, или, скорее даже, будто хотел уличить инженера в каком-либо преступлении. Словно… суровый старший брат, который крайне недоволен выбором младшей сестренки себе парня. Но когда Старк смотрел в ответ на Тора в такие моменты, тот отводил взгляд и притворялся, будто ничего и не было. Тони внутренне смеялся. Горько. Болезненно. Если бы это было так… Он бы сам лично налил Тору лучшего мидгардского пива и попытался донести, что он не враг и ничего плохого его прелестному братику вовсе не сделал. Наоборот, сделал очень даже хорошо. Хотя этого, пожалуй, точно не следовало касаться в разговоре. Но нет. Локи исчез, ничего не оставив после себя. Он вспомнил, кто он, сделал свой выбор и вернулся в свой ненаглядный Золотой Асгард, будь он неладен. А Тони… Что оставалось ему? Только жить дальше. Он и жил. Ел, пил, работал до умопомрачения. Веселился. Спасал мир. К нему даже попыталась вернуться Пеппер, но… Но нет. Всё вернулось на круги своя. Словно и не было пары безумных, наполненных смехом и подколками, ночными разговорами и пронизывающими взглядами, откровениями и постоянным, не останавливающимся познанием, месяцев. Всё было так же, как и до появления Локи-Джона на пороге его дома в Малибу. Только ещё хуже. Теперь смыслом жизни Тони стала одержимость работой. В Старк Индастрис и в Мстителях. Ничего больше он перед собой не видел. Его костюмы действительно стали его жизнью, но никакого удовлетворения от них он уже не получал. Это обязанность. Необходимость. Чтобы чем-то занять себя, чтобы не помнить. Он вовсе не превратился в затворника. Постоянные приёмы и вечеринки всё ещё оставались частью его жизни, он всё так же любил внимание и упивался им, но удовольствие, приносимое всем этим, оставалось смазанным, будто обесцвеченным. Ведь никто не говорил ему ехидным голосом, окинув оценивающим взглядом с головы до ног: «Сияешь, как новая монетка, Старк. Смотри, не ослепи кого-нибудь своим сиянием, а то проблем не оберешься». Но свою работу он выполнял хорошо. Лучше всех. Железный человек стал теперь поистине главной двигательной силой команды Мстителей. Чуть что случается – он на месте, он впереди всех, он рвётся в бой. Безрассудно, безоглядно и неистово. Он крушит врагов, спасает людей, защищает этот мир. Постоянно рискуя собой. Выдвигая себя на линию огня и практически закрывая собой остальных. Они видели это, они чувствовали в нём перемену, но не вмешивались, думая, что всё пройдёт. Тони наиграется в героя, и его отпустит. Лучше вымещать ярость на противнике, чем замыкаться в себе, по непонятным для всех, или почти всех, кроме Тора, причинам. Так думали они. На самом же деле… Он не ищет смерти. Но ему всё равно, что будет завтра. Его сердце, сопровождаемое вечным тускло-голубым светом реактора, словно замедлило свой бег. Что-то вновь сломалось в нём после того, как Локи ушел. Это стало последней каплей. Ведь больнее всего судьба ударила по нему тогда, когда он начал было думать, что ещё не совсем безнадёжен. Но и в этом он ошибался. Слишком много ошибок для одного человека. И потому – очередной бой. Очередной враг. Большие потери среди агентов Щ.И.Т.а, команда выбивается из сил. Но перевес уже на нашей стороне. Потому что Тони Старк, Железный человек, вновь ринулся в самую гущу, вгрызаясь в сердце вражеских сил. И атака захлебнулась. Но в этот раз всё пошло не так гладко, как обычно. Разбросанные враги, похожие на некую помесь гигантского спрута, размером с крупного слона, и некоего крайне сложного механизма, наводнили небольшой участок побережья и лезли напролом. Вычислив их мозговой центр, что было не сложно, так как монстры считали нужным создать некое подобие отряда телохранителей вокруг своего альфы, Тони довольно пропел в динамик, оповещая остальных членов команды: - Значит так, девочки и Зелёная королева в фиолетовых трусах. Я за тем симпатягой с синими рюшками по панцирю. Никто же не будет возражать, если я заберу его себе в коллекцию? Ответила Наташа: - Забирай. Но будь осторожен, твари хитрые. - Я заметил, моя опасная русская красавица. Всё сделаю в лучшем виде. Метнувшись прямо в центр стаи, Тони легко разбросал охранников и занялся альфой в синих рюшках. Когда он думал, что победа практически в его руках, оказалось, что не всё так просто, и альфа, настоящий альфа, внешне ничем не отличавшийся от своих сородичей, всё это время лишь выжидал, затаившись. Когда Тони был готов триумфально объявить о своей победе, в корпус его доспеха врезалось что-то массивное и очень сильное, опутав его отростками-щупальцами, сдавливая, выбивая из лёгких воздух. Помощи просить не у кого, да и не выйдет, Тони не может выдавить даже хрип. Закрыв глаза, Старк слабо улыбнулся. Вот значит, как всё кончится. Ну что ж... Смерть на поле боя, достойная первых полос всех газет Америки. Акции наверняка подскочат… Хотя... Какая разница… Интересно, что скажет Локи, когда узнает… И узнает ли… Черт, давит, зараза, как! Когда стало совсем плохо, и от нехватки воздуха и боли в сдавленных рёбрах потемнело в глазах, всё внезапно прекратилось. Никакого больше давления и ощущения веса на костюме. Открыв глаза и уставившись на происходящее, выводящееся на экран, он успел краем глаза заметить, как туша врага отлетает в сторону, театрально взмахнув щупальцами. Действуя на автомате, Старк повернул голову и удивлённо уставился на то, что ещё секунды назад было альфа самцом монстров. Тяжелая туша лежала, пригвождённая к земле длинным кинжалом, вогнанным в месиво живых тканей и металлических мышц по самую рукоятку. То, что было щупальцами псевдоспрута, валялось здесь же, отсеченное ещё несколькими кинжалами, и вяло трепыхалось. Не очень веря своим глазам и для лучшего обзора, Тони откинул маску с лица. Видимо, альфа был не только самым сильным представителем вида, но и чем-то сродни королевы-матки. Он умер – и остальные остались, как туловище без головы. Безвольно колеблясь из стороны в сторону, они становились легкой добычей для остальных участников битвы со стороны людей. Тони смотрел на происходящее, как заворожённый, когда перед его лицом вдруг возникла тонкая рука, затянутая в кожаный рукав плаща и золотой наруч. Немного сварливый голос произнес: - Ты так и будешь целый день валяться или, может, встанешь уже? Переведя взгляд с изящной кисти на её обладателя, Тони нервно сглотнул: - У меня, кажется, ребра сломаны. Локи окинул костюм со всеми его повреждениями беглым, но цепким взглядом и хмыкнул: - Старк, из тебя не выходит королева драмы. Если у тебя что-то и сломано, так это только твои мозги, раз ты решил лезть на них в одиночку. Давай же, поднимайся! – пальцы перед лицом инженера чуть дрогнули, выдавая волнение бога. Недолго думая, Тони принял предложенную руку и тяжело поднялся. Удивительно, как этот такой хрупкий с виду человек смог поднять его, упакованного в Марка… Чудесное создание! Остальные мстители, легко расправившись с жалкими остатками врага, тоже наконец заметили нежданного гостя на поле боя. Рванувшись на выручку к Железному человеку, Капитан и все остальные были остановлены вспыхнувшей внезапно вокруг пары стеной из молний и земли. Стив потрясённо посмотрел на громовержца, вставшего перед ними: - Тор? Ты что делаешь? Там ведь Локи!.. Тор мрачно взглянул на друга: - Пусть говорят. Никто не посмеет им мешать. Мой брат не враг этому миру больше, - обведя тяжелым взглядом команду, не совсем понимающую, что происходит, он отвернулся, стараясь смотреть куда угодно, но лишь бы мимо стоящих посреди гор извивающихся туш Человека из Железа и младшего брата. Выпрямившись, Тони пристально посмотрел в лицо Локи: - Зачем ты здесь? Бог пожал плечами: - Тебя спасаю. А вообще, я подумал, что вполне могу себе позволить провести в Мидгарде некоторое время, – увидев выражение лица Старка, Локи хмыкнул: - Кое-какие… дела задержали меня в Асгарде, но я не забыл того, что было сказано. Ты обещал мне мир, Тони. Я хочу, чтобы ты исполнил своё обещание. Внезапно что-то осознав, Тони протянул: - И на сколько ты планируешь взять свой отпуск от злодейских дел? Локи протянул с задумчивым видом: - Полагаю, одной человеческой жизни хватит. Лет на 50 Мидгард может быть уверен в своей безопасности от меня. При условии, конечно, что моим проводником будешь именно ты. Старк усмехнулся: - Это твой выбор, Северный Олень. Потом не жалуйся. Положив на талию своего бога руку в тяжелой перчатке, Тони прижал его к себе поплотнее, дождался, пока тот обхватит своими тонкими пальцами плечи в броне, и взмыл вверх, покидая остывающее поле боя под взглядами шокированных друзей и недовольного, но смирившегося Тора. Как-нибудь они поговорят о том, почему всё произошло именно так, и расскажут друг другу, что пережили в те несколько месяцев, что были в разлуке – как один почти лишился воли к жизни, став лишь собственной тенью, а второй вновь почти лишился себя, путаясь в сомнениях и боясь признавать очевидное. Будут проблемы с Мстителями, не сумевшими сразу принять и понять Локи, несмотря даже на ожидаемую поддержку со стороны громовержца и внезапную – со стороны доктора Бэннера. Будут ссоры и вспышки гнева, сложности и непонимание… А после будут столь же бурные примирения. Но, несмотря на все трудности, через которые им предстоит пройти, о сделанном однажды выборе никто и никогда не пожалеет. *** - 50 лет? А что ты будешь делать потом? Вероятно, я в качестве гида по миру стану уже непригоден. - Вероятно. - Не ответишь, плут? - Я не знаю… Не знаю… Мне известно только одно – это будет очень больно. - Хм… Ну что ж, повод для меня постараться прожить подольше, не находишь? Конец.