One night

Черные локоны разметались по подушке; глаза горят, как утренняя заря. Кожа бархатная, белоснежная. Так и манит дотронуться, приласкать. Киригири думает, что это сам падший ангел ластится перед ней - прекрасный, но свергнутый с небес, принужденный скитаться по грешному миру. Селестия сладко улыбается и запускает руки в волосы Кеко, притягивая девушку к себе. Она целует ее чувственно, медлительно, сначала посасывая нижнюю губу, а затем, запуская шустрый язычок в рот девушки. - Киригири... - шепчет она, растягивая губы в лукавой улыбке и призывно толкаясь бедрами навстречу. И Кеко поддается соблазну: скользит подрагивающими пальцами по нежной коже живота вверх, к небольшим, но упругим грудям. Она мягко обхватывает их, слегка массируя и переминая, оттягивает набухшие сосочки. Селестия в ответ, как кошка, выгибается, льня к телу девушки. С ее губ срываются пошлые и томные стоны, когда Кеко припадает к ее соскам, посасывая и прикусывая их. Эти стоны разжигают возбуждение в крови Кеко еще сильнее. Ей хочется взять этого порочного ангела жестко и быстро, дать почувствовать наслаждение, граничащее с болью. Бледная кожа так и просит оставить на себе след, губы стремятся быть истерзанными в страстном забытье, и Кеко уже тянется, чтобы припасть к острой ключице, поставить метку, доказывающую, что Селестия принадлежит ей, ей и только ей, но натыкается на доверчивый взгляд девушки. Щечки Селестии покрыты нежным румянцем, губки чуть приоткрыты. Она быстро дышит, сгорая от возбуждения. Нежная, смущенная. Киригири видит ее такой впервые. Селестия никому и никогда не позволяла заглянуть под маску надменности, оправдывая звание хладнокровного игрока. Но сегодня, в эту самую минуту, Киригири увидела то, что так старательно скрывалось от людских глаз. Руки непроизвольно тянутся к лицу девушки. Кеко хочется вслух сказать, что Селестия прекрасна, но вместо этого она наклоняется и нежно ее целует. Та прижимается к Киригири ближе, чуть приподнимаясь и обхватывая гладкие бедра. Через мгновение она отстраняется, разрывая поцелуй и нервно облизывает губы. Ее алые глаза светятся желанием. Селестия легонько кивает, призывая Кеко действовать. Киригири чувствует, как девушка вздрагивает, когда ее губы касаются внутренней поверхности бедра. Она оставляет дорожку из поцелуев, нежных и воздушных, как трепетание крыльев бабочки, скользя к промежности. Селестия рассеянно перебирает волосы Кеко, млея от неторопливых ласк, но когда девушка касается ее там, все тело резко напрягается. Внезапно Киригири врывается языком во влажное трепещущее лоно, заставляя Селестию кричать громко и похотливо. Из ее маленького ротика доносятся стоны и вздохи, пока Кеко старательно работает языком, доводя девушку до оргазма. И вдруг Киригири чувствует, как мышцы девушки начинают непроизвольно сокращаться. Из Селестии вырывается особенно долгий стон, а затем ее тело обмякает и расслабляется. Кеко накрывает обнаженное тело девушки одеялом и наклоняется к губам, чтобы поцеловать. Селестия слабо отвечает, а затем проваливается в царство сна. Киригири одевается и тихо уходит в свою комнату. На душе у нее неспокойно. Ей кажется, что эта ночь была для них последней.