Мечта Эквестрии

Мы шли с Твайлайт одни, так как Ден остался у местной музыкантки, исполняющей классику — Октавии Мелоди,серой поняшке с черной аккуратно убранной гривой со скрипичным ключом-кьютимаркой. Шли мы аккурат возле фермы элемента Честности — ЭйДжей, не вдалеке которой мы с моим другом «обжоркой» очнулись, плутали в лабиринтах леса целых три дня без пищи и воды, там, где мы работали и получили свои первые, так сказать, деньги на карманные расходы. Идти оставалось недолго, метров триста-четыреста и чтобы немного сократить время пути, мы болтали на разные темы. Твайлайт рассказывала мне о принцессах, о том, как стала аликорном, о своих подругах,олицетворяющих элементы Гармонии: Рейнбоу-пегаске - «Cамой быстрой в Эквестрии», Рэрити-единорожке с настоящем чувством стиля и гламура, Флаттершай — доброй пегаске, которая никогда и никого не обижала, а наоборот, жалела тех, кто обижен, но была настолько скромной и милой, что аж мурашки по коже, Пинки, c которой Ден и я уже были знакомы и в честь нас была устроена вечеринка «Новых друзей Пинки», Эплджек, которая не прогнала нас, а приютила, а затем честно выплатила ту сумму, которую мы заработали. С помощью них она стала шестым элементом Магии. Она говорила о своих родителях и о том, как стала ученицей самой принцессы Селестии - богини солнца. Шли мы не спеша, так как бежать было некуда. Когда же мы пришли, то уже был закат - самый красивый закат, не тот, что в нашем мире, где все это происходит по власти вселенной, а этот... Он был живым, как будто этот огненный диск убаюкивали, пытаясь уложить в постель, как маленького ребенка. Я думал о своем мире, но туда, где миром правит жестокость и насилие, туда, где самое главное - это захватить власть любым способом, туда, где закат был бягряно-красным от пролитой крови невинных жертв, туда, где погибли мои родные, я уже возвращаться не хочу. Я был счастлив, что оказался тут с моим, хе-хе, другом, любящим поесть, который в нашем мире был мезантропом и практически не выходил на улицу, сейчас был как выпущенная на волю птица, находившаяся в клетке своих страхов и эмоций, попавшая в ловушку реальности с подрезанными крыльями, но исцелившаяся под лучами святой богини Селестии. — О чем думаешь? — перебила мои суждения Твай. — Да так, о не особо важном. Мы уже подходили к той местности, где мы с моим товарищем проснулись, не зная, где мы и в каком месте. — Вот здесь я и Ден очнулись, — показывая в то место копытом, где я лежал, сказал я. — Так, ага, сейчас… секунду. Да! Точно! Ух ты… хм... Интересно-интересно - тараторила она, носясь от одного дерева к другому, светя свои рогом, как я понял потом, исследуя местность на наличие аномальных углублений и дыр в пространстве. — Ну и как там? — спросил я, заглядывая ей за спину. — Да не так чтобы были сильные разрывы пространства или присутсвие других материй, везде все в норме, но вот оставленный след света, кстати говоря, мощной магии, говорит о том, что вас обоих кто-то сюда переместил из другого измерения, — сказала она мне научным, практически непонятным мне, языком. — То есть, то зеркало, это было что-то вроде портала и наше нахождение в том месте было не случайно? — Молодец, в точку, - сказала она улыбаясь, при виде этой улыбки я тоже, поневоле, заулыбался, — но это не было злодейским намерением, это было что-то вроде сообщения о помощи. — Что? Сообщения о помощи? Но помощи кому, когда, и каким образом мы можем помочь? — Ох… Я знаю об этом ровно столько, сколько и ты, надо ждать. Тот, кто просил об этом, рано или поздно объявится, эта магия настолько сильна, что тот, кому вы нужны, может без труда найти вас, — пояснила мне Твай. — Пойдем обратно в Понивиль? Или что-то еще нужно? — Нет. Я увидела и разузнала об этом месте все, что можно - и мистическое, и географическое, — опять сказала мне Твайлайт замудренными терминами. — Ну тогда давай поторопимся, нам нужно ещё успеть на вечерние ПинкиКексики! — сказал я, улыбаясь все шире при каждом сказанном слове, кексы Пинки Пай были и вправду бесподобны! — Ах, ну конечно, чуть не забыла! Тогда зачем же нам идти? Мы. Можем. Просто. Телепортироваться! -сказала она мне, глядя со смешком на мою закипающую от злости мордочку. — То есть, мы шли целых три часа вместо того, чтобы просто телепортироваться?! — прикрикнул я с яростью в голосе на нее. — Оу, — злорадствуя сказала она - мне было просто интересно, как ты относишься к прогулке по такому диковинному лесу. — Прогулке?! Да знаешь ли ты, что…- начал было я, но после этих слов она ласково прикоснулась к моим губам, а затем, отступивши, прижалась ко мне. Я чувствовал ее биение сердца, ее разгоряченную щеку, прижавшуюся к моей груди. В тот момент я был счастлив и рад как никогда прежде. Я вспомнил своего друга, свою семью, но не так, как горестью на сердце, а их тепло, которое было даровано, незадолго до аварии, унесшей множество жизней и мою семью. Я никогда никому не рассказывал об этом, кроме своего друга, он тоже не любил вспоминать об этом. Горькая слеза покатилась по щеке, подбородку, впитываясь в шерстку на груди. Мы простояли в такой позе минут десять, затем покрасневшая Твайли отпрянула и взглянула в мои глаза. Я только сейчас понял, как мне нравится эта единорожка, как ее милая мордашка смотрит на меня, как ее ушки, покрасневшие от недавнего действия, стоят торчком, ее лавандовые, полные жизни глаза и просто как она на меня смотрит. Ее рог внезапно засветился и я появился рядом со своей койкой у нее в домике, недалеко от ее кровати, где она, как я понял, уже мирно посапывает, видя свои цветные, радосные сны. «А ведь мы так и не успели на Вечерние Пинки-Кесики», — с небольшой горечью на наполненном теплом Твай и радостью от сегодняшнего дня, сердце, сказал я.