Living again

Living again Скрип тормозов. Есть что-то ужасное в этих звуках, начинающихся глухим рычанием, восходящим по хроматической гамме до пронзительного визга и опять опускающимся вниз. Глухой удар тела об капот машины. Резко все затихло. Дилан не хотел поворачивать за угол. Просто не хотел идти дальше, как и не хотел верить нарастающему чувству тревоги. Сердце упало куда-то в желудок, резко скрутило, но парень пересилив себя шагнул. *** Все что чувствует он похоже на бурю эмоций. То, как они касаются друг друга, смотрят так, что кажется, будто они в другой вселенной, где есть только они. Все что связано с ним, перехватывает у него дыхание, его смех, его пение в душе, его поцелуи. Его все еще неуверенные поцелуи по его телу, робкие и нежные, проводящие по всему телу миллионы мурашек. Он хочет быть рядом всегда, хранить его, дарить ему все те теплые чувства, что у него есть. Ему не нужен никто, кроме него. И никогда не понять никому, как прекрасен для него запах его шампуня в смеси с его одеколоном. Когда они рядом их мысли теряются, а сердца сияют, словно звезды в созвездии. Они дополняют друг друга, как кофе с молоком, инь и янь. Возможно это мимолетная искра, а может то, что мы обычно называем любовью… *** Сегодня была очень важная для них дата, Дилан волновался, как никогда. Сегодня была их первая годовщина. Даже не верится, целый год вместе. Его сердце буквально отстукивало барабанную дробь, он так готовился, даже убрался и попытался приготовить ужин для него. Но что-то не давало ему покоя, словно кошка размеренно и плавно точила когти об его нутро, но он предпочел не обращать внимания на это, решив, что это просто волнение перед сегодняшним днем. Дилан решил встретить Томаса, выйдя ему на встречу. Он шел вприпрыжку, предвкушая прекрасный вечер, но вдруг странный шум за углом остановил его. Скрип тормозов. Есть что-то ужасное в этих звуках, начинающихся глухим рычанием, восходящим по хроматической гамме до пронзительного визга и опять опускающимся вниз. Глухой удар тела об капот машины. Резко все затихло. Дилан не хотел поворачивать за угол. Просто не хотел идти дальше, как и не хотел верить нарастающему чувству тревоги. Сердце упало куда-то в желудок, резко скрутило, но парень, пересилив себя шагнул… POV Томас Сегодня прекрасный день…Просто замечательный. Интересно, помнит ли Дилан? Должен помнить, ведь мы по секундам даже время отсчитываем. 52 недели, 365 дней, 8760 часов, 525600 минут, 31536000 секунд. Поверить не могу, что время так быстро летит…. И мне нужно поторопиться, хочу побыть с Диланом побольше, работа, увы, не позволяет мне быть с ним рядом круглыми сутками. Осталось перейти дорогу и прошагать квартал… POV Автор Дилан не решался взглянуть на дорогу снова. Просто не мог заставить себя посмотреть в ту сторону. На дороге лежал юноша, до боли знакомый. Кипа бумаг, которую он нес, упала на асфальт, раскрывшись и выпуская вихрь листов с ровным печатным текстом на воздух, где их разметало по всей улице. Машина, что наехала на парня, спешащего по своим делам, сразу же скрылась с места преступления. Никакого раскаяния, беспокойства или чувства долга перед пострадавшим. Многие прохожие не обращая внимания, шли дальше, хотя были и зеваки, что решили поглазеть на, истекавшего кровью страдальца. Дилана словно прошибло током. Это был Томас. Его любимый Томас. Все верно. Блондинистые волосы, с чуть рыжеватым оттенком, темные глаза смотрят на людей и машины проезжающие мимо, словно пытаясь ухватить уходящие образы. Взгляд застыл на Дилане, и Томас попытался глубоко вдохнуть воздуха в легкие. Не вышло, поломанные ребра не дали ему этого сделать, и он лишь содрогнулся в судороге. Кровь от него тянулась ручьем, стекая к стоку в канализацию. Медлить было нельзя. Дилан подбежал к Томасу, садясь на колени рядом и крича застывшим в недоумении зевакам -Вызывайте скорую, быстро! Кто-то из них, всполошившись, выхватил мобильник из кармана и стал вызывать врачей. Дилан, приподняв парня над землей, положил его голову к себе на колени, словно в прострации поглаживая его по волосам. -Дилан… Передернуло. Брюнет опустил взгляд на любимого. Тот смотрел на него, странно улыбаясь. -Хочется пить Томас поежился от боли в груди, еле говоря от бессилия. Его дыхание было хриплым, рваным, словно он бежал кросс на огромную дистанцию и у него теперь отдышка. Уж лучше бы так и было. -Мне страшно, Дилан… Я устал и… -Тихо, тихо, Томми, пожалуйста, не говори ничего, ты слишком слаб… Дилан едва держался, чтобы не разрыдаться. Ему самому было страшно, и он боялся представить, какого сейчас Сангстеру. Обернувшись на толпу, брюнет в исступлении рявкнул: -Где, вашу мать, скорая!? -Сказали, п-пять минут… Брюнет хотел было снова что-то сказать, но слабое движение Томаса привлекло его внимание. -Ты… плакать собрался? Дилан… Не могу же я умереть, от такого пустяка… Не могу оставить тебя одного... Дурень… -Томми… -За тобой нужен…глаз да глаз… Ты ведь, даже мусор вынести без подсказки не можешь… Раздался звук тормозов. Несколько медбратьев выскочило из машины с носилками, забирая блондина от Дилана и унося его в машину. -Я поеду с вами! Не терпя возражений, Дилан заскочил в машину следом за докторами. Томас лежал на носилках. Бледен как снег, глаза закрыты, с уголка губ течет струйка крови. В руку введен катетер. Рядом врачи. Страшные слова, иногда не понятные и не доходящие до Дилана через какую-то пелену. -Внутреннее кровотечение, большая потеря крови. Несколько артерий разорвано,…Поломаны пятое, шестое и восьмое ребра… Этого не может быть. Не может. Сегодня самый счастливый день в их жизни, так почему он превращается в кошмар? -Он потерял сознание! Не хватает крови, как минимум два литра утеряно! Черт возьми! Доктора заметались по машине, доставая принадлежности и множество приборов для того, чтобы остановить кровотечение. Дилан не обращая внимания на них, сел рядом с Томасом, поглаживая того по щеке ладонью. Такой холодный.… Пожалуйста, живи… -Отойдите, молодой человек! Вы навязались нам что бы мешаться!? -Брось его, мы теряем пациента! Как теряем? Не они теряют пациента, нет. Дилан теряет любимого и дорогого себе человека. Разряд. Еще разряд. Тишина. Глухо. Разряд. Еще разряд. Как же это бессмысленно. Разряд. Еще разряд. Это становится смешным. -Запишите, время смерти 19:34…. Как там его звали? Врач обратился к Дилану, за что получил по самодовольному лицу. Как можно так относиться к пациенту, погибшему из-за того, что ты слишком долго ехал, черт возьми? -Томми… Его зовут Томми… Затем, чуть придя в себя, глухо ответил. -Томас Сангстер… Всю дорогу дальше Дилан сидел молча, держа Томаса за руку. Он не мог принять того, что он потерял то, самое дорогое, что было в его жизни. В больницу Дилан нес Томаса сам. Отказался от помощи медбратьев. Аккуратно держа на руках своего, уже неживого Томми, он поднялся по ступенькам, входя в приемную, но там лишь головой покачали, мол, вам только в морг. Брюнет сел на скамейку в парке при больнице, и сидел там до утра следующего дня, говоря с мертвым парнем, которого он посадил на скамейку, как живого, изредка плача и извиняясь перед молчаливым собеседником за эти его слабости. Он уснул, не заметив когда так получилось, а сотрудники больницы забрали труп, готовя того в последний путь...