Терпкий Херес

      Кто-то дёргает меня за руку, и я распахиваю глаза от испуга. Кристина продолжает трясти меня за руку, а в её глазах стоят слёзы.       ― Там… Ал! ― шмыгает она носом.       Плохое предчувствие сдавливает легкие, и я иду за проснувшимися ребятами. Мы остановились у Пропасти, бесстрашные вытягивали чьё-то тело, выжимая из себя все силы.       ― Давай ещё раз! ― пыхтит один из них.       Наконец у их ног оказывается мертвое тело и все узнают в нём Ала. Мне становится тошно и холодно одновременно. Слышу, как Трис делает прерывистые вдохи и выдохи, выбегая из толпы. Я должна отвести взгляд от бледного тела, но не могу.       ― Что с ним стало? ― спрашивает кто-то из бесстрашных.       ― Тоже что и каждый год. ― Холодно отвечает ему другой голос.       Каждый год. Значит такова цена трусости? Бледные и безжизненные глаза Ала, закрывает знакомая бесстрашная ― это Мина. Странно ведь если бы я не протянула тогда руку, она бы могла лежать вот так же, как и он. Самоубийство не выход лишь слабые могут сделать это, лишь те кто не может победить самого себя и доказать миру что он достоин жизни. С другой стороны Ал прекрасно понимал, что ему уже не стать тем, кем он был раньше, он понимал, кем стал, когда пытался убить Трис. В нашей фракции его поступок могли счесть разумным, учитывая то, что он совершил c Трис. Я всё ещё рассуждаю как эрудит, будто это что-то изменит.Наконец я отворачиваюсь, замечаю свои слёзы, только когда они скатываются и падают на руки. Заворачиваю в коридор, в который мало кто заходит и сажусь на пол, чтобы забыть отвратительную картину в Пропасти. Рядом садится Питер, он шел за мной всё это время? Мы молчим сейчас лучше не говорить ни слова. Когда слёзы начинают высыхать на щеках, поворачиваю лицо к Питеру. Он сосредоточено смотрит на свои ботинки, будто там кроится какой-то ответ.       ― Что винишь меня? ― спрашивает он без обычной для него усмешки. ― Я не желал ему такого, но уже поздно извиняться перед Алом. Это был его выбор.       «Его выбор?», ― мне хочется закричать, но я не могу вытолкнуть это крик из легких. Он отрывает взгляд от своих ботинков, чтобы взглянуть на меня. Мне хочется сказать ему то, что крутится в моей голове, но я лишь качаю головой, поднимаясь на ноги. Я не отреченная как Трис чтобы быть всепрощающей и говорить ободряющие слова для Питера.       ― Молчишь. Опять молчишь. ― Питер вздыхает, когда я ухожу из этого коридора словно в тумане.       Как же мне хотелось бы верить, что всё это просто жуткий сон. Что, открыв глаза, я окажусь в своей комнате в Эрудиции, что во время теста мой результат будет обычным, как у других, но это не так.

****

      Мы стоим под стеклянным куполом Бесстрашия, разглядывая включенную аппаратуру. Фор оборачивается к идущей к нам высокой девушке, она встаёт напротив нас, внимательно разглядывая каждого.       ― Я Лорен, кто не знает. ― Представилась она нам, ведь с урождёнными она знакома давно. ― Сегодня вы пройдете через мои страхи, каждый испытает на себе один. Два года назад я боялась пауков, удушения, надвигающихся стен, позора, того что меня собьёт поезд, непрекращающегося кровотечения и много чего другого. Вы должны справитесь с моим страхом и постараться, чтобы он не стал одним из ваших. ― Она указал рукой в сторону экрана. ― Отсюда мы будем видеть вашу реакцию, но не сам страх. ― Вы можете принять страх или бороться с ним, но главное, чтобы ваше сердцебиение было нормальным. ― Добавляет она, ухмыляясь Фору. ― Кто первый?       Мы переглядываемся, и первым вызывается Юрайя, как обычно улыбаясь и отшучиваясь. Лорен вводит иглу в его шею, и мы видим, как он сопротивляется невидимым стенам, через пару минут он справляется с этим страхом. Второй идёт Линн, ей, судя по всему, достался страх обильного кровотечения, но она довольно быстро справляется с ним. За ней вышел Питер, его лицо стало приобретать ярко красный оттенок, что сильно рассмешило Кристину, он прошёл через страх общественного позора.       ― Трис? ― Фор будто специально вызывает девушку, видимо пытается испытать её.       Она послушно делает шаг вперёд, позволяя Лорен ввести ей в шею сыворотку. Через пару секунд мы видим, как она начинает отбиваться от невидимых рук, задыхаясь и плача, но ничего не делая. Мы будто стали свидетелями искаженной версии нападения, Трис всё никак не могла успокоиться, и Фор заставил остановить моделирование. Она падает на колени, всё ещё продолжая трястись от страха и слёз.       ― Это что за чертовщина, убогая? Соберись! Жалкое зрелище! ― грубо нападет на неё Фор.       ― Заткнись! ― Трис поднимается с колен и со всей силы бьёт Фора в челюсть, прежде чем выбежать из площадки прочь.       Я провожаю её взглядом и снова смотрю на Фора. Ему не нужно было так кричать на неё, разве он не осознает, что она испытала тоже же, что и два дня назад? Стать жертвой нападения и испытать это снова не самый лучший способ пережить это. Он хмурится, потирая ушибленное место и почувствовав мой взгляд, поворачивается в мою сторону. Видит ли он в моих глазах осуждение или нет, но ему явно не понравилось, как я на него смотрю.       ― Лиса, ты следующая. ― Коротко говорит он, продолжая хмуриться.       Как бы то ни было в челюсть, он получил по заслугам. Я, молча, выхожу вперёд, расстегивая куртку, чтобы Лорен могла спокойно ввести иглу мне в шею. Вскоре площадка исчезает, и я оказываюсь лежащей на земле, не успев даже опомниться или осознать, что происходит меня, начинают душить. Я пытаюсь отпихнуть нападающего, но его пальцы давят на мою шею всё сильнее и сильнее. Вскоре я не могу даже вдохнуть маленький глоток воздуха, а легкие словно наполняются огнём. Мне хочется вдохнуть воздух хотя бы маленький глоток, но ничего выходит, и я хриплю, царапая ногтями лицо обидчика. Всё перед глазами постепенно начинает приобретать молочный оттенок, и я не могу различить ничего кроме белых прыгающих пятен. Мои руки обессилено падают на землю и я, сдаваясь, полностью расслабляю своё тело.Открыв глаза, я делаю большой вдох воздуха, выпрямляясь и встречаясь с любопытными глазами присутствующих. Они видели, как меня душили и, наверное, со стороны я выглядела очень-очень глупо. Лорен кивает головой, вбивая что-то в компьютер, и на моё место встаёт Кристина. Я встаю в самый конец толпы, почёсывая кожу на шее, будто проверяя её на наличие синяков.       ― Ты справилась очень быстро. ― Рядом появляется Питер, он говорит это тихо, чтобы никто кроме меня его не услышал.       Смотрю в его глаза и вздыхаю, стараясь не думать о том, что они способны врать.       ― Спасибо.       Он прикасается к моим пальцем сначала осторожно будто проверяя, отдёрну ли я руку, а после переплетая их со своими.       ― Ты злишься на меня? ― спрашивает он, наклоняясь.       ― Да. ― Откровенно говорю я. ― Но и на себя я злюсь не меньше.       Питер раздраженно цокает языком.       ― Ты напоминаешь капризного ребенка, который не понимает, чего хочет и требует от других непонятно чего.       Я усмехаюсь.       ― Точное определение, Питер, наверное, были хорошие оценки по психологии?       Он смеётся и его взгляд устремляется на стеклянный купол.       ― Я не любил эрудитовские уроки и прочее, ― честно признался он. ― Хотя учитель всегда вытягивал меня на четыре.       Мы отвлеклись, и, пожалуй, это даже к лучшему нельзя всё время думать о плохом, иначе можно загнуться. Я вспоминаю свои школьные будни, мне нравились гуманитарные науки, но и по естественным всё обстояло неплохо иначе никак. Детей эрудитов натаскивали на программы с углубленным изучением всех предметов, желают они этого или нет.       ― А мне нравилась психология и я даже ходила на дополнительные часы по этому предмету. ― Говорю я, всё дальше окунаясь в воспоминания.       Кажется, будто это было совсем недавно, но в другой параллельной жизни.       ― Просто ты ботаничка. ― Питер щипает меня за щеку. ― Ты даже испытания проходишь на «раз-два».       ― И снова эта тема Хэйес. ― Тяжело вздыхаю я. ― Может, ты перестанешь смотреть на чужие результаты и фиксировать своё внимание только на своих?       ― Хм, хорошо может ты права. ― Удивительно быстро соглашается он, хотя я чувствую, что он до конца не искренен со мной.       Хэйес по сравнению с Кристиной может с легкостью лгать и не краснеть, их учили распознавать ложь в других, а значит искусно контролировать своё лицо и тело. Вскоре тренировка заканчиваются и все возвращаются вниз Кристина и Уилл обгоняют меня, кинув быстрый взгляд в сторону Питера, который шел рядом. Всё ясно они винят его в том, что случилось с Алом, может, считают его причастным к нападению на Трис. Чем больше я думаю об этом, тем больше запутываю саму себя. Логические цепочки, выстраиваемые в моей голове, так или иначе, натыкаются на препятствия со стороны моей симпатии к Питеру. Он не мог придумать такой изощренный план, не мог.       ― О чём думаешь? ― Питер будет, улавливает мои мысли, слегка толкнув меня в бок.       ― Думаю, кем стать после инициации, ― вру я, стараясь не отводить взгляд. ― Ерунда, в общем.       Я не вижу в его глазах сомнений по поводу моей лжи, и мне становится легче. Он заставляет меня завернуть в коридор, ведущий в сторону Ямы.       ― Ты же не против прогулки? ― спрашивает он, будто ему действительно было интересно узнать моё мнение, ведь он уже всё решил за меня. ― Может, наколем парное тату, как думаешь? ― он усмехается.       ― Какое же? Только не говори, что вдруг решил превратиться в романтика! Из тебя он получится неважный, хотя кто знает… ― я смеюсь, получая порцию щекотки.       ― А разве я не романтик?! ― будто возмущаясь, спрашивает он, наконец, переставая меня щекотать. ― Я милашка!       Мне снова становится смешно, но я пытаюсь сдержаться.       ― Питер, порой ты переоцениваешь себя.       Он берет меня за плечи, разворачивая к себе лицом, чтобы прижать к стене. Медленно он опускается и целует меня, постепенно углубляя поцелуй. Я прижимаюсь к нему всем телом, обвивая его шею руками задыхаясь от переполняемых эмоций. Когда он отстраняется, на его губах играет хитрая улыбка.       ― Переоцениваю, говоришь?       ― Иногда. ― С улыбкой отвечаю я. ― Но в чём-то ты оцениваешь себя правильно.       ― Ох уж эрудиты всё вам оценивать да анализировать. ― Смеётся Питер, качая головой. ― Ты уже почти бесстрашная, но такая эрудитка!       ― Брось! ― фыркаю я. ― Будь я такой же, как мои бывшие члены фракции ты бы тут волком выл и умолял меня заткнуться.       Он смеётся, снова наклоняясь и целуя меня.       ― Я бы затыкал тебя сугубо поцелуями, мне нравится, когда ты умничаешь.       Я качаю головой, взлохмачивая его мягкие волосы.       ― Дурачок.       Мы ещё долго стояли в этом тёмном коридоре, наслаждаясь, непринужденным обществом друг друга и тишиной вокруг нас.

****

      День финального теста наступил очень быстро, но после всего, что мы пережили, казался обычным и серым. Поглядеть на нашу инициацию прибыли эрудиты, что сильно удивило меня. Возможно, придя сюда, они ходят убедиться в правильности и точности разработанной им сыворотки или Джанин как обычно что-то задумала. Проходя мимо нас, она улыбнулась с виду теплой улыбкой, но холодные глаза выдавали её истинную натуру. Когда-то я восхищалась этой женщиной, как и мой отец, я видела в ней сильную умную женщину, но повзрослев, я поняла, что всё далеко не так хорошо как кажется. Она умна, но при этом лжива и хитра, она сильная, но жестока и беспощадна к другим. Фор объявил нам список, по которому мы будем проходить последнее испытание. Первым пошёл Дрю, по его лицу было видно, что он боится, но подбадривать его я бы всё равно не стала. Трис подошла ко мне, когда другие ребята стали смотреть на экран с реакцией на страх.       ― Фор рассказал мне, что хоть мы и можем действовать, как дивергенты наши страхи будет просматривать лидеры и конечно Джанин.       ― Ты знаешь, зачем она сюда пришла? ― тут же спросила я.       Девушка усмехнулась, кивнув головой.       ― Я не рассказывала вам причину того почему меня было почти весь день. ― Она виновато потупила взгляд. ― Просто я не хотела, чтобы возникли лишние вопросы. Тогда я поехала к своему брату в Эрудицию и волей неволей встретилась с Джанин.       Я еле сдержала громкий удивлённый выдох, ближе наклоняясь к ней.       ― Что? Ты же знала, что нам нельзя было покидать здание Бесстрашных! ― мои глаза округлились. ― Но мне больше интересно, что ты узнала о Джанин…       ― Она пыталась выяснить причину ошибки в моем тесте, а так же удивлялась, почему это возникает почти каждый год. ― Ответила шепотом Трис. ― Возможно, она подозревает, что среди нас есть дивергенты.       ― Ну конечно… ― я хмыкнула, вспомнив её предшественника Нортона, который просто горел идеей убивать дивергентов. ― И сегодня она здесь чтобы лично проследить за результатами моделирования. Не удивлюсь, если это не всё что она задумала…       ― Ты права, она задумала что-то с лидерами бесстрашных, хотя и пытается прикрыть это всё тем, что хочет только помочь.       Трис коротко кивнула в сторону остальных ребят, слегка отстраняясь от меня, чтобы они ничего не заподозрили. Через пару минут вызывают Молли, она проходит своё испытание быстрее Дрю, но мы слышим, как она истошно кричит и никак не может успокоиться. Я смотрю на Питера, волнуется ли он за своих друзей? Он конечно в последнее время перестал с ними общаться, как он объяснил «из-за меня», но так просто стереть былые отношения нельзя. Хэйес сосредоточенно смотрит в одну точку, будто его не волнуется ничего кроме стены перед ним. Сегодня мы мало общались, и он даже не заметил колкие шуточки со стороны Кристины, может это испытание сделало его таким молчаливым и замкнутым. Постепенно нас в комнате остается всё меньше и меньше, а ожидание становится практически невыносимым. Когда вызывают Питера, он будто не услышал моих подбадривающих слов, молча закрыв за собой дверь. Впрочем, я не стала на это обижаться, он сегодня сам не свой, да и я уже была на иголках. После него наступала моя очередь, а Трис шла последней, она сидела на скамейке, скрестив пальцы в замочек.       ― Ну, вот и всё. ― Усмехнулась я отчасти, чтобы приободрить и саму себя. ― Последний рывок и мы бесстрашные.       ― Бесстрашные. ― Повторяет Трис, будто не веря этим словам. ― А стали ли мы ими или просто притворяемся?       Я хмурюсь, пытаясь отогнать сомнения по этому поводу. Не раз этот вопрос всплывал в моей голове, и каждый раз всё только становилось сложнее и запутанней.       ― Кто бы знал. ― Отвечаю я, прислушиваясь к тишине в зале инициации.       Дверь скрипнула, и к нам заглянул Фор, ему не нужно было называть моё имя, тут итак было всё ясно. Я махнула Трис и пошла следом за инструктором, который сегодня выглядел как всегда мрачнее тучи.       ― Удачи. ― Коротко сказал он мне, когда я оказалась перед креслом.       Вокруг центра внимательно, словно коршуны наблюдали за всем процессом эрудиты. Как странно, что раньше я не замечала, как глупо иногда смотрятся эти бутафорские очки на носу. Эрик уже стоял надо мной с полным шприцем, готовясь воткнуть его мне в шею.       ― Лиса, настал тот час, когда станет ясно достойна ли ты стать бесстрашной.       ― Зачем эти пафосные речи? ― нахмурилась я. ― Делай своё дело.       Я с удовольствием наблюдала за его недовольным лицом, если бы не полная аудитория он бы, наверное, врезал мне за наглость. С нажимом стараясь причинить, побольше боли он с силой втыкает мне иглу в кожу и я невольно вскрикиваю.       ― Наслаждайся. ― Фыркает он.       Не успела я опомниться как передо мной расстилаясь, появилась пыльная дорога, ведущая к ферме Дружелюбия. Тут же оглядываясь в поисках того, что привело меня сюда и вижу перевернутый грузовик. Моё сердце жалобно сжимается, когда я вижу разбросанные, словно сломанные куклы трупы людей. Я тут же бегу в сторону грузовика в надежде найти выживших, пахнет дымом и горелым. Закрыв нос, я начинаю бегать вокруг места аварии, проверяя пульс у людей, но все они оказались мертвы. Внезапно я слышу выстрел, и чья-то пуля пролетает в сантиметре от моего лица. Разворачиваюсь и вижу идущих в мою сторону двоих бесстрашных в темных масках. На миг я растерялась, но следующий выстрел едва не угодивший мне в плечо заставил меня действовать. Спрятавшись за обломками грузовика, я начинаю искать средство для защиты. «Тут должно быть что-то должно!» Словно по велению мысли рядом со мной оказываются пара ножиков. Схватив их, я выглядываю из своего убежища, чтобы вычислить расстояние между мной и противниками. Когда нас стало разделять всего пару метров кидаю первый нож и один из бесстрашных падает на землю, второй увидев меня, начинает стрелять в мою сторону, но я переползаю в другое место, готовясь нанести следующий удар. Второй нападающий начинает обходить грузовик, и я быстро оббегаю машину, пытаясь ударить противника в спину. Но он быстро разворачивается и прежде чем я занесла над ним руку, пускает пару очередей мне в живот. Больно. Как же больно и глупо! Я падаю на спину, чувствуя, как холодеют мои ноги. Закрываю глаза от бессилия и боли, но вскоре пейзаж меняется, и я оказываюсь у Пропасти. Главное в моделировании быстро реагировать и стараться не поддаваться страху. Иду по скрипучему мосту вперёд и слышу чей-то хриплый смех за спиной, обернувшись, я вижу Питера.       ― Питер? ― удивляюсь я.       Он смеется, начиная подходить ко мне медленно и даже угрожающе. Его глаза смотря на меня с откровенной ненавистью, а губы растянуты в неестественной улыбке. Даю понять себе, что это не Хэйес всего лишь один из страхов не более. Пока я иду спиной назад, кто-то хватает меня за плечи, и я чувствую ужасный холод за моей спиной. Позади меня стоит Ал синий с местами разложения на щеках и губах. Невольно страх сковывает меня, и я не могу пошевелиться. Он толкает меня вперёд к Питеру и тот, обхватив меня за плечи, начинает вести меня к краю моста. «Чёрт! Лиса соберись это всего лишь моделирование!» Ударяю Питера в живот и, не дожидаясь пока он придёт в себя бегу на Ала, точнее на его оживший труп. Он намного выше меня потому я с легкостью проскальзываю между его ног, быстро поднимаясь, и убегая в сторону Ямы. Когда до неё остается пару метров пейзаж снова меняется, и я забегаю в темную комнату. Дверь за мной с грохотом закрывается, и я оказываюсь в кромешной темноте. Наверное, я никогда не преодолею этот страх. Мои легкие сдавливает от ужаса, и я делаю шаг вперед, пытаясь сориентироваться.       «Нужно успокоиться. Нужно успокоиться», ― повторяю я про себя, но сердце никак не хотело восстановить свой привычный ритм.       Кожу обдуло прохладным воздухом, значит, где-то здесь был сквозняк и комната вовсе не такая закрытая. Начинаю идти в сторону ветерка пока не натыкаюсь на разъём, проталкиваю туда пальцы и изо всех сил начинаю тянуть на себя. Дверь со скрипом открывается и я с облегчением выдыхаю воздух. Выхожу на свет и оказываюсь в здании Эрудиции. Холл пуст, но я вижу чьи-то силуэты впереди иду к ним, пытаясь сосредоточиться и не поддаваться страху. Фигуры быстро перешептываясь, скрываются в библиотеке.       ― Эй! ― кричу я, ускоряясь. ― Подождите!       Залетаю в библиотеку и тут же натыкаюсь на своих родных стоящих на коленях. В руке внезапным образом появляется пистолет. Я уже проходила этот страх, но это не значит, что сейчас будет легче. Мама улыбается и я, сжимаясь, отворачиваюсь от их лиц.       ― Лиса. ― Слышу я мужской голос.       Снова поворачиваюсь и вижу рядом с моими близкими Питера, но не того который был прежде и пытался столкнуть меня с моста. Он улыбается и внутри меня всё переворачивается.       ― Ну же, нажми на курок, это не сложно нас учили этому, помнишь? ― говорит он, словно ничего не происходит.       ― Заткнись. ― Рявкаю я. ― Ты не Питер! И вы не мои близкие!       ― Тогда выстрели в нас. ― Говорит Вильям, поднимая своё лицо.       ― Так нужно малышка, так нужно. ― Кивает головой отец.       Сжимаю зубы и, прикрыв глаза, стреляю поочередно в каждого без паузы. Открываю глаза, когда чья-то тяжелая рука хлопает меня по плечу.       ― Молодец, ты справилась. ― С долей иронии говорит мне Эрик.       ― Спасибо.       Встаю с кресла, но прежде чем я начинаю уходить, лидер снова хватает меня за плечо.       ― Подожди, нужно сделать кое-что ещё.       В его руках снова шприц с непонятным раствором и мне хочется воспротивиться, но Эрик не даёт сказать мне и слова.       ― Всем бесстрашным для безопасности вкалывается этот микрочип, вдруг вы потеряетесь или ещё что. ― Неопределенно объясняет он. ― Так что не устраивай здесь лишние сцены перед нашей бывшей фракцией.       ― Не знала, что ты так волнуешься о своей репутации. ― Фыркаю я, убирая волосы, чтобы он снова вонзил мне в шею иглу.       ― Заткнись и иди уже. ― Раздражённо фыркает он, закончив с уколом.       ― А где же твоё «наслаждайся»? ― не выдерживаю я с ядовитой интонацией.       Эрик едва сдержался, судя по его шевелящимся желвакам и сжатым почти добела кулакам.       ― Быстрее мать твою пошла отсюда! ― кричит он, и я слышу удивлённые возгласы эрудитов в зале.       Качнув плечом, иду на выход, не веря тому, что всё закончилось. Впереди нас ожидает торжественный банкет, но не все из нас станут официальными бесстрашными.