***
Новый день начался для меня не так, как обычно. Я не проклинал солнце за то, что оно смеет светить в моё окно, не ругался на будильник, который исправно зазвенел в положенное время. Мне действительно хотелось встать с постели, и я быстро собрался и пришёл в школу без опоздания, чем очень сильно удивил учителей. После уроков я решил сам заглянуть к психологу, не дожидаясь, когда меня туда силком потащат. — Можно? — услышав утвердительный ответ, захожу в кабинет и усаживаюсь напротив герра Шефера в мягкое, уютное кресло. В прошлый раз такого не было. Неужели так быстро новое привезли? — Я хотел вам сказать спасибо за совет, — мило улыбаюсь, — я нашёл человека, с которым, возможно, смогу подружиться, мы общались в реале, и это было круто, — едва сдерживаю смех, видя как морщится Густав от этого «в реале». Но не буду же я придерживаться официального стиля? — Я очень за тебя рад, — психолог едва заметно улыбается и поправляет очки. Наверное, для него это просто привычный жест, какая-то механическая привычка. С ними всё было в порядке, насколько я мог заметить, но почему-то он постоянно повторяет это действие. — Но всё равно тебе пока нужно приходить ко мне. Расскажи мне о своём друге. Имя можешь не называть. И я рассказал всё, что посчитал нужным. По таким признакам ни за что не догадаться, что речь была о Томе. Тем более, я уверен, что герр Шефер с ним совершенно не знаком. Надеюсь, что Трюмпер никогда не учился в этой школе, хотя я не расспрашивал его об этом. Последнее, что я стал бы с ним обсуждать — столь ужасное учебное заведение. Не хватало ещё в свободное от этого маленького ада время говорить про него, словно снова и снова возвращаясь в нелюбимый класс на урок алгебры. Естественно, я не стал упоминать об умении Тома стрелять, а сам уже мысленно разрабатывал свой дальнейший план действий. Нужно будет попросить парня показать мне оружие, быть может, под предлогом того, что я хочу научиться себя защищать. Но желательно не вызвать подозрений. Конечно, можно было бы поступить намного проще и быстрее — взять или даже украсть пистолет и сделать всё самому, но я слишком труслив для этого. Уже представляю, как дрожали бы мои руки, если бы я пытался нажать на курок. А вдруг осечка? Попаду в больницу, брр… Хоть я почти ничего не помню из своего детства, мне почему-то совсем не хочется лежать на операционном столе. Конечно, есть шансы, что меня не спасут, но всё равно это не лучший вариант. Может, всё-таки это произойдёт с Томом? Он же не побоится. Он сможет, я уверен! И я умру, глядя в его глаза. Звучит пафосно, но зато красиво. Густав наверняка даже не подозревал, что творится в моих мыслях и совершенно спокойно делал записи в свою толстую тетрадь. Не иначе как конспектирует сказанные мной слова. Неужели это так важно? Не верю, что этим людям не всё равно, что со мной будет дальше. Ну что изменится для этого человека, если я умру? Они боятся, что если я умру или окажусь на больничной койке после неудачной попытки суицида, то при разбирательствах зацепят директора, классного руководителя, всех учителей, которые у меня преподавали, и, конечно же, моих «горячо любимых» одноклассников. А этого никому из них не нужно! Выйдя из кабинета, я сразу же решил позвонить Трюмперу и договориться о встрече. Он должен знать, что я по-настоящему заинтересован в общении и дружбе с ним. Я не боюсь показаться навязчивым, потому что нужно действовать. Или сейчас, или никогда. У меня есть выбор: прожить серую жизнь или прекратить своё существование. И я обеими руками за второй вариант. POV Tom Звонку Билла я очень обрадовался. Несмотря на то, что у меня в это время был урок, я спрятался под партой и принял вызов. Не лучшее поведение для выпускника, но мне очень нужно было поговорить с Каулитцем. Хотя бы шёпотом. Мы условились, что увидимся вечером. Никогда ещё не испытывал такой радости от предстоящей встречи! Рядом сидел и хихикал Георг. Когда я повернулся к нему, то Листинг с умным видом намекнул мне, что я влюбился во «вчерашнюю брюнеточку». Знал бы он, что на самом деле это парень, не говорил бы такое. Хотя вроде неформалы продвинутые и ничего не имеют против другой ориентации. Однако друга я с парнями никогда не замечал. Но всё же я не могу представить себя с человеком своего пола в далеко не дружеских отношениях. Это как-то странно. Ну, допустим, захотелось бы мне его обнять и потрогать, но там ведь взяться не за что! Какие-то у меня ненормальные мысли, наверное, всё дело в том, что у меня давно не было девушки. Нужно исправить это, но пока на горизонте ни одной классной девчонки. Секс у меня был пару месяцев назад, а вот серьёзных отношений, таких, чтобы влюбиться и забыть обо всём на свете, кроме неё — не было. Да и вообще это всё в не совсем трезвом состоянии случилось, так что я даже плохо помню, как это происходило. Про меня пускают слухи, что я бабник и бросаю всех своих девушек после одной ночи, но на самом деле это неправда, у меня вообще было их немного, и не со всеми случались интимные отношения. Не такой уж я и опытный, как думают мои помешанные на неземной любви одноклассницы. На них без слёз и не взглянешь, а они хотят принца на белом коне. Ой, да к ним и конь-то приличный не подойдёт, не говоря уже о принцах. Тем более, сейчас остаётся все меньше хороших и верных парней, каждый хочет себе девушку красивую, скромную, которая только с ним наедине бы раскрывалась по полной программе, а ещё желательно, чтоб готовить умела и в квартире у них убиралась с радостью. Я не совсем понимаю своих приятелей, которым лишь бы заполучить новый объект для любовных утех. Я никогда не изменял и не предавал, но меня почему-то бросали. Моя первая девушка рассталась со мной, сказав, что встретила человека намного лучше. Ага, и лет на десять старше. Он её кинул через месяц, и она потом ревела и умоляла меня вернуться, но я отправил её по всем известному адресу. Я не хотел снова с ней встречаться, хоть мои чувства ещё и не остыли, ведь я понимал, что она может снова меня кинуть ради богатого и успешного бизнесмена, для которого это будет всего лишь развлечение. Я никому не даю второго шанса. Есть люди, которым и первого давать не стоило, это касается не только отношений, но и дружбы. Надеюсь, что с Биллом я смогу хорошо общаться, и он не пошлёт меня ради крутой неформальной компании, ведь Георга я медленно теряю, хоть он мне очень дорог. Вне школы мы проводим всё меньше времени вместе, что очень меня огорчает… После уроков я пулей вылетел из школы, слыша вслед весёлые комментарии Гео. У меня возникло острое желание отстричь его цветные патлы. Когда-нибудь он придёт ко мне с ночёвкой, уснёт, а я возьму ножницы и сделаю ему нормальную стрижку. А наутро попрощаюсь со своими дредами. Ой, нет, я передумал мстить другу за его шуточки. Он скоро должен успокоиться. Придя домой, я приготовил себе обед, быстренько поел и стал собираться на встречу. Сложив в сумку всё самое необходимое, а именно — телефон, ключи и немного денег на карманные расходы, я решил выйти из дома пораньше и пройтись пешком. Если честно, не люблю я эти душные автобусы. Лучше потратить больше времени и подышать относительно свежим воздухом. Совсем скоро я увижу Билла. Не знаю даже, почему это вызывает такую радость. Но знакомство и общение с новыми людьми — это всегда прекрасно!Глава 4. Грандиозные планы
17 декабря 2015 г., 17:52
До сих пор не могу поверить, что познакомился с таким замечательным парнем, как Том! Он открытый и очень приятный в общении, и мне не хотелось с ним прощаться после нескольких часов, проведённых вместе. Я внимательно слушал всё, что он рассказывал о себе, и запоминал каждое слово. Всё это впоследствии может очень мне пригодиться.
Особым пунктом в своих мыслях я отметил то, что Трюмпер умеет стрелять. Он идеально подходит на роль моего будущего убийцы. А пока что он может стать мне хорошим другом. Главное — доверие. Ошибочно думать, что я всё делаю только из корыстных целей. Если бы Том не понравился мне, как человек, я бы не стал общаться с ним.
Тот, кто заберёт у меня жизнь, не должен быть плохим человеком, меньше всего я бы хотел пострадать от рук какого-нибудь грязного извращенца. Смерть должна быть быстрой и принести долгожданный покой, а не мучения. Люди, которые окружают меня, ни о чём не будут догадываться, они скоро начнут думать, что у меня всё хорошо. Психологу я расскажу, что нашёл себе реального друга. Герр Шефер отстанет от меня со своими расспросами.
Закрыв дверь за Томом, я снял с себя куртку и посмотрел на свои руки. Хорошо, что парень не видел шрамы, но рано или поздно я обязательно покажу ему их. Если пойму, что ему действительно можно довериться. Я расскажу ему всё о своей жизни, и тогда Трюмпер обязательно поймёт, почему я так желаю смерти.
Достаю из ящичка лезвие, раскрываю упаковку и завороженно смотрю на тонкую, острую сталь. Вывожу на запястье букву Т. Это в честь знакомства с моим вторым и, надеюсь, последним в жизни другом. Сегодня я не хочу боли, у меня не случилось ничего плохого. Любуюсь кровью, вытекающей из маленькой ранки. От этого процесса меня отвлёк звонок в дверь. Неужели Том что-то забыл? О нет, как же не вовремя! Впопыхах натягиваю свитер и иду к дверям. Но оказалось, что это всего лишь моя родственница.
— Значит так, здесь продукты на две недели и немного на карманные расходы, — она поставила на пол две тяжёлые сумки. Да я же это поднять не смогу, как сестра это всё тащила? — Я отправляюсь в отпуск, думаю, ты в состоянии позаботиться о себе сам.
Девушка улыбается. Как хорошо, что мы видимся редко, я ведь понимаю, что она делает всё это неискренне, но так положено по закону. Иначе бы меня отправили в приют, а этого я совсем не хочу.
— Спасибо, — я поблагодарил её и закрыл двери. Вот чёрт, испачкал свитер. Можно было бы и не одеваться, сестре, наверное, всё равно, как я выгляжу, что со мной происходит и жив ли я вообще. Порывшись в сумке, я нашёл то, что мне сейчас было нужно, а именно — шоколадку. Разворачиваю шуршащую фольгу и с наслаждением откусываю кусочек сладости. В хорошем настроении иду в комнату.
Впервые за долгое время я решил сделать домашнюю работу, завтра учителя очень сильно удивятся! Открываю тетрадь и пишу сегодняшнее число. Последняя запись была вообще в прошлом году, да, вот так я обожаю физику. Пытаюсь решить задачу, не получается. Психанув, вырываю листок из тетради и рву его на мелкие кусочки.
— Нет, я никогда этого не пойму!