Помоги мне умереть

Я всё-таки решил попробовать спеть для Тома. В моей голове уже рисовались яркие сцены, как мы с ним создаем музыкальный коллектив, у нас много фанатов, они нас безумно любят, а потом мой друг жутко устаёт от этой популярности и хочет вернуться к нормальной жизни. И тогда я предлагаю ему идеальный выход — свою смерть. Это ведь почти самоубийство, только осуществлённое с помощью чужой руки. У меня бы тогда была видимая причина покинуть этот мир, но я не уверен, что мне хватит столько терпения, чтобы дожить до этого дня. Нет, Трюмпер обязан убить меня раньше! Я никогда не считал себя обладателем хорошего голоса, потому что пел преимущественно в наушниках или тогда, когда музыка орала на полную громкость и я не слышал самого себя. Но сейчас, когда Том внимательно слушал меня и продолжал автоматически перебирать струны, я понял, что мог бы так и не узнать о своих скрытых способностях. Но лучше бы я умел сквозь стены проходить или во времени путешествовать, вот это была бы действительно ценная способность! А что голос? Если он не был записан ни на какой носитель информации, то никто не услышит этих звуков после твоей смерти, помнить его будут только те, кто слышал тебя, да и то не факт. Наверное, поэтому хорошо быть певцом. Но в то же время рано отправившаяся на тот свет звезда обязательно утянет за собою преданных, точнее, помешанных поклонников. Получается, что тот, ради кого хотелось жить, потом становится тем, из-за кого хочется умереть. Надо стать чьим-то фанатом, желательно из уже увидевших последний рассвет. Ещё одна причина для смерти появится. Хотя почему я об этом так переживаю, не всё ли равно, что обо мне подумают совершенно чужие люди? Но я должен кое-что узнать перед уходом, и чем скорей я сделаю это, тем легче и приятнее будет мой предсмертный вздох. — Том, можно мне тебя попросить кое о чем? Можешь не выполнять, просто выслушай, — хотелось довериться впервые за много лет и излить душу. Всё равно терять уже нечего. — Я весь во внимании, — Трюмпер улыбнулся, вновь поправляя дреды. — Твой отец ведь работает в полиции. Он бы смог мне помочь, чисто теоретически? — смотрю на Тома с надеждой. — Возможно, смотря что нужно, я ведь в этом вообще не разбираюсь и не планирую ввязываться в расследования, — парень опустил случайно задравшуюся футболку. — Мне нужна любая информация о моих родителях. Я никогда их не видел и понятия не имею, живы ли они вообще. Если да, то я бы хотел узнать, где и как они живут. Встречаться с ними я не собираюсь. А если нет — то из-за чего они умерли, где находятся их могилы. Единственный человек, который знал правду — это моя бабушка, но она так и не рассказала ничего. Уже несколько месяцев, как её не стало. Из родственников у меня лишь троюродная сестра, ей вообще ничего неизвестно, мы даже не подозревали о существовании друг друга все эти годы, так что спросить мне просто не у кого. Том, я очень на тебя надеюсь! Я улыбнулся. — Я поговорю с папой, — пообещал Трюмпер. — Если что, я даже постараюсь помочь. — Спасибо, — я приобнял Тома и снял с его волос кепку. Тоже мне, выдумал, в головном уборе дома находиться. На улице-то понятно, и вообще — это часть его имиджа, но надо понимать, что в помещении лучше было бы позволить волосам дышать. Тем более, у Тома их так много! — Да пока еще не за что, я ничего не обещаю, — парень улыбнулся. Теперь он смотрел на меня как-то по-другому, но мне на самом деле не нужно его сочувствие. Меня не надо жалеть! — Давай лучше не будем о грустном. Посмотрим фильм какой-нибудь, а потом ты пойдешь домой, придёт мой отец, и я с ним обо всём побеседую. — Я только кивнул головой.

***

POV Tom Теперь я понимаю, почему Билл такой замкнутый. Мне очень хочется помочь ему. Я надеюсь, что его родители живы, быть может, они просто оставили его по какой-то причине, но ещё есть шанс всё исправить. А если их давно уже нет на этом свете, можно было бы пристроить парня в бездетную семью, чтобы он хоть какую-то долю заботы и любви почувствовал. Но, наверно, до конца я его понять не смогу, ведь я сам рос в нормальной, полной семье, и хотя сейчас мои родители находятся не в лучших отношениях, детство-то у меня было вполне обычное. Из раздумий меня вывел грохот ключей и скрип дверей. — Папа? — спросил я, слыша шаги, но по звукам понял, что пришёл не он. Это была мама… Она появлялась дома всё реже и реже. Отец был уверен, что она завела себе любовника, а я ещё надеялся, что просто ночует у каких-нибудь давних подруг, любезно согласившихся приютить её. Мой отец действительно не подходил ей, она слишком много нервов потратила, пока он пропадал на опасных заданиях, слишком много слёз пролила, когда папа задерживался на работе. Такая жизнь — в вечном ожидании звонка и слов «Мы сожалеем, но…» — была совершенно не для неё. Раньше ей нужно было заботиться обо мне, а теперь я уже достаточно самостоятельный, и её ничто не будет держать в одном доме с нелюбимым человеком. Печально осознавать, что красивая история любви убита рутиной. Я поднял взгляд на женщину, она улыбнулась, словно сразу потеплело что-то в её душе. — Мама… — я подошёл к ней и приобнял. — Почему ты не приходишь домой? Мы тут с папой голодаем, значит… А ты всё где-то пропадаешь! — Через месяц я выхожу замуж, — сообщила она, счастливо улыбаясь, а у меня внутри разбивались вдребезги остатки детства. Вот она, жизнь! Так быстро решиться на новый брак, словно и не было этих восемнадцати лет. — Как — замуж? Ты ведь ещё и на развод не подавала, — я опешил. — Том, мы с отцом просто не хотели тебя расстраивать заранее, он ещё надеялся, что я отзову документы, но этого не случилось. Я полюбила другого человека. Ты пока не знаешь ничего о нём, но у вас будет время познакомиться. Теперь я официально свободна. — Рад за тебя, — мой голос прозвучал сухо. Я не умею врать и изображать поддельную радость. Как-то быстро всё случилось. Я верил, что родители просто ссорились, а они… — Том, мне бы очень хотелось, чтобы именно ты на моей свадьбе стал свидетелем. — Что?! Меньше всего на свете я бы вообще хотел присутствовать на этом торжестве. Я не хочу видеть отчима, кем бы он ни был. В глубине души я понимал, что не имею права злиться на мать, она же не пятилетнего меня оставляет, но даже если бы звала в новую семью, я бы не согласился. — Не думаю, что это хорошая идея. — У тебя наверняка уже есть девушка. Ты мне ничего не рассказываешь уже давно, но ведь я волнуюсь за тебя. Не думай, что если ты живёшь отдельно, то можешь держать всё втайне. Ты ведь такой взрослый, но не думай, что я за тебя не переживаю. — И с чего это такой интерес к моей личной жизни. Которой, кстати, нет. — Мне нечего тебе рассказать, — зевнул. Хочется, чтоб меня оставили сейчас в покое и больше никогда не трогали. — Никого нет и пока не предвидится. Мама достает из кармана пятьсот евро и подаёт их мне. — Это тебе на карманные расходы, сводишь хоть девочку в кино, — смеётся. — Раз так не хочешь знакомить! — Нет никакой девочки, — я не хочу брать эти деньги, но, с другой стороны, они бы мне не помешали! Заткнув совесть как можно глубже, принимаю этот «подарок». — Ну, появится рано или поздно, — она улыбается, а мне хочется сделать ей что-нибудь назло. — Надеюсь, ты согласишься, — поцеловав меня в щёку, как в детстве, женщина, становящаяся всё более чужой для меня с каждым днём, уходит. Хлопает дверь. Нет, в детстве всё было искренне, а сейчас кругом показуха. Интересно, а отец хоть знает? Или тоже себе личную жизнь успел устроить втайне от меня? — Пока, мамочка, — шиплю я, когда она наверняка уже спустилась вниз по лестнице и забыла о моём существовании до следующего визита… Нужно срочно что-нибудь придумать! Я долго размышлял, обхватив голову руками, думая обо всём и в то же время ни о чём. Неизвестно, как в мои мысли пробрался Билл. Я хотел с ним поговорить, попросить его о помощи. Но что он может сделать? Кажется, я знаю, как испортить мамино торжество! Главное, чтобы Каулитц на это согласился, а ведь он может и обидеться, если я предложу ему столь сомнительную авантюру. Но попытка — не пытка. Если что, сведу всё в шутку. Надеюсь, я не потеряю дружбу с Биллом. Конечно, можно было бы и Георга попросить, но тогда я точно получу по голове. К тому же, матери прекрасно знаком мой друг детства, поэтому всё выглядело бы очень и очень странно! Что ж, у меня ещё есть время подумать над этим. Надо будет, когда я всё улажу, позвонить маме и сказать, что я приду на её свадьбу. То-то она обрадуется, но радость будет недолгой, ведь в день торжества я устрою ей очень неприятный сюрприз. Я никогда не считал себя злым и мстительным, но сейчас на моём лице появилась коварная усмешка...