История летнего лагеря

Мое пробуждение сегодняшним утром ничем не отличалось от двух предыдущих. Разве что только скоростью. Да, сегодня я был ленив, как никогда. Все мышцы были вялые, глаза под тяжестью век совсем не хотели открываться, а на правую руку, свисающую с кровати, едва ли падали лучи утреннего солнца. Довольно странно, что до моего слуха не доносилось ни одного раздражающего звука: ни звяканья ложки о стенки кружки, ни шагов, ни даже шума воды в душе. Разлепив, наконец, глаза, я повернулся вправо – Джерард еще спал. Это давало ответы на не озвученные вопросы. Я встал с кровати, заправил ее, умылся – в общем, сделал все обыденные утренние процедуры, а мой сосед все еще спал, свернувшись в клубок под одеялом так, будто бы ему было холодно. Возможно, это было правдой, но мне в нее не совсем верилось, поскольку в домике было достаточно тепло, чтобы ходить голым. Ну, лично так казалось мне, человеку с вечно горячими руками. Я посчитал нужным разбудить его. - Джерард? – позвал я его громко, надеясь, что этого достаточно, чтобы он проснулся. Мне не очень нравится будить людей, потому что сам я до ужаса люблю спать. К сожалению, парень не проснулся, и поэтому я подошел к нему, чтобы потрясти за плечо: - Джерард, просыпайся – ты опоздаешь на зарядку, - снова предпринял я попытку, надеясь, что пропуск утренней разминки – веская причина, чтобы проснуться. Из губ Уэя вырвался стон, и я, честно, подумал бы, что это стон наслаждения, если бы находился где-нибудь за стенкой. - Встаю, - пропыхтел он, высовывая свою лохматую макушку из-под одеяла и смотря на меня сонными глазами. – Сколько время? – спросил он. - Ты еще успеешь принять душ. *** В столовой нам объявили, что сегодняшний день полностью в нашем распоряжении. Точнее, сказали, что всех приглашают в специально отведенный для просмотров фильмов корпус, но Джерард сказал, что ни разу за все время, что он приезжал сюда, не ставили нормальные фильмы. Я был разочарован. - И чем я буду заниматься целый день?! – воскликнул я, когда мы, после завтрака, шли обратно в домик. - Ну, я могу тебя развлечь, - протянул он, поведя бровью. - Я серьезно, - я посмотрел на него осуждающе. - Еще никогда мне не приходилось иметь столько свободного времени. Я постоянно был чем-то занят, и поэтому мне особо не приходилось ломать голову над тем, чем можно было бы заняться. - Не парься. После времяпровождения со мной тебе даже недели недостаточно будет, - рассмеялся Джерард, открывая передо мной входную дверь. Я выдохнул и зашел в домик. - Что это ты там придумал? Я уже боюсь твоих идей, - я опасливо посмотрел на Джерарда, но он проигнорировал мою реплику. - Скоро солнце поднимется высоко, - посмотрел он в окно, - тогда мы сможем пойти к озеру. Я уже устал ждать, пока кто-нибудь решит вставить в график прогулки на лодках по озеру. – Его лицо исказила гримаса отвращения, а затем он повернулся ко мне. – Ох, черт, ты ведь даже понятия не имеешь, о чем я говорю, да? – Я кивнул; Уэй запустил пятерню в волосы, еще сильнее взлохмачивая их. - Впрочем, ничего особенного: просто руководство лагеря выдает нам лодки и парочку вожатых, которые должны следить за тем, чтобы мы не выкидывали друг друга «за борт», - Джерард изобразил в воздухе кавычки и плюхнулся на мою кровать. – Эти прогулки – чуть ли не самое лучшее в заезде. Если бы нам еще купаться разрешали… - протянул парень, прикрывая глаза и утыкаясь носом в подушку. - Так, ты предлагаешь стащить лодку, пока все будут смотреть фильм? – спросил я, ложась на его кровать. А что? Моя ведь занята. - Нет! – воскликнул он. – Я предлагаю дождаться, пока вода будет остаточно теплая, чтобы плескаться в ней. Почему твоя кровать мягче моей?! Я не умею плавать, я стесняюсь собственного тела, Джерард меня смущает. Смотря на его воодушевленное лицо, я совершенно точно могу сказать, что он не отстанет от меня, даже если я сломаю ногу и буду физически не способен плавать. Тело пробирала дрожь страха. Однако она отпустила меня сразу, как только я отвернулся к стенке, чтобы Уэй не увидел мою испуганную физиономию. В нос сразу же ворвался уже знакомый сладковатый запах, но на этот раз тут был еще и еле заметные нотки акварели. Глаза непроизвольно прикрылись, и я вдохнул полной грудью, расслабляясь. Я забыл обо всем на свете, отдавая себя на растерзание новым чувствам. Прокручивая у себя в голове то незначительное количество воспоминаний, связанных с Джерардом, полную картину событий, произошедших три года назад, и полагаясь на трепещущее нутро, я совершенно ясно осознавал, что определение «нравится» не совсем подходит к тому, что я испытываю к своему соседу. Я влюблен в него (вот дерьмо). Это произошло слишком быстро, чтобы заметить, но проявилось четко: достаточно, чтобы испугаться. - Фрэнк, ты там уснул что ли? – когда я открыл глаза, Уэй тенью нависал надо мной, а его глаза со всей проницательностью всматривались в мои. - Нет, нет, я не… ох, - выдохнул я, не найдясь, что сказать. – Ты что-то говорил? - Конечно! – он сел рядом со мной. – Ты уже приготовил одежду для купания? - Ага, - ответил я, кивнув. - Тогда скорее бери это все и пошли! – Джерард резко вскочил с кровати и, схватив полупустой рюкзак, выбежал из домика. Я поспешил за ним, еле успевая. Он уже шел по одной из тропинок, что-то напевая. - Ты ведь говорил, что еще слишком рано! – догнав парня, воскликнул я. - Нет, самое время. - Почему мы не могли переодеться в домике? - Если бы нас кто-нибудь увидел, то он сразу же понял бы, что мы идем купаться. «Ага, а если мы будем идти обратно мокрые, как неизвестно кто, никто ничего не заподозрит!» - подумал я, но все же не озвучил свои мысли в слух. Не хватало еще испортить хороший настрой Джерарда. Он, кстати, уже кинул свои вещи в высокую траву и потихоньку раздевался, стаскивая с себя футболку. Я же стоял в сторонке, надеясь, что он забыл про меня, и мне не придется заходить в воду. Почему я вообще должен делать то, что он мне говорит? Ах, да, я ведь не могу ему отказать. - Ты чего это стоишь? Я не собираюсь один, как полоумный, тут плескаться! - Замечательно! А так нас будет двое полоумных!- приподнял я правую бровь, тоже скидывая с себя портфель. Я присел на траву, наблюдая за Джерардом, который, в свою очередь, уже плескался в воде и звонко смеялся. Он плавал так, будто бы родился в такой среде и прожил в ней всю свою сознательную жизнь. Вокруг было тихо. Деревья, стоящие чуть поодаль, едва заметно покачивались на ветру. Берег озера был открыт, поэтому, сидя тут, я каждой клеточкой тела чувствовал горячие лучи утреннего солнца. - Фрэнк! – Джерард появился передо мной внезапно, как будто вырос из земли. Капельки воды стекали с его волос, шеи, груди и исчезали в мокрой ткани шорт, плотно облегавших ноги. Дыхание сперло. Он наклонился ко мне и, взяв своей холодной мокрой рукой мою, мгновенно поднял меня на ноги, а уже в следующую секунду я брыкался в его руках, чувствуя, как влага проникает сквозь еще сухую одежду. Я дергался, просил отпустить меня, а в ответ не получал ничего, всего лишь причитания: «Фрэнк, ты слишком мало весишь». Внезапно я почувствовал, как в мой нос вместо привычного кислорода попадает еще и вода; она везде: слева, справа, снизу, сверху. Захотелось кашлять, глаза будто бы были наполнены песком. Но вот одна моя нога натыкается на дно и ударяется об него. Я подскакиваю так, словно подо мной лежит пружина, и захожусь диким кашлем. Когда мое состояние становится более нормальным, я с гневом смотрю на Джерарда. Вода была ему чуть выше пупка (мне же она доходила практически до груди), солнце искрилось в капельках воды, застрявших в его волосах, и в зеленых глазах. Все желание истерить вдруг пропало. - Я не умею плавать, - выдохнул я. Голос был осипший из-за кашля, а природа была по-прежнему спокойна: как будто я вовсе не испытываю сейчас это неловкое чувство. Однако, вопреки моим ожиданиям, я не услышал смех. - Я научу тебя. - Что?! – наконец, мои голосовые связки снова смогли работать в полную мощь. – Нет, боже, нет-нет-нет! – я замахал руками, стремительно направляясь в противоположную от Джерарда сторону, к берегу. - Я не позволю тебе уехать отсюда, так ничему и не научившись! Сними футболку и надень уже шорты – одежда утяжеляет. – Джерард поначалу стоял на месте, но позже пошел следом за мной. -Я ни за что не зайду обратно в воду! – я сел на траву рядом с помятыми вещами Джерарда, морщась от неприятного чувства: холодная и мокрая одежда прилипала к телу. Уэй сел рядом. - Фрэнк, - снова начал он, но я его оборвал: - Нет, Джи. - Обещаю, я буду аккуратен. Ты даже не представляешь, насколько это офигенно! Если тебе не понравится, то я отстану от тебя. Ну же, давай, - его рука снова опустилась на мое плечо. - Ладно, - выдохнул я, мысленно отвесив себе подзатыльник за то, что был такой мягкотелый. - Вот и отлично! – Джерард вскочил со своего места и пошел в воду, я же уставился на него, исследуя каждый миллиметр. Тело Джерарда было, на мой взгляд, идеальным. Бледная, словно светящаяся, кожа, тонкая шея, крепкие, но не слишком накачанные руки, ровная осанка и стройные ноги. Я ничего не мог с собой поделать: дыхание сбивалось, сердцебиение учащалось, а в низу живота завязывался тугой ком; кожа горела. Черт, нельзя допустить, чтобы Джерард заметил это! Я быстро переоделся, желая как можно скорее оказаться в воде, и направился обратно к озеру. Когда вода была мне по пояс, я почувствовал, что компрометирующая эрекция утихает. Именно в этот момент Джерард оказался около меня. - Фрэнки, ложись на живот. - С ума сошел?! Я пойду ко дну! - Ох, ладно,- внезапно его руки оказались под моими коленками, и вот он уже несет меня руках, заходя глубже. - Остановись! Тут глубоко! Отпусти меня! Нет, не отпускай! – Из моего рта вылетал бессвязный поток слов, я не знал, куда себя деть и из-за паники, руководившей моим телом на данный момент, поэтому прижимался ближе к Джерарду, обнимая его за шею. - Фрэнк, успокойся. Я тут могу спокойно стоять. Смотри, вода на уровне моей груди. Ложись на живот, я держу тебя снизу. – Он хотел отпустить меня, чтобы я сделал так, как он сказал, но вместо этого я лишь крепче обхватил его за шею. - Нет. - Доверься мне. Я не знаю, каким образом, но Уэю, все-таки, удалось заставить меня расслабиться и доверить себя, в буквальном смысле, в его руки. Я отчаянно надеялся на то, что мое тело не будет остро реагировать на каждое прикосновение парня, и, слава богу, все прошло замечательно. Вода обволакивала меня со всех сторон, и это, действительно, было просто потрясающе. Я мог только догадываться, каково это – плавать в полном одиночестве. В смысле, без чьей-либо поддержки. Но тот факт, что хотя бы сейчас я был настолько близко к Джерарду, уже меня радовал. Спустя некоторое время мне стало неловко, что я лишаю Джерарда возможности отдохнуть самостоятельно, поэтому, сказав, что устал, я вышел из воды, снова сев на свое прежнее место. Через пару минут ко мне присоединился и Уэй, о чем-то размышляя. - Скоро будет время обеда. Нам лучше бы зайти в домик, пока нас никто не увидел. – Я кивнул в знак согласия, и мы, собрав свои вещи, пошли по той же тропинке обратно в домик. *** После обеда мы с Джерардом валялись в домике; я старался не думать о том, что в последнее время происходило с моим поведением, а Джерард просто лежал, пялясь в потолок. Казалось, он отчаянно пытался придумать, чем же нам еще заняться, но, очевидно, на ум ему ничего не приходило: тяжелые вздохи с его стороны доносились каждые десять секунд, а мычание – каждые три. На улице было слишком жарко, поэтому мы не могли снова пойти на озеро, хотя, признаюсь честно, мне этого очень хотелось. В большей степени из-за того, что Джерард постоянно был рядом со мной и даже носил меня на руках, в то время как я греб руками и бултыхал ногами. Мое предложение отправиться к остальным, смотреть фильм, было категорически отклонено, потому что «там показывают третьесортные комедии и слезливые мелодрамы». Да и, к тому же, один я в этот гадюшник точно не зашел бы. - Фрэнки, насколько строгие у тебя родители? – вдруг спросил меня Джерард, тем самым заставив вздрогнуть. Я исследовал его издалека, лежа на своей кровати, уже около семи минут и все прислушивался к голосу в голове, который комментировал мои действия. Что ж, ничего хорошего из этого не вышло. - В смысле? - То есть, достаточно ли они строгие, чтобы не разрешать тебе возвращаться домой после одиннадцати и лазить по карманам в поисках сигарет или зажигалки? – он повернул голову в мою сторону и вопрошающе посмотрел. - Джерард, я ведь тебе уже о них рассказывал. Они и так каждый вечер проверяют мои карманы и ограничивают мое свободное время, - закатил я глаза. - Тогда, ты, наверное, всегда хотел нарушить запреты? - Черт, что у тебя на уме? – я привстал на локтях, вскинув брови вверх. Джерард усмехнулся. - Ты когда-нибудь курил травку? Настало время признаний. Мне, блять, до чертиков хотелось попробовать ту дрянь, которую периодически курил Джерард. Я прекрасно понимал, что это вредно и все такое, но, черт, это притягивает. - Нет, но я хочу. Следующие минут тридцать будто бы стерли из моей памяти. Единственное, что мне запомнилось - то, как Джерард воодушевленно вскрикнул, услышав мой ответ, как занавешивал окно своей черной плотной футболкой, как полез в тот самый мешочек с заначкой, как я закашлял, сделав первую затяжку; все остальное было словно в тумане. Сейчас мы с ним сидим на полу, на разложенных простынях, и хохочем. Если честно, я уже не помню, из-за чего мы начали смеяться, но это не так уж и важно. - Черт, я хочу пить, - успокоившись, сказал Джерард и встал со своего места, однако его голова закружилась, и он потерял равновесие, свалившись на меня. Мы снова рассмеялись, а я лег на спину, чтобы мне было удобнее удерживать вес парня на себе. Хотя, возможно, и я потерял равновесие. Внезапно его смех стих, а я, глядя на него, подумал, что что-то не так. - Что? – спросил я. - У тебя охеренно-широкие зрачки. Мне нравится цвет твоих глаз. – Его зеленые глаза, думаю, мало чем отличались от моих, и сейчас они прожигали в них дыру. Мне же казалось, что я смотрел в космос, как бы банально это ни звучало. - Твои напоминают космическое пространство, - сказал я, на что Уэй рассмеялся. - Мы просто обкурились. – С его губ снова сорвался тихий смех, а затем я почувствовал, как они накрывают мои. Эйфория, экстаз, наслаждение, шок, возбуждение – все, что я успел почувствовать за одну секунду. Несмотря на то, что мой мозг соображал медленно, тело реагировало с точностью наоборот. Я ответил на поцелуй сразу же, размыкая губы и впуская Джерарда. Его язык хозяйничал у меня во рту, сплетаясь в странном, немного пьяном, танце; это возбуждало. Выставив руки вперед, он оперся ладонями о пол и немного привстал, не разрывая поцелуя. Я раздвинул ноги, давая ему устроиться удобнее и притягивая ближе к себе, перемещая руки с его волос на шею. - Черт, Фрэнк, - парень с хлюпаньем отстранился от меня, пытаясь встать, но я лишь снова притянул его к себе, прошептав на ухо: - Не останавливайся. И он не остановился. Снова целуя в губы: грубо, горячо и властно, - спускаясь к шее и покусывая чувствительную кожу. Сердце, и до всего этого бившееся с невероятной скоростью, теперь и вовсе, казалось, готово было пробить дыру в груди. Я дышал часто, прерывисто, едва ли не стоная от наслаждения: разгоряченное тело остро реагировало на каждую ласку со стороны Джерарда, а по коже каждые несколько секунд пробегалась волна мурашек. Воздух вокруг нас плавился, а стены домика, кажется, вот-вот должны были стечь на пол, словно растаявший шоколад. - Черт, сними это, - прошептал я, отталкивая от себя Уэя и хватаясь за подол его футболки, стягивая ее с его тела. Когда ненужный элемент гардероба улетел в сторону, к нему присоединились также и остальные вещи. Я исследовал обнаженного парня руками, проводя пальцами по ключицам, переходя на грудь и спускаясь все ниже. Придвинувшись ближе, я поцеловал его и обернул свои пальцы вокруг его возбужденного члена. Все, что на данный момент происходило в этом помещении, было слишком безумным, неправильным и очень странным, но меня мало это волновало. Я губами ловил слетающие с губ Джерарда стоны и зацеловывал его шею. Невыносимо хотелось большего. - Блять, - Джерард снова впился в меня поцелуем, укладывая на спину. – Ты позволишь мне? – Внутри все сжалось. От страха, волнения, предвкушения, возбуждения. Язык будто бы прилип к небу – я не мог вымолвить ни слова. – Будет больно, но этого никак не избежать. - Да. Все хорошо, - прошептал я, приподнимаясь на локтях, чтобы снова сорвать поцелуй со сладких губ. Следующее, что я чувствовал – боль. Очень много всепоглощающей боли, не дающей сделать вдох и заставляющей жмуриться. Но также я чувствовал ласку, заботу и внимательность, и этого было вполне достаточно, чтобы заставить меня расслабиться. Спустя пару минут на смену постепенно утихающей боли пришло наслаждение. Теперь оно чувствовалось в разы острее, будто бы кто-то снова взял и повернул во мне какой-то рычаг. Из-за страсти, захлестнувшей и меня, и Джерарда, я толком даже осознать не мог, что происходило. Тело вышло из-под контроля и жило теперь само по себе. Уэй нависал надо мной, всматриваясь в лицо, иногда даря кривые смазанные поцелуи и проводя языком влажные дорожки на моей шее. Если бы не травка, я бы, скорее всего, сейчас сгорал от стыда, но нет: я подаюсь бедрами навстречу Джерарду, обнимая его ногами за талию, обхватывая плечи руками и царапая кожу немного отросшими ногтями. Его толчки становились все резче, грубее и глубже; после каждого я становился ближе к разрядке. Рука Джерарда обхватила мой член, начиная надрачивать в такт собственным толчкам, постоянно задевая большим пальцем головку. Я, в свою очередь, громко стонал, уже даже не заботясь о том, что нас могут услышать. Еще одно движение бедер – и я кончил, запачкав свою грудь и наши с Джерардом животы спермой. Он излился в меня спустя еще пару толчков, громко выстанывая что-то нечленораздельное и прижимаясь своими губами к моим, сразу же проникая языком в мой рот. Через полчаса до меня дошло, что между нами произошло, и я отчаянно хотел вернуться на пару часов раньше и помешать себе пойти на такой глупый поступок.