Влюбленный

Он вставал на час раньше, иногда просыпаясь вместе с солнцем. Он жил рядом со своим институтом, но продолжал ходить дворами, добираясь до него в течение часа. Каждое утро в его кармане лежали деньги – заранее заготовленная мелочь, чтобы без сдачи. Иногда он не высыпался, иногда опаздывал на занятия, иногда терялся в переплетениях улиц – и все это, ради одной единственной улыбки. - Доброе утро, - едва колокольчик звенел над дверью, он выходил навстречу новому посетителю. У него были поблескивающие на свету белоснежные волосы, удивительно бледная кожа, большие, бордовые глаза и искренняя радостная улыбка. – О, привет, Микадо. - Доброе утро, Сион, - он не мог не расплыться в ответной улыбке – один взгляд этого юноши заставлял разливаться тепло в солнечном сплетении. Они ходили в один институт, но в разные смены. Первое время Микадо даже думал о том, чтобы перевестись на вечернюю смену, но тогда он лишился бы многого. Он не смог бы вот так каждое утро встречать его в пекарне. Он не мог бы видеться с ним около гардеробной, радостно улыбаясь и перекидываясь ничего не значащими фразами. Он не мог бы «болеть», чтобы после приходить вечером и, совершенно неожиданно, встречать его в длинных коридорах института. Микадо учился на третьем курсе, Сион – заканчивал первый. Впервые они встретились в институте. Сион, будучи до невозможности неуклюжим, налетел на него, невольно сталкиваясь грудью, руками, взглядами. Возмущенный старшекурсник собрался было отчитать «мелочь» за невнимательность, но невольно замер, встретившись с извиняющимся взглядом необычных глаз. Вопреки банальному сюжету, книжки не выпали из рук юноши, и, пробормотав быстрые извинения и виновато улыбнувшись, он убежал. А Микадо так и стоял посреди коридора, пока к нему не подбежала одна из однокурсниц, громким окликом выводя из состояния транса. В тот момент ему казалось, что это было белоснежное привидение, видимое только ему одному. Расспросив знакомых, Микадо выяснил, что в этом году действительно на первый курс поступил альбинос. Благодаря своей внешности, широкой улыбке и покладистому характеру, слава о Сионе быстро разлетелась по всему институту. Кто-то, завидуя такому явному всеобщему вниманию, пускал слухи, что мальчишка – гей, ещё и связанный с уличными хулиганами. Причины подобной связи выдумывать было сложно, поэтому шли предположения, что Сион им должен. Или просто подрабатывает местной шлюхой. Впервые услышав это, Микадо избил вестника, принесшего дурные вести. Источник слухов он так и не нашел, а вместо этого, сам того не желая, создал новые – о собственной связи с белоснежным мальчишкой. Ему было наплевать, главное – чтобы не трогали Сиона. Однако у юноши, похоже, имелся собственный добродетель. Юноша был действительно красив, привлекая внимание не только противоположного пола, но и собственного. Первые недели некоторые студенты, имеющие слишком длинные языки, ходили с явными следами побоев – не все парни, в открытую восхищающиеся Сионом, терпели подколы со стороны таких шутников. Однажды, в середине первого семестра, прошелся слух, что кто-то пытался добраться до альбиноса. Группа парней старшекурсников караулила его около дома, явно не с намерениями подарить ему мягкую игрушку. Заслышав эту историю, Микадо покрылся тогда холодным потом – он знал, как жестоки могут быть его ровесники, особенно по отношению к такому ангелу. Однако на следующий день Сион пришел на учебу – по-прежнему белоснежно чистый, наивный, с этой его светлой, слегка задумчивой улыбкой на лице. Говорили, тех, перевозбужденных, ещё неделю не видели в институте. Они отказались что-либо говорить о произошедшем, но было ясно одно – на защиту ангела встали не только небесные силы. С тех пор Микадо держался на расстоянии. Он не боялся, нет, но Сион казался и без того счастливым. А ему было достаточно каждое утро видеть его блестящие радостью глаза, мягкую улыбку, слышать веселый голос. Конечно, у Микадо были девушки. Он встречался, расставался, вновь заводил отношения, но понимал, что ни одна из них и вполовину не так наивна и добра, как его Сион. Он не помнил, когда начал называть его своим, но отказаться от этой привычки уже был не в состоянии. То утро отличалось от всех, что были прежде. В пекарне было особенно шумно – по лестнице туда-сюда бегала маленькая девочка, радостно смеясь. За прилавком стояла Каран, мать Сиона, и с мягкой улыбкой внимательно следила за игрой ребёнка. - Лили, пожалуйста, не упади, - взволнованно произнесла женщина, когда девочка чуть пошатнулась на ступеньке, но вовремя схватилась за перила. - Да, мэм, - девочка выпрямилась, мгновенно посерьезнела и коснулась виска кончиками пальцев, отдавая честь. Каран засмеялась и повернулась к посетителю. - Доброе утро, - ласково произнесла она, вопросительно глядя на Микадо. Тот удивленно замер на пороге. Он знал Каран, но прежде она не работала по утрам – Сион почти всегда заменял её, пока мать готовила новые пироги. - Здравствуйте, - слегка растерянно протянул парень. Женщина чуть сощурилась, приветливо улыбаясь. - Ты ведь друг Сиона, да? – она постепенно вспоминала, где прежде видела это лицо. - Нет, скорее просто знакомый, - Микадо замотал головой, неуверенно улыбаясь от одной мысли, что он мог бы быть его другом. - Нет-нет, теперь я вспомнила. Микадо, верно? Сион рассказывал о тебе, - быстро произнесла Каран, чуть склонив голову и мягко улыбнувшись. Парень понял, что не может сдержать улыбки – Сион рассказывал про него. - Сио-о-он! А к тебе парень пришел! – неожиданно громко воскликнула девочка и, с грохотом, побежала вверх по лестнице, на второй этаж. - Что? Нет, это не то, что ты думаешь! – Микадо резко обернулся и даже подался, было, за девочкой, когда услышал сзади тихий смешок. - Не беспокойся, она так говорит про каждого посетителя. И извини за такой шум – по утрам Лили особенно громкая, - выйдя из-за прилавка, Каран положила ладонь на плечо парня и осторожно сжала, ласково улыбаясь и щуря карие глаза. От неё пахло дрожжами, корицей и миндалем, а ладони были мягкие и теплые. Неожиданно сверху раздался какой-то шум – судя по всему, девочка пробежалась по второму этажу. Послышались громкие шаги, она быстро сбежала на несколько ступенек вниз, замерла, внимательно разглядывая Микадо – тот удивленно нахмурился – а после вновь убежала наверх. Через несколько секунд по лестнице быстро спустился Сион. У него были покрасневшие глаза и растерянный взгляд, но улыбка была все такой же искренней, а голос – таким же приветливым. - Доброе утро, Микадо, - он склонил голову и улыбнулся – парень поймал себя на мысли, что улыбка у него такая же, как и у матери. - Доброе утро. Что-то случилось? – взволнованно спросил старшекурсник, заглядывая ему в глаза. - С чего ты взял? – Сион удивленно вскинул брови, проходя мимо него к прилавку. На мгновение Микадо встретился взглядом с Каран - в ответ она улыбнулась и кивнула. - Лили, ты не хочешь помочь мне сделать тесто? – громко произнесла женщина. Послышалось радостное восклицание, и Лили стремительно сбежала с лестницы. Она подбежала к Каран и замерла, в ожидании указаний. Женщина не сдержала мягкой улыбки и, взяв её за руку, повела к небольшой дверце в дальней стене пекарни. - Мам, может, тебе помочь? – Сион обеспокоенно посмотрел ей вслед, чуть хмуря брови. Обернувшись, Каран улыбнулась и покачала головой. - Все в порядке. Побудь пока здесь, ладно? - Мэм, а мышки уже не вернутся? – неожиданно раздался звонкий голос девочки. - Конечно, вернутся, можешь даже не сомневаться. А к их приходу нужно испечь ещё больше пирогов, правда? – в ответ мягко произнесла Каран, прикрывая за собой дверь. Послышался радостный смех. - Извини за это, - Сион встретился с парнем виноватым взглядом. – Когда приходит Лили, здесь всегда становится очень шумно. - Нет, я понимаю. У меня есть младший брат, - Микадо улыбнулся ему, подходя к прилавку. Альбинос разбирался в бумажках и чеках, оставленных возле кассы. - Разве ты не опаздываешь? – юноша вскинул голову, глядя на часы, висящие на стене. - Все в порядке. У меня сегодня нет первой пары, - он пренебрежительно махнул рукой – это была чистейшая ложь. Ему нужно было сдать лабораторную – об этом напоминала вибрация телефона в заднем кармане. Он никого не предупредил о том, что опоздает. - Извини, возможно, я лезу не в свое дело, но ты выглядишь уставшим – что-то случилось? - Что? Нет, нет, все в порядке, правда, - Сион широко улыбнулся и помотал головой. - Может, я могу чем-то помочь? – Микадо не отставал, он видел – юноша явно о чем-то думал, отчего уголки его губ то и дело опускались, а в глазах мелькала грусть. - Не беспокойся об этом, правда. Тебе как обычно? – юноша потянулся к булочкам на прилавке – Микадо всегда брал одни и те же. Парень, молча, наблюдал за тем, как его бледные руки ловко орудуют щипцами. Сион быстро выбрал нужные булочки, сложил в пакет и положил на прилавок, одновременно с этим мягко улыбнувшись. Зелёные глаза следили за тем, как изящные, тонкие пальцы порхают над кассовым аппаратом, как на его губах играет задумчивая улыбка, как щурятся бордовые глаза, как играет пробившееся сквозь тучи солнце в белоснежных волосах. Микадо чувствовал, как сердце бьется чаще от одного присутствия этого ангела рядом, а по всему тело разливается обжигающее тепло. Он решился. - Сион? - М? – альбинос тут же поднял голову, вопросительно улыбнувшись. Микадо шумно втянул воздух в легкие. - Может, ты бы согласился погулять со мной завтра? – быстро произнес он, надеясь, что его выражение лица выглядит не так жалко, как ему казалось. Сион нахмурился, уголки его губ опустились. - Микадо… - растерянно произнес он, отведя взгляд. Его щеки стремительно краснели, заставляя сердце парня биться чаще. - Это ничего не значит. Просто мне хотелось бы тебя развеселить, - перебил его старшекурсник, чувствуя, как сердце бьется где-то в горле, а ладони потеют от волнения. – Возможно, я ошибаюсь, но прежде я никогда не видел, чтобы ты просто так гулял. Может, так я смогу поднять тебе настроение. - Ничего не значит? – повторил Сион, все ещё не глядя в его сторону. На его лице была написана неуверенность – в закушенной губе, в нахмуренных бровях, в бегающем взгляде. - Пожалуйста, - чуть тише добавил Микадо, не отрывая взгляда от его лица. Ему безумно хотелось подойти поближе, коснуться его ладони, замершей на прилавке, заглянуть в глаза – но он не двигался, боясь спугнуть верный ответ. - Думаю, что это… это было бы неплохо, - Сион дернул уголками губ, в неловкой попытке улыбнуться, хотя было ясно видно, как он напряжен. Микадо не смог сдержать облегченного вздоха. - Спасибо, - тихо произнес он, все-таки подавшись вперёд – мгновенно напрягшееся тело Сиона показало, что это было его ошибкой. Парень тут же замер, с благодарной улыбкой на лице, и повторил, словно убеждая самого себя: - Это ничего не значит. Я зайду – в 12, подойдет? - Да, - Сион чуть расслабился, мягко ему улыбаясь, хотя бордовые глаза все ещё неуверенно поблескивали – он не знал, правильно ли поступает. Микадо сглотнул и радостно кивнул. - Хорошо. Спасибо. До завтра, - он повторил это, не веря собственным словам. Он слепо схватил пакет с булочками, выложил деньги, не глядя, и пошел к двери спиной вперёд, не отрывая радостного взгляда от Сиона. Тот проводил его взглядом до двери, улыбаясь, а, когда звонок, наконец, звякнул, Сион вздохнул и опустил взгляд. Кончики его пальцев слегка подрагивали. *** Микадо с трудом дождался окончания дня. Пары пролетели мимо него, не оставив в памяти ничего, кроме нудного голоса преподавателей и подшучиваний друзей над его «мечтающей физиономией». После занятий он хотел пойти навстречу Сиону, хотя бы увидеть его из окна института, но понимал, что юноше нужно обдумать. Он был таким напряженным в тот момент, растерянным, задумчивым, словно от его ответа зависела чужая жизнь. И это отчасти было правдой – Микадо казалось, что в тот момент его сердце готово было разорваться на части от ожидания и волнения. Он мечтал об этом с той самой первой встречи. Придя домой, он лег раньше обычного – но не мог заснуть ещё около часа, продумывая каждое мгновение будущей встречи. Микадо понимал – Сион ещё может отказаться. Он так восхитительно смущался, смотрел на него из-под своих длинных, пушистых ресниц, задумчиво закусывал губу, всем телом показывая неуверенность в собственном выборе. Но сердце брюнета искренне надеялось на то, что юноша его не оттолкнет. Засыпая, перед его внутренним взором в который раз представало растерянное лицо альбиноса – а в самых смелых фантазиях он даже склонялся к его лицу, прижимаясь к мягким губам. Несмотря на то, что была суббота, Микадо проснулся раньше обычного. В 8 утра он уже стоял перед окном – тучи ушли, являя его взору чистое, умытое рассветом солнце. Это вселяло в сердце надежду. Микадо был старше альбиноса на четыре года, но сейчас он чувствовал себя неумелым подростком, который торопится на свидание к первой красавице школы. Все утро парень не находил себе места: шесть раз он менял выбранную одежду, в итоге остановившись на джинсах и темной синей рубашке, четырежды ставил чайник, трижды забывал. Звонил друг, звал вечером выпить пива – в ответ он буркнул что-то про «неотложные дела». В глубине души он надеялся, что весь его вечер будет посвящен одному единственному человеку. За 15 минут до полудня Микадо уже стоял рядом с пекарней. Он глубоко дышал, силясь успокоить бешено колотящееся сердце. Его щеки горели пламенем от волнения. Глаза судорожно поблескивали. Он не рискнул покупать цветы или какие-то сладости, но в восьмой раз за последние три минуты пожалел об этом. - Здравствуйте, парень Сиона, - услышал он неожиданно звонкий девичий голос и, вздрогнув, поднял голову. За собственным волнением он и не заметил, как к нему подбежала та самая девочка, Лили. - Пожалуйста, не говори так, ведь это не правда, - натянуто улыбнувшись, произнес Микадо. Девочка, когда стояла смирно и радостно улыбалась, оказалась на удивление милой, с её широко распахнутыми глазами и наивным взглядом. - Почему? Раньше у него был другой парень, но сейчас его нет. Значит, теперь ты вместо него, верно? – со всей своей детской непосредственностью воскликнула Лили. Микадо замер. У него был парень? Ну что же, тогда неудивительно, что ходили слухи о его смелом защитнике, и понятно, откуда взялась эта неуверенность. - А сейчас его нет, говоришь? – задумчиво повторил парень. Девочка ненадолго задумалась, а затем протянула: - Да-а-а, принца уже очень давно не было. И братик был такой грустный – но ты же его развеселишь, да? – и Лили улыбнулась, склонив голову. Неожиданно раздался звон колокольчика – они оба одновременно повернули головы, словно застуканные на месте преступления. - Лили, сколько раз я тебе говорила не… А, Микадо, это ты? – Каран, сперва глядевшая на них строго и хмуро, мягко улыбнулась и приветливо приоткрыла двери. - Да, извините, что задержал её, - парень улыбнулся в ответ и быстрой походкой направился к дверям. Значит, сейчас его уже нет. Значит, у него действительно есть шанс. - Однако, Лили, это не значит, что ты и впредь должна быть так неосторожна. А если бы это был не Микадо? – наставительно произнесла Каран, недовольно хмурясь. - Тогда принц спас бы меня, - уверенно ответила малышка, широко улыбаясь. Возникла короткая пауза. Затем женщина вздохнула и потрепала её по голове. - Ты же знаешь, принц не всегда будет рядом, - протянула Каран. – Поэтому ты должна быть осторожней. - Хорошо, я больше не буду подходить к незнакомцам, - отчиталась Лили и запрыгнула на первую ступеньку лестницы. Микадо и Каран переглянулись, одновременно с этим раздался громкий крик: - Сион! К тебе парень пришел! - Да, я уже иду, - послышался голос со стороны, и Сион, перепачканный в муке, выглянул из дальней комнаты. Встретившись взглядом с парнем, он удивленно вскинул брови и посмотрел на часы. – Микадо, ты уже здесь? Извини, я сейчас. - Не беспокойся, это я пришел слишком рано, - покачал головой брюнет, не сумев сдержать улыбки – настолько милым выглядело сейчас это белоснежное чудо, чьи покрасневшие щеки были покрыты слоем муки. Кивнув, Сион вновь скрылся в комнате. - Я слышала о ваших планах. Ты молодец, что решил вытащить его – в последние дни он редко выходил из дома, - с улыбкой произнесла женщина, легкой походкой скользнув за прилавок. - Я боялся, что вы будете против – ведь он помогает вам, - растерянно протянул Микадо. Он не знал, как она отнесется к его чувствам по отношению к сыну, и от этого заранее чувствовал легкое стеснение и волнение. - Для меня самое главное, чтобы Сион был рад. Если он согласился – значит, для него так будет лучше, - ответила Каран с ласковой улыбкой, хотя на мгновение парню показалось, что в её глазах мелькнула грусть. Микадо не ответил. Лили, уже стоявшая около женщины, помогала ей раскладывать теплые пироги и булочки по прилавку, что-то весело рассказывая и громко смеясь. Каран ворковала над ней, мягко улыбаясь, помогая придерживать пироги и поддерживая непринужденную беседу. Сион вернулся в пекарню спустя несколько минут – на нем была та же светлая рубашка и темные, старые джинсы. - Ты не против, если… - он слегка смутился, окинув себя растерянным взглядом. - Нет, что ты! – стремительно оборвал его Микадо, не смея произнести вслух, что в такой одежде он выглядел ещё более мягким и уютным, чем обычно. Он хотел бы, чтобы Сион всегда выглядел так. – Пойдем? - Да, конечно, - альбинос мягко улыбнулся и кивнул, а затем обернулся к матери: - Мам, я… - Развлекайтесь, и ни о чем не думай, хорошо? – Каран легко сжала его плечо и ласково улыбнулась, сощурив карие глаза. Одновременно с этим Лили выбежала к ним и крепко обняла его за талию. - Братик, улыбнись, - прошептала она, прижимая его ещё ближе. Сион удивленно посмотрел на неё, положив ладонь на золотистые волосы девочки. - Лили, - недоуменно протянул он, растерянно улыбаясь. Девочка подняла голову и грустно улыбнулась в ответ. - Пожалуйста, - добавила она и, разжав объятия, сделала несколько шагов назад, скрестив руки за спиной. Альбинос посмотрел на Каран, но та, не глядя на него, лишь приобняла девочку. - Хорошо. Слушайся маму, Лили, я скоро вернусь, - с улыбкой произнес он и, помахав рукой, вышел на улицу вслед за Микадо. Девочка вздохнула и запрокинула голову, глядя на женщину снизу вверх. - Почему он не улыбается так, как раньше? – грустно произнесла она, сжимая маленькими пальчиками теплую женскую ладонь. Каран нечего было ей ответить. *** - Скажи, тебе хоть нравится? Ты не жалеешь, что согласился? – Микадо склонил голову, заглядывая Сиону в глаза. Вскинув голову, тот широко улыбнулся и помахал руками. - Конечно, мне нравится. Спасибо за всё, - быстро ответил альбинос, положив ладони на столик, и вновь неуверенно оглянулся. Была половина шестого вечера. Они сидели в небольшом кафе, невдалеке от пекарни – с замиранием сердца Микадо думал о том, что скоро им придется прощаться. Это был лучший день в его жизни. Ведь Сион был рядом с ним. И он улыбался, смеялся, слушал его, с интересом заглядывая в глаза, и сам рассказывал, оживленно размахивая руками и вертя головой. Они гуляли по парку, после брюнет затащил его на выставку фотографий, откуда они вышли, оживленно обсуждая фисташковое мороженое. В кафе он затащил альбиноса всеми правдами и неправдами – Сион смотрел по сторонам, с легким смущением и растерянностью. - Что ты будешь? – весело спросил парень, протягивая ему меню. - Нет, спасибо, я не хочу, - замотал головой альбинос. - Да ладно тебе. Я заплачу, - уверенно произнес Микадо, склонив голову. Юноша распахнул глаза – брюнет почувствовал, как сердце бьется быстрее от одного взгляда на него. - Нет! Нет, не надо, все в порядке, - забормотал Сион. - Если ты ничего не выберешь, то я закажу за тебя, - старшекурсник был настойчив. Он подался вперёд, лишь поддерживая собственные уговоры, и неожиданно даже для себя положил ладонь на стол между ними. Альбинос невольно опустил голову, цепляясь взглядом за его руку. Несколько мгновений они не двигались, затем Микадо, чувствуя, как сердце замирает от волнения, перевернул ладонь тыльной стороной вниз. Это было приглашение. Они оба замерли – Сион неотрывно смотрел на предложенную ладонь, а Микадо не отводил взгляда от его опущенных ресниц и покрасневших щек. Первым двинулся альбинос. Со стороны это было незаметное движение, но парень, не отрывавший от него взгляда, ясно увидел, как его голова двигается из стороны в сторону. - Сион… - Ты говорил, что это ничего не значит, - чуть хриплым голосом произнес альбинос, не поднимая головы. Микадо видел, что он чуть подрагивает. - Извини. Я не хотел тебя смутить, просто… - он отстранился, чувствуя, как тело обдает холодным потом. Он действительно не хотел так его напугать – он отчетливо видел, насколько алыми стали щеки юноши, как он нервно перебирает пальцами, как напряжена его шея. - Мне жаль, - ещё тише ответил Сион. Ладонь Микадо все ещё лежала между ними. - Может, ты хотя бы подумаешь об этом? – негромко произнес парень, не отрывая от него напряженного взгляда. - Я… - Хватит. Тут не о чем думать, - раздался чей-то низкий, уверенный голос. Они одновременно вздрогнули, Микадо поднял голову, удивленно глядя на незнакомца. Он стоял рядом с их столиком, скрестив руки на груди, и смотрел на них сверху вниз. Он был высоким, крепко сбитым и уверенным в себе. Длинные, черные волосы были завязаны сзади в своеобразный хвост, тонкие черты лица были пропитаны неприязнью. Едва встретившись с ним взглядом, Микадо сглотнул. Эти прищуренные удивительные серые глаза горели холодной яростью и глубочайшим презрением. От незнакомца веяло силой и превосходством. По коже Микадо побежали мурашки, но он загнал эти первобытные чувства глубоко внутрь и смело выпрямился. - Какое вам дело? – уверенно произнес он, прямо глядя в ответ. Окинув его быстрым взглядом, незнакомец фыркнул и повернулся к Сиону. - Серьезно? – насмешливо произнес он, чуть прищурив глаза. Альбинос так и не поднимал головы, казалось, он стал ещё меньше, поёжившись под пристальным взглядом. - Нэдзуми… - Серьезно, Сион? – неожиданно резко прорычал парень и, внезапно схватив юношу за руку, дернул на себя. Сион подался вперёд, поднимаясь на ноги – незнакомец резко развернулся и направился к выходу из кафе, таща за собой слабо сопротивляющегося юношу. Микадо замер, отчаянно ничего не понимая. - Вы определились с заказом? – к столику подбежала улыбающаяся официантка – она не рисковала подходить прежде, пока этот пугающе красивый парень был рядом со столиком. - Нет, - кинул Микадо и, быстро вскочив на ноги, побежал за ними. Девушка удивленно посмотрела ему вслед и через пару мгновений пожала плечами – ей не раз попадались клиенты со странностями. Сион был виден издалека даже в толпе – едва выбежав на улицу, Микадо увидел его белоснежную макушку около небольшого переулка, среди оживленно болтающей толпы девушек-подростков. К тому времени, как он до него добежал, девушки ушли дальше по улице. Рядом с переулком никого не было. - Ты что делаешь? – услышал он низкое шипение и замер около стены, выглядывая из-за угла. Тот самый, высокий незнакомец, Нэдзуми, прижимал Сиона к стене, держа ладонь на груди и не давая сдвинуться. Но сам юноша, казалось, вовсе не собирался этого делать. - Мы просто гуляли, - ответил альбинос, вскинув голову – Микадо удивленно распахнул глаза. Впервые он слышал от Сиона столь резкие интонации. - Ты кого сейчас обманываешь? Ты действительно думаешь, что я вот так просто тебя отпущу? – продолжил шипеть парень. Микадо видел, как он склонился к юноше, приблизил свое лицо к его лицу, заглядывая в бордовые глаза. На несколько мгновений все трое замерли – а затем Нэдзуми неожиданно резко подался вперёд, прижался губами к его губам, сжимая ладонь на светлой рубашке в кулак. Старшекурсник охнул и подался вперёд – однако его опередили. Сион зажмурился, отстранился, надавил ладонью на грудь парня. А, когда тот, почувствовав столь ярое сопротивление, подался назад, с размаху отвесил ему пощечину. Хлесткий звук разнесся по переулку. Микадо слышал их тяжелое дыхание. Он готов был ринуться вперёд, оттолкнуть этого парня, защитить Сиона собственным телом… но альбинос не выглядел напуганным или удивленным. Он был в гневе, глядя Нэдзуми прямо в глаза, шумно дышал, положив ладонь ему на грудь, и смотрел исподлобья, словно обиженная собака. Микадо изумленно замер, однако не он один был удивлен. Брюнет широко распахнул глаза, прижав ладонь к пострадавшей щеке, разжал пальцы, выпуская ткань рубашки из кулака, и отстранился. - Сион? – растерянно прошептал он, пораженно заглядывая ему в глаза. - Не трогай меня! – резко вскинулся парень. – Пусти. Я тебе не нужен. - О чем ты говоришь? – тихий голос был отчетливо слышен в пустынном переулке. Микадо неотрывно смотрел на них, замерев в тени дома. Несколько секунд Сион молчал, буравя взглядом Нэдзуми, а затем шумно выдохнул и отвернулся, глядя куда-то вниз, на пустую бутылку из-под сока, лежащую около их ног. - Я слышал тебя. Ты сам это сказал, - неожиданно гнев испарился из его голоса. Осталась лишь обида и тихая боль. Старшекурсник стоял достаточно близко, чтобы видеть, как его трясет мелкой дрожью. - Глупый, глупый мой Сион. Тихий вздох. Громкий шорох одежды. Микадо невольно сделал шаг назад, распахнув глаза. Потому что этот самый Нэдзуми – парень, одним своим взглядом внушающий благоговение – неожиданно опустился на колени. Его спина была все так же выпрямлена, глаза – чуть прищурены, волос касался легкий ветерок, залетающий в пустой переулок. Он несколько мгновений смотрел на альбиноса снизу вверх – но тот упорно отворачивался, не глядя на него. Его глаза лихорадочно поблескивали, а руки, безвольно висящие по бокам тела, были сжаты в кулаки. Микадо не смел оторвать от них взгляда. - Уходи, - внезапно низким, резким голосом произнес Нэдзуми, не двинувшись с места. Сион вздрогнул и поднял голову, в то время как парень от неожиданности сделал шаг назад. Ногой он неосторожно задел стену, возле которой стоял – неприятный шорох коснулся ушей странной парочки. Юноша резко повернулся к нему – Микадо видел, как распахиваются его глаза, а щеки стремительно покрываются алой краской. Сам Нэдзуми продолжал смотреть только на Сиона, ладонью одной руки мягко сжимая его колено, а пальцами другой осторожно обхватив бледное запястье. - М-микадо, - альбинос, не обращая внимания на действия парня, смотрел на старшекурсника растерянным, виноватым взглядом. – Я… - Прошу, прости меня, - Микадо на мгновение замер, а затем резко склонился в низком поклоне. Он понимал, что здесь и сейчас происходит нечто неуловимо нежное, хрупкое, явно не предназначенное для его глаз. Выпрямившись, он не рискнул посмотреть в сторону Сиона, лишь резко развернулся и быстрым шагом вышел из переулка. В глаза тут же ударило яркое, алое солнце, склонившееся над горизонтом. Мимо него быстро прошла пожилая пара – он даже не замечал, что на улице появились люди, пока стоял в переулке. Он вообще не замечал ничего, кроме чувств, охвативших эту парочку. На несколько секунд он замер, глядя по сторонам и часто моргая. Он словно вынырнул из другого мира – мира этих двух влюбленных – и сейчас должен был вновь свыкаться с окружающей реальностью. Звуки поступали в сознание медленней – сперва он услышал заливистые трели птиц, сидящих на ветках парка напротив. После – голоса людей, шорох шин, смех и скрип двери той самой кафешки. Микадо шумно выдохнул и, не сдержавшись, обернулся. Эти двое остались в своем мире. Он видел их, словно сквозь прозрачную дымку. Даже белоснежно яркий Сион сейчас выглядел потускневшим, призраком из иного пространства, а его парень и вовсе был еле заметен в наступающих сумерках. Микадо пригляделся, краем сознания замечая, что, чем больше он видел, тем менее отчетливыми становились окружающие звуки. Но это того стоило. Нэдзуми так и стоял на коленях – прикрыв глаза, он ласково целовал раскрывшиеся ладони альбиноса, мягко сжимая их в своих собственных. Сион, в свою очередь, смотрел на него сверху вниз отчаянным, растерянным взглядом – на его щеках все ещё горел румянец, а нежная кожа тускло поблескивала от льющихся слез. Микадо шумно выдохнул и отвернулся. Только сейчас он заметил, что в груди что-то давит, ноет, переворачивается. По коже пробежал холодок. Он часто заморгал. Сжал и разжал кулаки, сдерживая дрожь пальцев. Затем посмотрел по сторонам и быстро перебежал дорогу. Листья на деревьях зашелестели от резкого порыва ветра.