Mission for devils

Хронологически сразу после миссии 6 – Но тебе бы оно пригодилось, правда? – сейчас, когда они оба оказались в тесном, замкнутом салоне машины, наполовину утопленные в уютных кожаных креслах, Данте понял, что должен что-нибудь быстренько сделать, иначе то-то плохое случится с кем-то или чем-то. В панике оглянулся, словно надеясь на чужую помощь и поддержку, но рядом не было решительно никого, кроме этого беспомощно и откровенно плачущего человека, который, к тому же, сейчас показался полудемону существенно младше его самого. Не приходилось сталкиваться с человеческим горем уже… десять лет, правильно. Со дня её смерти. Так или иначе, сейчас Данте прислушивался к затихающим всхлипам доверившегося ему существа, которое нехотя, но все-таки позволило спрятать мокрое от слез лицо на обтянутой красной кожей груди, рассеянно перебирал жесткие от геля волосы незнакомца, у которого не удосужился спросить даже имени и чувствовал себя необыкновенно, совершенно нечеловечески сильным, а еще большим и решительным. Да, чертовски решительным полудемоном. И даже немного удивился самому себе: с чего бы это? Ведь всегда командовал Вергилий, а он, Данте, только выполнял распоряжения, а вот сейчас… Сам принял решение помочь этому парню справиться с демонами, и сам же выполняет его. И даже его мечта о спокойной, уютной гавани, о том хорошем, которое должно быть в жизни каждого, приняла конкретные и очень живые очертания. Он избавит этого человека от демонов, а затем все… все будет иначе. Он начнет другую, размеренную жизнь. Осядет где-нибудь в живописном пригороде, снимет пару комнат… у него будет бильярд и красный узкий диван, такой, чтобы поместиться на него мог только он сам. С решением пришло спокойствие. Данте расправил плечи и даже как-то вырос сразу за все эти десять лет разом. Почувствовал себя… взрослым. Так что когда через пару часов беспокойного прерывистого сна нефилим наконец-то поднял голову и неловко потянулся, разминая затекшие ноги, на него взглянул совершенно новый полудемон. В сгустившихся сиреневых сумерках испуганные и чуть припухшие после сна светлые, почти прозрачные глаза встретились со спокойными сине-голубыми. – Что? Я долго проспал?! Мой брат… я должен скорее добраться домой. Данте не имел ничего против и спокойно позволил парню вылезти из машины, чтобы пересесть на место водителя. Кстати, и ему, пожалуй, следует поговорить со своим братом. Вот только как объяснить это новое чувство, реальное только для него самого? Впрочем, пусть только для него, главное, что оно не менее реально, чем все двадцать лет его предыдущей жизни. Кто-то там снял трубку, набрал номер и сказал прямо ему в мозг «Пора». И он почувствовал, как два поддонка-демона синхронно вышли из здания и пошли прямо к его машине. Покрепче обхватил ладонью рукоять Айвори, наслаждаясь пронизывающими сладостными искорками. «Жизнь это ублюдка – моя!» – пронеслось в его голове. В следующее мгновение молния красного плаща расстегнулась, и вместо двух пар глаз получились четыре дырки. Осколки костей и черной крови щедро расплескались по ступеням, размазываемые конвульсивно бьющимися конечностями, а полудемон быстрой красной молнией выскочил из салона автомобиля, понимая, что по две пули на тело будет недостаточно. Отблески фонаря весело заплясали на лезвии Ребеллиона. – Передайте там, в аду, что вас убил полудемон Данте. Лично. Эта самая личность, почти интимность оказалась гораздо важнее пронзающих плоть когтей, она жужжала в голове электричеством и посылала по нервам неиллюзорный кайф: смотрите, я – Данте. И я устрою в аду знатное шоу. Сам, по своей воле. Что может быть лучше жизни? Чувствуя, как бьется под лапой в тщетной попытке вырваться полуразумная, но все же жизнь, Данте понял ответ: контроль. Абсолютная власть. Это то, что ему, черт побери, нужно! – Ты – демон? – испуганно вскрикнул человек за его спиной, вжимаясь в автомобильное кресло. У него остались только пара ударов сердца. Сердца слабо трепыхающейся под ним адской твари, и бой закончился, оставив их обоих пусть и потрясенных и уставших, но в здравом рассудке. - Ты – демон?! Данте очень хотел бы вновь быть таким же смелым, как и пару ударов сердца назад. Хотел бы беззаботно пожать плечами и кивнуть головой: полудемон, и не смей меня осуждать. Пожалуй, если бы его осуждали – смог. Но его боялись. В этом было что-то новое и однозначно неправильное. И сердце – комок льда и гонит по венам холод. – Твой брат? Он тоже?! – Вердж? Мой брат-близнец? Он – мой брат, если ты об этом. – Полудемон парой резких взмахов стряхнул с клинка тяжелые кровавые капли и растерянно склонил голову к плечу. И за его спиной ударила молния. Молния в конце октября не такая уж необычная вещь, но эта была черной и била из земли прямо в небо. Данте отсалютовал ей мечом в безумном, необоримом возбуждении. Человек оказался гибким и быстрым, очень быстрым и сильным: сумел утащить не желающего этого полудемона с несостоявшегося поля боя и запихнуть в машину. Страх? Запах страха только усилился, но к нему примешался адреналин. А еще на этот раз человек боялся не за себя, это Данте сумел отличить. И все-таки полудемону не нравится отражающаяся в зеркале заднего вида неподвижно застывшая маска с распахнутыми ужасом глазами. Отчего? Неужели дело в той молнии? Тогда он, все-таки, косвенно ответственен. А с ответственностью всегда все было нехорошо, и что сейчас делать? Из-за него у человека сердце в горле стучит. Кстати, стоит обратить внимание и на собственное бледное отражение: впрыснутый в вены Данте адреналин хотел драться или хочет бежать, но был лишен таких возможностей. Опасно загонять демона в угол, еще опасней – дразнить, но в этом человеке было что-то почти сверхъестественно умиротворяющее. И разбираться в причинах этого умиротворения полудемон не собирался, всецело доверяя инстинктам, говорящим, что опасности нет. Он откинулся поудобнее, прищурился на мелькающие за стеклом янтарные дорожные знаки и неожиданно провалился в дрему. Снились ему, впрочем, необычные сны. В них предметы опять стали большими, как и люди вокруг. Кролики размером с взрослых тигров бегали среди зеленых лужаек и в прыжке срывали растущие на вершинах деревьев морковки. А еще он сломал любимый серебряный браслет мамы и все никак не мог его припрятать: тот постоянно всплывал наружу, запихнутый в кучу одежды для стирки, а, будучи спрятанным под огромный ковер в гостиной, сжимал его до размера носового платка и все равно нахально из-под него выглядывал. А затем и вовсе прижался ко лбу своей переливчатой и блестящей плотью. Данте встряхнул головой раз, другой, пытаясь его сбросить, и проснулся от холода, расползающегося прямо от центра лба. – Откуда ты знаешь мое имя, демон?! – Я его, кстати, и не знаю, – с некоторой обидой пожал плечами Данте, сонно оглядывая полные непонятной ему ярости серые, стальные глаза. В принципе, портить он умел и вещи и отношения, но чтобы во сне? Раньше такого не случалось. – Только не лги! – отрывисто потребовал взбешенный визави. – Не смей, понял! Такой хитрый план, и так легко удался! Выманил адрес Ордена, да я тебе сам же его и назвал! Отвечай, что с моим братом и с Кэт?! Что с ними сделал твой демонический братец?!! – Какие планы? Какой Орден? Верджи там, скорее всего, уже демона убил, раз уж я умудрился проспать все так бездарно. – Данте говорил скорее для себя, чтоб быстрее разобраться, что там сейчас с его близнецом. – Я ничего не знал, веришь? До того, как получил твое предложение, от которого не смог отказаться. Пистолет уже не холодил – лоб стал таким же холодным, как и дуло. Господствующим чувством стала неловкость… следовало на что-то решиться. На что решился Данте? Ждать Вначале рыдал на груди, затем позволил уснуть рядом, теперь угрожает пистолетом. Истерик, из тех, что играю не по правилам, а по желаниям. Впрочем, проблемой это не было: сам Данте был таким же и следовал только собственным желаниям: «Выстрел? – Пусть». Он не хотел драться с тем, кому хотелось только встрепать волосы и крепче обнять. Может быть, прикончить по бутылке виски и сыграть партию в бильярд: кий отлично смотрелся бы в этих длинных и тонких пальцах. Продолжение следует… ________________________ Уйти с мушки Пистолет давил плотно, а ловить пули ртом и стрелять ими из зада Данте не умел, как бы по этому поводу не изгалялся старший брат: получалось только выплевывать пережеванные через рот. К тому же, в триггере и только в нем, так что, когда прогремел выстрел, человеческого лба под ним не было, только жесткая красная пластина, а мгновенный удар локтя пришелся прямо в чужое солнечное сплетение, удачно дополненный мощной ударной волной триггера. Тело смяло, словно бумажный фантик и вынесло через лобовое стекло из машины, за ним метнулась красная злая тень. Очнулся полудемон рядом с разорванным, изломанным и искалеченным трупом, и, судя по внутренним часам, времени прошло совсем немного, даже странно, что эти несколько минут так перевернули его мир. Чувствуя себя уставшим, ошарашенным и сбитым с толку, Данте настороженно оглянулся, словно набедокуривший ребенок, понимающий, что за такие дела обычно наказывают, развернулся и неторопливой рысцой побежал в сторону города. Начать миссию заново?