записки уставшей

Боженька, а Боженька, можно я заберу его боль себе? Сбивчивый шепот, задирая голову в небо и смаргивая скопившиеся в уголках глаз слезы. Небо пасмурное и моросит мелкий дождик, а Ли стоит в одной ветровке и все шепчет, шепчет, шепчет. Люди смотрят как на ненормальную, но ей глубоко поебать. У нее, где-то там, за дохуя километров от нёё, в больницу попал брат. И все перешептывания и тычки пальцами могут отправляться в пекло. Ей не до этого. Ей ни до чего. Мать глухо сообщает, что Дим-Димыч в больнице. И в этот миг Тор словно со всех сил обрушивает ей на голову свою колотушку. Ноги подкашиваются, как в дурацких сериалах по телевизору и ей хочется просто упасть и завыть. - Мам. Я рядом. - Голос садится, словно она долго орала, что было мочи. - Мам, все будет в порядке. Мам, я, мам, мам, мамуль! МАМ! - Срывается на крик, до побелевших костяшек сжимая что-то в руке. - Детка, я здесь. - Мать старается не подавать виду, но голос дрожит и... Она плачет вместе с матерью на том конце провода. Она сидит дома и её плечи мелко трясутся. Закусывает губы до крови, лишь бы не заорать. - А ну иди сюда, мелкий засранец! - Шутливо кричит, замахиваясь подушкой. - Сама такая! - брат смеется и мутузит её по ребрам. Больно конечно, но такое бывает по много раз на дню. Они привыкли. Им весело. - Так! Давайте потише! - Кричит с кухни мать. Она что-то готовит и пахнет одуряюще вкусно. Ли с Дим-Димычем обожают мамину стряпню. Сегодня, кажется, макароны с котлетами. - Прости! - Хором отвечают они, откатываясь в разные стороны и щурясь друг на друга. Боженька, а Боженька, почему? За что его так? Мать говорит, что его сбили. Девица отвлеклась на ребенка и в последний момент выскочила из-за поворота, не успев затормозить. Поначалу ей хочется, что бы суку упекли за решетку. Потом, когда Ли начинает мыслить более-менее здраво, то понимает, что не стоит. Все-таки ребенок. Но вот лишить прав было бы очень неплохо! Вздрагивает, когда еще тлеющий пепел падает с сигареты на кожу и поспешно стряхивает его. Место не растирает. Боль это хорошо. Значит, она еще чувствует. Значит, еще не робот. Мысленно прокручивает причины, по которым не может приехать. В который раз? Кажется, в тысячный. "Учеба, зачеты, бабушка. Учеба, зачеты, бабушка". Повторяет как мантру, затягиваясь и пропуская табачный дым в легкие. - Только не рассказывай маме! - Умоляюще смотрит на брата Ли, пряча под подушку сигареты. Мать, конечно, и сама курит, но им запрещает. - А что мне за это будет? - гаденыш лукаво ухмыляется, показательно переводя взгляд с нее и на подушку. - Заложишь, сучоныш? - С усмешкой. - Ну вот еще. - Ди фыркает, а она расслабляется. Не заложит. Не такой уж и гаденыш. Боженька, а Боженька, можно с ним все будет хорошо? Пожалуйста, Боженька. Пусть будет в порядке.