Defender

Демон, с ядовитой ухмылкой на губах, выставил обе руки вперед, упираясь в мои плечи, и с силой толкнул от себя. Тело, потеряв равновесие, стало заваливаться назад - ноги не держали совершенно. Словно мешок с цементом, я повалился на землю в двух шагах от темного создания, все еще пристально следящего за мной немигающим взглядом. Подняв руку над головой, он щелкнул пальцами и исчез в призрачной дымке, оставив после себя лишь еле уловимый шепот, скользящий по коже мелкими мурашками: "До скорой встречи..." Стоило последнему лоскутку темной мглы раствориться в небытии, как мир ожил. Будто бы кто-то невидимый дернул за рычаг и реальность обрушилась на голову необузданным потоком. Грузовой автомобиль, в считанных сантиметрах от меня, пролетел мимо и врезался в фонарный столб. Пространство вокруг заполнилось криками людей, топотом чьих-то тяжелых ног, гвалтом и откровенно раздражающей суетой. Вскоре, где-то вдалеке уже была слышна сирена скорой помощи. Всеобщая суматоха душила. Произошедшее напоминало дурной сон. Хотелось ущипнуть себя и снова проснуться в своей кровати, где сквознячок будет щекотать мои ноги. Где тело перестанет так ныть, а руки, ободранные об асфальт, кровоточить. Я попытался подняться, но тело не слушалось; меня мутило, будто я только что вылез из аттракциона. Адреналин в крови уступил место всеобъемлющей усталости. Голова кружилась, возвращая цветные пятна перед глазами и едкий звон в ушах. Словно в трансе, я предпринял очередную попытку подняться, стараясь удержаться на ватных ногах и не повалиться вниз, когда сильная рука ловко схватила мой локоть, помогая встать ровно. Я перевел затуманенный взгляд и встретился с взволнованными глазами парня, некогда стоящего на другом конце пешеходного перехода. Того самого, что первым заметил опасность. — Вы как? С Вами все в порядке? — сдвинутые брови образовывали складочку на лбу, а в глазах читалось сильное беспокойство, отчего казалось, что парень испугался не меньше меня самого. Я коротко кивнул головой, не в силах произнести хотя бы слово. — Слава Богу Вы успели спастись, хотя я до последнего момента видел Вас перед машиной, — взгляд шоколадных глаз метался, будто бы выискивая в пространстве воспоминания о произошедшем. — Скорая уже почти здесь, Вам следует отправиться в больницу, Вы ведь даже на ногах еле стоите, — у парня был очень мягкий и приятный голос, но из-за клокочущей боли в висках, даже он казался невыносимым. Глаза закрывались сами собой, и столь родная темнота ласково распахивала передо мной свои объятия. Из последних сил я выдергивал себя из этой сладостной пустоты, заставляя оставаться в тошнотворном сознании. Парень аккуратно потянул меня за собой, ведя к подъехавшей машине скорой помощи, из которой уже выбежали два врача и уверенной походкой направлялись в нашу сторону. Эмоции, от вторгающейся в изможденный разум реальности, мелкими волнами накрывали все сильней и сильней, с каждым сделанным шагом. Подобно ледяному лезвию, меня пронзило осознание: Я только что чуть не умер. По-настоящему. Навсегда. Темнота, что так настойчиво напевала мне сладостные песни, все-таки забрала меня к себе, заботливо укутывая в беспамятство. Когда я снова распахнул глаза, то понял, что меня куда-то везут, предположительно в районную больницу. Которые я на дух не переношу еще с самого детства, особенно этот дурманящий запах лекарств, что пропитал собой все, даже стены. От резкого движения корпуса вверх, меня немного повело, но зрение быстро восстановилось. Чувствовал я себя на удивление хорошо: горло не сдавливало от тошноты, пронзительный звон в ушах прошел, да и тело больше не напоминало вату. Ощутив рядом с собой движение, я обернулся, вперив негодующий взгляд в парня, что помог мне подняться после аварии. Он мирно сидел возле койки, рассматривая что-то за окном. — А ты чего здесь? — вопрос слетел с губ раньше, чем я успел осознать, насколько чудовищно бестактно это прозвучит с моей стороны, и скоропостижно прикусил язык. Парень дернулся от неожиданности и озадаченно посмотрел на меня, забавно открыв рот. Но, уже спустя пару секунд, он смущенно зарделся и отвел взгляд в сторону, будто уличенный в проказах ребенок. — Ну... просто, когда Вы упали в обморок, я... мне показалось, что будет лучше, если я тоже поеду в больницу, — он нервно провел рукой по волосам на голове, тем самым взъерошив прическу, пока пытался подобрать слова. Видимо, он и сам не знал причину. — Мне не хотелось оставлять Вас одного. Это... как-то неправильно, — на последних словах он все же посмотрел мне в глаза. Взгляд был преисполнен внезапной твердости и выражал уверенность. Казалось, что это для него безумно важно - поступать "правильно". Парень с первой минуты излучал собой доброту и сострадание, что несомненно подкупало. От него буквально веяло чем-то светлым и теплым, что щекотало сознание, подобно солнечным лучам за окном. — Меня зовут Ли Хонбин, — он, будто немного робея, дружелюбно протянул руку вперед. — Ча Хагён, приятно познакомиться, — я хохотнул, сжимая в рукопожатии теплую и мягкую ладошку нового знакомого. — Если не против, давайте общаться неформально? — Хонбин лишь кивнул, растягивая красивые губы в улыбке, демонстрируя очаровательные ямочки на щеках. Внезапно, словно лавина, сорвавшаяся от слишком громкого крика в горах, на мою голову рухнуло понимание, что из-за всего произошедшего я напрочь забыл о времени. Похлопав себя по карманам джинсов, я отчаянно пытался найти свой мобильный телефон, бесцеремонно канувший в неизвестность из укромного места. Проследив за моими действиями, новоиспеченный знакомый протянул руку, указывая на столик возле изголовья кровати, на котором гордо возлежали наушники и чуть не утерянный аппарат. Часы упорно показывали час дня, а это значит, что я провалялся в отключке целых полчаса, и ровно столько же мне осталось, если я все еще хочу успеть на работу. Вот черт. Нервно озираясь по окнам, я судорожно пытался понять, где мы находимся. Машина остановилась на светофоре и я узнал перекресток, за которым находилась моя некогда старшая школа, а оттуда до работы, как раз минут двадцать ходьбы. Повезло, значит, еще есть шанс успеть приехать вовремя, иначе тонуть мне в слезах бедного Шину до конца вечера, выслушивая его причитания. Осталось только придумать, как убедить врачей, что я в порядке и выбраться из машины, неумолимо везущей меня в злополучную больницу. Я легонько постучал в окошко, скрывающее нас от передних сидений, в надежде, что меня не проигнорируют. В открывшемся проеме появилось лицо мужчины средних лет с добрыми глазами. Он улыбнулся мне, поправляя съехавшие на кончик носа очки в тонкой оправе: — Очнулся? Как себя чувствуешь? — глубоким и ласковым голосом осведомился врач, внимательно осматривая меня, будто сканируя. — Выглядишь уже намного лучше. — Чувствую я себя тоже намного лучше, так что, может вы меня отпустите. Если честно, я очень спешу, — нервная улыбка коснулась моих губ, а глаза, кажется, лихорадочно блестели, выдавая надежду, что врач внемлет моим словам. — Пожалуйста. Я ведь и в обморок упал, просто потому что сильно испугался, так-то со мной все в порядке. Честное слово, — я умоляюще уставился на мужчину. Еще несколько секунд, тянувшихся, наверное, целую вечность, врач рассматривал меня и, не заметив причин меня задерживать, тяжело выдохнул. Развернувшись лицом к водителю, он попросил его притормозить на обочине. — Только обещайте, что придете на прием, завтра же. Я должен убедиться, что вашему здоровью ничего не угрожает. Молодой человек, — взгляд доктора соскользнул с моего лица и поймал глаза Хонбина, — проводите его, куда он так спешит. Стресс, может и отступил, но кто знает. Лучше перестраховаться. Выбравшись на свободу я направился в направлении студии, по тротуару, замечая краем глаза, что Хонбин и в самом деле следует за мной по пятам. — Ты так быстро ходишь, что я не успеваю за тобой, — парень смущенно потупился, поравнявшись со мной. Я хохотнул и прибавил шагу, оборачиваясь на сопроводителя: — Если и правда решил составить мне компанию, то двигай филейками быстрее, я опаздываю, — вытянувшееся лицо парня развеселило меня еще больше, и, не сдерживаясь, я засмеялся в голос, вызывая ответную улыбку.

***

— А можно спросить, куда ты так спешишь? — заинтересованно посмотрел на меня Хонбин, пока мы ждали зеленый сигнал светофора. — На работу, в фотостудию. Я должен там оказаться в половину второго, так что время немного поджимает. И дернул меня черт прогуляться... — и правда, может это все происки того демонического существа, что больше напоминал галлюцинацию, вызванную моим воспаленным от страха мозгом? Скорее всего, ибо мне как-то верится с трудом, что все это было взаправду. Скорее уж, дурной мираж, подкинутый мне сознанием в агонии. Даже от простого воспоминания по спине пробежал морозный холодок, пробивая тело ознобом. — Ого, ты фотограф? — восторженно отозвался парень, оглядываясь по сторонам, прежде чем начать переходить дорогу. Да уж, происшествий на сегодня лично мне хватило с головой, так что и сам нервно вертел носом, высматривая возможную опасность. — Не совсем, — я улыбнулся, глядя на заинтересованного возникшей темой Хонбина, пока ноги несли меня по дороге вдоль витрин магазинов, — я работаю моделью. А ты увлекаешься фотографией? — на что парень импульсивно закивал головой, прожигая меня пылким взглядом. — В свободное время я почти не расстаюсь с камерой. Это поистине упоительное ощущение, когда удается поймать удачный кадр. Будто бы крадешь у вечности маленький кусочек ее души, — Хонбин мечтательно растянул губы в улыбке, теряясь взглядом где-то вдалеке, будто бы блуждая по задворкам памяти. — Правда, я пока фотографировал только природу... — тут он смущенно отвернулся, и, не глядя на меня, тихо спросил: — А можно мне поприсутствовать на фотосессии? — будто бы боясь отказа, он неуверенно перевел взгляд обратно на меня в ожидании. — Я не против, думаю, что фотографы тоже не будут, — неподдельная радость собеседника на разрешение, заставила меня рассмеяться и подавить желание потрепать парня за щеки. Хоть и трудно судить о человеке по прошествии такого короткого времени после знакомства, но Хонбин, он будто бы светился искренностью и любовью ко всему вокруг. Такой уникальный дар иметь столь открытую и чистую душу, заставляющую других доверительно тянуться к ней в ответ. — А с чего началось твое увлечение? — Я хоть и родился в Сеуле, но еще в раннем детстве, из-за постоянной занятости родителей, переехал жить к бабушке в Пусан. Там рядом, в Янсане, стоит буддийский храм "Тхондоса". Бабушка часто приезжала туда молиться и брала меня с собой. Я даже был там послушником. И это невероятно красивое место. Особенно в апреле, когда начинают распускаться цветы, — Хонбин буквально смаковал каждое слово, погружаясь в свои воспоминания о детстве и том загадочном месте, где он вырос. — Вокруг храма живописный сосновый лес, а так же недалеко течет река. Да и сама атмосфера там незабываемая. Все будто бы пропитано одухотворением и спокойствием. Наверное, именно храм я всегда считал своим настоящим домом... — Ты скучаешь по нему? — настроение Хонбина заразительной дымкой окутало меня изнутри, излучая тепло и мягкий свет, которыми парень так щедро делился. Теперь меня нисколько не удивляет его энергетика, преисполненная добротой и искренностью. Такая редкая в наши дни, что кажется ненастоящей. — Да, так и есть... — он тяжело вздохнул и легкая грусть коснулась его глаз. — На последнем классе старшей школы, мы с бабушкой вернулись обратно в Сеул, чтобы я смог потом поступить в университет. Зато бабушка, кажется, счастлива. Она открыла свой цветочный магазин, представляешь? Сейчас ей тяжело справляться одной, поэтому большую часть дел я взял на себя, — при упоминании родственницы он снова заулыбался, и недавняя грусть выветрилась из его взгляда, будто подгоняемая свежим ветерком, что робко подталкивал нас в спины. — А ты тоже родился в Сеуле? — Нет, в Чханвоне, но всю сознательную жизнь я провел тут, — за что я от души благодарен судьбе за щедрый подарок. Если бы родителям не пришлось переехать из-за работы, то я бы никогда не встретил двух самых любимых мной оболтусов. — Кстати, мы почти пришли, поворачивай. Свернув с тротуара направо, мы вышли на перпендикулярную улицу в квартале от студии. В запасе было еще пятнадцать минут, если верить цифрам на телефоне, а значит уже на месте еще успеем попить кофе и перевести дух. Что ж, это будет очень кстати. Фотостудия приветствовала нас яркими вспышками, музыкой и громкими голосами, доносящимися отовсюду. Фотографы, осветители, модели, визажисты и прочие помощники, шныряли туда-сюда, погруженные в процесс работы. Пробежавшись глазами по лицам, я смог обнаружить своего менеджера, нервно теребящего бумажный стаканчик с кофе. — Шину, я пришел, — привлекая к себе внимание потерянных глаз менеджера, я помахал ему рукой над головой. Тот в свою очередь подскочил и быстрым шагом направился ко мне. - Ох, слава Богу. Ты обычно приезжаешь заранее, и я уже испугался, что ты забыл, — затараторил он, но тут заметил скромно топчущегося за моей спиной Хонбина и приветливо улыбнулся. — Здравствуйте, — затем, вопросительно скосил глаза на меня. — Это мой знакомый, Ли Хонбин. Никто же не будет против, если он посмотрит за съемкой? — О! Можете просто звать меня Шину, я менеджер Хагёна. Приятно познакомиться, — он улыбнулся еще шире и пожал скромняге руку, смущенно выглядывающего из-за моего плеча. — Конечно, нет. Проходите. Кофе будете? Увидев меня сейчас, Кен бы возмущено фыркнул, в очередной раз причитая, что прозвище досталось ему необоснованно, потому что из нас двоих на куклу больше похож я. Уложенные волосы, броский макияж, с выделенными карандашом глазами, одежда и украшения. Установленный вентилятор развивал полы длинной бежевой кофты, струящейся до колен двумя углами, попутно задевая залаченные прядки волос. Торс облачен в белую майку с синими полосками, а ноги в узкие, голубого цвета, рваные, местами потертые джинсы, а завершали весь этот ансамбль темные кеды. Кисти рук испещрены серебряными кольцами и кожаными браслетами. Я стоял в центре площадки, под светом софитов и, впервые за последние часы после аварии, по-настоящему расслабился. Работа доставляла мне удовольствие, и я совершенно потерял счет времени. — Мы закончили. Всем спасибо за работу. Хорошего вечера, — все начали потихоньку собираться, лениво убирая оборудование, и расходиться по домам. Время было только начало пятого, но усталость, от перенасыщенности этого дня, тяжело легла на плечи. Хотя, она скорее была приятной, чем нет. С толикой удовлетворения от проделанной работы. А факт, что меня сейчас ждут друзья для запланированного веселья, и вовсе поднимала настроение за отметку "превосходно". Пока я снимал макияж с лица, заметил в зеркале приближающуюся фигуру Хонбина, о котором, честно признаться, я напрочь забыл погрузившись в работу. Так бы, наверное, и ушел. Парень в свою очередь счастливо улыбался, напоминая довольного щенка. Того гляди язык высунет и станет вилять невидимым хвостом, от переизбытка чувств. Не выдержав, я тихо рассмеялся, косясь в отражение, уже вплотную подошедшего ко мне парня. — Ну как, удалось понаблюдать за работой профессионалов? — спросил я, все еще широко улыбаясь и протирая ватным диском глаз. Хонбин, закусив губу в улыбке, смущенно закивал головой. — Я познакомился с одним из фотографом, и он мне даже разрешил сделать пару кадров. Это было так волнительно, — физиономия этого потрясающего парня вновь заставила меня неудержимо расхохотаться. — Ты такой милый, когда заливаешься краской. Я буду звать тебя Бинни, ты не против? — пытаясь остановить потоки смеха, обратился я к нему. — Нет, не против. В школе меня вообще прозвали "Конг", ну или просто именовали Фасолинкой. — очередная волна смеха накрыла меня так, что аж слезы выступили на глазах.

***

Жар полуденного солнца постепенно рассеивался, уступая место прохладе и вечерней свежести. Когда мы вышли на улицу, я сообщил Хонбину, что мне нужно встретиться с друзьями в клубе, так что, если он не против, то может присоединится к нам. — Правда? — его лицо озарила, уже знакомая мне радостная улыбка, но почему-то она быстро сползла, демонстрируя некоторую рассеянность. — Даже не знаю как лучше. Если честно, я никогда не был в клубе. Но вы, наверное, планировали погулять своей тесной компанией. Уверен, что я не помешаю? — Хонбин переминался с ноги на ногу, рассматривая свои руки, пряча взгляд. Как ребенок, честное слово. — Пойдем уже, Фасолинка, — хватая за руку, я потащил его в сторону дороги. Тот еще с секунду пытался упираться, но под моим напором быстро сдался, плетясь следом. — Такой большой мальчик, а еще в клуб ни разу не ходил. Бинни, я открою тебе незабываемый мир танцев и безграничного веселья! — попутно доставая телефон, я набрал Хёка, чтобы узнать где и во сколько мы встретимся. — Хагён! Ты уже освободился? — задорный голос макнэ доносился из трубки, немного приглушаемый музыкой. — Да. А вы где сейчас? — Я шел вдоль дороги по тротуару, все еще таща, будто на буксире, неуверенного в правильности моего решения Бина. — И кстати, вы же не будете сильно против, если я приду не один? — я обернулся и подмигнул волочащемуся за мной прицепу. — Ооо... ты где-то успел отхватить девушку? — саркастично хохотнул Хёк, многозначительно мыча. — Какой ты, однако, шустрый. Конечно, пусть приходит. Чем больше народа — тем веселее. А я сейчас в "Milky Way", помогаю ребятам. Зал до сих пор забит под завязку и рук катастрофически не хватает! — судя по голосу, Хёк определенно не был расстроен подобным стечением обстоятельств, а как раз таки наоборот. — Только ты? А куда ты дел Хвана? Он слишком много шутил и ты дал приказ пустить его на корм? — хохотнул я в некотором замешательстве. — К сожалению, нет, но идея мне нравится, — улыбнулся в трубку макнэ. — Ему позвонил отец, и он позорно сбежал, заверяя, что скоро вернется. Но наверняка опоздает, пока будет крутиться перед зеркалом. — Хёк притворно возмутился и тут же рассмеялся. — Сейчас идти в клуб пока рано, так что, приходите сюда. Тут работы на всех хватит. Макнэ не врал. В кофейне до сих пор все столики были заняты. Довольные лица посетителей, сменяли друг друга в непрекращающемся потоке. Одна из физиономий отделилась от общей массы и быстро направилась к нам. — Ой, а ты не девушка, — изумленно уставился на парня Хёк. — Нормальные и воспитанные люди начинают разговор со слова "здравствуйте", в крайнем случае, с "привет", — я дал мелкому легкий подзатыльник, цокнув языком. Бин, прикрывая рот кулачком захихикал, безуспешно пытаясь замаскировать смех за кашлем. — А ты чего ржешь? — А сам забыл уже с какого "привета" у нас завязалось знакомство? — уже открыто смеялся Хонбин, заставляя мои щеки приобрести тот же оттенок, что и волосы. — Да, неловко вышло, — смущенно потупился я. — Извини. — тот лишь покачал головой и заразительно улыбнулся. — Хёк, это Бинни. Бин - это Хёк. А его подружка Пятница, еще не пришла, наводит красоту. — Кто? — удивленно посмотрел на меня Хонбин, пожимая протянутую макнэ руку. — Это наш друг, Кен, — объяснил младший, — просто у хёна "особое" чувство юмора. — Я же не виноват, что вы его не понимаете, — я надул губы и, вздернув подбородок, гордо прошествовал мимо парней в направлении единственного не занятого столика в самом конце зала, под аккомпанемент дружного гогота этих крокодилов.