Defender

Albert Kick feat Jason Rene – Camper (Club Mix)

В районе семи часов наша тесная компания уже ютилась в очереди, ожидающей, когда можно будет протиснуться мимо суровой охраны в шумный ночной клуб. Еще пока мы были в кофейне, Хёку позвонил Джехван и пыхтел о том, что задержится и встретится с нами уже непосредственно здесь, что мало кого удивило. Хонбин заметно нервничал; теребя свою майку, он озирался с лицом, выражающим всего одну мысль: «что я тут забыл?». Но хотя бы не пытался сбежать, что, безусловно, радовало. По большому счету, что такого плохого в том, чтобы позволить себе как следует отдохнуть в выходной день? Впрочем, я прекрасно понимаю его волнение, ведь на подобных мероприятиях, как выяснилось ранее, он никогда не был и понятия не имеет, что там и как. Так что, эту вечеринку для него, можно считать подобием потери девственности. Очередь неумолимо приближалась к дверям, за которыми громыхал мой персональный музыкальный рай, и Бин тревожно дернулся, озираясь на нас. — Знаешь, ты мне напоминаешь ребенка, которого мама оставила с тележкой у кассы супермаркета, а сама ушла за забытой говядиной, — прыснул Хёк, наблюдая за паникой, накатывающей на перепуганного Хонбина. — Сейчас у тебя стадия, когда перед тобой стоит всего два человека, а мамы даже не видно. — Ой, Хёкки, прекрати глумиться над бедным человеком, — Бин ощутимо поник, и мне невольно захотелось его защитить от колючего языка этого несносного мальчишки. — Вспомни лучше, как сам сегодня трясся перед открытием кофейни. Думал, что если ветер усилится — тебя сдует нафиг, как осиновый лист. Лови тебя потом, по задворкам улиц, — Хёк же лишь улыбнулся на мою попытку его осадить и гаденько похихикал. Двери шумно открылись, выпуская на свежий воздух слегка выпивших подростков, громогласно что-то обсуждающих на всю округу, тем самым позволяя нам продвинуться вперед и оказаться следующими в очереди на вход. Хватая руку Бина, я уверенно протиснулся мимо охранника, открывшего нам проход внутрь. Тот вцепился в меня мертвой хваткой, оборачиваясь на Хёка, следующего за нами с немного нахальной улыбкой на все лицо. Клуб встретил нас оглушающей пьянящей композицией, задымленным сигаретами воздухом и множеством горячих танцующих тел, заполняющих огромное помещение невероятным зарядом энергии. Ноги, так скучающее по всему этому, стали импульсивно шагать под музыку, попадая точно в ритм, ведя меня к бару. Если я могу расслабиться и без спиртного, то Хонбину точно не помешает закинуться парой стопок абсента, чтобы позволить себе прочувствовать всю атмосферу настоящего драйва и, выносящей остатки разума, музыки. — Ты когда-нибудь пил алкоголь? — обернулся я к озирающемуся по сторонам Бину, зачарованно поблескивающего глазами. — Да, пару раз было, но, можно сказать, что нет, — качнул головой парень, немного дергаясь в такт с музыкой. — Так что, пить — это не то, в чем я хорош, — улыбнулся он. Собственно, я и не сомневался в этом. Значит, будем учить, иначе этому «цветочку» будет тяжело в будущем. Такие вещи уметь надо хотя бы для собственной безопасности. В жизни всякое бывает. Хёк оперативно заказал для нас текилу и, пока бармен выполнял заказ, проверил телефон на наличие звонка от нашей красавицы. Судя по недовольной физиономии, тот еще не подал признаков жизни, а значит начинать придется без него. «Ну, сам виноват...», прочитал я обрывок фразы по его губам, когда тот надувшись, мычал себе под нос, и развернулся к барной стойке. На гладкой поверхности стола нас ожидали три стопки с прозрачной жидкостью и примостившееся рядом блюдце, умещающее разрезанный лайм и соль. Что ж, веселье началось! Хонбин внимательно следил за процессом употребления этого напитка, пытливо вгрызаясь в меня глазами. — Соль, — я слизнул белые крупинки с треугольничка на кисти между указательным и большим пальцами, — текила, — я опрокинул стопку внутрь себя, и жидкость мягко скользнула в желудок, облизывая его жгучим пламенем, — лайм. Макнэ, не задерживаясь, продемонстрировал все Бину по второму кругу, зажевывая все долькой цитрусового фрукта. — Твоя очередь! — подталкивал его младший. Причем как минимум на подвиг, если судить по лицу тяжело выдыхающего Хонбина. — Е-е-е-е-е!!! — воздев руки к потолку, горланил Хёк, наблюдая за нашей алкогольной жертвой, на глазах которого выступили слезы. Видимо, для него текила оказалась слишком крепкой. Спустя еще пару стопок я уже вовсю вытанцовывал сидя на стуле и подпевал под все известные мне песни, в то время как ребята ритмично стучали ногами по полу, качая в такт головой. Бин заметно расслабился, а значит, уже можно вытаскивать это очарование зажигать на танцпол. Хёк, перехватив мой взгляд, понял все без слов. Задорно улыбаясь, он подхватил Хонбина под локоть и настойчиво потащил за собой в гущу танцующего народа. Музыка глубокими толчками забиралась в самое нутро, заставляя тело следовать ее сладостной тяге, ритмично вышагивая вперед. Руки рисовали изогнутые линии под импульс грудной клетки и раскачивающихся бедер. Get your hands up... Танцы — это не просто моя страсть, в них весь я. И если бы по воле судьбы я не стал моделью, то отдал бы всю свою жизнь именно им. Всецело и без остатка. Get your hands up... они дарят мне слишком упоительные ощущения, волнующие и пленительные. Затягивают внутрь хаоса, местами разнузданного, местами терпкого и размеренного, но во всех случаях, заполняющего меня до краев, норовя выплеснуться наружу и затопить все вокруг. Танец — это не просто движение тела под ритм, это воплощение самой музыки. Поймав глазами знакомые лица, я направился к ним. Хёк и Бин стояли практически в центре толпы. Второй, к слову, неуверенно топтался на месте, не зная куда себя деть. Взгляд был потерянным и, казалось, что он уже на грани того, чтобы сбежать обратно к бару или вовсе отсюда подальше. You're playin' call of duty but you don't use your legs much... Подойдя к нему вплотную, я почувствовал, как алкоголь начал бить в голову. Сигаретный дым сизой дымкой окутал разум, унося контроль над собой в потерянную неизвестность. You'd rather hide behind the door and use it as a crutch. Упоительная атмосфера ветвистыми молниями прошивала меня насквозь. Я тонул в музыке, томно прикрыв глаза, забывая кто я и где. Сейчас есть только танец, рвущийся из меня подобно стае птиц. You just like snipers and shotguns, o military class... Поймав растерянный взгляд Бина, я придвинулся к нему еще ближе и, чувствуя жар его кожи, прошептал в самое ухо: — Эй, Бинни. Просто расслабься, — я опустил свои руки к нему на плечи, притягивая к себе, и почувствовал как тот напрягся еще сильнее. — Забудь про свою сдержанность и неуверенность. В этом нет ничего зазорного, будь смелее. Хотя бы раз в жизни, отключи свою голову и разреши сердцу решать за тебя, — моя правая ладонь соскользнула с плеча, остановив свой путь на его грудной клетке. — Прислушайся к нему и позволь телу следовать этому импульсу, — я слегка отстранился от него, так, чтобы видеть его глаза, которые уже начала застилать пьяная пелена. ...shoot my fuckin` * ass! Мои руки устремились вниз, обхватывая его кисти. Положив их себе на талию, я стал двигаться; плавно, размеренно, раскрываясь под аккомпанемент ритмичной песни. Спустя мгновение Бин стал повторять за мной, не сводя с меня жгучего взора. Сначала робко и даже неуклюже, но с каждой секундой его движения приобретали все больше тягучести и смысла, срывая оковы страха и погружая его в забвение. А я, закрыв глаза, просто наслаждался тем, как мелодия разрывает меня на сладостные кусочки. Руки зарылись в собственные волосы, бедра двигались волной, иногда легонько касаясь партнера, отчего по всему телу проходили электрические разряды. You are a fuckin' camper... Дыхание надрывало легкие и стало подобно пламени, тело неистово бросало в жар. Из-за полуприкрытых глаз я видел, как наш невинный парень, ведомый мной, начинает двигаться с каждой прожженной секундой все откровеннее и раскрепощение, отчего улыбка коснулась моих губ. Camper Camper Camper... Хонбин выглядел очень соблазнительно в свете мигающих огней с влажными дорожками на коже, чуть распахнув свои полные губы и прикрыв красивые глаза. Изогнутые ресницы оставляли длинные тени на щеках, преображая и без того прекрасные черты лица. You're just a shitty Camper... Пленительно двигая телом, он упивался собственной свободой, и я видел, что ему это нравилось. Грудь тяжело вздымалась, руки волнительно держались за меня, сминая под пальцами мягкую ткань майки. Поддавшись забвению, я просто растворился в ощущениях, завлекая Бина тонуть вместе со мной. Я чувствовал разрастающееся внутри себя желание. Camper Camper Camper... Хотелось притянуть к себе этого парня, утолить голод и жажду, прильнуть к нему, поглотить. Не думая о последствиях, просто отдаться моменту. Достичь апогея этих эмоций, забыть что такое контроль, правила. Они не имеют значения, сейчас так точно. А что потом, это не так уж и важно. Но... Дав себе мысленно затрещину, я тряхнул головой, пытаясь привести себя в чувства. Опьянение и пережитый сегодня стресс весьма двусмысленно атаковали мой разум, что не являлось хорошей идеей. Обычно алкоголю не удавалось диктовать свои интимные правила игры, так что поведение моего сознания меня несколько обескуражило. Хотя, была в этом какая-то ирония и даже забава.

Fugees – Ready Or Not [DubRocca Remix]

Стараясь не думать о грешных мыслях, что так нахально вклинились в мой затуманенный разум, я окунулся в маленькую вечность, совершенно забывая о времени. Просто ушел вглубь этого наслаждения, купаясь в музыке и энергетике сотней людей, таких же, как и я, раскрывающих свои души навстречу мелодиям. Пульс сходил с ума, легкие рвано выталкивали воздух, прожигая меня насквозь. Чувственный голос Энии буквально проникал под кожу, заставляя бегать мурашки по всему телу от наслаждения. Мысли спутались, затуманились, а потом и вовсе развеялись. Забывшись, я посвятил себя всецело и без остатка этой ночи и ее тягучей страсти. Позволяя сминать меня, ласкать, окуная в полутьму разноцветных огней. Ready or Not... музыка густыми толчками врывалась в меня, заставляя губы подпевать обрывкам фраз. Here I come, you can't hide... и это правда, мне не спрятаться и не скрыться, да я и не желаю. Стресс и страх, что меня поработили, стали отступать. Gon' find you and take it slowly. Чьи-то горячие ладони коснулись моих бедер, утягивая в вольное движение, развращая и без того откровенный танец. Ready or Not... горячее дыхание скользило по открытой шее, обдавая новой волной возбуждения, заставляя погрузиться в воспоминания о... жестких губах и жадном языке, вынуждая колени подгибаться. Here I come, you can't hide... томительная тяжесть образовалась внизу живота, а мысли настойчиво подсовывали, извлекая из памяти, картины демонических глаз, так нагло вторгающихся в самую душу. Gonna find you and make you want me... make you want me... Понимание, будто током прошило все тело. Резко развернувшись, я встретился глазами с пустотой. Позади меня никого не было. Ощущение чьих-то рук на теле развеялось, заставляя усомниться в том, были ли они вообще. Но по спине все еще бегали мурашки от чужого дыхания и очевидного присутствия. Буквально затылком я ощущал чей-то пристальный взгляд. Пробежавшись глазами по окружающей меня толпе лиц, я не зацепился ни за одно мне знакомое. Даже Хёка с Бином не было поблизости. Пробираясь сквозь горячие танцующие тела, я пожирал пространство взглядом, пытаясь хоть за что-то ухватиться, но бесполезно. Ноги несли меня, кружили, но отречься от чьего-то навязчивого присутствия не удавалось, да и друзья, как назло, будто сквозь землю провалились. Когда они, вообще, успели слинять от меня и в каком, интересно знать, направлении? Знакомая макушка Хёка обнаружилась возле насиженного в начале вечера бара. И что удивительно, в гордом одиночестве, уткнувшись в мобильный телефон. Лицо выглядело немного озабоченным, видимо, тот пытался связаться с блудным Джехваном, застрявшим не пойми где. Повертев головой, я так и не заметил в зоне видимости ничего напоминающего мне Хонбина. — Эй, чудовище, что ты сделал с нашим «цветочком»? — пихнув под бок, улыбнулся я макнэ. — Напугал его и он все-таки решился сбежать? Хёк поднял на меня глаза и игриво ухмыльнулся: — Если уж его кто и напугал, то только ты, развратник. Видел бы себя со стороны... льнул к нему, как будто тебе там медом намазано, — беззастенчиво язвил мелкий, подначивая. — Да так, что у бедолаги весь запас кислорода кончился и он вышел на улицу подышать. — Ничего я не льнул, я всегда так танцую! — ощетинился я, показывая ему язык. — Пойду, проверю, как он там. — Хёк кивнул головой и снова уставился в свой телефон. Выбравшись на улицу, мое разгоряченное тело моментально обхватили в объятия потоки прохладного вечернего воздуха. Хонбин стоял в паре шагов и, заметив меня, улыбнулся: — Прости, что исчез так неожиданно, даже не предупредив, — немного виновато склонил голову Бин. — Внутри так накурено, что мне стало не по себе и... — Все в порядке, не извиняйся, — я положил ему руку на плечо и ободряюще сжал. — Как ты себя чувствуешь? — Сейчас лучше, но пока возвращаться не хочу. Все это для меня так непривычно и незнакомо... — он замолчал, но затем, немного подумав, добавил, — но мне понравилось. Я бы с удовольствием повторил. Всю жизнь считал, что клубы — это что-то «неправильное», что это не для меня, хотя, признаю, мне было жутко любопытно, — он засмеялся, смущенно прикрыв глаза ладонью. — В такие моменты ошибаться приятно, — оперившись о стену, он задумчиво замолчал и, скрестив руки на груди, стал всматриваться в потемневшее полотно неба. Закат, словно неаккуратный художник, расплескал краску по небосводу, акварельной лужицей расползающейся над головой, протягивая свои ветвистые разводы в разные стороны, теряясь за облаками. — Знаешь, я очень рад, что сегодня Судьба свела нас, пускай по воле очень страшного случая... — Бин неожиданно прервал тишину, заставляя меня вздрогнуть, — наверное, я выражусь ужасно и немного эгоистично, но я счастлив, что все сложилось именно так; что каждый из нас оказался там, где и был, — взглянув ему в лицо, я увидел как на дне его глаз плещется печаль, хотя губы растянуты в легкой полуулыбке. — У меня не так уж много друзей, можно сказать, и вовсе нет. Мне довольно трудно найти общий язык и понимание с окружающими, не знаю уж почему. Но, встретив тебя, пообщавшись, мне показалось, что я смогу тебе доверять, — он повернулся ко мне, улыбаясь. — Это прозвучало, наверное, глупо и наивно, но я правда так думаю. Есть что-то в тебе, что не дает сомневаться. У тебя очень сильная энергетика, Хагён. Настолько сильная, что дыхание спирает, особенно когда ты занимаешься тем, что тебе действительно нравится: в студии, во время танца... даже когда я впервые тебя увидел. В тебе есть неуемная сила, — он прикоснулся ладонью к моей груди, обдавая ее жаром. — Это твоя душа. И для меня очень ценный подарок, познакомится с таким человеком как ты. Я молча смотрел на него, словно завороженный, медленно осознавая смысл произнесенных им слов. В его глазах читалась неподдельная искренность и благодарность, которые глубоко тронули меня. Поддавшись необъяснимому порыву, я дернул Бина на себя, заключая парня в крепкие объятия. Может Хёк прав, и я чрезмерно сентиментальный, а может это последствия опьянения, но в уголках глаз уже образовались слезинки, а горло сжалось, предупреждая о зарождении маленькой истерики. — Спасибо, — голос не слушался, поэтому я скорее выдохнул слова, чем произнес их. — Я тоже очень рад, что сегодня ты оказался тем, кто помог мне, — перед внутренним взором замаячило лицо демона, но мысленно отмахнувшись, я продолжил, глядя парню в глаза. — Если честно, я еще никогда не встречал людей, подобных тебе, столь искренних и с добрым сердцем. Кто-то бы счел, что это проявление лицемерия, но ты не такой, нет. Было бы здорово иметь такого друга как ты. — улыбнулся я, вытирая слезы в уголках глаз, ловя счастливую улыбку в ответ. Простояв на улице еще недолго, Бин сказал, что, наверное, лучше поедет домой. День оказался перенасыщенным и усталость неожиданным грузом опасливо подкосила его ноги. Посадив друга в такси, я дождался пока машина отъедет и развернулся в направления входа, когда знакомый голос окликнул меня уже у самых дверей. — Хён! — ко мне на всех порах несся Джехван, как крейсер рассекая пространство. — Я бегу, я лечу, я... — он налетает на меня, чуть ли не сбивая с ног, — тут! Вы еще не опустошили весь бар без меня, я надеюсь? — А ты бы еще часок погулял где-нибудь, и может быть тогда бы мы успели справиться с этой задачей, — беззлобно ухмыльнулся я, поворачиваясь обратно к дверям клуба. — Эй, я же не прохлаждался где-то, а отцу помогал. Думаешь мне нравится возиться с бумажками и прочей ерундой, которой он меня периодически заваливает по уши? — нагоняя меня фыркнул Кен, обиженно выпячивая нижнюю губу. — Пойдем, горе ты мое луковое. Хёк там уже телефон глазами прожег, пока ждал от тебя вестей. — Правда? — Хван игриво хмыкнул, растягивая губы в улыбке. Уже внутри, на Кена налетел макнэ, меча глазами молнии. Но он быстро сменил гнев на милость, когда лучший друг порывисто обнял его, крича в самое ухо свои извинения. — Мог бы хотя бы написать, когда закончил о том, что уже едешь. — Хёк очень неубедительно изображал злость, так как губы то и дело разъезжались в довольной улыбке. Наконец-то, все трое, мы снова вместе. Жаль, что Бин так скоропостижно уехал, но зато есть возможность отдохнуть как в старые добрые времена. А с Хонбином, тогда уж, в следующий раз. Про опустошение бара, Джехван не зря сказал, ибо именно этим мы весьма продуктивно занимались остаток вечера, празднуя открытие первого важного дела нашего младшего и горячо любимого друга. Мы пили, танцевали, снова пили, смеялись, веселились. А потом я рассказал им о том, как познакомился с Хонбином и при каких обстоятельствах, опустив лишь момент сделки с демоном, который я уже искренне считал происками своего воспаленного воображения. Ребята смотрели на меня стеклянными глазами, не проронив ни слова. Но уже через минуту Хёка прорвало, и поток слов затопил мне уши. Он, чуть ли не рыдая, возмущался о том, почему я сразу не рассказал им об этом, что все ли со мной в порядке и не переставая повторял "как же так?". Хван пытался успокоить пьяного, взволнованного новостями друга, поглаживая его по голове, пока тот, размахивая руками, продолжал громогласно досадовать и негодовать. — Ох, да ладно вам. Какой смысл сейчас так переживать? — я воодушевляюще улыбнулся, утягивая друзей за плечи к себе, уткнув их носы в свою шею. — Все ведь закончилось хорошо, и я не пострадал. Если честно, мне даже и вспоминать этот инцидент не хотелось, но было бы нечестно от вас это скрывать. Так что, хватит разводить сырость, пошли веселиться! — и развернув их в направлении танцевальной площадки, потащил за собой. Ночь пока не кончилась, до утра еще несколько часов...

***

Как я добирался домой, я сам толком не знаю. Память услужливо удалила данные об этом времяпрепровождении. Ноги заплетались, тело кидало из стороны в сторону, а в голове все еще крутилась последняя услышанная в том злосчастном клубе песня, попеременно сменяясь глупым похихикиванием, пока я судорожно поднимался по лестнице в квартиру. В конечном итоге Хёк смирился с рассказанной мной историей. Махнув рукой, он заявил мне «главное, что все обошлось, иначе я бы себе не простил», после чего безжалостно споил нас с Джехваном, и себя вместе с нами. Ох уж этот маленький засранец... Кое-как совладав со своими конечностями, я смог набрать код от квартиры, и протиснуться внутрь. Скидывая на ходу обувь, я поплелся в направлении кухни, чтобы глотнуть воды, перед тем как упасть замертво в своей спальне, если успею до нее добраться, конечно. Машинально включая свет, я миновал коридор, краем глаза замечая, как одна из теней отрывается от стены, проскальзывая в направлении искомой мной комнаты. По телу пробежались мурашки, но мозг настойчиво отказывался воспринимать информацию о странностях, происходящих вокруг. Подумаешь тень, просто воображение разыгралось. Может я еще буду своего собственного отражения в зеркале шарахаться? Хагён, не будь кретином. Добравшись до кухни, я клацнул выключателем и вперился взглядом в мужчину, подпирающего обеденный стол. С губ слетело очередное хихиканье, и дернув плечами, я двинулся к холодильнику. Что за дурацкий день, все-таки я, наверное, сошел с ума. В мои мысли и так на протяжении всего вечера вторгался этот образ парня, демонический и пугающий, так теперь я вижу его воочию прямо у себя на кухне. Не сдерживаясь, я уже смеялся в голос. Что за глупости, я напился до белой горячки? Вот Хёк паршивец, довел своего хёна до такого состояния... Я потянулся к дверце холодильника, как неожиданно меня перехватила под локоть жесткая рука, разворачивая спиной к твердой поверхности и пригвождая к месту взглядом жгучих черных глаз. Пьяная дымка в голове мгновенно рассеялась от накатившего страха, липкой волной скользнувшего между лопаток. Это не разыгравшееся воображение, это чертово демоническое существо в самом деле находится тут. Ядовитая ухмылка исказила идеально лицо парня, заставляя дрожать меня всем телом. Значит, все случилось на самом деле? Я заключил контракт с темным созданием, что пришел забрать мою душу? Ноги снова свело, подкашивая колени. Забыв как дышать, я зажмурил глаза, пытаясь в недрах себя отыскать силы не грохнуться в обморок посреди своей кухни в объятиях жуткого демона. — Господин, невежественно так себя вести со своим защитником, не находите? — тихий голос окутал мое сознание, заставляя посмотреть его обладателю в глаза. — Ч-что? Господин? З-защитник? Я не... что? — запинаясь, спросил я, не совсем понимая, что сейчас происходит. Что он несет? — Я тот, с кем Вы заключили контракт, уже забыли? — его лицо вновь исказила ухмылка. — Теперь я Ваш слуга, но за умеренную плату. Хах, вы, смертные, такие забавные порой, — в его голосе проскальзывали нотки надменности, казалось он просто играется со мной. Впрочем, так оно и было. — Что от меня нужно? Я не понимаю... — мое тело уже бил озноб, пересохшее горло саднило все сильнее, сдавливая его в тиски. — Вы знаете что такое душа? — я бы сказал, что он смотрит на меня ласково, если бы взгляд не был бы таким леденящим и прошивающим насквозь. Что такое душа? Понятия не имею... но почему-то в голове стали всплывать слова Хонбина, когда мы еще стояли возле клуба: "У тебя очень сильная энергетика, Хагён... в тебе есть неуемная сила... это твоя душа". — Верно мыслите, — все еще сжимая меня одной рукой выше локтя, демон схватился второй за мой подбородок двумя пальцами, поддевая его и разворачивая к себе так, чтобы наши глаза оказались напротив друг друга. На дне темных омутов плескался огонек, завлекая в свои просторы. Пленяя и завораживая, будто погружая в транс. Страх и скованность с каждой секундой покидали мое тело, оставляя место безразличному спокойствию. — Ваша душа — это энергия. Я не стану забирать ее всю за один раз, что было бы равносильно смерти. Как по мне, слишком большое расточительство. Теперь Вы являетесь драгоценным сосудом, который мне следует защищать. Я — Ваш темный ангел-хранитель, если Вам так будет угодно, — скривившись от своего собственного сравнения, он снова ухмыльнулся. — Кто ты? — к моему удивлению, голос прозвучал ровно и даже несколько отстраненно. — У тебя есть имя? — Вы когда-нибудь слышали о демоне по имени Леонард? — ответил он вопросом на вопрос, тягуче растягивая пухлые губы в улыбке. В голове рваными клоками всплывали вырезки из статей, страницы из учебников по мифологии и прочая информация, где мозг выискивал среди этой массы сведения со знакомым именем. «Леонард - демон или дух в Диктионнере Инфернале... один из главнейших демонов... воплощение дьявола в роли устроителя и главы шабаша». Где-то даже писали, что он был «нечто вроде эксперта по контролю за качеством». Память упорно выуживала из себя все больше и больше фактов, наваливаясь тяжестью на хрупкие плечи и сминая виски, будто колючей проволокой. «Демон и оборотень в одном лице. Может предстать в образе животного или прекрасного юноши, соблазнительного совратителя, несущего в себе похоть и жажду юного тела...». — Значит, ты и есть Леонард? Демон-искуситель Лео, второе лицо Сатаны? — внутри меня все медленно покрывалось коркой льда от осознания собственных слов. — Именно, — голос промозглым шепотом скользнул по коже и разуму. — Вижу, Вы уже догадываетесь, как будете мне платить, господин, — с его губ слетел легкий смешок, а взгляд сощуренных глаз заставлял все внутренности свернуться в тугой узел. — Ты хочешь овладевать моим телом? Но причем тут душа? — липкий страх вновь оккупировал мое нутро, сдавливая сердце в ледяных лапах. — Чтобы напиться Вашей энергией, мне нужно добиться пика ее выброса. — тихим и размеренным голосом объяснял мне этот страшный тип. — Доведя Вас до эйфории, я смогу насладиться ей в максимальной степени. Ничего личного... — сердце каменным комом рухнуло в направлении пяток, вышибая по пути весь воздух из легких. Стальная хватка Леонарда ослабла, а через мгновение и вовсе отпустила мою руку. — Можете звать меня Тэгун, господин, — делая акцент на последнем слове, он отвесил гротескный поклон в пол, ухмыляясь во все лицо. — До скорой встречи... — и снова этот проникновенный тихий шепот, сводящий с ума и будто бы пробирающийся под кожу липким холодком. Он в два шага достиг раскрытого окна и через мгновение уже исчез за его проемом, растворяясь в ночной мгле, словно расщепляясь на лоскуты темной материи. Когда я почувствовал, что остался один, ноги резко подогнулись и тело рухнуло на пол, сползая спиной по дверце холодильника. В который раз за сегодняшний день, в ушах поднялся звон, на языке чувствовался мерзкий привкус стали, горло саднило и драло, а в голове, словно пропитанная ядом, в конвульсиях билась одна-единственная мысль: «лучше бы я умер...»