Томури

Когда Изая вновь открывает глаза, понимает, что уснул прямо посреди разговора с вернувшимися из Хачиоджи. Он окидывает сонным взглядом всё вокруг, прищуриваясь, потому что в темноте было сложно разглядеть. Однако на глаза попадается знакомый шкаф и информатор слабо выдыхает, логично рассудив, что он теперь в спальне, а не на кухне, где неудобный диванчик не давал нормально выспаться. В теле ощущается дискомфорт, и Изае приходится приподнять одеяло, чтобы посмотреть, что с ним. Присутствие на теле множества слоёв бинта, которого совсем недавно не было, не удивляет. Очевидно, что Шинра раздобыл в той «больнице» нужные вещи. Раны хорошо обработаны и обмотаны, и это успокаивает Орихару в некотором роде. До того времени, как он замечает поверх бинтов чью-то руку. Поворачивая голову в сторону, откуда перекинута рука, информатор краснеет, глядя на спящее лицо Шизуо. Медленно опустив одеяло обратно, он широко распахивает глаза, не без удивления замечая, что второго одеяла, которое принадлежит Шизуо, нет, и теперь они оба лежат под одним общим одеялом. На щеках проступает румянец, а губы растягиваются в слабой улыбке, которая позже становится ухмылкой. Через несколько секунд он выпускает смешок, а после тихо хихикает. Орихара и сам не знает, почему реагирует именно так, но происходящее кажется слишком не настоящим. Это даже можно назвать истерическим смешком из-за радости и страха одновременно. Спустя столько времени, пройдя через столько событий и разговоров, слишком сложно поверить, что в итоге всё кончается на этом. Информатор, конечно, рад тому, как всё складывается, и верит намерениям Шизуо уехать с ним, но реальность не бывает такой простой, и в разум прокрадываются сомнения. О том, что обязательно может случиться что-то, что всё испортит. Или Шизуо изменит своё мнение, или опять нашествие монстров, или ещё какая напасть, которая может всему помешать. От подобных размышлений его отвлекает шуршание сбоку, и информатор поворачивает голову к Шизуо, чтобы убедиться, что тот ещё спит. Хейваджима только вытягивается во сне и крепче обнимает информатора. Изая тянется рукой к его растрепавшимся волосам и ерошит их ещё больше, слабо улыбнувшись, затем одёргивает руку и жалеет о том, что сделал, потому что это действие, кажется, разбудило Хейваджиму. — Уймись, — сонно бубнит Шизуо, не открывая глаза и всё ещё находясь в полудрёме. — Я тебя разбудил? — шепчет информатор, глядя на Хейваджиму и ухмыляясь. — Вроде того, — Шизуо хмурится, понимая, что больше спать ему не дано, потому что Изае, кажется, очень хочется поговорить. — Как чувствуешь себя? — он потягивается и приоткрывает глаза, ища взглядом лицо информатора. — Ну, получше. Шинра постарался, да? — Да. Ты уснул, когда мы только начали говорить, — Хейваджима смотрит в глаза Изае, зевнув и улыбнувшись. — Я впервые видел тебя спящим. Во сне тебя даже можно случайно принять за хорошего человека. — Эй! — Изая шуточно надул губы, не обидевшись, потому что прекрасно знает, каков он на самом деле. И даже более того — его это устраивает. Хотя и не имеет ничего против изменений в себе. — Но ты и вправду меняешься. Это очень заметно со стороны. Сейчас особенно, — как бы между делом добавляет Шизуо, пожав плечами. — Лучше помолчи, Шизу-тян, — бубнит в ответ Изая, смутившись, но это, к счастью, остаётся незамеченным в темноте. — Ты смущён? — спокойным, ровным тоном спрашивает Хейваджима, и информатор удивляется его способности так легко определять настроение по голосу. — Вовсе нет. С чего ты взял? — По тебе видно. Ты такой неумеха, когда дело доходит до искренности, — с улыбкой отвечает Шизуо тихим голосом, на что информатор только фыркает, отвернув лицо к потолку. — Значит, с монстрами покончено? — уже серьёзным тоном спрашивает Изая. — И что с Намие будем делать? — Да. Шинра с Кадотой разговаривали с полицией по телефону и пытались доказать им, что они не сумасшедшие и что теперь угрозы проживанию нет. Пока безуспешно, — Хейваджима выдыхает, прикрыв глаза. — По поводу Намие. Сначала мы хотели сдать её полиции и предоставить все улики на неё. Чтобы полиция посчитала, что именно она убивала, но… — Но? — чувствуя, что ещё не всё, переспрашивает Изая. — Но Шинра предложил другой вариант, — Шизуо открывает глаза и приподнимается на локте, глядя на Изаю. — Мы ведь уезжаем. И больше не вернёмся. Потому, что твоё лечение займёт много времени и денег. Да и в Америке не так уж и плохо. — Ну так что за вариант он предложил? — Изая немного краснеет от слов Шизуо об их будущем и решает не цепляться за эту тему пока. — Шинра ведь теперь без Селти, и это подкосило его. Так что он вбил себе в голову, что ему нужна официальная работа, а тот центр показался ему именно тем местом, которого он заслуживает. После всего того, что он раньше делал как подпольный доктор, — Шизуо немного опечаленно вздыхает. По его виду понятно, что ему не нравится то, что происходит с его другом. — А Намие он собирается шантажировать, чтобы она работала его секретарём. Иначе сдаст её в полицию. — Вот ведь дурак, — Изая и сам удивлён такой идее Шинры и его мышлению, которое изменилось из-за отсутствия любимой. — Такое впечатление, будто Шинра начинает сходить с ума. — Да, мне тоже так показалось. — Он же понимает, что ему ничем не поможет то, что он теперь кидается во всё подряд с головой? Селти не вернётся, а он только себе хуже сделает. — Мне кажется, что как раз он и понимает это. Даже лучше нас. — Значит, всё налаживается… — Орихара выдыхает, собравшись тоже приподняться, но подумал, что будет неловко, если из-за этого он окажется очень близко к лицу Шизуо. Поэтому просто отвёл взгляд и немного поёрзал от того, что тело затекает лежать в одном положении. — Да, вроде, — Шизуо немного наклоняет голову в сторону, внимательно глядя информатора. — Шизу-тян, меня нервирует такой пристальный взгляд, — честно признаётся информатор. — Перестань. — Я просто смотрю. Это не пристальный взгляд, — Хейваджима немного улыбается. — Чем же это нервирует? — Не цепляйся к словам, — Изая бормочет всё тише, чувствуя, что такое близкое присутствие Шизуо начинает практически давить на него, смущая всё больше. — Сдвинься и отвернись. — Не хочу. Я жду, пока ты соизволишь посмотреть на меня. — Зачем? — Изая по-прежнему смотрит в сторону, на шкаф, бегая взглядом вверх-вниз. — Повернёшься и узнаешь. — Не повернусь. — Смущение сильнее любопытства? — Я не смущён! Я сказал, что меня это нервирует, — возмущается Изая совсем тихо и неуверенно, так что звучит не убедительно. — В твоём случае это тоже самое, что смутиться. Повернись, — Хейваджима, кажется, умиляется такой реакции Изаи, отчего улыбка становится шире. — Нет, — категорично отказывается информатор. — Вот как, — Шизуо пожимает плечами с видом, будто у него нет выбора, и наклоняется к шее, обдав кожу горячим дыханием. Больше он не успевает ничего сделать, потому что этого хватило, чтобы Изая среагировал. — Шизу-тян, ты что делаешь?! — Орихара резко повернул к нему лицо, расширенными глазами глядя на улыбающегося Хейваджиму. — Ну вот, а говорил, что не повернёшься. Изая наиграно надул губы, как будто обидевшись на такую уловку. И только он хотел было снова отвернуть лицо, как Шизуо остановил его, подхватив за подбородок. Он становится чуть серьёзнее, наклоняясь ниже, и почти касается губами губ Изаи, глядя ему в глаза из-под полуопущенных век. Информатор замирает, отвечая таким же взглядом и задышав чуть чаще в ожидании поцелуя. В это время слышится стук в дверь и Шизуо отстраняется, поднимаясь с кровати, чтобы открыть. Изая падает головой обратно на подушку и зажмуривается, раскрасневшись почти как подросток. Информатор готов мысленно проклясть того, кто посмел посреди ночи в такой момент постучаться и прервать их. Однако он немного успокаивается, услышав довольный голос своей сестры, когда Шизуо открыл дверь. Орихара открывает глаза и привстаёт на локтях, глядя как обе близняшки входят в комнату, а Маиру подбегает к нему. — Я услышала голоса и подумала, что братик проснулся. — И что с того? — Изая хмурится, довольно грубо переспросив, на что Маиру никак не реагирует, усевшись на край кровати вместе с сестрой. — Я был занят, а вы помешали. — Хейваджима цыкнул, стоя позади девушек и глядя на информатора. — Они твои сёстры, Изая, и боролись за тебя в то время, как ты здесь лежал в бинтах, — с укором говорит Шизуо, и Орихара выдыхает. — Шизу-тян зануда, правда? — он ухмыляется, коротко глянув на Хейваджиму, и смотрит на сестёр. — Так вы зачем пришли? — Мы ведь так и не поговорили после всего. И не сдержались, когда услышали бормотание за стенкой, — с улыбкой говорит Маиру, болтая ногами. — Братик Изая наверняка хотел нас увидеть. — Да не особо, — Орихара пожимает плечами и снова смотрит на Шизуо, чтобы увидеть реакцию. Тот немного щурится, и информатор вздыхает, понимая, что ему придётся быть чуточку честнее. — Хотя, наверное, я немного скучал, — он делает паузу, прежде чем выдавить из себя. — И благодарен вам. — Братик Изая? — Маиру внимательно и немного удивлённо смотрит на брата, склонив голову на бок. — Вы пришли только за этим? — Изая переводит тему, отвлекая их от того, что сказал. — Нет, мы хотели немного поругать тебя за то, как ты поступил, но передумали, когда увидели, что с тобой случилось, — Маиру оборачивается к сестре и, когда та кивает, продолжает говорить. — Это было очень глупо, братик. И ты напугал нас своим состоянием. Доктор Кишитани тебе очень помог, но тебе ведь всё равно плохо? Поэтому мы скорее ждём, чтобы Икебукуро снова ожил. Тогда братик сможет лечиться, да? — Ну… — Изая сначала расширяет глаза, а затем переводит взгляд на Хейваджиму. Тот растерян не меньше, и оба понимают, что придётся рассказать не только об отъезде Изаи за границу, но и о том, что они теперь вроде как вместе. — Кажется, ещё слишком рано для таких разговоров. Изая всё ещё не очень хорошо себя чувствует… — пытается замять тему Шизуо, но девушки мотают головой. — Братик не такой слабый, да и видно, что чувствует он себя не очень плохо. Мы же семья, мы имеем право знать, какие у братика планы после всего, — Маиру улыбается, глядя Изае в глаза с детским ожиданием. — Всё не так просто… — Изая мечется взглядом от Маиру к Шизуо, не зная, что говорить. Хейваджима кивает ему, дав понять, что можно говорить, как ему захочется, и только тогда Изая признаётся, заговорив тише, чем до этого. — Мы едем в Америку, где я буду проходить реабилитацию. — Мы? Ты берёшь с собой нас? — Маиру вскакивает с кровати, широко улыбаясь. — Нет. Я и… — Изая переводит взгляд на Шизуо, и девочки оборачиваются, проследив взгляд. — Я и Шизу-тян. — Вы идете вместе? — Маиру непонимающе сводит брови, прикладывая к губам палец. — Интересно, почему братик Изая и Шизуо-сан едут вместе? Разве братик не боится? — Теперь всё немного по-другому. Мы больше не будем драться, — немного неуверенно объясняет Шизуо. — Почему? — Маиру поворачивается к нему. — Вместе..? — тихо предполагает Курури, и Шизуо с Изаей резко краснеют, не найдя, что ответить. — Правда? — Маиру расширяет глаза, ещё больше улыбаясь. — Значит, вы двое… — она оборачивается к брату, и тот только кивает, отводя взгляд. Девушка молчит с полминуты и потом подпрыгивает на месте, поворачиваясь к сестре. — Мы выиграли, Куру. — Что? — Шизуо реагирует первым, непонимающе хмурясь. — Что? — вслед за ним переспрашивает Изая. — Доктор Кишитани поспорил с нами ещё месяц назад, как скоро вы нам скажете про вас двоих. Мы предположили, что не позже, чем через два месяца, а доктор Кишитани посчитал, что вам понадобится четыре месяца, — пожав плечами, спокойно объясняет девушка. — А… — Изая собирается что-то сказать, но ничего путного в голову не приходит. — Просто мы поняли всё раньше вас. Ещё месяц назад. И давно вы вместе? — Маиру смотрит на брата. — Со вчерашнего вечера… — немного ошарашено отзывается информатор, переводя на Шизуо взгляд. — Ну ладно. Поговорим об этом потом. Вам пора. Ночь на улице всё-таки, — сворачивает разговор Хейваджима, открывая дверь комнаты, чтобы девушки вышли. — Шизуо-сан слишком много нервничает, — бормочет Маиру, глянув на брата, и тот усмехается, зная, что чаще всего это действительно так. — Не ожидал, что так будет… — тихо говорит Изая, когда дверь за близняшками закрылась. — Я тоже… — в тон ему соглашается Шизуо, возвращаясь на кровать и ложась рядом на спину. Изая немного щурится, понимая, что продолжить уже не получится, потому что Шизуо отвлёкся. Конечно, кроме поцелуя ничего и не было бы, учитывая в каком состоянии информатор. Но ему хотелось хотя бы этого. Простой поцелуй, который поднял бы настроение и показал, что Шизуо относится к нему всерьёз. В принципе, всё и так понятно, ведь Хейваджима едет с ним в Америку и более того — планирует там и остаться. Однако, Изае хочется, чтобы желание Шизуо быть с ним проявлялось не только в таких действиях, но и в более интимных. Поцелуй или объятие хуже не сделают, и нет ничего сложного в том, чтобы сделать это. Думая об этом, информатор начинает задумываться и о другом. О том, что он ведёт себя, как ребёнок, требующий постоянного внимания и тепла. Но ведь при этом он и сам ничего подобного не делает. Не смотрит в глаза и смущается, когда Шизуо обнимает его во сне, укрыв общим одеялом. Орихара начинает думать, что и он должен сделать что-то сам, раз Шизуо делает хотя бы что-то. Да и поцелуй мог бы быть, если бы не сёстры, так что информатор оправдывает этим Шизуо. А вот себя ему оправдать нечем, кроме смущения от влюблённости, о которой он даже не сказал Хейваджиме. Изая приподнимается немного на локте, едва заметно хмурясь от саднящих ран, и оказывается лицом к лицу с Шизуо. Для Хейваджимы это оказывается неожиданностью, но он понимает, чего хочет Изая. Поэтому приподнимает голову, легонько целуя его и аккуратно укладывая обратно на спину, чтобы информатор не напрягал тело лишний раз. Он не знает, станет ли Изае хуже, если углубить поцелуй, поэтому продолжает целовать совсем легко, почти по-детски. Рукой Шизуо проводит по волосам вниз к лицу, оглаживая большим пальцем щёку, и только после этого заканчивает поцелуй, приподнявшись и убрав руку. — Шизу-тян, я хочу сказать… — Орихара запинается. Всё, что происходит с того момента, как они переспали, совсем ново для него. Даже не столько события, сколько его чувства, которые родились на фоне этих событий. — Нет, не хочешь, — Хейваджима по-доброму улыбнулся, глядя на его лицо. — Мне кажется, я знаю, что ты собираешься сказать. Ещё слишком рано. — Что? — растерявшись, переспрашивает информатор. — Но я же… — Ты просто думаешь, что ты должен это сказать, — продолжает Шизуо, погладив его по волосам, как ребёнка. — Тебе нужно запомнить, что ты ничего не должен. Я не слишком хорош в отношениях, конечно, но даже я знаю, что ты никогда не должен чувствовать себя обязанным сделать или сказать что-то, — он снова улыбнулся. — Что бы ты ни хотел сказать, говори только тогда, когда чувствуешь, что готов говорить это. — Изображаешь из себя всезнайку-психолога? — Изая заметно расслабляется и ухмыляется, отчего и атмосфера вокруг них становится легче. — Тебе не идёт. — Эй, я просто пытался… — Да-да, — Изая кивает, расслабляясь всё больше и улыбаясь уже менее ехидно. — Я знаю. Спасибо, Шизу-тян. Шизуо кивает, улыбнувшись, и ложится рядом на бок, перекидывая через него руку, словно так и надо. Закрыв глаза, он слабо улыбается и быстро засыпает снова, тихо засопев. Информатор ещё несколько минут просто смотрит в потолок, широко улыбаясь, как ребёнок. Он уверяет себя, что всё это происходит на самом деле, хоть и кажется ужасно не настоящим. Добродушный Шизуо, все эти отношения и поцелуи, его собственные изменения и влюблённость. Такого конца всей истории не мог предугадать даже его информаторский ум. Хотя уж кто-кто, а он-то должен был предвидеть хотя бы что-то подобное. Несмотря на это, впервые чувствуя себя искренне счастливым, он согласен признать и принять абсолютно всё, каким бы ни оказалось будущее.