За тобой

Какими же кошмарными кажутся дни, которые начинаются с контрольной по алгебре. Особенно для человека, который вместо того, чтобы готовиться к ней, целый вечер продумывал удачные комбинации для лучшего хода игры. И продумывала Изанами их до тех пор, пока сестра не погрозилась отобрать все художественные принадлежности, если она в ближайшие пятнадцать минут не ляжет спать. В самом деле, виной в сумасшедшей кутерьме дней была не только усиленная подготовка к приближающимся соревнованиям, но и события, произошедшие сразу после спортивного праздника. Рута не появлялась в школе уже неделю и, более того, даже почти не отвечала на звонки. А если отвечала, то говорила, что перезвонит. И не перезванивала. После двух таких «интересных» дней, Из даже начала допытываться у Рёты, не покалечил ли он её там тайком. Но парень сумел убедить её, что он к этому не причастен. А если и причастен, то совсем немного, и вряд ли это сыграло какую-то значимую роль. — Изанами, ты нам план тренировок составила или руководство по медленному массовому уничтожению? Новый план тренировок был сдан в эксплуатацию в начале недели. И вот уже почти неделю Харуки слышала недовольства по этому поводу. К счастью, все они были больше шуточные. Хотя в данный момент ей было даже не до шуток. Так как времени до первой отборочной игры оставалось всё меньше, спать с каждым днём хотелось всё больше, конец учебного триместра тоже приближался семимильными шагами и весь оптимистический настрой Изи летел к чертям, когда ей стоило только подумать о своих оценках. — Такэути одобрил, а это значит, что ко мне никаких претензий, — равнодушно ответила Изанами. Хотя больше она просто от этого всего устала. — И вообще, вспомните, с кем играете, и убавьте спесь… - девушка не договорила фразу до конца, боясь потерять мысль, продолжая быстрыми движениями руки переносить все мысли на бумагу. — Что я слышу! По-моему, кто-то здесь в нас не верит, — сдвинув Харуки плечом в бок, чтобы поместиться на скамейке, выкрикнул Кисэ. — Рёта, ты кретин! — вскрикнула Из, когда от резкого толчка ручку повело по всему, что она только что написала. Девушка глубоко вздохнула и, медленно выдохнув, отложила блокнот в сторону. Впившись тонкими пальцами в волосы, опустила локти на колени и крепко зажмурила глаза, пытаясь держать себя в руках. До сих событий её ещё ничто так сильно не раздражало. Но когда понимаешь, что времени в обрез, а тебе ещё нужно сделать столько работы, с которой не управиться и за месяц, не помогает даже успокоительное. — Чуется мне, кто-то жестоко налажал, когда решил, что ты справишься с должностью менеджера, — сочувственно покачав головой, произнес Морияма. Кисэ виновато скукожился. — Я в порядке, — резко встрепенулась Харуки, вновь беря блокнот и ручку в руки. — Не перенапрягайся, — Из почувствовала успокаивающее касание на своем плече и рефлекторно обернулась. Заметив вернувшегося Касамацу, Кобори сдвинулся в сторону. Капитан протянул девушке стаканчик с горячим кофе и, обойдя вокруг, сел между Кобори и Из. — Я прекрасно понимаю твоё рвение, но сама представь, чем ты нам поможешь, если тебя отсюда на носилках вынесут? — Спасибо, — тихо пискнула Изи, обхватив стаканчик пальцами. Ей казалось, что сейчас за этот кофе она готова была сказать тысячу разных слов благодарности, но они все забились куда-то глубоко, оставив от себя только это простое «спасибо». Но именно кофе сейчас был той самой драгоценной вещью, которая необходима для того, чтобы окончательно не свихнуться. — И почему ты так переживаешь только из-за того, что мы играем с Сютоку? Мы уже встречались с ними и не раз… — Я не из-за них, — тяжело вдохнув, Изанами прислонилась губами к стаканчику и, сделав небольшой глоток, посмотрела на поверхность напитка, по которой проходила рябь от дрожи в руках девушки. — Просто всё в последнее время так навалилось, — девушка зачесала пальцами упавшую на глаза чёлку, которая последнее время напоминала о том, что пора бы её подрезать, и сонно потерла глаз. — Нами грозится отправить меня домой, если плохо закончу семестр. Занимаюсь допоздна, потом сажусь за дела клуба, но ничего не успеваю. — Расслабься, мне кажется, с такими тренировками мы просто обязаны выиграть у Сютоку, — ободряюще похлопав Харуки по спине, весело произнес Кисэ. Изанами не смогла сдержать улыбки. Впервые за весь день. — И не переживай из-за учебы, я о таких оценках могу только мечтать. — Знаешь, Рёта, впервые вижу человека, мечтающего о тройках, — усмехнулась Из. — Это его любимая оценка, — с усмешкой отозвался Кобори. — Судя по всему, это любимая оценка половины баскетбольного клуба, — со вздохом, серьезно проговорил Касамацу, но все приняли его замечание за шутку. Ведь даже сам капитан иногда грешил невыполненным домашним заданием или минимальным количеством баллов за проверочный тест. Спокойно потягивая горячий кофе из стаканчика, Из молча следила за переговорами команды по поводу оценок. Узнала много нового об успеваемости ребят и пару раз даже неплохо посмеялась. После этого даже стало как-то легче, пока она снова не вспомнила про Руту. Из это очень волновало. Она не могла понять, что творится с подругой. Когда она пыталась её навестить, ей сказали, что врач запретил посещения, но всё это Харуки казалось очень неправдоподобным, и её не отпускало предчувствие, что случилось что-то куда более серьезное, чем просто болезнь. Перерыв закончился, и команда снова вышла на площадку. Кофе закончился через пять минут после перерыва, но этого хватило, чтобы хоть немного собрать мысли в кучу. И, попытавшись отбросить в сторону все ненужные мысли, Харуки продолжила работать над тактиками и стратегиями игры. А спустя полчаса, Гента загнал её в клубную комнату, оставив там наедине с записями игр с Сютоку и письменными отчетами о них. Сначала тишина, в которой девушке посчастливилось оказаться, ее успокоила и даже как-то немного прояснила бушевавшие в голове мысли, но уже после третьей записи и пятнадцатого исписанного листа в блокноте, Изанами вытянулась на парте, тихо поскуливая. Но долго это не продлилось. Вскоре она встряхнулась и, пододвинув к себе магнитную доску с разноцветными фишками, принялась проверять продуманные комбинации на основе полученной информации о команде соперников и исправлять в них ошибки. Погружённая в свои мысли, Харуки разноцветными карандашами выводила на альбомном листе стрелки, обозначающие передвижения игроков. Для незнающего человека этот лист в данный момент выглядел, как рисунок полуторагодовалого ребенка с циферками, но каким-то странным образом Изанами прекрасно разбиралась в том, что там было намалёвано. Дорисовав очередную линию, она снова задумчиво уставилась на доску с фишками, но в этот момент резко открылась дверь и Из от неожиданности чуть не смела со стола всё, что на нём находилось. — Ты чего это? — удивлённо наблюдая, как девушка нервно восстанавливает всё, что было выстроено на доске, произнёс парень. — Ты меня напугал, — откинувшись на спинку стула, выдохнула Из. — Прости, я не знал, что здесь кто-то есть, — тихо прикрыв дверь, ответил капитан, медленно пройдя к парте, за которой устроилась менеджер, и поставил на стол принесённую коробку. — Я думал, ты уже давно ушла. — То же самое я думала про Вас. — Гента сказал занести сюда, — Юкио кивнул на коробку, Из устало заглянула внутрь. Коробка была наполнена дисками, на которых красовались даты записи. — Я ещё те, что были, не досмотрела, — тяжело выдохнула она, вновь посмотрев на доску с фишками и листок с цветными линиями. — Там не только матч с Сютоку. Я думаю, там все матчи, в которых мы когда-либо участвовали. Иначе, почему так много? Касамацу сел на соседний стул за партой, в очередной раз одарив девушку пронзительным взглядом жидкого серебра, отражающегося в ясном небе. По спине Из пробежал холодок, она резко отвела взгляд, стараясь не смотреть на парня. Мысли об учёбе и игре резко улетучились, сменившись сумасшедшим сердцебиением. — Ты опять за старое. Забыла, что я тебе говорил перед игрой с Сейрин? Голос Касамацу звучал в непривычном для него тоне. Из уже приходилось слышать подобный тон, оставаясь наедине с капитаном, но сейчас он отличался даже от того. Но много времени не потребовалось, чтобы вспомнить, что за несколько минут до начала матча с Сейрин голос капитана звучал именно так. С волнением… и заботой? Не может быть! Изанами вздрогнула, её переполняло буйство разнообразных чувств. Но главенствовал над ними страх. — Я… я… — казалось, что Из будто потерялась. Слова не желали складываться в предложения, а руки постепенно начинали дрожать. В голову забилась одна единственная безумная мысль, которая только и кричала о том, что нужно немедленно уходить, пока не случилось чего-нибудь такого, что нельзя будет изменить, и от чего, впоследствии, будет стыдно. — Мне, конечно, не трудно, я могу до бесконечности тебе повторять, что не стоит так волноваться, но дело же в том, что от этого ничего не меняется. Ведь верно же?! Харуки молчала, будучи не в состоянии сказать что-либо связное. — Тебе сейчас лучше подумать об учебе. Ребятам не очень нравится мысль, что ты можешь уехать, — сложив руки на парте и сцепив пальцы в замок, продолжал свою утешительную речь Касамацу. Порой создавалось впечатление, что он разговаривает сам с собой, но, не смотря на то, что Изанами пристально изучала одну точку, она всё прекрасно слышала. И сотню раз уже успела пожалеть о том, что вообще заводила речь о своей успеваемости. — Кисэ вообще изведётся без тебя. Ты единственный человек, который усмиряет его самолюбие, — лица капитана коснулась легкая улыбка, склонив голову, он невзначай смотрел на сцепленные пальцы. Его слова были легкими и непринужденными, но сама речь звучала так, будто им через несколько минут предстоит проститься, но он всё ещё может её от этого отговорить. Это казалось немного странным. — Да и что греха таить, я тоже к тебе привык, — голова парня опустилась, а голос понизился. — Представляешь, как тяжело нам придётся? Глаза Изанами от удивления увеличились, а сердцебиение резко затихло, будто сердце провалилось куда-то, но потом возобновилось с новой немыслимой силой. Уж от Касамацу она никак не ожидала услышать подобное. От кого угодно, только не от него. Щеки сразу же вспыхнули жаром, но она медленно повернулась в сторону капитана, так как испытывала неуёмное желание увидеть, в каком состоянии сейчас находится он. Не могли же эти слова даться ему так же легко, как пустой звук. Но парню явно не пришлось легко, когда он всё этого говорил. Склонив голову, он чуть ли не касался лбом парты, но выпрямляться пока не собирался. И, видимо, настала его очередь молчать. — Но я же ещё не уезжаю, — тихо произнесла Из, будто боясь вспугнуть атмосферу прощальной сцены. Однако она испарилась сама собой. А может, её и вовсе не было. Касамацу вздрогнул, впервые за пятнадцать минут услышав голос девушки, потом немного выпрямился и неровно вздохнул. — Да какое, собственно, это имеет значение, — так же тихо ответил он, медленно сдвинув руку в сторону, пока не уперся ею в руку Из. — Касамацу-кун, у тебя тоже проблемы с нервами? — усмехнулась Изанами, спокойно наблюдая, как парень аккуратно мизинцем поглаживает тыльную сторону её ладони. — Ты довольно странно себя ведешь. — Можно даже сказать, что я с ума сошёл, — полностью выпрямившись, грустно усмехнулся капитан. — Знаешь, мне с самого начала было не по себе слышать это «кун» в твоем исполнении, — он посмотрел на Из и невольно улыбнулся, — если не трудно, зови меня Юкио. — Думаю, труднее будет тебе привыкнуть к этому, — улыбнулась Харуки уставшей, но до глубины души искренней улыбкой. Чем ярче начинаешь представлять конец трудового дня, тем явственнее становится усталость. За окнами кончался октябрь, закатывая солнце за горизонт чуть раньше прежнего. Вместо привычных сумерек, теперь домой провожало чистое тёмно-синее звёздное небо. И наблюдая, как на улице зажигаются фонари, хочется поскорее вернуться домой. Но работу всё же закончить необходимо. — Я немного задержался, — проговорил Касамацу, глядя на часы, — Кисэ ждёт меня уже полчаса. А всему виной Гента. Поднявшись со стула, парень провёл рукой по волосам и, остановившись у двери, повернулся к Из. — Ты идёшь? — Чуть позже, — тяжело вздохнув, ответила Из. — Хочешь, мы можем тебя подождать? — Нет, не стоит. Всё нормально. — Тогда не засиживайся допоздна. До завтра. — Пока. Капитан скрылся за дверью, и в этот момент Из снова растянулась на парте, глядя в никуда и задумчиво постукивая карандашом по столу. Касамацу окончательно сбил её с мыслей, и хотелось бросить всё к чертям, встать и уйти домой, но девушка пересилила это чувство. Вместо этого она достала телефон и набрала уже давно въевшийся в память номер. Приложив динамик к уху, Из стала слушать протяжные гудки, каждый из них отдавался под кожей нелепой нервозностью до тех пор, пока электронный голос не оповести её в очередной раз о том, что абонент недоступен. Всматриваясь несколько секунд в экран телефона, Изанами уже начала думать о том, что Рута просто не хочет больше с ней общаться и, естественно, виновата в этом сама Из. После этих мыслей захотелось стукнуть себя по голове чем-то тяжёлым. От контраста эмоций уже начала болеть голова и Харуки решила, что пора бы заканчивать свою богадельню и отправляться домой. Не ночевать же в школе сегодня.

***

Утро пятницы перед выходными всегда бывает тяжёлым, однако сам день проносится практически на одном дыхании. Но всё же для Из он начался значительно раньше, чем должен был. И даже не смотря на свою загруженность, она продолжала находить время для личных тренировок. — Ты думаешь, тебе стоит тратить время на это? — затягивая развязавшиеся шнурки, спросил Касамацу, наблюдая, как девушка заматывает коленку эластичным бинтом. И это далеко не первая её травма, и явно не последняя. — Я справлюсь, — закрепив бинт, улыбнулась Из. — Твои вдохновенные речи имеют странное свойство заставлять людей вспоминать о том, что навалившиеся проблемы не так страшны, как кажутся. По крайней мере, говорю за себя. Я вчера выделила немного времени на то, чтобы немного подумать и решила, что не только вы привыкли ко мне. Я сама без вас не смогу. — Я горжусь тобой… — произнес капитан, после чего сразу же осекся, добавив: — как ученицей. Изанами хихикнула, посильнее затянув резинку на волосах. Ее крупные локоны умудрялись скатываться на плечи, даже не смотря на полную собранность на макушке. Отросшая челка либо лезла в глаза, либо спокойно свисала по бокам, но при этом открывала лоб. И порой психуя по поводу непослушной прически, Харуки клялась отрезать волосы под каре. — Хватит прихорашиваться и на прорыв, вперед, — улыбаясь, выкрикнул Юкио, кинув мяч в сторону Из, который она удачно поймала. Признаться честно, эта часть тренировок была куда интереснее, чем прохождение полосы препятствий с мячом в руках, но прорваться через защиту капитана было практически невозможно. По крайней мере для Из. Ведь Касамацу даже не думал о том, чтобы поддаваться ей. Какой тогда смысл в тренировке? Изанами стояла напротив Юкио буквально в паре шагов, время от времени перекидывая мяч из одной руки в другую, при этом дергаясь в стороны, пытаясь прорваться через защиту, но выглядело это скорее как затертые места на видеопленке. А если Из всё же удавалось пересечь зону, где стоял капитан, то она обязательно теряла при этом мяч. Оказавшись за спиной парня, вновь осознавая всю плачевность ситуации, Харуки пробурчала что-то понятное лишь ей и тяжело вздохнула. Резко выбив мяч из рук девушки, когда та пыталась прорваться, Касамацу засмеялся. С каждым разом реакция Изи на неудачи начинала веселить его всё больше и больше. — Согласна, очень смешно! — фыркнула Харуки, поправляя лезущую в глаза чёлку. — Ты даже не представляешь насколько, — пытаясь перестать смеяться, ответил парень. — Я смотрю, ты сегодня в хорошем настроении. — Сдаётся мне, это нервное. Появилось на почве приближающихся соревнований. — Надо же?! А кто мне говорил о том, что волноваться — это бессмысленно? — подобрав мяч, ухмыльнулась Из. — Я и не волнуюсь. Это всё моё подсознание, а за него я не в ответе, — спокойно ответил Юкио, разведя руки в стороны. — С тобой сегодня явно что-то не то, — покачала головой Харуки. — Возможно, меня укусил Кисэ, — усмехнулся Касамацу, и едва он успел это сказать, как в дверях появился взъерошенный блондин. — Семпай, ты… — Видишь, вспомнишь солнце, вот и лучик, — немного расстроено выдохнул капитан. — О, Изи–чи, я думал, ты сегодня не придёшь! — радостно выкрикнул Рёта, увидев девушку, которая всё ещё немного ошарашено переводила взгляд с капитана на форварда. — Рёта, а ты сам что здесь так рано делаешь?! — удивленно выдавила Из. — Рано?! — переспросив, вылупился Кисэ, на всякий случай проверив время на часах. — Ну, вообще-то уже половина восьмого. — Как половина?! — вскрикнула девушка, быстро начиная собираться. Во время сборов, до неё дошло, — точно, я же сегодня опоздала. Совсем из головы вылетело. — Собрав сумку, Изи тут же унеслась в раздевалку. Все еще с выпученными глазами, Рёта посмотрел вслед убегающему менеджеру и, переведя взгляд на Касамацу, будто требуя объяснить, что это только что было. На что Юкио лишь тяжело вздохнул и отмахнулся. Да, конечно, опоздала — не совсем подходящее слово. Так как изначально Изанами даже и не планировала приходить сегодня на тренировку. Решила, пока есть время, полностью отдаться учебе. Чтобы впоследствии со спокойной совестью оказать ребятам соответствующую поддержку на соревнованиях. Но после тяжёлой ночи в обнимку с конспектами и учебниками, Из вдруг осознала, что довольно неплохо подготовилась, что, собственно, и сподвигло её на звонок Юкио. Тот, к счастью, уже был в школе. Вот только сама Харуки не учла тот факт, что сегодня она проснулась почти на час позже, чем когда она встаёт на утренние тренировки. В итоге, в зале она провела не более сорока минут. Невроз начался с первым звонком на урок. На сегодняшний день было запланировано сразу три теста, и ровно столько же раз Харуки должна была ответить устно. День обещал быть долгим и утомительным и, как назло, Кисэ всё время лез под руку, пытаясь сказать, по его мнению, что-то жутко важное. Отвлекаться на блондина было бы самой глупой ошибкой, поэтому Изанами всё это время тактично не обращала на него внимание. Хотя тот был настырнее обычного, но думать о странностях Рёты на сегодня не входило в её планы. Но ему всё же удалось её отловить. Во время большой перемены Харуки пожертвовала обедом, дабы хоть на несколько минут прекратить активную мозговую деятельность. Иначе её мозг грозился взорваться. Оставшись в одиночестве в пустом классе, Харуки, закрыв глаза, наслаждалась тишиной, пытаясь хоть немного отдохнуть перед оставшимся последним тестом, но не тут-то было. — Может, ты хотя бы сейчас меня выслушаешь? Этот голос за последние три месяца Из уже не могла спутать ни с чьим другим. — Это вопрос жизни и смерти? — недовольная тем, что её мирный пятиминутный отдых прервали, ответила девушка, сонно открывая глаза. — Возможно. — Окей, как определишься, дай знать, — снова закрывая глаза и откидываясь на спинку стула, буркнула Харуки. — Рута. — Что Рута? — Из резко встрепенулась, оглядываясь по сторонам. — Утром просила передать, что ждёт тебя на заднем дворе школы, — спокойно проговорил блондин, укоризненно прожигая Из взглядом. — Ты раньше сказать не мог?! — чуть не плача крикнула Харуки. — Ты серьезно? — прыснул Кисэ. — Хорошо, — пытаясь прийти в себя, выдохнула девушка, — а почему она мне не позвонила тогда? Кисэ прыснул еще раз, доставая свой телефон и, набрав номер, с усмешкой посмотрел на менеджера. Кроме гудков, доносившихся из динамика, в телефоне Рёты не было слышно ни звука. — Хорошая мелодия, не находишь? — Я его дома забыла, — впиваясь пальцами в волосы, проскулила Из. — Ты совсем на этой учебе повернулась, — блондин залился смехом. Похоже, чужие страдания его забавляли. — И что теперь делать? — Ладно, я должен был тебя проучить, — наконец просмеявшись и скинув чёлку с глаз, проговорил парень. — Она ещё там. Беги, а то и правда уйдёт. — Я убью тебя, Рёта, — с этими словами, Изанами молниеносно выскочила из класса и двинулась по направлению к заднему выходу. Как кардинально быстро, однако, может измениться погода всего за каких-то пару недель. Как будто кто-то щелкнул пальцами, и вмиг облетели почти все золотые листья с деревьев. Потом щёлкнул ещё раз, проливая на землю холодные, уже по-настоящему осенние дожди. За следующим щелчком следовала перемена тёплого бриза на холодный северный ветер. А дальше только снег, но, к счастью, до него ещё далеко. Выбежав на улицу в одном джемпере, Изанами сразу ощутила на себе все капризы природы. Ветер был довольно сильный, он изо всей мочи путал волосы и пытался задрать кверху легкую плиссированную юбку. Небо было стянуто тяжелыми серыми тучами с редким проблеском вялых солнечных лучей. Погода шептала о скором приближении зимы. — Хорошая погода, да? — тихо усмехнулась брюнетка, когда услышала, что кто-то остановился у неё за спиной. — Я, кажется, не совсем вовремя? — Ну, почему же, — Рута плавно обернулась назад и улыбнулась, — у меня сегодня день искренности, и ты не исключение, Касамацу. — Я думал, ты уже всё сказала, — лицо парня не передавало ни единой эмоции, будто и этот разговор, и эта встреча, всё это было ему в тягость. Но на самом деле всё было не так. — Уже прочитал? — у девушки вырвался тихий смешок. – Ну, вот. А я-то надеялась вернуть его обратно, пока не поздно. Чистой воды позор, — шёпотом проговорив последнюю фразу, Касуми стыдливо опустила глаза, но не прекращала улыбаться. — У тебя определенно поэтический талант. Выходит, ты не зря была председателем литературного клуба, — губ Касамацу коснулась легкая улыбка. Девушка тихо рассмеялась, виновато отводя глаза в сторону. — Талант определенно есть, но явно не у меня. Меня Рёта последнее время так сильно достал, что я разрешила ему это сделать, прости. — Вот как? — засунув руки в карманы, наигранно удивился Юкио. Из обошла спортивную площадку, направившись к открытой беседке. Сердце колотилось как метроном, но девушка не торопилась. Даже наоборот, двигалась чересчур медленно, будто боялась вспугнуть того, кто там находился. Но хрустящая под ногами листва выдавала её с потрохами. Спрятаться на видном месте было не самой лучшей идеей, однако подходить ближе Изанами пока не стала. Предпочла этому остановиться и затаить дыхание. — Ага, — спокойно подняв глаза на капитана, ответила Рута. Впервые за этот год она смогла прямо посмотреть ему в глаза, и это действительно оказалось не страшно. В большей степени, когда мы боимся сделать что-то серьёзное, мы врём сами себе, выстраивая непонятные иллюзии последствий для самых плёвых поступков. Не смотреть в глаза только из-за того, что боишься увидеть в них холод, то же самое, что не моргать, потому что боишься темноты. Очень и очень глупо. — Как думаешь, долго она будет там стоять? — снова опустив взгляд и засмеявшись, спросила брюнетка. — Скорее всего, она ждет, пока я уйду. — Ну, или особого приглашения, — очень тихо добавила Касуми. — Ты, кстати, уже можешь иди. Раз ты прочитал то, что написал Рёта, то мне больше нечего сказать. — Тогда удачи, — улыбнувшись, парень развернулся и специально пошёл к центральному входу, чтобы всем своим видом показать, что он не в курсе того, что последние пару минут разговора Изанами находилась буквально в тридцати метрах от собеседников. Это жест вызвал у Руты очередной смешок. По её мнению, эти двое выглядели такими забавными глупцами, что просто хотелось поймать их за шиворот и ткнуть носом в их отношения друг к другу. Хотя вряд ли они и тогда осознали бы, что между ними что-то есть. — Я думала, ты будешь одна, — выдавливая из себя улыбку, проговорила Харуки, присаживаясь рядом с Рутой. — Ещё бы полчаса, и я вообще бы вокруг себя всю школу собрала, так что радуйся, что имеешь право на приватный разговор, — усмехнулась Касуми, посмотрев на Изи. Тут же догадавшись по её виду, то здесь что-то не так, насторожилась. После сравнительно долгого отсутствия, она была рада видеть всех, кроме Рёты. Тот по себе даже соскучиться не дал. Хотя против него она тоже ничего не имела. А встречи с Из она ждала просто с замиранием сердца, вот только по подруге было очень сложно сказать, что она разделяла её радость. — Ты не отвечала на звонки. Дома у тебя был объявлен какой-то непонятный карантин, запрещающий посещения. А теперь ты ждешь, что, увидев тебя, я растаю и кинусь тебе в объятья?! — Из, у каждого человека бывают семейные проблемы, — пыталась выровнять ситуацию Касуми, но Харуки её сразу же перебила. — Что даже нельзя набрать смс? — Прости. Да, ты права, мне нужно было с самого начала тебе всё объяснить. Если ты не против, я попытаюсь это сделать сейчас. — Попытайся, — Харуки выжидающе посмотрела на подругу. Она ни в чём не винила её, и уж тем более не злилась, она просто волновалась и всё. Рута на какое-то мгновение задумалась. Среди того, что она должна была сказать Изанами, накопилось столько всего, что сейчас расставить это всё в верной очередности оказалось проблематично. Поэтому начать Касуми решила с основного. — Из, я завтра улетаю на Хоккайдо. — Надолго? — встряхнулась Харуки, предчувствуя нехорошее продолжение. — Навсегда. — Отлично! И ты говоришь об этом только сейчас?! — вскипев, Изанами подскочила со скамейки, принимаясь нервно мельтешить перед глазами подруги, расхаживая из стороны в сторону. — Прости, — Рута виновато опустила глаза, рассчитывая на понимание. — Давай, теперь ещё скажи, что самолет в четыре часа утра, чтоб уж наверняка добить меня… — Изи успокаиваться не собиралась. — Нет. Самолет в пятнадцать минут третьего… — спокойно начала говорить брюнетка, но резко осеклась, поймав на себе выпученный от удивления взгляд подруги, — …дня. Если хочешь, можешь прийти меня проводить. — Какой ужас, — на выдохе проговорила Изанами, садясь обратно на лавочку. — Неужели ты действительно могла бы вот так спокойно уехать, не предупредив меня? — Конечно же, нет, не говори глупостей, — после всех психологических метаний, Изи всё же удалось вызвать у Руты угрызения совести. — Просто, помимо семейных проблем, у меня была ещё одна причина, по которой мне требовалось время. В основном на обдумывание дальнейших моих действий. Касуми взглянула в сторону Харуки, ей нужно было точно убедиться, что она сейчас больше не на взводе. Изанами же, зажав замерзшие ладони между коленками и зачем-то задержав дыхание, медленно раскачивалась на скамейке, пытаясь что-то разглядеть в серости облаков. Рута дождалась, пока она перестанет качаться и выдохнет. После этой весьма странной процедуры, Из явно стало легче. — Из, это ведь я столкнула тебя тогда в бассейн, — вжимая голову в плечи, будто опасаясь удара, процедила Рута, поглядывая на реакцию подруги, и ожидая того, что она скажет. Харуки не шевельнулась. — А я знаю. Касуми охватило такое чувство, будто на неё вылили ведро ледяной воды при температуре минус двадцать. Все тело резко покрылось мурашками, рот приоткрылся от удивления, а язык отказывался ворочаться, не позволяя сказать что-то ещё. Так, не дождавшись слов от подруги, Изанами начала говорить сама, не отрывая взгляда от неба. — Я совсем не сержусь на тебя. К тому же, я сама виновата, нечего во время прохождения дистанции по сторонам смотреть. Оглянулась, потеряла равновесие, и всё, я уже не конкурентоспособна. Однако у тебя на то были свои причины. Один вопрос только: какие? — в этот момент Харуки оторвалась от разглядывания однообразной серой массы в небе и переключилась на эмоции, вырисовывающиеся на лице подруги. Это сейчас было куда интереснее. — Ну и зачем? — отойдя от шока, усмехнулась Рута. — Что «зачем»? — Спрашиваешь, — Касуми убрала с лица мешающуюся прядь за ухо. — Ты ведь и это тоже знаешь. — Не-а, — издевательски ухмыльнулась Из. — Врушка, — рассмеявшись, Рута в шутку пихнула Харуки в плечо, — ты с самого начала всё знала. А я ещё тут мучаюсь, знаешь ли, угрызениями совести. Корю себя за совершённые ошибки. — Это ведь неправда, — тоже смеясь, возразила Изанами. — Ладно, допустим, в роли моей совести выступает Рёта, но я осознала, клянусь. — Одно не пойму, — успокаиваясь, Из глубоко вздохнула, вновь переводя взгляд на подругу, — если он тебе с самого начала так нравился, зачем ты толкала меня на сближение с ним, вместо того, чтобы привить неприязнь, к примеру? — Но так ведь и поступают друзья, — Касуми игриво подмигнула. Серьёзный разговор вдруг принял совсем несерьёзную форму. Говорят, осознание ошибок жизненно полезно и необходимо, и всё так и оказалось. И признаваться в них оказалось куда проще, чем это думалось, особенно, когда тебе отвечают пониманием. Минутное молчание позволило привести мысли в порядок обеим и осмыслить всё, что было, что происходит сейчас и что только предстоит пройти. Ветер дул холодный и сильный, Из жутко замерзла и наверняка уже опоздала на урок, но уходить даже не собиралась. Она запрокинула голову, чтобы челка не лезла в глаза, и ждала, что Рута скажет хоть что-нибудь ещё. — Как жаль, что я не увижу того, как будут развиваться ваши отношения, — с грустной улыбкой, тихо произнесла Касуми, не сводя взгляда с подруги. Изанами прерывисто вздохнула и улыбнулась, пытаясь удержать эмоции в себе, но у неё не вышло и по покрасневшим от холода щекам побежали тонкие струйки слез. — Зря ты это сказала, — ответила Из, прикрыв глаза. Рута пододвинулась к подруге впритык и крепко обняла её, уткнувшись носом в плечо Харуки. Изи тихо шмыгнула носом, обняв руку брюнетки. — Это просто ветер, — тихо усмехнулась Из, не открывая глаза. Это слабо помогало, так как слезы всё равно продолжали бежать из глаз. — Конечно ветер, — отозвалась Рута, больше не в силах сдерживать собственные эмоции.

***

Не сказать, что день пролетел быстро и незаметно, однако бесконечным он тоже быть не мог, и мысль об этом была самой приятной за весь день. Сдав последний зачет, Изанами, пошатываясь от пережитого стресса и волнения, вышла из класса. Почти все школьники и учителя давно уже разошлись, и от этого школа казалась немного пустынной. Раньше, оставаясь допоздна в этом месте, Из редко замечала эту пустоту, а сегодня от этого даже началась легкая мигрень. Тишина в коридоре отдавалась глухим гулом где-то в перепонках. Она была такой вакуумной и непривычной, что в какой-то момент даже захотелось крикнуть. Делать этого Изанами, к счастью, не стала. То, что школа опустела, её даже обрадовало, не отходя далеко от двери класса, Из прислонилась лбом к холодной стене и, закрыв глаза, решила привести мысли в порядок. День выдался насыщенным, но отдельно для себя Харуки уже успела пометить его одним из самых сложных дней. И пережила она его, можно сказать, удачно. Вспомнив о том, что оставила в клубной комнате планшет с недавними набросками планов на предстоящую игру, Изи встряхнула головой, пытаясь прогнать усталость, и двинулась прямо к кабинету. Повезло ещё, что ключи взять не забыла. За окнами солнце уже почти закатилось, собиравшийся весь день дождь так и прошёл мимо, вернув небу первичные бледно-голубые краски, которые с заходом солнца сменились на грязно-оранжевые с розоватым отливом. Переступив порог тёмного кабинета, Из включила свет, отыскала свой планшет и зависла у окна. Её атаковал рой мыслей, и почему-то разобраться с ними здесь было куда легче, чем в каком-либо другом месте. Возможно, тишина здесь тоже играла немалую роль. Выключив свет, Харуки устроилась на подоконнике, наблюдая, как постепенно темнеет улица, а потом в этой темноте загораются огоньки фонарей. Мысли о сегодняшнем дне постепенно сменились на что-то непонятное, но главным было то, что девушка впервые за весь день, наконец, почувствовала, как отступило напряжение. И сейчас абсолютно не хотелось вставать и куда-то идти, пусть даже это было обычное возвращение домой. Дверь с тихим скрипом распахнулась, впустив внутрь дорожку света из коридора, которая тут же исчезла за вновь закрытой дверью. В этот момент у Изанами буквально перед глазами всплыла фраза «Место встречи изменить нельзя» и она невольно улыбнулась. — Ты скоро здесь ночевать начнёшь. — Вряд ли Нами разрешит, но я бы попробовала, — девушка спрыгнула с подоконника и поправила сбившуюся юбку. — Однако, ты тоже всё ещё здесь. Кстати, почему? — Не знаю, поверишь или нет, но тебя искал, — усмехнулся парень. Он медленно подошёл к тому месту, где стояла Харуки и, оперевшись на край парты, устремил взгляд в окно. Видно, так ему было легче скрывать своё смятение и неуверенность, которая проблескивала даже в полумраке кабинета. — Охотно верю. И зачем же? — с неприкрытым любопытством поинтересовалась Из, облокачиваясь на туже парту, что и парень. — Один человек со своим днём искренности подал мне сегодня потрясающую идею, — Касамацу остановился на секунды, подбирая более правильные слова для дальнейшего повествования, но Изанами воспользовалась моментом и перебила его. — Прежде, чем ты меня в неё посвятишь, скажи, — её тон был абсолютно серьезен, хоть и довольно лёгок для восприятия. Это был не требовательный вопрос, а скорее простое уточнение, но, видимо, саму её это каким-то образом волновало, — ты знал о том, что Рута была к тебе неравнодушна? — Догадывался, — пожав плечами, ответил Юкио, потерев переносицу. — И что ты об этом думал? — Я хорошо к ней отношусь и всегда относился, и мне жаль, что она не поняла раньше, что неинтересна мне. — А она всё это время надеялась на то, что у неё есть шанс. И всё только из-за того, что ты не сказал ей прямо о том, что ничего к ней не испытываешь, — качая головой, будто подтверждая собственные мысли, протянула Харуки. — А я считаю, то шанс есть всегда и у всех. Даже в невзаимной симпатии, и даже после отказа. Как кто-то другой может решать есть у человека шанс или нет? Это чисто воля каждого и другому её попросту не отнять, — Касамацу взглянул на Из и тут же снова вернулся к вырисовывающемуся пейзажу за окном, сложив руки на груди. — И я не видел смысла портить нормальные отношения с человеком глупыми и несуществующими предрассудками. — Тебе с такой логикой только любовные романы писать, — нахмурившись, фыркнула Изанами. Касамацу усмехнулся, чувствуя, что в этой дискуссии явно победил он. — Я теперь могу договорить то, что собирался сказать в начале? — глянув на девушку, Юкио вопросительно поднял бровь. — Я Вас слушаю, — изобразив хитрый прищур, ответила Из. — Спасибо, — кивнул парень, снова разворачиваясь к окну. — Так вот, я говорил про идею, связанную… — Скажи, Юкио, а у меня тоже есть шанс? — Ты дашь мне сегодня договорить или… — настроенный на длинные разглагольствования, Касамацу попытался даже замечание озвучить, не делая пауз в своей речи, но резко до него дошёл смысл сказанного. — Что?! Парень резко повернулся в сторону Из, глядя на неё так, будто увидел приведение. Изанами же только полностью залилась краской, продолжая усиленно вести себя непринужденно, надеясь, что в темноте смущения заметно не будет. Юкио определенно пытался что-то сказать, но у него это не получалось. Будучи шокированным таким неожиданным вопросом, вообще мало кто среагировал бы. — Ну, представь, если бы на месте Руты оказалась я, насколько велик был бы мой шанс? — Харуки набралась смелости посмотреть капитану в глаза и, кроме того, продолжать при этом говорить о волнующем. Её голос уже заметно подрагивал, а румянец, кажется, было заметно даже в темноте, но обратного пути уже не было. Касамацу сглотнул и, глубоко вдохнув, немного оправился от потрясения. По крайней мере, к нему вернулся дар речи. — Думаю… всё бы зависело от того, что бы я к тебе чувствовал, — парень вернул себе способность изъясняться членораздельно, но язык его всё ещё слабо слушался. — И как думаешь, что бы ты чувствовал? — Изанами тем временем, казалось, вошла во вкус и просто сыпала один вопрос за другим, хотя ей это тоже нелегко давалось. Пульс участился до такой степени, что казалось, будто это сердце стучит в горле. Застряло там и ни вздохнуть, ни проглотить его. Но уже было понятно, что на будущем сегодняшний вечер оставит достаточно яркий отпечаток. — Возможно то, что чувствую сейчас. Голос Юкио, как ни странно, пришёл в норму, и он вполне спокойно произнес последнюю фразу. Ну, или так просто казалось, или должно было казаться. — И что же ты… — Из запнулось, но, не сводя взгляд, продолжала смотреть парню прямо в глаза. Как назло, именно этот вопрос никак не желал произноситься, но он решающий, а значит, закончить его нужно было во что бы то ни стало. — И что же ты чувствуешь? — С момента нашей первой встречи, — парень перевел дыхание, собираясь с мыслями, — я чувствую незримое и неосязаемое тепло, которое ты даришь своим присутствием, — оперевшись рукой на столешницу парты, и, разглядывая пол под ногами, он продолжил говорить, не осознавая, насколько легче даётся каждое новое предложение. И уже словно не мог остановиться. — Твои эмоции зачастую заражают всё окружение, не зависимо от того, положительные они или отрицательные, и я не знаю, как тебе это удаётся. Когда у тебя проблемы или если у тебя что-то не получается, всегда хочется тебя поддержать, обнять и чем-то помочь, — перечисляя качества Изанами, Касамацу сам не заметил, как на его губах расползлась улыбка. — Когда ты смеёшься, у тебя появляются ямочки на щеках и искрятся глаза. Я, безусловно, ощущаю магнетизм по отношению к тебе. И, когда я рядом с тобой, мне постоянно хочется коснуться до тебя, чтобы быть на сто процентов уверенным в том, что это не сон. Закончив размышления, парень медленно поднял глаза вверх, встречаясь взглядом с Из. Девушка, кажется, даже не дышала, пытаясь поверить в то, что она только что услышала. Одну руку она, сжимая в кулаке, крепко прижимала к груди, будто боясь упустить момент, если её сердце вдруг неожиданно остановится, а другой она осторожно накрыла руку парня, не отводя глаз и даже не моргнув. — Вот так? — тихо прошептала Харуки, медленно подступив ближе к Касамацу. Юкио плавно перевернул кисть, чтобы взять ладошку Изи в руку и, медленно поднеся ее тыльной стороной к лицу, коснулся губами. Изанами незаметно вздрогнула, всё ещё отказываясь верить в происходящее. Она легонько провела другой рукой ему по щеке, но почему-то сразу резко отдернула руку, опустив взгляд в пол. Касамацу улыбнулся, видно решив, что всю свою смелость она за сегодня исчерпала, задавая вопросы. Аккуратно заправив мешающуюся прядь её волос за ушко, капитан медленно наклонился, и, закрыв глаза, осторожно коснулся приоткрытых трепетных губ своими. Изанами почувствовала, как от переполнявших её чувств у неё подкашивались колени, но, вместе с тем, тепло, которое передавал нежный, немного робкий, поцелуй, не давало ей забыться окончательно. Будто чего-то остерегаясь, одной рукой Из несмело коснулась шеи парня и, едва дотрагиваясь, провела пальчиками по загривку. У Юкио на коже выступили мурашки. Этот с виду безобидный жест резко подтолкнул его к более решительным действиям, скользнув ладонью к талии девушки, он крепко прижал её к себе, делая поцелуй более напористым. Не выдержав бури эмоций внутри себя, Харуки обхватила руками шею Касамацу и позволила-таки себе хоть на каких-то пару минут отстраниться от внешнего мира. Примечания: Да прибудет с вами пресвятой ООС, начиная с этой главы его будет уйма. Можно сказать, что я продала ему душу, ибо ну никак текст не шёл. Да и Из у меня не настолько бойкая, чтобы вообще всё брать в свои руки. Вот так. Что ж, поздравляю себя и всех читателей с первым и таким долгожданным юбилеем. Приветствуем десятую главу, последнюю в первой части! Рада представить вам окончание первой арки. Тум-турум-тум! (Фанфары и прочая лабуда). Так вот, раскрываю некоторые детали относительно дальнейшего продвижения фанфика. Изначально к нему планировалось 3 части, собственно, планируется и сейчас. На то, что в первой части получится десять глав я и рассчитывать не могла, но спешу сообщить, что первая арка – самая крупномасштабная. Третья вообще будет состоять максимум из трех глав, наверное. Смотря, как меня попрёт. На счет средней ещё вообще не уверена. Так что, будем надеяться, что фанфик вытянет хотя бы на 15 глав. Как-то так... Поздравляю всех дорогих моему сердцу читателей и мою любимую бету с прошедшим Новым годом и Рождеством. Желаю счастья, удачи, вдохновения и терпения. Tami. А теперь немного о грустном. Ну, по крайней мере, для меня. Вы сейчас, наверное, подумали «О, 1 февраля, самое то для поздравлений с НГ». Но поубавьте свой сарказм, дорогие. Всё дело в том, что я со своей любимой командой (ленью, сессией и прокрастинацией) получила главу на проверку аж… стыдно-то как… 10 января… И в этот раз моя любовь откладывать дела на потом сыграла со мной действительно злую шутку. Именно сегодня, когда тянуть с проверкой стало уже не просто нехорошо, а настоящим свинством, я проснулась со всем букетом симптомов гриппа (свинка Пеппа, лол). Все оценили мою петросянскую шуточку свинство=>свиной грипп? То-то же. Короче, ребят, я проверяла эту главу с вакуумом в голове (о чём просто кричит вся моя речь, температура спадёт, мне будет стыдно за мой тупнячок-тайм), посему помните про публичную бету и не останавливайте себя, если увидите ошибки. И не болейте, ребят! Rin