За тобой

Утро сегодня настало слишком рано. Обычно, выходя на улицу, Изанами видела вокруг уже кипящий жизнью город, а сегодня встретила от силы человек десять по дороге в школу. Заседания некоторых клубов иногда проводились перед началом занятий, но это не помогало не чувствовать школу пустой. Правда, лишь шастающие взад-вперёд члены студсовета говорили о том, что Кайдзё уже не спит. Хотя кому есть дело до самой школы, когда твоё пространство ограничено огромным пустым баскетбольным залом и одним «тренером». — Не филонь, — снова звук свистка, уже постепенно начинающий действовать на нервы, и строгий крик капитана, сопровождающий его, стоит только Из на секунду замяться, упустив мяч из рук. — Как же я не завидую ребятам. А если ты вдруг решишь стать тренером?! Вообще кошмар! — тихо проскулила Из, тяжело вздохнув, после чего изобразила злобный взгляд и, вернув себе укатившийся мяч, продолжила выполнять упражнение. — Я всё слышу. — Естественно слышишь, здесь каждый шорох эхом отдаётся, — не отрываясь от своего дела, пробубнила Харуки. — Да я, собственно, и не особо скрывала… — Слушай, если для тебя это так напряжно, тогда я не понимаю, что это вчера такое было?! — Просто не обращай внимания, — на выдохе ответила девушка. — Я так привыкаю. — Понятно, — усмехнулся Касамацу. — Ладно, можешь сделать перерыв. Услышав о перерыве, Изанами сразу же остановилась, упав на пол прямо там, где стояла, даже не видя смысла куда-то отходить. Первый день тренировки под руководством самого капитана баскетбольной команды оказался трудноватым испытанием для успевшей отвыкнуть от сильных физических нагрузок Из. Однако никого другого о помощи она попросить не могла. Разве что Рёту, но его она вряд ли бы смогла слушаться. Не похож он на авторитет. Подойдя к развалившейся на полу девушке, Юкио присел рядом, коснувшись донышком холодной бутылки её лба, и улыбнулся от увиденной комической картины. — Спасибо, — улыбнулась Изанами, беря бутылку в руки и принимая сидячее положение. — Самое главное, не жалей себя. Для первого дня ты хорошо справляешься. — Об этом не волнуйся, — оторвавшись от бутылки с водой, ответила Из. — Знаешь, начиная чем-либо заниматься, я всегда была жутко капризной. Поэтому при необходимости разрешаю тебе меня пинать. — Ну, нет, — засмеялся Касамацу, качая головой, — эта роскошь, пожалуй, только для таких, как Кисэ. А с чего, собственно, это всё и началось? Спортивный фестиваль выдался довольно жутким событием в жизни Изанами. Мало того, что её морально втоптали в землю некоторые из личностей, так ей ещё пришлось, стремительно всё обдумав, принять решение, что полностью противоречило всему мировоззрению, которым она обладала при поступлении в новую школу. У Руты кое-как, с горем пополам, получилось успокоить её, но ни на что больше она была не в силах. Оставшись одна в пустой раздевалке, Из долго думала обо всём, что произошло и что только может произойти. А ведь ей ещё учиться здесь. И, если так, то нужно было что-то сделать. И, по-видимому, она приняла единственное на тот момент правильное решение. Она спустилась в спортзал, где, как и ожидалось, нашла ребят из команды. Всех, кроме Кисэ, который вызвался проводить Руту до дома. Она просто сидела, наблюдая, как парни играют, не мешая и не прерывая их. Так как давно поняла, что только в это время она чувствовала себя как никогда спокойно. Вот только, когда во время импровизированного перерыва к ней подбежал Касамацу со словами: «Что-то случилось?», ей всё же пришлось озвучить задуманное. — Научи меня играть в баскетбол. Эта фраза заставила капитана застыть на месте на какое-то время. Всё резко показалось таким непонятным, что Изанами даже ненароком подумала о том, что сказала что-то не то. Но через несколько секунд Юкио, как по взмаху волшебной палочки, вернулся к жизни и слегка непринужденно улыбнулся. — Ты для этого пришла? — не переставая улыбаться, спросил он. Из, немного удивленно глядя на него, кивнула, не понимая, что смешного было в её словах. Возможно, что после того, что случилось при их первой встрече, он совсем не ожидал через полтора месяца услышать подобное. — Хорошо. Приходи завтра в шесть, я буду здесь и мы с тобой поговорим. И вот сейчас уже семь утра, личная тренировка идёт чуть меньше часа, а силы Из уже на исходе. Но ещё не всё потеряно, раз Касамацу всё же удосужился позволить ей небольшой перерыв. И всё это теперь даже не входит в грани понятия девушки о тренировке самой команды. Ведь то, что сейчас проходит она, даже рядом не стоит с их умениями и нагрузками. — Не слишком тяжело будет? По утрам спортзал свободен через день, но ты только начала заниматься, тебе и двух раз в неделю было бы достаточно, — поинтересовался капитан. — Нет, я справлюсь. — Я не сомневаюсь. Но у тебя ещё учеба, — на секунду Касамацу замолчал, задумчиво взъерошив волосы на затылке, — и ты, вроде как, наш менеджер. — Кстати, говоря о менеджере, — опомнилась Из, — скоро начинаются отборочные на участие в зимнем кубке. Такэути потребовал с меня новый план тренировок, — на этих словах Харуки вновь упала на пол. — Весёленькие деньки начинаются. — Вот-вот. Только проблемы себе создаёшь. У Изанами неизвестно откуда возникло неудержимое желание объявить парню, кто на самом деле создает ей проблемы и в чём они заключаются, но она смогла себя пересилить. В данный момент её мысли слишком противоречили друг другу. — Все мои проблемы начались с момента поступления в Кайдзё, — тяжело выдохнула Изанами, признавать это очень не хотелось. — Ты жалеешь о том, что перевелась?! — удивлённо спросил Юкио, глядя на спокойное лицо девушки. — Нет, — мирно ответила она, после чего её личико озарила лучезарная улыбка и в этот момент Из подскочила на ноги, потягиваясь. — Так как свой фатализм я тоже приобрела, поступив в эту школу. Если вдаваться в подробности, то жалеть, собственно, и смысла не было. Все люди, конечно, грешат тем, что изначально совершают необдуманную глупость, а потом жалеют о том, что не подумали о последствиях. Пусть Изанами, как и большинство населения, не имела привычки думать перед тем, как делать, но она имела разграничение между тем, о чём следует пожалеть, а на чём лучше и вовсе не зацикливаться. Девушка снова взяла мяч в руки и, спокойно ударяя им о пол, медленно проходила дистанцию из расставленных в линию рыжих конусов, поочередно перекидывая его из руки в руку. Не вставая с пола, Касамацу следил за действиями Харуки, усердно о чём-то задумавшись. Она грациозно обводила петлями шагов каждый из конусов, не сводя взгляда с линии мяча, который послушно следовал то по правую, то по левую сторону от неё. Достигнув заключающей линию пирамидки, Из развернулась, поймав мяч, и просияла милой улыбочкой, задорно помахав рукой Юкио. В эту секунду парень поймал себя на мысли о том, что всё это время думал о ней, и от этого стало слегка стыдно. — Я начинаю, — предупреждающе прокричала Изанами. — Давно пора, — сделав вид, что завязывает шнурок на кроссовке, ответил капитан. Глубоко вздохнув, девушка двинулась вперед, но уже с разбега. После легкого отдыха почувствовался прилив сил, и Изанами даже показалось, что упражнение ей довольно легко даётся. Однако, после второго свистка капитана (а свистел он, когда она где-то ошибалась), её пыл начинал постепенно спадать. — Не отвлекайся на посторонние звуки. Во время матчей нам тоже, бывает, много чего нелестного кричат, — заметив причину снижения энтузиазма, подбодрил Юкио. Она быстро вспоминала технику владения мячом, но никак не могла запомнить все свои ошибки. Так, думая об одном, она забывала о другом, и в итоге получалось всё то же самое. Но то, что она старалось, было бесспорно. Ни то желание опровергнуть осуждения в её сторону, ни то желание казаться лучше перед лицом Касамацу, но что-то двигало её рвением превзойти ту планку, что буквально стучала по голове, но никак не хотела двигаться вверх. Последним в цепи упражнений был трёхочковый бросок, который, естественно, Из запорола. Громко простонав, она уселась на пол, сложив руки под грудью. — Всё, на сегодня с меня хватит, — крикнула Харуки, даже не поворачиваясь. И тут же ей в макушку прилетел мяч. — Я так не думаю. У тебя только начало получаться, и у нас ещё есть полчаса. За это время ты ещё два раза успеешь цепь пройти. Из подкатила к себе пущенный в неё мяч и пульнула его обратно в парня, но у него это вышло куда эффектнее. — Хочешь, я могу даже тебя немного утешить, — Юкио подошел к месту, где сидела девушка и, раскрутив мяч на пальце, посмотрел на неё сверху вниз. Изанами вопросительно изогнула бровь, ожидая очередной нотации про рано сдавшие нервы. — Бросок у тебя верный, но ты, судя по всему, подражаешь нам, — Касамацу подкинул мяч на ладони. — Смотри, — подав руку, он помог Харуки подняться и поставил её рядом с собой, — ты ниже меня на двадцать сантиметров. Вникаешь от чего надо плясать? — Пока не очень, но догадываюсь. — Я больше чем уверен, что тебе говорили о том, что никому и дела не будет до того, какого ты роста, если ты будешь уметь хорошо прыгать, — одним движением руки, даже не меняя позиции ног, он отправил мяч в корзину и попал. — Ты сейчас не должна замахиваться на подобное. Сейчас для тебя главное — точность, а о какой точности может идти речь, если ты не можешь попасть даже из устойчивой позиции? Изанами взяла мяч и, встав в стойку, приготовилась исполнить бросок, но свисток со стороны капитана заставил её вздрогнуть, едва не выронив мяч из рук. — Ну, что на этот раз? — уже устало фыркнула Харуки. — Поставь ноги ровнее. Поза должна быть устойчивой, понимаешь? Если этого не будет, ты не сможешь подпрыгнуть как следует и, в итоге, снова промажешь. Пошаркав ногами по полу, девушка нашла-таки опорную точку и снова вернулась к стойке. Пока она готовилась, капитан внимательно наблюдал за её действиями, не понимая, что же в ней не так. В очередной раз бросок прервал зловещий свист. — Что?! — опустив голову, тихо пискнула Из. — Всё нормально. Сделай упор на левую руку, — предположил парень. Из сделала всё, что от неё требовалось, застыв на несколько секунд в готовой к броску позе, ожидая оценочные действия. — Постарайся прыгнуть во время броска так, чтобы казалось, будто ты ногами выталкиваешь мяч вперед, посылая его в корзину. Глубоко вздохнув, Харуки выполнила бросок. Мяч, очертив верную невидимую траекторию, попал прямо в ободок корзины и, прокатившись по кругу, нырнул вниз. Секунды две потребовалось Из, чтобы осознать, что она забила. Когда осознание пришло, она радостно запрыгала на месте, предварительно вскрикнув от восторга. — У меня получилось! В первый раз получилось! Представляешь?! — забыв обо всех правилах приличия, Харуки на радостях обхватила Касамацу за шею. — Да-да, я тоже очень рад за тебя, — не зная, куда деваться, чтобы спрятать своё смущение, протараторил капитан, пытаясь аккуратно отстраниться от Изанами. — Я прямо в восторге! — отпрыгнула Харуки, давая парню облегченно выдохнуть. Как ни странно, она так и не поняла, что только что мучила капитана в объятиях. — А причём здесь была левая рука? – опомнившись, резко развернулась Из к Касамацу, который всё ещё пытался прийти в себя. — Когда ты вела мяч, я заметил твою скованность, — задумчиво потирая шею, проговорил Юкио, ещё не осмеливаясь смотреть в глаза девушки. — Я долго соображал, в чём проблема, и меня осенило. Ты переученная левша? — Да. Так в этом заключалась проблема? — Именно. Ты привыкла всё делать левой рукой, кроме письма, и весь смысл в том, что левая рука у тебя всего-навсего более приспособленная, чем правая. Вот только почему ты сама об этом не задумалась? Изанами всё это время внимательно всматривалась в свою левую ладонь, будто надеясь увидеть на пальцах малюсенькие усики, как у человека-паука. — И правда, — задумчиво протянула Из. После, резко опустив руку вниз, улыбнулась. — Хорошо, я не ошиблась с тренером. *** Сквозь окна по классу бродили яркие лучи солнца, а потоки лёгкого ветра мягко трепали тюль в районе приоткрытых ставней. Кабинет, как всегда, кипел жизнью. Глядя на всё это, начинаешь думать, что старшеклассникам вставать в раннее утреннее время вовсе не проблемно, а, наоборот, в радость. От этих мыслей на лице появлялась улыбка. Всю перемену Кисэ с Изанами провели, кидаясь друг в друга бумажными самолётиками. Рано утром, ещё задолго до начала уроков, Рута позвонила Из, сказав о том, что приболела и не придёт сегодня в школу. Харуки сразу же показалось, что блондин в этом как-то замешан, но тот лишь удивлённо пожал плечами, отговорившись, что, когда он её вчера провожал, она была вполне здорова, и уж тем более, он никакого отношения к её самочувствию не имеет. Звонок прозвенел, учитель зашёл в класс, как обычно, начиная с переклички. Оказалось, что присутствуют в классе все, кроме Руты. — Кто-нибудь знает, что стряслось с Касуми? Изанами взглянула на Рёту, тот подталкивающе кивнул. Девушка нехотя подняла руку вверх. — Она звонила утром, сказала, что плохо себя чувствует. Одобрительно кивнув, учитель начал урок. Следом вновь, за уроком урок и далее, пока на исходе сил чувствуешь, что ещё пять минут и до конца дня точно не доживёшь. Однако, с последним звонком с урока все эти пагубные ощущения проходят, преподнося непонятно откуда взявшуюся бодрость. — Если честно, я не очень люблю эти спортивные фестивали. Одно дело бороться с кем-то своим ради общей цели, другое дело против своих. И, что самое странное, например, год назад, я бы и думать о подобном не стал. По дороге домой зашло обсуждение прошедшего спортивного праздника. Рёта со всеми подробностями и актерскими интонациями расписывал своё отношение к подобным мероприятиям, а Изанами не менее актерски делала вид, что слушает. Нет, она, конечно, слушала, но получалось очень обрывочно. Стоило ей только начать улавливать суть того, о чём говорит блондин, как в голову ударяла очередная сумасбродная мысль и, хоть убей, её нужно привести к логическому финалу. А после подобной процедуры, возвращаясь к реальности, Из понимала, что Кисэ уже не раз сменил тему. — Кстати, хотел тебя спросить… — опомнившись, на энтузиазме начал блондин, но девушка тут же его осекла, заметив нездоровый интерес, блеснувший в глазах парня. — Если ты про тот поцелуй на фестивале фейерверков, то ничего не скажу, — резко оборвала Харуки, даже не изменив задумчивое выражение лица. Кисэ заметно сник после её заявления. — Хватит с меня. С Рутой из-за этого вчера чуть не рассорилась в конец, не хватало с тобой ещё поцапаться, — прикрыв глаза и запрокинув голову, Изанами тяжело вздохнула. — Лучше расскажи, о чём вы вчера болтали. Не просто же так ты её проводить вызвался. Рёта долго собирался с мыслями, склеивал их в более уместные предложения, но ничего дельного так сказать и не смог. — Я думаю, она сама тебе скоро всё расскажет, — не менее устало, чем перед этим Из, произнёс блондин. — Это что, тайна какая-то? — Можно и так сказать. — Может, мне тогда и не стоит знать об этом? — Нет. Знать об этом тебе нужно обязательно. Но сказать должна именно она. После этой «вечерней прогулки» непонятностей в мыслях только прибавилось. В такие моменты всегда начинаешь сам думать, придумывать, додумывать и все твои варианты оказываются либо нелепыми, либо жестокими, либо не имеющими смысла. Днём ранее: Стадион опустел после проводимых на нём спортивных игр и казался таким безжизненным, будто он больше никогда не почувствует на себе топот чужих кроссовок. Казался таким холодным и странным местом без присутствия людей на нём. И от этого становилось слегка не по себе. Сидя на скамейке за школой недалеко от стадиона, Рута затаилась, наблюдая за тем, как ветер гоняет по асфальту первые пожелтевшие листики. Их было не так много, но они весело кружились в своём замысловатом танце, время от времени падая на землю. После чего, словно одухотворённые, снова подлетали вверх. И чем выше поднимал их ветер, тем плавнее и грациознее были их движения. — Скажи, что я не прав, но, кажется, ронять слезы уже поздно, — к девушке с противоположной боковой стороны, дав о себе знать замечанием, медленно подошёл парень и тихо опустился на другой край скамейки. — Я хочу знать причину твоих слёз. А то больно много вариантов у меня скопилось. Не прячась, не прикрываясь и не краснея, Касуми спокойно вытерла мокрые щёки тыльной стороной ладони, шмыгнув при этом носом, и серьезно посмотрела на парня раскрасневшимися глазами. — Мне стыдно. Честно, заявление девушки вызвало только тихий прикрытый смех, даже не смотря на весь её импозантный вид, Рута всегда создавала о себе впечатление человека, умеющего думать перед тем, как что-то сделать. — Тебе стыдно? — удивленно изогнув брови, вопросительно повторил парень. — А я, к примеру, от тебя такого вообще не ожидал. — Как ты заметил? Этого никто не видел. Даже учитель не видел. Как?! — девушка перешла на слегка истерический тон, а из её глаз снова полились слёзы, и на этот раз она отвернулась. — Ошибаешься. Я как раз ничего не видел, — покачал головой парень. — А кто тогда? — пробивая слова через слёзы, продолжала девушка. — Какая разница? Ты лучше скажи, что ты из этого получила? — Я, наконец, поняла, что впустую потратила два месяца, — уже успокоившись, снова вытирая слёзы со щёк, ответила Касуми. — И для этого стоило идти на такое?! А если бы она пострадала? — Не надо мне тут «если бы», всё обошлось, и слава Богу. Мне и так паршиво, — тон девушки стал более уверенным. — Я и сама не знаю, зачем я это сделала. Ведь с самого начала знала, что между ними что-то не так. А после этой чёртовой будки поцелуев и подавно. — Ты выставила себя полной стервой. — Перестань, Кисэ! Я без того себя тошно чувствую, когда думаю, что поступила раза в три хуже, чем Икари и её подружки. — Постой. Ты с самого начала видела, что ты ему безразлична, какие бы приёмы ты не использовала. При этом, есть парень, который чуть ли не каждый день признаётся тебе в любви. Или я чего-то не понимаю, или это ваша излюбленная женская логика. Почему вы считаете, что, устранив соперницу, вы вдруг по взмаху волшебной палочки сразу начнёте нравиться парню?! — Я не думала… — Рута не закончила фразу до конца, снова начав плакать. — В-о-о-о-о-т, — протянул Рёта, — это ваша основная проблема — вы не думаете! Парень вздохнул, пряча руки в карманы. Возобновилась тишина, принесённая тихим шарканьем листьев, кружащих в быстром вальсе, нарушаемая лишь приглушёнными всхлипами девушки. Кисэ был не такой дурак, чтобы продолжать лечить её в подобный момент. К тому же дождаться, пока она успокоится, труда не составило. — Будешь и дальше воевать? — тихо спросил парень после нескольких минут молчания. Рута быстро стерла влагу с лица, помотав головой в разные стороны. — Мне и этого делать не стоило, а ты издеваешься, — она шмыгнула носом и пригвоздила свой взгляд к носкам кроссовок. — Ты видел, как он на неё смотрит? Я раньше думала, что это чушь полная, когда говорят про блеск в глазах, про улыбку, хорошее настроение, зависящее якобы от эмпатии. Но я видела. Своими собственными глазами, как он смотрит. — А она? — усмехнулся Рёта. — Как на что-то неземное. Она им восхищается с самой первой тренировки, — тихо засмеялась девушка. — Представляешь? — Да ну, — усмехнувшись, отмахнулся Кисэ. — Ты в этом уверена? — Уверена, — спокойно и без доли сомнений ответила Касуми. — И, знаешь, мне кажется, из них вышла бы довольно-таки неплохая пара, — у неё вырвался грустный смешок, когда она начала это представлять. — Нет, в мыслях всё не так, — Рута встряхнула головой, — хотелось бы остаться и увидеть это… но… — она повернулась лицом к блондину и, чувствуя свою неприкрытую вину, улыбнулась. — Вот видишь, какие ошибки мы совершаем, когда понимаем, что нам нечего терять! — Как странно, почему мне только сейчас кажется, что ты не притворяешься? Это глупо, но я чувствую, что сейчас ты такая, какой должна быть, но ты постоянно хочешь поставить себя под другим углом, в другом свете. Даже осознавая свою пагубную оплошность, ты всё повернула таким образом, будто так оно и должно было быть. — Зато мы все узнали, что Касамацу готов не думая прийти на помощь Из, даже в такой ситуации, — пожав плечами, проговорила Рута, делая вид, будто во всём нужно искать положительные стороны. — А ты, Кисэ, что-то расфилософствовался на тему моего истинного Я. Неужто я так жалко выгляжу, что ты меня жалеть начал? — Знаешь, — усмехнулся Рёта, встав со скамейки, — если бы не сложившаяся ситуация, я бы даже мог пригласить тебя на парочку свиданий. Но, к счастью или сожалению — не знаю, в отличие от тебя, я умею дорожить дружбой. Кстати, это именно Касамацу заметил, кто толкнул Изанами. Так что тебе придётся хорошо потрудиться, чтобы как следует извиниться перед Из.