- Подсудимый, вы признаёте себя виновным? - Нет. - На нет и суда нет. ©Столбняк
Принципы в конце концов увлекают людей в бездну. © Виктор Гюго
- ...объявляется виновным и приговаривается к десяти годам лишения свободы без права на апелляцию. Наказание подсудимый будет отбывать в тюрьме строгого режима Визборн, - удар молотка. Судья встал. Все встали. Брат сжал кулаки, аж костяшки побелели, а мне было уже всё равно. Виновен. Ничего удивительного - конечно, виновен. А как иначе? Охранник взял меня под локоть и потащил куда-то. Руки, сцепленные наручниками, безвольно болтались. Уже в камере брат упрямо сжимал губы, злился. - Я ничего не могу сделать, Курт, прости. Он ни в какую не захотел давать тебе право на апелляцию, - брат виновато повесил голову, в глаза не смотрел - боялся. - Не парься, - попытался отмахнуться я, но руки скованны наручниками, и получилось как-то неловко. - Я справлюсь. - Десять лет, Курт. Десять долбаных лет! Ты не выдержишь, а если и выдержишь, каким человеком вернёшься? - Поживём - увидим, - ответил я фирменной отцовской фразой, отчего Нил неосознанно дёрнулся. - Я... - начал было он, но я его прервал. - Хватит этих сантиментов, Нил. Я сам виноват и должен понести наказание. Брат нахмурился и медленно кивнул: "Ладно". Спохватившись, он суетливо раскрыл дипломат и начал в нём копаться. - Держи, - Нил протянул тонкую стопку бумаги. - Просто бумага, офицер, - брат поднял руки вверх, показывая вставшему было полицейскому листочки. Тот нехотя приземлил задницу обратно в кресло. - Что это? – я взял протянутые листы: Эрих Крауц, Генри Олдборн и ещё с полдюжины человек. - Информация об авторитетах Визборн. Большинство сидят в блоке А. Скорей всего, туда тебя и поместят. - Добро, - я с уже большим интересом начал изучать документы. - Там досье на них и информация, которую собрали мои люди: есть пара интересных моментов на каждого. Ты можешь воспользоваться ими в случае необходимости - там есть чем на них надавить. Вот только не смогли ничего нарыть на самого главного, кажется, его фамилия Сноу. Говорят, очень опасен. Не связывайся с ним. - Ага, - я не отрывался от информации. - Курт... - Хм? - Ты ведь не будешь заниматься мазохизмом? - Хн... - Нет, я понимаю, Эмили погибла, - я перестал бегать взглядом по строчкам, но глаз от бумаг не поднял, - но твоей вины в этом нет. Ты не должен страдать. - Нил... Я не на курорт собрался, - я всё же взглянул на брата, - а в тюрьму. И единственное, что я могу с собой взять – мои принципы. Так уж вышло, что одним из них является гипертрофированное чувство справедливости. Я должен пройти через 7 кругов ада, чтобы простить себя, и я через них пройду. - Ты умрёшь! – вспылил Нил, поднимаясь со стула и со стуком опуская ладони на столешницу. - Может быть... Но я буду знать, что сделал всё, что в моих силах, чтобы искупить вину. В этот момент охранник поднялся и сообщил, что время посещений окончено. Вот и всё! Завтра я переезжаю в новый мир, и, чувствую, он не принесет мне много счастья и радости.