Спаси меня

Предупреждение! Рейтинг НЦ-17, глава содержит насилие.

***

      Неторопливо прогуливаясь по лесу, Эмма не заметила, как тропинка, извилисто бегущая между вековых деревьев, вывела ее на открытую опушку. Витая в своих тяжелых мыслях, девушка потеряла счет времени, и только хруст ветки за ее спиной позволил ей отвлечься. С разочарованием отметив про себя, что уже поздний вечер, она поспешно обернулась, напряженно вглядываясь в пустую темноту леса. Хруст повторился, и снова за спиной девушки.        - Кто здесь? – сердцебиение предательски участилось. – Покажись! – воскликнула девушка и попятилась в сторону от источника шума.        - Зажигай! – голос с хрипотцой разрезал тишину. На другой стороне опушки вспыхнул маленький огонек, упав на землю, он молниеносно распространился по периметру опушки.       - Кто вы? – испуганно вскрикнула девушка и взмахнула рукой. Ничего не произошло. Эмма не могла поверить происходящему, взмах руки повторился – ничего. Щелчок пальцев – она в западне.       - Быстрее! У нас мало времени! – голоса становились громче. Снова хруст, и через огненную стену прошел кто-то, облаченный в алый плащ и маску, скрывающую его лицо.        - Что вам от меня нужно? - Эмма отшатнулась от незнакомца и увидела, как из огня вышло еще несколько человек, облаченных в те же одежды.        - Не бойся, это для твоего же блага, - тот же голос, что она слышала ранее. – Схватите ее!       Несколько неизвестных бросились к ней, девушка увернулась от рук одного, успела оттолкнуть второго и побежала к огню. Пламя обжигало и не подпускало к себе. Когда она подбежала к нему ближе, стена стала жарче и выше, девушка отшатнулась. Эмма смотрела по сторонам, как загнанный зверь, она искала выход, но не находила. Страх липкими ручищами схватил за горло и стал душить. Девушка дернулась в сторону и ощутила болезненный удар по затылку, последнее, что она помнила, то, как чьи-то руки грубо поднимают ее с влажной, холодной земли.       Какое-то бормотание и музыка вывели ее из забытья. Она не сразу открыла глаза, боль в затылке была невыносимой, голова просто раскалывалась, а к горлу подкатывала тошнота. Хотелось помассировать виски, но что-то держало ее руки. Эмма с трудом разлепила глаза, и приглушенный свет сотен свечей, ослепив, стал причиной усиления боли. Спустя несколько секунд, привыкнув к свету, она обнаружила, что находится в зале с множеством колонн. Вокруг нее стояло с несколько десятков людей в таких же накидках, что она видела ранее, но черного цвета. Их лица были расплывчаты, а взгляд ее расфокусирован, но, собравшись и ощутив еще одну вспышку боли, Эмма поняла, что на их лицах были разнообразные маски: от царей и шутов до чудовищ и фей. В первом ряду стояло пять человек, облаченных в золотые маски и алые плащи, они чего-то нетерпеливо ожидали. Только сейчас Эмма поняла, что сковывало ее движения. Она лежала на столе, ее руки были разведены и плотно привязаны к столу шелковой черной тканью. Девушку захлестнули животный страх и паника, когда ее взору открылась еще одна неприятная картина: она была полностью обнажена, а ноги были так же прижаты к столу. Девушка стала беспорядочно дергаться, в попытке вырваться и бежать, бежать, куда глаза глядят, но попытки были тщетны, руки стали затекать от напряжения, а боль набатом била по голове. Она выгнулась в попытке посмотреть на человека, стоящего позади нее. Его маска была покрыта золотым узором, в руках он держал извилистый кинжал и что-то говорил на неизвестном ей языке. Его речь становилась быстрее, голос резче и отрывистей, с каждым шагом он был ближе. Свечи издавали какой-то дурманящий аромат. Двое из пятерки отделились и приблизились к ней. Они насильно стали вталкивать в нее какой-то сосуд с жидкостью, заставляя проглотить его содержимое. Вкус был отвратителен, а сама жидкость такой вязкой и тягучей, что заставила ее поперхнуться и с выступившими на глазах слезами откашляться. Когда мужчина навис над нею с кинжалом, она чувствовала одурманивающую легкость, желание прикоснуться к кинжалу. Он гипнотизировал, он звал ее, было ощущение единства ее с этим куском металла. Мужчина с кинжалом что-то вскрикнул, Эмма не сразу осознала, что ноги были освобождены от оков ткани. Она хотела повести ногой, но встретила сопротивление. Чья-то шершавая горячая ладонь грубо провела по ее ноге, поднимаясь все выше. Оторвав взгляд от манящего кинжала, девушка встретилась лицом к лицу с маской, что не могла скрыть глаза полные безумства и страсти.        -Нет! Нет! Нет! – закричала она, пытаясь освободить ноги из жесткой и болезненной хватки мужских рук. Слезы струились по ее щекам, не так она планировала закончить этот день. Эмма поняла, что она оказалась жертвой какого-то безумного ритуала фанатиков. Она кричала и звала на помощь, она молила о пощаде, но никто даже не шелохнулся в ее сторону. Осознание неминуемого разрывало ее сердце на части. Незнакомец грубо раздвинул ее ноги и без предупреждения вошел в нее. Острая боль пронзила ее тело, ощущение было, словно ее разрывало изнутри. Перед глазами пошли круги, на миг ей показалось, что она выпала из реальности.        - Да ты девчонка еще! – хохотнул ее насильник и старательно, с упорством и рвением стал вдалбливаться в ее беспомощное тело, растягивая, разрывая изнутри. Он имел ее жестко и больно, царапая ее бедра и оставляя красные, кровавые отметины. В агонии она увидела, как перед ее глазами мелькнула сталь кинжала, человек, все это время читавший заклинание, опустил острие кинжала на ее грудь и вывел буквы «Эмм», режущая боль отключила девушку. Когда, не без чужой помощи, она очнулась, на ней был уже другой, с такой же животной страстью вколачивающийся в ее тело. Между ног саднило, мышцы сводило, бедра были изувечены синяками и ранами, а на груди было выцарапано «Эммахэнна». Чувство времени было потеряно, все слезы уже были пролиты, голос пропал от криков. Следующий оказался еще крупнее предыдущих, она не знала, когда прекратится этот ад. В бессильной попытке отодвинуться от него она наткнулась на кулак, упавший на ее лицо, рассекая губы. Струйка крови потекла по подбородку. Помещение закружилось перед глазами, и она провалилась в бездну. Когда Эмма очнулась, что-то согревало ее грудь, придавая жизненных сил и энергии, что-то зарождалось в ней и подталкивало к безумию. Опустив взгляд, она увидела кровавую надпись на своем теле – Эммаханнауэр. Движения очередного незнакомца стали быстрее, стоны громче, было отчетливо видно, что он уже на грани. Достигнув пика наслаждения и с громким стоном, одновременно, в нее вонзился тот самый кинжал, по самую рукоятку.       Девушка закричала и проснулась от жуткого свиста, который, как острие кинжала, вонзился в ее голову, вызвав нечеловеческую вспышку боли. Она спала в кресле главного зала, закинув ноги на подлокотник. Эмма проснулась в холодном поту, а свист, вырвавший ее из тягучего кошмара, не на шутку испугал Темную, от чего она попыталась резко подняться, но грузно рухнула под стол. Вырванная из кошмара, она была слишком дезориентирована, чтобы понять, откуда был свист, но достаточно взбешена, чтобы услышать спешный удаляющийся стук посоха. Эмма подскочила и, вновь зацепившись за что-то, упала, больно ударившись об кресло рукой. Зашипев, она раздраженно посмотрела на ботфорты, шнуровка которых, к ее удивлению, была переплетена между собой и завязана в узел.       «Что за черт? Когда этот поганец успел ЭТО сделать? И что был за свист??»       Эмма нервозно дернула за шнуровку и попыталась распутать узел, ничего не вышло. Зарычав и освобождая бушующую магию, она разорвала шнуры удлинившимся острым когтем. Бурлящий гнев разжигал ее естество изнутри. Наплевав на состояние своих сапог и вскочив на ноги, она с жаром ударила кулаком по столу, разломив ни в чем не повинную мебель пополам. Втянув воздух носом, она тяжело выдохнула, судорожно сжимая рукой край стола, но удаляющийся стук и хихиканье побудили в ней нечто безумное и звериное, доселе спящее в глубине души. Взмахнув рукой, она швырнула часть стола в окно. Под грохот падающих книг и звон сыпавшегося стекла, она взревела:       - Румпельштильцхен!       Напрочь забыв про магию, она бросилась за ним. Настежь раскрыв не плотно запертые двери зала, она снова за что-то зацепилась ногами и с грохотом рухнула в проеме двери. Удар выбил из легких воздух. Послышался едва уловимый лязг и на девушку перевернулось ведро, ранее стоявшее на бортике двери и ожидавшее своего звездного часа. Содержимое ведра оказалось смесью кухонных помой и слизней, жижа растекалась по валяющейся девушке, впитываясь и проникая за шиворот, стекая ручейками по золотистым волосам и на лицо. Все остальное было как в тумане.        У Румпельштильцхена было немного времени на разработку какого-либо плана, поэтому мужчина воспользовался идеей своего сына, который когда-то так пошутил над собственным отцом. Тогда, Румпельштильцхен посмеялся над находчивостью своего мальчика, но сейчас он был не уверен, что Темная посмеется над этой идеей. Однако месть, вперемешку со злобой и обидой, диктовали свои правила. Ожидая появления Темной в замке, мужчина вырезал из кусочка дерева небольшую свистульку, такую он делал сыну в детстве и учил насвистывать простые мелодии. Эта свистулька должна будет разбудить хозяйку этого замка. Дождавшись глубокой ночи, когда уставшая и изнеможденная блондинка заснет на кресле, мужчина тихо прокрался к ней и на свой страх и риск попытался завязать ей шнурки. К его удивлению, девушка совершенно ничего не чувствовала. Она была вовлечена в глубокий сон, иногда дергала ногами, шептала мольбы о помощи и учащенно дышала. Ему было жаль блондинку, он смутно догадывался, что за свои годы жизни она сотворила и повидала немалое, что теперь это, в наказание, преследует ее каждую ночь. Но сегодня никакой пощады. Завязав шнурки, подготовив растяжку у порога и устроив удобнее ведро, он стал ждать первых лучей солнца. С рассветом, крики девушки стали отчетливее. Когда она вскрикнула особенно громко, мужчина посчитал, что ее необходимо срочно будить, и с силой дунул в свистульку. Услышав грохот и рассмеявшись, он постарался скрыться в своей комнате, но не успел. Уже на пороге, в попытке запереть комнату, перед ним материализовалась совершенно сухая девушка, с черными, как ночь, глазами. Этой шалости она не засмеется, эту шалость не простит. Хромой отшатнулся от нее, но был схвачен когтистыми руками за воротник рубашки. Послышался треск ткани, вспарываемой когтями. Сердце мужчины пропустило удар, когда Темная прищурившись рассматривала свою добычу. Судорожно сглотнув, Румпельштильцхену показалось, что это услышала даже сама Эмма, отчего приблизилась к нему совсем вплотную. С силой дернув его рубашку вниз, он ощутил, как земля под ногами исчезает и они проваливаются куда-то вниз. От стремительного падения, сердце мужчины сделало кульбит и упало в пятки, неуверенно подавая признаки жизни. Прежде чем по щелчку пальцев зажглись факелы, в нос мужчины ударил металлический запах крови, сырости и смерти. Девушка молча потащила хромающего мужчину за собой по коридору. Напротив каждого факела находилась металлическая дверь, украшенная засовом и небольшим окошком с прутьями. Они оказались в темнице, он и подумать не мог, что в глубине этого замка могла находиться темница. Внутренне он был расстроен тем, что снова так глупо позабыл о ее магии и о том, кем она являлась и что могла с ним сделать. Но не он же был виноват в том, что она спустила на него всех своих чудовищ. Мужчина обреченно и едва поспевая тащился за ней.