Неверный расчет

После длительной беседы с Сонечкой, в которой младшая сестра покаялась за всю причиненную боль своей семье и рассказала о своей жизни за этот год, Аня сначала ужаснулась на то, что пришлось пережить ее маленькой и беззащитной сестренке, потом успокоилась, что все это позади, и она теперь будет рядом с ней и мамой, а потому окончательно простила свернувшую с праведного пути блудницу. Юная наивная подросток- Соня год назад крепко подсела на кокаин, но для добычи новой дозы требовались немалые деньги, и она стала распространять наркотики в Питере. Но однажды, когда малолетняя преступница везла ценный товар очередным покупателям, она находилась под сумасшедшим «кайфом» и забыла сумку с порошком в вагоне метро. Опомнилась девушка уже на эскалаторе. Теперь за свою неосторожность она должна была дилеру крупную сумму. Именно в этот момент на горизонте и появились Забалуев и Шуллер, предложив аферу с квартирой. Соня оказалась непосредственным участником сделки и поэтому сбежала из дома сразу после ее осуществления, так как не могла спокойно смотреть в глаза матери и сестры. Однако за свой «косяк» с ценным белым товаром она стала неугодна дилеру и была выдворена из его квартиры, в которой сейчас проживала. Теперь наркозависимый подросток укрывалась от полиции, ночевала на вокзалах и воровала, чтобы иметь хоть какие-то деньги на кокаин и еду. Так бы и продолжалась эта падшая жизнь, каждый день в которой Соня выживала и боролась с «ломкой» от недостатка нужной дозы, пока ее не нашел незнакомый добрый мужчина и не увез за границу в центр реабилитации наркоманов. После долгого лечения и посещения психолога, девушка поняла, что не желает больше существовать в той грязи, в которой провела несколько месяцев, и окончательно отказалась от белой дури. Благодаря неизвестному благодетелю, который так и не сказал своего имени, а всегда действовал посредством вежливого и деликатного представителя, полиция в деле о махинациях с недвижимостью не узнала об участии Сони Платоновой, и девочка избежала наказания. А заботливый мужчина вернул излеченную от наркозависимости девушку в Россию к скучающей по ней матери и старшей сестре. - А что ты делала у мамы летом в больнице? - Я приходила попросить у нее прощение за то, что так с вами поступила, - потупив взгляд, ответила сестра-подросток. – Но я не хотела, чтобы ей стало хуже. Соня вновь расплакалась на плече защитницы-Ани, виня себя в болезни Марфы Андреевны. А добрая и понимающая сестра, поглаживая светлые волосы, успокаивала заплутавшую душу, твердя, что теперь будет только хорошее в семье Платоновых и никакие препятствия не встанут между ними. Через некоторое время студентка восстановила отставшую от учебы сестру в школу, в которую Соня вернется в сентябре. Ученица упустила почти год, и теперь ей придется все наверстывать и получать образование уже не со своими сверстниками, а с ребятами младше ее на год. Но зато девушка сможет получить аттестат и поступить в колледж искусств, о котором юная художница мечтала с детства. В первые же совместные выходные мама с дочери съездили на могилу Павла Андреевича и положили цветы на гранитное надгробие, обещая улыбающемуся с фото офицеру, что никогда не оставят друг друга. На улице уже благоухала сирень, а днем весело щебетали птички, и Соня все чаще выходила с мольбертом в местный парк и рисовала природу, портреты прохожих, выручая порой за это неплохие деньги. А старшая сестра вечерами, прогуливаясь вдоль пруда с восстановившей свое здоровье мамой, кормила уток белым хлебом. К концу июня Марфа Андреевна сможет вернуться на работу в местную клинику, на прежнюю должность медсестры, а Аня уже взяла подработку в качестве подготовки абитуриентов к экзаменам по английскому и немецкому языку. По документам восстановили пособие для детей погибшего в горячей точке отца, и стали по чуть-чуть обустраивать свою квартиру, лишившуюся почти всей мебели. Жизнь обрела прежний спокойный ритм, и белокурая студентка решила устроить праздник для мамы и Сонечки, позвав своих друзей в гости: - Анечка, мы с Сашкой так счастливы, что твоя сестра вернулась, и с радостью бы пришли на ужин, - с извинением говорила подруга Ане. – Но в эти выходные один наш общий друг устраивает пикник в своем загородном доме в честь тридцатилетия. Прости, родная. Аня поняла, о каком общем друге промолчала Маша. Она прекрасно помнила, что в конце мая у Владимира Корфа день рождения, но не подала виду, что догадалась. - Ничего. Все нормально, - с потаенной грустью промолвила красавица. – Займемся тогда с Соней уборкой, а вечером покатаемся на роликах. Мы давно этого не делали. - А хочешь, я не поеду на праздник? – предложила неожиданно брюнетка. – Романов и без меня неплохо налакается. Аня улыбнулась на слова подруги: - Да ты что! Вы с Сашей – теперь одно целое! И мне ты обещала не пренебрегать супружеским долгом и обязанностями, - нарочито строго произнесла белокурая девушка. - Хорошо, сестра! Не могу отказать тебе в такой малости. Люблю тебя. - И я люблю. Поцелуй там Алекса от меня и еще… - она осеклась. Аня уже хотела добавить: «Поздравь Владимира от меня с юбилеем!», - но что-то ее остановило. Она не имеет право даже думать о нем. Она отказала себе в этом, когда перестала отвечать на его знаки внимания и попросила заботливого, доброго и обаятельного сероглазого брюнета больше не звонить ей и не присылать цветы. Она и так его слишком обидела: сначала подарив надежду на искреннюю взаимность, а затем - разрушив все своим предложением дружбы. Она не смеет врываться в его жизнь даже напоминанием. Даже поздравительной открыткой. Владимир должен забыть ее как можно раньше. Не вспоминать о нерешительной и обманувшей его ожидания девушке. Выкинуть из своей головы и сердца. - Больше ничего и никому не хочешь передать? – словно угадав мысли подруги, лукаво спросила Маша. - Только если: хорошо повеселитесь на природе! Пока-пока! – как-то слишком наигранно и весело бросив на прощание, Аня повесила трубку. А Романова всегда была проницательной и поэтому передала не произнесенное белокурой упрямицей пожелание сероглазому другу, прибавив к словам троекратный поцелуй в щечку. *** Как и обещала себе синеокая красавица, на выходных она с сестрой затеяла глобальную уборку, пока мама пекла пироги на кухне. Настало время выкинуть все старые вещи и навести порядок в комнате. - Слушай, Анька, а что в этой за коробке? Тебе это нужно? Смахнув пыль с крышки, Сонечка рассмотрела содержимое: среди кучи конвертов с засушенными цветами лежала открытка: «Над ранами смеется только тот, Кто не бывал еще ни разу ранен… ВК» – А кто такой «ВК»? Заинтересованно посмотрела на старшую сестру девушка. Аня, услышав известные инициалы из уст любопытной Сони, от неожиданности даже опешила, но быстро пришла в себя и хотела выхватить конверт из рук девушки. Однако та ловко увернулась. - Тебя разве не учили - что неприлично читать чужие открытки! - Прости меня. Не удержалась, - мило улыбнулась подросток, не предполагая, что своим поступком огорчает сестру. - Так кто такой «ВК»? Поклонник? Учитель? Любимый? – с азартом гадала Соня. - Отдай мне открытку, - повторила Аня вновь, слегка повысив голос, но младшую сестру это лишь забавляло, так как она хотела узнать тайну старшей. - Ну, Анька, скажи мне! Пожалуйста! Кто это? - Не твое дело! – вполне серьезно произнесла блондинка, и зрачки потемнели. – Верни открытку на место. Немедленно! - Ну и ладно! Забирай! И ковыряйся в своем хламе сама, коли ты такая скрытная, - злобно кинув конверт на кровать, обиженная сестра покинула спальню. Златовласая девушка подняла открытку и про себя прочла до боли знакомые и звучащие в ее голове строки: «Над ранами смеется только тот, Кто не бывал еще ни разу ранен… ВК» Она присела на пол и поставила коробку на колени. В ней до сих хранились засушенные бутоны экзотических цветов, преподнесенных Ане когда-то в роскошных букетах Владимиром Корфом. В каждый конверт был бережно упакован разный вид. Здесь - черная орхидея, в этом – белый олеандр, а здесь – красная магнолия… Запечатав конверты и положив поверх них открытку со строками из бессмертного произведения Шекспира, она закрыла коробку и убрала ее вновь пылиться под кровать. «ВК – это самый лучший и терпеливый мужчина, которого одна глупая девушка потеряла навеки»… - с досадой подумала она. Подойдя к письменному столу, Аня с нежностью и потаенной грустью посмотрела на кружащихся под огромным стеклянным колпаком бабочек: крупную - с иссиня-черными крылышками и маленькую - с голубыми. Постучав по стеклу, от чего летуньи встрепенулись, девушка улыбнулась и вслух произнесла: - Ну, хоть вы вместе и вроде счастливы…