A Song of Joy and Sorrow

Дорога уходила далеко вперед, но, несмотря на отсутствие каких-либо изменений в пейзаже, Астрид чувствовала, что скоро достигнет места назначения. Она пыталась сделать это так много раз и всегда возвращалась к началу пути, но вот сейчас, она знала точно, сейчас у нее получится. Когда вдали показался поворот, ее сердце забилось чаще: до него она раньше точно не доезжала. Из-за выстроившихся вдоль дороги деревьев и тумана ей не было видно, куда он ведет, но Астрид оставалось совсем чуть-чуть… Она не сразу поняла, в чем дело, но что-то изменилось. Ее тело стало невесомым, и Астрид вдруг осознала, что больше не находится на пустынной дороге. – Нет, – с отчаянием пробормотала она, крепче зажмурившись. – Еще немного, я уже близко… Она попыталась сосредоточиться на повороте, до которого осталось несколько метров, но сон ускользал от нее, возвращая в реальность. Вокруг резко стало холодно, она поежилась и инстинктивно прижалась к источнику тепла, секундой позже осознавая, что кто-то несет ее на руках. Ощущение было убаюкивающим, и она не спешила открывать глаза, в надежде, что успеет узнать, что находится за поворотом, но ничего, кроме темноты, она больше не видела. – Я почти вспомнила, – разочарованно выдохнула она. – Что вспомнила? – раздался тихий голос рядом с ее ухом, и она замерла. – Дерек? Что случилось? – Я просто отнесу тебя в комнату, спи. Астрид была слишком уставшей, чтобы спорить, и только обвила руки вокруг его шеи, опуская лоб на его плечо. Он прижал ее к себе чуть крепче, ступив на лестницу. – Почему ты так поздно? – сонно спросила она. – Все в порядке? – Мы нашли Брэйден в лесу с пулей в животе, – объяснил он лишенным всяких эмоций голосом. – Я отвез ее в больницу, сейчас у нее операция. Утром я туда вернусь, не хочу, чтобы она очнулась одна. Но к тебе кто-нибудь придет. Астрид с трудом улавливала смысл слов Дерека, но его голос успокаивал ее. Он аккуратно опустил ее на кровать, и она неохотно разжала руки, но тут же поймала его запястье, чтобы он не исчез. Ей хотелось попросить его остаться, но язык не слушался. Дерек мягко расцепил ее пальцы и накрыл одеялом, возвращая желанное тепло. Ей казалось, что прошло всего несколько минут, прежде чем раздался звонок, но, когда она не без усилия открыла глаза, в комнате было светло. Астрид нашарила рукой телефон на тумбочке, параллельно пытаясь понять, как он туда попал, и, не посмотрев на экран, ответила: – Алло? – Эм… Астрид, прости, что разбудил, – послышался виноватый голос Скотта. – Все нормально, – вздохнула она. – Что случилось? – Ничего, просто у нас сегодня пробный SAT, но к тебе придет Лиам… – Скотт, – сказала она, садясь и откидывая одеяло, – я очень ценю вашу заботу, но, по-моему, это слишком. Пусть ребенок выспится в первый раз за неделю. Никто даже не знает, что я живу у Дерека, все со мной будет хорошо. – Вообще-то, на Питера напали в лофте, когда пришли за Дереком, – возразил он. – Но дело не в этом. На самом деле, я специально попросил Лиама. Хочу убедиться, что с ним все в порядке. – О, так это я буду защищать его от киллеров, а не наоборот? – Астрид улыбнулась, понимая, что Скотт едва ли это имел в виду. В случае нападения отбивался бы Лиам, а она бы, наверное, беспомощно стояла в углу и умоляла оставить их в покое. – Нет, но я хотел попросить тебя присмотреть за ним, – сказал Скотт, в голосе которого отчетливо проступило беспокойство. – Ему сейчас и так тяжело, а уж после вчерашнего… – А что случилось вчера? – нахмурилась Астрид, сразу вспоминая, как уснула на диване, дожидаясь возвращения Дерека, как он отнес ее в комнату и рассказал про ранение их знакомой наемницы. Значит, Стая тоже в этом участвовала? – Гаррет сбросил его в колодец, и он до ночи не мог оттуда выбраться… – Господи, – тихо выдохнула Астрид, и ее сердце сжалось. – Я знаю, что он пока не особо нам доверяет, и он даже не может рассказать правду своим родителям и друзьям, а вы с ним сейчас почти в равных положениях, вот я и подумал… – Конечно, я поняла. – Почему-то мне кажется, что у тебя получится его разговорить. А даже если нет, ему лучше не быть одному. – Да, – кивнула Астрид. – Я попробую. – Спасибо. Кстати, – Скотт замялся и прочистил горло, – это не та новость, с которой ты хотела бы начать сегодняшний день, но, думаю, тебе стоит это знать. Он снова замолчал, и она занервничала. – Знать что? – нетерпеливо спросила она. – Вайолет, – сказал Скотт. – Вайолет мертва. Астрид не знала, что на это ответить, а даже если бы и знала, не смогла бы выдавить ни слова. Она так и сидела на кровати, прижимая трубку к уху и не двигаясь, пытаясь осознать услышанное. Все внутренности как будто сдавило, но она не могла понять, от чего: то ли от ужаса, то ли от жалости – в любом случае, должного облегчения она не испытала. Астрид была рада, зная, что девушку, оставившую на ее шее уродливый ожог, держат под стражей, но такого конца она ей не желала. За те несколько месяцев, что она жила в Бэкон-Хиллз, Астрид не сталкивалась со смертью, и, несмотря на то, что Вайолет не была ей даже знакома, не говоря уже о том, что девушка пыталась убить ее за деньги, ей стало не по себе. Она попыталась убедить себя в том, что теперь ей и другим потенциальным жертвам хотя бы не грозила смерть от термоудавки, но не могла перестать думать о то, что Вайолет была еще ребенком. Не то чтобы Астрид верила в ее возможное исправление и искупление, но теперь у нее не было и этого призрачного шанса. – Астрид, ты там? – спросил ее Скотт, оказывается, все еще ожидающий ее ответа на том конце линии. – Да, я присмотрю за Лиамом, – пробормотала она. – Спасибо. Увидимся вечером. Она отбросила телефон на подушку и притянула к себе ноги, опустив подбородок на колени. Неужели это теперь ее жизнь? Сплошные противостояния и убийства? Она была знакома с миром сверхъестественного всего неделю, но безумных событий за нее произошло больше, чем за все время, что она помнила. Астрид беспомощно посмотрела на свои руки и только сейчас осознала, что на ней свитер Дерека. Она натянула рукава на кулаки и поднесла их лицу, вдыхая запах, даривший ей ощущение безопасности. Собственно, за этим он ей и понадобился, не считая того, что она всегда мерзла в лофте по ночам. Дерек долго не возвращался и не отвечал на звонки и сообщения, а в свете последних событий это могло означать что-то ужасное. Ей было страшно и холодно, и, конечно, она не стала бы рыться в его вещах, но его свитер висел на спинке стула, и она просто не смогла удержаться. Разумеется, он не мог этого не увидеть, когда относил ее наверх, – подумала она, чувствуя, как кровь приливает к щекам. У нее не было привычки скрывать правду от себя самой: та привязанность, которую она начинала испытывать к Дереку, была отнюдь не дружеской. Если он сам догадывался об этом, слыша ее учащенное сердцебиение каждый раз, то виду не подал. Его же собственные чувства оставались для нее загадкой. Дерек определенно не был человеком эмоциональным, и, несмотря на то, что он неожиданно открылся ей, отвечая на личные вопросы, которые она осмеливалась задать, он ни словом не дал ей понять, что ее симпатия к нему может быть взаимна. Он вел себя сдержанно и отстраненно, разговаривал неохотно и по-прежнему относился к ней настороженно. Иногда она ловила на себе его взгляд, когда он думал, что она не видит, и ей казалось, что она тоже ему нравится, а иногда она была просто убеждена, что он люто ее ненавидит. Они были знакомы совсем недолго и, в любом случае, у них были более важные причины для беспокойства, так что Астрид не рассчитывала на начало каких-либо отношений, но ей нравилось быть рядом с ним. Астрид не знала, сколько просидела так в одной позе, и звук отъезжающей двери внизу вернул ее в реальность. Вряд ли наемные убийцы заявились бы в лофт так открыто, но она все равно напряглась. Бесшумно дойдя до двери, она приоткрыла ее и прислушалась. Когда шаги затихли и раздался неуверенный голос Лиама, зовущий ее по имени, она облегченно выдохнула. – Я скоро спущусь, – крикнула она, на секунду высунув голову в дверь. Астрид умылась и заплела волосы, а потом осмотрела свою одежду. Это было довольно глупо, учитывая, что она не выходила из лофта, но ей было немного обидно из-за того, что она являлась перед Дереком только в домашнем виде. Она понимала, что должна была снять свитер, который взяла без спроса, но он был такой теплый и – бессмысленно было отрицать, что это главная причина, – принадлежал Дереку, который в данный момент наверняка сидел у постели этой Брэйден, может, даже держа ее за руку… Астрид яростно мотнула головой, не позволяя себе начать ревновать, и выкинула сцену из головы. Но свитер оставила на себе, только закатав рукава. Она спускалась по лестнице без затруднений, не чувствуя даже отголосков прежней боли в ноге. Разумеется, Астрид была рада выздоровлению, но какая-то крошечная, глупая и жалкая часть внутри нее желала, чтобы ее травма была чуть посерьезнее и можно было побыть в лофте подольше. Дерек, конечно, не выставлял ее из дома, но она уже не могла злоупотреблять его терпением. На первом этаже было тихо, и оглядевшись, Астрид увидела Лиама на диване. Откинув голову назад и закрыв глаза, он глубоко и ровно дышал. Она невольно улыбнулась и поборола порыв накрыть его пледом, боясь разбудить. Он выглядел бледным и уставшим, а ему еще и пришлось дежурить здесь в субботу. Несмотря на то, что все в Стае были предположительно младше нее, она воспринимала их всерьез, доверяла им свою жизнь и полагалась на их опыт. Но Лиама, невинного и такого же запутавшегося, как и она, Астрид считала ребенком, и каждый раз при виде него у нее щемило в груди от грусти, как будто он напоминал ей кого-то, кого она раньше знала. С завтраком она решила повременить, чтобы не шуметь на кухне, и следующий час смотрела видеоуроки по самозащите. Она делала это каждый день, хоть и знала, что без практики толку от этого мало. Вдруг осознав, что ей больше нет смысла раз за разом пересматривать движения, помогающие увернуться от нападающего сзади с удавкой, потому что Вайолет умерла и никогда больше за ней не вернется, она захлопнула ноутбук. Лиам, разбуженный то ли шипением масла, то ли запахом бекона, проснулся, когда она заканчивала накрывать на стол. – Привет, – немного застенчиво сказал он, потирая шею, а потом махнул рукой в сторону дивана. – Прости, я что-то… – Все хорошо, – улыбнулась Астрид, ставя перед ним тарелку с омлетом. – Уверена, что даже наемные убийцы еще спят, так что можно расслабиться. Я понимаю, что караулить меня тут – не лучшее развлечение. – Я совсем не против, – Лиам замотал головой, наверное, чтобы ее не обидеть. – Все равно все выходные придется просидеть за уроками, не важно, здесь или дома. А можно мне тоже кофе, пожалуйста? Астрид подумала, что в его нынешнем состоянии ему лучше пить успокаивающий травяной чай, а не кофе, но спорить не стала. – Я могу помочь, – предложила она. – Я, конечно, не помню, как училась в школе, но знания каким-то образом сохранились. – Да там несложно все, я сам, спасибо. Просто долгов много, эта неделя была, – он нервно передернул плечами и нахмурился, – тяжелая. У Лиама был такой несчастный, взъерошенный и невыспавшийся вид, что ей сразу же захотелось его обнять. – И не говори, – вздохнула она. – А я-то думала, что ничего хуже амнезии быть не может. – Или сломанной ноги, – добавил Лиам. Несмотря на данное Скотту обещание поговорить с его бетой, она понятия не имела, что сказать. У мисс Морелл всегда получалось построить разговор так, что Астрид рассказывала то, что не собиралась, и обнаруживала у себя мысли и чувства, о которых не подозревала. Но Марин была квалифицированным психологом, и у Астрид никогда не получалось понять ее технику. Стайлз как-то удивился, что ей удалось разговорить самого молчаливого оборотня в мире, и, несмотря на ликование ее внутренней девочки-подростка, она понимала, что Дерек просто слишком долго жил один. – Как ты справляешься? – спросила она, так и не придумав ничего менее очевидного. Наверное, она не смогла спрятать жалость в голосе, потому что мальчик тут же насупился. – Нормально, – ответил он, пожав плечами. – Это хорошо, – кивнула она, чувствуя себя бесполезной, но понимая, что давить не стоит. Астрид не нужен был честный ответ Лиама, чтобы знать, что с ним происходит. Он сломал ногу, подвергся нападению вендиго, едва не упал с крыши, стал оборотнем, пережил полнолуние, узнал, что его друзья – серийные убийцы, и был сброшен в колодец одним из них. И все это произошло в течение нескольких дней! По сравнению с Лиамом, ей еще очень повезло. – Ты обязательно со всем разберешься, – сказала она то, что сказала ей Лидия той ночью. – Скотт и Дерек всему тебя научат. У тебя есть вся Стая. Это не то, что мы хотели, но теперь это наша жизнь. И как только она произнесла это сама, она действительно поверила в это, окончательно принимая эту новую реальность. Больше они на эту тему не разговаривали. Лиам решал задачи по физике, а Астрид пыталась сосредоточиться на книге, изредка бросая на него взгляд. Она знала, что с таким Альфой, как Скотт Маккол, он не пропадет, что ее защита, которую она все равно не могла обеспечить, ему не нужна, но почему-то все равно чувствовала за него ответственность. Когда зазвонил телефон и на экране высветилось имя Дерека, внутри что-то перевернулось, но радость мгновенно сменилась беспокойством: просто так он бы не позвонил. – Дерек? – спросила она, прижимая трубку к уху. – Астрид, – он обратился к ней напряженным и требовательным тоном, – как ты себя чувствуешь? – Что? Нормально, как всегда, – она нахмурилась, не понимая, что он хотел услышать. – Ты уверена? Никаких симптомов заболевания, ни слабости, ничего? – продолжил он. – Нет, – она замотала головой. – Что происходит? – А Лиам в порядке? С тобой ведь сейчас Лиам? Астрид посмотрела на подростка, и тот кивнул, слыша весь разговор. – С ним тоже все хорошо, – сказала она, и Дерек выдохнул. – Что это значит? – Вчера вся стая Сатоми погибла от вируса, а сейчас это происходит в школе, – торопливо объяснил он. – Он смертелен только для сверхъестественных существ. Астрид, запомни, если вы почувствуете хоть какое-то недомогание, противоядие от вируса – грибы рейши. Скорее всего они у меня есть, но, если не найдешь, срочно звони мне. – А ты не вернешься? – странно высоким голосом спросила она. – Я в школу, – ответил он. – Скотт, Малия и Кира заразились уже давно, а телефоны у всех отключены. Рейши есть в хранилище Хейлов, надо… Астрид взвизгнула, когда на том конце раздались выстрелы. Она прокричала имя Дерека в трубку несколько раз, пока не поняла, что означают гудки, и судорожно набрала номер еще раз. Ее сердце билось как бешеное, руки тряслись, и, услышав механическое «Аппарат абонента выключен…», она едва не разразилась слезами. Ее охватила паника. Нужно было кому-то позвонить, хоть что-то предпринять, но она застыла, не в силах думать ни о чем другом, кроме Дерека. На него напали, в него стреляли, что если он уже мертв? О присутствии Лиама она вспомнила только тогда, когда он вскочил на ноги и ринулся к выходу, бросив все свои вещи. Это действие наконец выдернуло ее из оцепенения, и она догнала его уже у самой двери. – Лиам, стой, куда ты?.. – В школу, надо их предупредить! – С ума сошел? – воскликнула она, уже не сдерживая рыданий. – Ты тоже можешь заразиться, и мы не знаем, что только что произошло в больнице и… о, Господи, Лиам, что если он умер? – Я должен идти, – упрямо сказал подросток, испуганный и решительный одновременно. – Скотт умирает там, и я не могу сидеть здесь сложа руки и ждать, я должен идти! Глаза Лиама уже загорелись желтым, и Астрид резко схватила его за руку и дернула себя, намереваясь удержать его в безопасности любыми способами. Она не сразу поняла, что произошло дальше, но в следующую секунду Лиам, прорычав что-то, что она даже не расслышала, прижал ее за горло к стене. Кожу больно полоснуло когтями. Астрид уже видела трансформацию, но в первый раз это происходило в темноте, во второй – просто для демонстрации. Сейчас же лицо Лиама, дикое и искаженное гневом, навело на нее ужас. – Отпусти меня, – просипела она еле слышно, когда уже было нечем дышать. Его рука тут же разжалась, и Астрид громко закашлялась, глотая ртом воздух. Согнувшегося на полу Лиама трясло, как будто он с трудом сдерживался, чтобы не напасть на нее снова. – Лиам, успокойся, – прошептала она. – Успокойся, все хорошо, вернись. Она знала, что в идеале должна была засунуть его под холодную воду, но, когда это произошло в школе, Стайлз и Скотт вдвоем удерживали его с трудом. Разумнее всего было бежать, но она просто не могла оставить его так. – Успокойся, – повторила она. – Сделай глубокий вдох, вот так, еще раз… Это работало. Когти и клыки исчезли, желтый огонь в глазах погас, и, как только в лице мальчика промелькнуло осознание, он в страхе отполз от нее, пока не врезался спиной в стену. – Все хорошо, – сказала Астрид, делая осторожный шаг в его сторону. – Не подходи ко мне! – Лиам, все хорошо, ты в порядке, – произнесла она мягким и ласковым тоном, чтобы его не спугнуть. – Ты справился. – Я тебя поцарапал, – нервно возразил он, и его глаза расширились от ужаса. – Я тебя чуть не убил! – Мне не больно, – соврала она. – И ты меня не убил, ты сам остановился, у тебя получилось. Она видела, что Лиам ей не верил, но, когда она упала на колени рядом с ним и аккуратно обняла его, подросток уткнулся лбом в ее плечо и его спина затряслась. Астрид опустила подбородок ему на макушку, гладя по волосам и повторяя утешающие фразы, и это казалась ей таким естественным, как будто она делала много раз. Лиам пришел в себя через некоторое время после того, как она дозвонилась до Мелиссы и узнала, что все живы. Они так и сидели на полу, и он говорил, и говорил, и говорил, как будто слова обжигали его горло и ему не терпелось избавиться от них. Потом они пили горячий шоколад и вместе составили эссе по английскому, и, когда за ним пришел Скотт, ничто, кроме тщательно скрытых царапин Астрид, не указывало на то, что произошло, а она пообещала никому об этом не рассказывать. Астрид не знала, кого напоминал ей этот мальчик, были это ее братья и сестры, или просто чьи-то дети, или члены ее собственной «стаи», но в одном она была уверена: она не остановится ни перед чем, чтобы вернуть воспоминания о том, кого ей так не хватало.