Не повезло? Или наоборот?

- Проснись и пой, сука! Именно так проклятый будильник воскресным утром приветствует обычного школьника. Матерясь и чертыхаясь, этот школьник, сиречь я, раскрывает глаза и несколько секунд пялится в потолок, надеясь, что этот день – лишь плод его напрочь долбанутого воображения. Щипок раз, щипок два – и эта слабая надежда канула в одну греческую реку. Широко потянувшись и едва не расхреначив свой многострадальный диван, я всё же нахожу силы приподняться и дойти до ванной нестройной походкой а-ля “пьяный в стельку моряк”. Пока я буду выполнять привычные утренние процедуры, расскажу о себе (вот уж неожиданность-то). Меня зовут Тим. Имя, разумеется, ненастоящее, однако данное предками (или скорее предком) имя я просто ненавижу. Живу с матерью в большом городе. Почему только с матерью? Отец бросил нас незадолго до моего рождения. Некрасиво, конечно, но я его не виню. Оставаться с женщиной, которую не любишь, ради ребёнка – как-то не комильфо, согласитесь. Отношения с близкими всегда были натянутыми. Может потому, что я не был пай-мальчиком, учащимся на “отлично” и собирающимся поступить на выбранную предками специальность. Я больше любил копаться в электричестве и механике, а не с заумным видом решать в равной степени сложные и бесполезные задачи по чему бы то ни было. Что же до внешних особенностей, то их как раз-таки нет. Ну, почти нет. Русые, достаточно длинные волосы, вечно спадающие на глаза, и широкие плечи – вот всё, что отличало меня от сверстников. В остальном, всё по стандарту – рост два метра без четверти, долговязое телосложение, карие глаза. Ну да ладно, что-то отступление затянулось. Вышел из ванной я всё той же походкой. Заглянув на кухню и прихватив вчерашнюю булочку, я заставил себя пойти надеть ненавистную форму. Прокравшись мимо комнаты моего ближайшего родственника, я вышел из квартиры и потопал на остановку.

***

Сойдя с автобуса, я моментально рванул в сторону места, где я мотал срок почти восемь лет. Честя ублюдка, удумавшего проводить экзамены в воскресенье, такими словами, что любой сапожник бы позавидовал, я влетел в здание и отправился к месту раздачи направлений “на казнь”. Угадайте, какой кабинет достался самому невезучему человеку в городе? Правильно, №13. Я уже привык к такому, одни только чёрные коты по трое за раз пробегали передо мной. Войдя в “пыточную”, я отметился в “судном журнале”. Теперь предстояло самое страшное – тянуть билет. Из двадцати я знал на “хорошо” лишь семнадцать, ещё один потянет на “тройбан”, а последние два вообще не смотрел. Эх, а не спроста я про невезучесть говорил… Потерянным взглядом я уставился на страшные слова: “Билет №19”. Прощай, жестокий мир… Домой можно не возвращаться.

***

Малолетки, бегущие со своего утренника домой, испуганно бросали взгляды на восьмиклассника, матерившего всё, на чём мир стоял. Думаю, понятно, кто это был. Продолжая свою тираду, я даже не заметил, как мой приятель Глеб подошел сзади и хлопнул меня по плечу. - Ты идёшь или как? – спросил он слишком спокойным голосом для человека, завалившего экзамен. Оно и понятно – его родители всегда готовы к таким новостям, не то, что моя мамашка. - Ага, подожди пять сек, - разбито ответил я. Подхватил я портфель, голову повесил и пошёл за компанией: белобрысым пофигистом Глебом, вечным прогульщиком Максом и пацанкой Настей из параллельного. Почему я не пошёл со своими друзьями? Ответ прост: ходить с тем, кого не существует – первый признак шизофрении. Да-да, друзей у меня нет. Приятели – были, товарищи – да пожалуйста, но вот друзей – настоящих, с которыми приятно проводить время – увы, не имелось. За такими размышлениями, время прошло незаметно. Сказав привычное “Давайте, до скорого”, я вскочил на подъехавший автобус. Ехать домой мне ой как не хотелось, но идти на подработку в этой петушиной форме мне было стыдно. Автобус остановился у моего дома. Я вылез из него и, молясь, чтобы моя невезучесть успокоилась на сегодня, пошёл в сторону своего подъезда. Завернув за угол, мне не посчастливилось столкнуться с какой-то блондинкой лет двадцати. Она выронила из рук странный предмет, по которому, видимо, эта особа разговаривала. Сдавленно пробурчав привычные слова “Извините, не заметил”, я отправился дальше к дому и, наконец, вошёл в подъезд. Поднявшись на лифте, я повернул ключ в замке и вошёл в квартиру, не переставая молиться. В кои-то веки мне повезло: мать всё ещё дрыхла. “Видимо, ещё не отошла от пьянки с новым ухажёром,” – ехидно подумал я параллельно со вздохом облегчения. Эх, форма, иди-ка ты на три буквы! Здравствуй, нормальная одежда! Натянул я джинсы, футболку, любимую клетчатую рубашку, кроссовки, прихватил бутылку колы с пачкой семечек и решил убраться подальше из обиталища моего персонального Люцифера, то бишь матери. Ноги, вот почему вы меня так быстро несёте? Иваныч ещё ворчать будет: “Чего в такую рань припёрся?” Иваныч – мой дед и единственный человек, который ко мне нормально относится. Работаю я на него. Ну как работаю – помогаю всякую шнягу ремонтировать, а он мне платит. Я уже лет с десяти установил себе ряд правил, одним из которых было – “Всё надо заслужить”. Деньги тоже относятся к этому правилу. Я решил немного пробежаться, а то ещё обленюсь чересчур. Я выбежал из-за угла и через секунду увидел ту самую блондинку, с которой недавно столкнулся. Она уже ничего в руках не держала, а стояла, широко раскинув руки, будто чего-то ожидая. До неё было метров пять, уйти в сторону я не мог. Я успел только проорать: “С дороги, мать твою!” Странно, но в её широко распахнувшихся глазах читался не страх, а скорее удивление. Спустя мгновение мы столкнулись, и она отлетела спиной вперёд. Я же просто упал. А ещё мгновение спустя, всё потонуло во мраке.