Наказание: часть вторая.

- Чего же ты стоишь в стороне? - улыбка девушки была насмешливой и даже жестокой, Субару и вправду даже почувствовал дрожь от такой смены характера. - Ты это мне говоришь? - уточнил он, немного побаиваясь, девушку с хлыстом, обвитым около своей шеи. Чего-чего...а этого от дочери священника он никак не ожидал. - А кого же еще? Думала, ты мне поможешь... - хлыст со свистом вернулся к своей хозяйке. Вытащив чемоданчик из под своей кровати, девушка, пытаясь усиленно скрыть румянец, который был прочно закрыт маской, также подаренной брюнетом в последний день тренировок, которую она обнаружила около своей двери, надела на себя ничто иное, как старпон, к ужасу для Субару, который понимал, от кого девушка получила такого рода инструменты, она хотела, чтобы он участвовал в процессе... Азуса же продолжал покорно вылизывать её сапоги, не обращая внимания ни на светлоголового альбиноса, ни на "Еву", которая дала ему стоющее задание, за которым следует самое настоящее НАКАЗАНИЕ!!! - Азуса... подними голову... - аккуратно прошептала девушка. Юноша послушался и подняв подбородок вверх очень удивился. Большой фаллос, длинной и шириной пугающий алоглазого вампира, уперся в щеку Азусы и тут же с размаху шлепнул его с такой силой, будто был кирпичом, внутри резинового фаллоимитатора. Дрожь блаженства передернула вампира и он с надеждой и полными доверия и любви глазами встретился со своей Госпожой. - О! Дааа... Ева... будь еще жестче... Прошу, делай еще больнее... Я прошу тебя... Внутри Юи все сжималось... ей было стыдно и жалко Азусу. Она не хотела делать ему больно... но Рейджи... Рейджи-сан похвалит её если все пройдет гладко... Ради этого стоит быть "ТАКОЙ". - Ты меня разочаровываешь, Су-ба-ру-кун... - хлыст прошелся по щеке младшего Сакамаки и вновь вернулся в руки своей хозяйки. Легкие и непринужденные движения и голова брюнета оказалась в новом многослойном, похожем на змею, удушающим кольцеобразном ожерелье, а толстая во всех смыслах головка фаллоса уткнулась в рот вампиру-мазохисту. - Бери его в рот и соси... Грязная тварь... - жестко впихивая внушающих габаритов "штуковину", Юи не заметила, как начала двигать бедрами, проникая глубоко внутрь и намокая от такого рода движений, от которых разум начинал действовать совсем по-другому. - Субару! Возьми его сзади! Ну же... - её разгоряченный от похоти голос отдавал хрипотцой, а глаза, гранатового цвета, так и сверкали желанием увидеть его "таким". " Значит Рейджи сказал ей... Ублюдок! " Стоны и хлюпающие звуки, издаваемые Муками словно мед обволакивали всю комнату... его гортанные звуки, похожие на стоны заставляли приковывать все внимание к нему одному. "Он создан, для того, чтобы его использовали!" - пронеслось у бунтаря в голове. Рыкнув от недовольства и злости, Субару все же послушался Её "совета" и решив поучаствовать в унижении юноши из враждебного клана, подтолкнул сзади голову мазохиста, насаживая глубоко на искусственную плоть. Эфеб был так счастлив, что и "Ева" и Сакамаки, готовы доставить ему то, что он жаждет более всего - боль, много-много-много боли, настоящей, той, от которой ему будет очень-очень хорошо, так хорошо, что он будет плакать, а возможно и вскрикивать... - Давай, грязная тварь, глотай его поглубже! - Юи, чей характер менялся не в лучшую сторону, становилась агрессивнее и возбужденнее, одна ее часть говорила -"СТОЙ! ЕМУ БУДЕТ НЕПРИЯТНО!", а вторая твердила - "Видишь это похотливое выражение на Его лице? Он хочет, чтобы ты делала Ему больно! А это лишь приятная "прелюдия" - овладей и убей это Дерьмо!". К счастью или несчастью, вторая половина побеждала. Но Субару, которого пригласили решил действовать иначе: избавившись и отбросив с себя кофту, штаны и трусы, оставив только обувь и аксессуары, юноша проделал то же самое с противником, содрав с Азусы одежду, которая превратилась в ошметки, с легкостью бросил его на кровать. От неожиданности, юноша сжался, но сильные руки же насаживали его задницу, тощую и впалую, на эрегированный и сочащийся от соков член, который никак не мог протиснутся в узкое отверстие. Адреналин, вскипающей крови, пульсация и агрессивность - все это перешло в самый настоящий тройнячок, где нижним был Муками. - Даже если так... главное боль... много боли... Еще боли! - шептал как заведенный брюнет, наслаждаясь мгновениями режущей боли заднепроходного отверстия, которое расширялось по мере прохождения проникающего внутрь слизистой оболочки мужского естества. Подаваясь вперед и помогая Сакамаки насаживаться, он закусил губу и с дрожащими от процесса ногами стал теребить себя внизу. Юи, чье знание "сношения" было если не полным, так частичным, ведь впервые она видела голым лишь Райто, который открылся пред нею в церкви во время того насилия, совершенного над нею в святом месте и вместе с ним Аято, которого она видела в тот день, когда Рейджи решил наказать их обоих. Впервые она видела, что этот процесс может приносить удовольствие, разжигать страсть, наполнять всю атмосферу жаром и похотью. Все что она делала до этого, казалось простыми шалостями... Субару казался таким мужественным и настоящим мужчиной, овладевающим худеньким телом Азусы-куна, который изгибаясь и насаживаясь, получал удовольствие, смешанное с болью. Кровь стекала по его ногам и впитывалась в простыни на ее кровати, а примитивные, но быстрые помахивания юношей заставляли загораться желанию где-то внутри живота, отзываясь зудом в срамном месте. Хотелось присоединиться и почувствовать себя на месте Азусы-куна, делать такие "вещи" вместе, сходить с ума... Горячо дыша, блондинка так-же залезла с краю и как и говорил ей Рейджи, пользуясь "помощью" темпераментного помощника, она надела на голову "жертвы" специальный кляп, который бы не позволила укусить ее плоть. - Дай мне свои лапки! - голос девушки звучал как команды, которые она давала словно собаке, верному псу, который исполнит все, что Госпожа пожелает. Юноша, чья правая рука была испачкана в естественной смазке протянул алоглазой, как и чистую левую руку, которые девушка скрутила и скрепив наручниками из прочной стали, села сверху на голову так, чтобы язык вампира-тихони мог ласкать ее дырочки, так как бы она сама того хотела. Азуса делал все как было необходимо, слизывая стекающую жидкость возбужденной "Евы", которая заламливала его руки до боли пару секунд назад и лаская то нежную "орхидею" ее тела, то "пещерку", которые были сокрыты тонким кружевом; груди, которые сжались и превратились в бусинки, манящие и желаемые, не остались без присмотра - Субару, который наконец-то резко протолкнулся во всю длину своего члена в анальное отверстие юноши, возжелал крови жертвенной невесты и потянулся было к ним (сосочкам), как тут же получил по лицу той же самой плеткой-кнутом. Разрывая анальное отверстие со злостью и проталкиваясь глубже внутрь, где все было так узко, что хотелось кричать, чувства обострились, ведь то, что Азуса сжимал его сильнее, чем Райто, ощущалось во сто крат приятнее... Юи почти расслабившаяся от ласк, почти забыла, что нужно покончить с членом семьи Муками, попыталась прийти в себя, вновь всунув в горло юноши с глазами цвета морской волны свой сторпон и неуверенно вонзила нож в живот, но глубина ножа не так сильно ранила юношу, как ожидала блондинка. Крик юноши и его крупная дрожащая плоть были прекрасны. С ужасом осознавая свои мысли, девушка надавила сильнее проникая вглубь живота острием, как член средних размеров эфеба со шрамами, стонущего от боли и удовольствия, прыснул вверх спермой, попав и Субару, и Юи на лица, забрызгав грудные клетки и животы. - Тебе такое нравится?! Какой же ты меркий кусок грязи, ничтожество! - рассмеялась скорее от неожиданности происходящего девушка (нервно сжимая ручку ножа), но понимая, что задание еще не выполнено - прогнула голову серибристоголового, ниже, чтобы он "очистил" испачканное Азусой, тело и грудь, покрытое черным кружевом,который еще дрожал от испытанных секунду назад ощущений. Язык юноши с осторожностью столкнулся с слегка потным от напряжения телом девушки, как вдруг она уткнула его в член Муками, заставляя его "обсасывать" член того-самого меланхоличного засранца, при этом вспарывая левой рукой словно скатерть, его живот.

***

Руки не чувствовал себя когда-либо более униженным, чем в тот момент. В разработанное отверстие, смоченное, в отличие от Коу, его насильник вставил палец, затем еще один и тут же засунул в рот, который странно реагировал... издавая не свойственные юноше звуки, которые усиливаясь по мере проникновения. Мышцы заднего прохода привыкали... Надетый на задницу регулятор для более комфортного проникновения был надет без особого труда на его податливое тело. Так же как и кольцо для яичек, которое было узким и болезненно посылали в мозг импульсы, что скорее всего кровь, выпитая перед приходом туда не добралась, в силу поставленных препятствий, что чувствовалась колющей болью в месте застоя. Рейджи был доволен. Вставая сзади и вымазав в меду свой фаллос, он незамедлительно потянул за кольцо и вошел в анальное отверстие.То чувство, когда тягучий мед является и инерционным, и противоинерционным компонентом, неповторим - чудесный в своем двойственном соитии. Руки содрогнулся и выгнулся в позвоночнике от боли, как мартовская кошка, поднимая задницу, которая словно разрывалась изнутри, чувствовалась каждая трещинка, каждый разрыв, заполняемая медом и кровью. Толчки были жесткими и резкими, отчего глаза заслезились, не контролируя себя, он хрипло вскрикивал, сжимая свои зубы от боли и унижения до самого скрежета.

***

Рейджи даровал особые наслаждения... совсем непонятные для большинства людей, которые заключались в испытаниях на прочность, которые в противовес ломали... внутренний стержень, лишая воли. Он любил наслаждаться падением каждого, а то, что он называл "падением" , было неким представлением, "отводом" души, если она и вправду у него была. Так он чувствовал власть. А это власть, точнее попытка ею обладать, рождала различного рода унижения, которые довелось попробовать каждому провинившемуся. После того раза, братья объединились, чтобы свергнуть тирана. Но попытка провалилась. Мастер был слишком хорош. Попытка переворота - перешла в групповушку, так как каждый из братьев не смог ослушаться Рейджи. Ибо он был "верхним", а его приказы - закон. Потому-то его предложение, "наказать" Муками - стала естественной привилегией, которую всем пришлось одобрить.

***

Коу рыдал, чувствуя движение и стекающие слезы брата, но сзади в него долбился Аято, который смеялся, наблюдая как Рейджи издевается над обоими братьями Муками. Райто снимал домашнее порно, включая музыку, на телефоне Коу, которая стала хитом для идола и его компании. - Коу-кун... улыбнись, тебя снимают! - смеясь и ухмыляясь, рыжий подходил все ближе и всовывая в рот идола свое снова "восставшее" достоинство, попросил вылизывать, чтобы видео не попало в сеть в тот же момент. - А это Руки Муками, посмотрите как ему нравится, когда Господин дерет его сзади! - продолжал юноша, словно вел прямой репортаж, но тут, блондин укусил его за достоинство, отчего ноги свело и от боли пришлось держаться за продырявленную от клыков кожицу. - Ах ты ублюдок! - лицо эфеба просто воспылало гневом, таким злым никто Райто никогда не видел. Тайное стало явным, самое чудовищное из его лиц вышло наружу. Схватив клинок, Райто полоснул шею красавчика-идола, окропив все вокруг темно-бардовой кровью, включая нагого Руки, в глазах которого застыло самое настоящее удивление и страх потери. - Довольно... Ты все испортил. - бросил Рейджи, окончательно потеряв интерес к своему делу, брезгливо вытираясь от чужеродной крови, словно от мерзкого гноя или какой-нибудь заразы. Аято тоже прервался и тут же начал материться, понимая, что это было чем-то лишним... А Руки дергался и дергался, пытаясь вырваться из сковавших его "аиста" и ошейника, да поубивать всех, заливаясь потоком слез и кажется навсегда потеряв "невозмутимое лицо", нашептывая лишь пару одних и тех же слов: "Я убью тебя!!! Убью тебя! Убью!!!".

***

Шу отрезал лишь три пальца, но за них поплатился задницей, в которая с трудом расширялась под влиянием Юмы, явно невменяемого. Нож, который лишил медноголового мизинца, безымянного и среднего пальцев на левой руке, был отброшен далеко вперед. Боль которую ему довелось узнать при Рейджи и Аято - оказалась не такой уж и сильной, в отличии от фаллоса Юмы, чьи габариты нельзя было недооценить. Первые пятнадцать минут, которые онный пытался проникнуть в анал, казались вечной мукой первого круга Ада для Сакамаки Шу, который жмурясь от боли обдирал паркет своими ногтями и пытался отползти от своего мучителя, однако в силу своих возможностей не мог справится с поставленными задачами, будучи зажатым массивным телом. Второй круг Ада начался, когда член гиганта прошел на половину, разрывая стенки прямой кишки, крики блондина разносились на весь дом, схожие с душераздерающими криками смертельно-раненного белого медведя, и яростно удушая за шею блондина,прижимая синеглазого к полу, его мучитель показывал насколько ему хорошо, смеясь и вздыхая от приятного времяпровождения. Затем следовал - Третий, когда тело пронзила яркая как вспышка боль, начиная трясти все тело и теряя рассудок: чувствительная точка задевалась множество раз, так, что Шу кончал раз за разом. Слезы и прочая жидкость стекали из всех дыр, когда он начинал приходить в себя, понимая, что позы меняются, а Муками до сих пор неудовлетворен.