Другое пророчество.

Утром следующего дня Мелюзина полетела к озеру. Купание в нем доставляло ей удовольствие, придавало бодрость телу. Она плыла, рассекая прозрачную, по-утреннему, холодноватую воду. Её глаза сияли, щёки порозовели, а кожа мерцала. Она чувствовала, как жизненная энергия наполнила её. Высушив себя палочкой, она оделась, села на метлу и полетела к условленному месту. Мелюзина зависла над кустами чёрных цветов, как вдруг в них что-то зашевелилось. Она выхватила палочку к бою, кусты раздвинулись, и показалась голова колдуна. – Напугал, извините, я поджидал вас, – сказал колдун, выходя их кустов. Волшебница опустилась и достала из кармана мантии крохотную метлу. – Мистер, я принесла вам то, что обещала. – Вы не зайдёте в моё жилище? – Колдун жестом пригласил её войти. Небольшая овальная дверца появилась на огромном стволе дерева, лишь только волшебник коснулся его палочкой. Спустившись по земляным ступенькам внутрь, девушка увидела кое-какие перемены. В прошлый раз стол был завален деревянной посудой, пучками трав и бутылочками из тёмного стекла. Сегодня стол был убран, на нем стояла большая лампа, пламя которой освещало помещение. Толстые корни дерева оплетали не только потолок, но и стены. Рядом со столом, у стены, стояла лежанка, накрытая звериной шкурой. Рядом, в нише, горел очаг. Над ним, на крюке, был подвешен чайник. Несколько грубо сколоченных табуретов стояли у противоположной стены. – Присаживайтесь. – Волшебник пододвинул табурет, девушка села. Он взял метлу, которую одолжил Мелюзине, увеличил её и поставил у стены. – Как ваша нога? – спросил он. – Спасибо, зажила, и как вы сказали, следа не осталось. Я не знала чем вас отблагодарить, вот, принесла кое-что. – Она положила на стол коробочку. Колдун открыл её и удивленно посмотрел: – Пирожные? Мелюзина покраснела, действительно, глупо. Разве спасителей благодарят сладостями? – Вы зря так смутились, я давно не ел сладкого, да и мой слуга будет очень доволен. – Помните, в тот раз вы упомянули лесных эльфов, с помощью которых можно найти любую траву. Мне очень нужна лунная трава для больничного крыла. - Проговорила девушка. – Очень опасное растение, но вместе с тем и чудодейственное. Когда вам нужна эта трава? – Когда сможете её достать – она ведь растёт только в полнолуние. – Сказала Мелюзина. – Надеюсь, вы не додумаетесь прогуляться по лесу в полнолуние, да ещё в час шакала, – предостерег колдун, – именно в это время можно её сорвать – с трёх часов ночи до рассвета, потом она исчезнет, прямо скажем, немного времени на поиски в кромешной тьме. Кроме того, ночью в лес не сунется ни один здравомыслящий человек. Смерть ожидает того, кто по недомыслию забредёт сюда. – Я и не думала этого делать. Ещё я хотела сказать, что у профессора по травологии я узнала о цветке, дикой лилии. Каждый, кто попадет в капкан, смоченный её соком, проведёт в больничном крыле дня четыре, а вы поставили меня на ноги за какой-то час. Это говорит о вашей магической силе и глубоких знаниях. Я осмелюсь вас попросить, мистер, дать мне несколько уроков, разумеется, за плату. – Плата? К чему мне золото в лесу? – Он задумался. Вдруг Мелюзину пронзила резкая боль, она пошатнулась и схватилась за стену, затем, как подкошенная упала, в глазах потемнело. – Кто вас подослал? – тихим ледяным голосом спросил колдун. Мелюзина усилием воли мотнула головой. Горло сжимала боль, тело сдавила невидимая сила, словно гигантская змея обвила ее, девушка задыхалась. – Кто подослал вас? – так же тихо повторил колдун. – Никто, никто, – захрипела Мелюзина, её тело выворачивалось, руки скрутило за спину, кровь тёплой струйкой потекла по губам и подбородку, и тут мгновенно всё прекратилось. Девушка прерывисто и тяжело дышала, глубокий вздох, один, другой, она заставила себя дышать ровнее. Колдун подошёл и протянул ей руку, чтобы помочь подняться. Усадил её на лежанку и вышел в другую комнату, открыв низкую дверцу. Когда он вернулся, в его руках был пузырёк и бинт из паутины. Он смочил его и приложил к носу Мелюзины. – Сейчас всё пройдёт. – Вы сумасшедший, вы чуть не задушили меня. Стоило спасать меня вчера, чтобы сегодня убить. – Я подозревал, что вы кем-то подосланы, когда вы попросили дать вам несколько уроков. Теперь вижу, что ошибся, извините. – Извините? Вы применили запрещённое заклинание Круциатус, вас надо заковать и отправить в Азкабан. Колдун засмеялся: – Да, там давно меня ждут, успокойтесь и выпейте чаю. – Он налил горячего чаю в деревянную кружку. – Но как вы сделали это? В ваших руках не было волшебной палочки. – Я очень много тренировался, – ответил он, снисходительно улыбаясь. – Придётся дать вам несколько уроков. В этом случае вы не упрячете меня в Азкабан? – Только после того, как сдам экзамен, и получу звание профессора, – холодно ответила она. – Да вы шантажируете меня, славно. Тогда слушайте и запоминайте. Вы, слабая ведьма, у вас была палочка. Всего на секунду вам надо было забыть о боли и заклинанием Акццио, достать её из кармана, а потом шарахнуть Петрификус Тоталус, и я бы окаменел. Но вы растворились в своей боли, иначе потеряли бы сознание,что тоже неплохо. – Великий Мерлин, да вы садист, вот мне повезло! Значит, каждый раз, чтобы проверить мои способности вы будете истязать меня? Колдун захохотал: – Ну, это зависит от вас, если вы будете ленивой, то да. А если серьёзно, как вы выберетесь из замка незамеченной? – Два раза в неделю я свободна до двух часов, потом, я очень люблю плавать, и директор школы знает об этом. Я могу прилетать к вам именно в эти дни. – И всё же меня настораживает одно обстоятельство. Вы готовы довериться совершенно незнакомому волшебнику, даже не имея понятия о том, кто он такой. Может, я использую вас, наложу заклятье, и вы выведаете все тайны Хогвартса для меня? А может, вы привыкли, что по первому вашему желанию всё исполняется, как по мановению волшебной палочки? Может, вы из тех избалованных самонадеянных девиц, которые уверены, что всё и вся должны исполнять их прихоти? А может, вы очень наивны, и ваша наивность граничит с полнейшей глупостью? – С чего вы взяли, что я избалована? Я с пяти лет жила с чужим человеком, и моей нянькой. Родителей я видела только один раз в год, когда они были в отпуске и то, только один месяц. Моя мама – сквиб, а отец – маггл, они были против того чтобы я жила в мире колдунов, населенном мифическими существами и чудовищами. И когда волшебные способности, доставшиеся от предков, буквально распирали меня, они наняли мне учителя. Магрибский колдун, вот кто был моим учителем. Я жила в полной изоляции от остальных моих сверстников. О какой избалованности вы говорите, когда меня гулять выводили чуть ли не на поводке? Наставник не разрешал мне общаться с молодыми людьми. У всех девушек к шестнадцати годам уже были поклонники, с которыми они проводили время, а я сидела взаперти и зубрила заклинания. Конечно, с возрастом я научилась хитрить, и мне удавалось провести моего «неподкупного стража». Не буду вдаваться в подробности, но я смогла наверстать упущенное не только на каникулах, когда прилетала к тёткам, но и под носом у Магриба. А что касается тайн Хогвартса, то это просто смешно – никто не станет посвящать меня в тайны хотя бы для того, чтобы ни у кого не возникло искушения выпытать у меня эти тайны. Да, насчёт наивности, может, вы и правы, но даже тогда, когда вы применили запрещённое заклятье и причинили мне боль, я чувствовала, нет, я точно знала, вы меня не убьёте. Колдун с пониманием кивнул головой. – Моя маска вас не смущает? А лысая и блестящая голова, похожая на рождественский шар? – Я же вам сказала, мой учитель был Магриб, а они все носят маски. Он показал мне своё лицо только через три года. Представляете мое удивление, когда оказалось, что мой наставник – довольно симпатичный мужчина средних лет. А лысая голова – ну что же, у каждого свой имидж, – кокетливо добавила Мелюзина. – В моём случае, боюсь, вы удивитесь по другому поводу. Моё лицо изуродовано мощным заклятьем. – Это сделали Пожиратели? –Куда им, это демоническое существо, дьявольское создание высокого уровня. – Не может быть, вы бы умерли тогда. – Практически так и было. Я превратился в «ничто» с большим трудом мне удалось восстановить своё тело, а лицо так и осталось уродливым. Мелюзина хотела посочувствовать, сказать какие-нибудь тёплые слова, но благоразумно промолчала. «А что, если ему не понравится», – решила она. – Я так и не представился, – спохватился колдун, – меня зовут Марволо. – Он протянул руку. – Наконец-то я знаю ваше имя. Марволо, необычное имя, красивое. – Вы так считаете? А я всегда терпеть его не мог. Имя моих деградировавших предков. * * * Мелюзина обогнула замок и заметила внизу, во внутреннем дворе, толпящихся студентов. Они радостно кричали и свистели, показывая куда-то вверх. Мелюзина в недоумении выискивала причину такого восторга. Наконец она увидела Хагрида, который верхом на большущей метле рассекал воздух. – Хагрид, – окликнула она и помахала гиганту рукой. Он заметил её, резко развернулся и помчался навстречу. – Ну как? У меня неплохо получается, правда? – Отлично получается, – ответила она, улыбаясь. – Я так благодарен вам, Дамблдору и Блэку, ну прямо слов нет, как благодарен. Они опустились рядом с главным входом. Толпа ребят обступила Хагрида, Гарри и Рон обняли его, другие ребята трясли его большие руки, возгласы одобрения разносились по всему двору. Наконец, вдоволь накричавшись, толпа успокоилась и во главе с Хагридом направилась в Большой Зал на обед. Профессора встретили Хагрида аплодисментами. Он, раскланиваясь, прошёл к своему месту. – Вы так легко маневрируете, я восхищаюсь вами, – сказала профессор Трелони, пожимая ему руку, а про себя подумала, - « Великан, да ещё верхом на метле, размером с бревно, и не выглядит неповоротливой глыбой». Обед ещё не начался, поэтому у студентов было время бурно обсудить эту новость. – Гермиона, что у тебя с коленкой? – поинтересовался Рон, увидев перевязанную ногу. – Представляете, утром на перемене села на скамейку и поранила ногу под коленом. Крови было! Кто-то воткнул шип, и я поранилась. Уже почти всё прошло. Она села рядом с Гарри, он нежно погладил её больную ногу. Гермиона улыбнулась, и юноша предложил встретиться в выручай-комнате после ужина, она согласилась. Гарри повернулся к Рону, того рядом не оказалось. Рон что-то оживлённо обсуждал с ребятами из Рейвенкло, и, видимо, поглядывал на Луну. Гарри сделал такой вывод потому, что девушка слегка покраснела. – Привет, Гарри. – Он оглянулся и увидел Симуса Финнигана, который сел рядом. – Симус, разве Снейп не оставил тебя без обеда за то, что ты взорвал котёл? – Точно. Он что, передумал? – удивился только что подошедший Рон. – Ага, передумал. Это твой сок, Гарри? – спросил Симус. – Думаю, мой, если стакан стоит рядом со мной, – ответил он и залпом выпил его. Симус неожиданно встал и поплёлся к выходу. – Ты куда? – крикнул Рон. – Голова что-то разболелась, пойду к Поппи, попрошу какого-нибудь зелья. – Странный он какой-то сегодня, – заключил Невилл, глядя Симусу вслед. * * * Мелюзина пришла ровно в четыре в кабинет профессора зельеваренья, и чуть было не сбила с ног Финнигана, который усердно чистил котлы. Снейп сказал, что сегодня ему бы хотелось заняться легиллименцией. Мелюзина вздрогнула от неожиданности и разволновалась. Профессор собирался проникнуть в её сознание и мог увидеть колдуна Марволо. Этого нельзя было допустить. Девушка вспомнила, как недавно в трактире «Кабанья голова» точно также в её мозги пытался проникнуть вампир, тогда ей удалось послать ему несколько неприятных картинок. Она сосредоточилась, профессор произнес заклинание и увидел Мелюзину рядом с мужчиной, который был одет по-восточному, и лицо его закрывала полумаска. Они летели на ковре-самолёте. Следующее воспоминание также было связанно с этим волшебником, на этот раз они вместе шли по пустыне к развалинам древнего языческого храма, и тут наступила тьма, Мелюзина полностью закрыла сознание. – Ну что же, неплохо. На сегодня, думаю, достаточно. Довольная тем, что у неё так здорово всё получилось, Мелюзина вернулась к себе. * * * Гарри встретил Гермиону у портрета Барнабоса Спятившего. В прошлом году именно здесь появлялась дверь в выручай-комнату. Не успели они как следует сосредоточиться на своём желании, как дверь появилась прямо перед ними. Гермиона вошла первой, за ней – Гарри. Девушка не заметила выражение его лица, оно стало злым, и Гарри, грубо прижав её к себе, прошептал: – Наконец-то нам никто не помешает. – И впился в её губы. Гермиона отстранилась от него. – Гарри, ты что… – Она застыла, увидев его лицо: оно было покрыто испариной, губы искривились в похотливой улыбке. – Ну же, Гермиона, хватит ломаться, – ответил Гарри не своим голосом. – Ты для чего сюда пришла, а? Ведь не для того, чтобы поговорить о погоде и о природе, верно? Ты пришла за этим. – Он опять поцеловал её, больно укусив. – Что с тобой, Гарри? – Она оттолкнула его и прижалась к стене. – Со мной? Всё в порядке, а вот с тобой что? – закричал он и ударил её по лицу. Схватил её за блузку и с силой рванул, пуговицы разлетелись в разные стороны. Увидев кружевное бельё девушки, он захохотал, схватил её в объятья и повалил на пол. Гермиона завизжала, пытаясь оттолкнуть его. Он опять захохотал: – Сопротивляйся, мне это даже нравится. Она посмотрела ему в лицо. Волосы прилипли к потному лбу, глаза налились кровью, лицо исказила гримаса. «Это не он! Его опоили!» – мысль ударила молнией. Ужас застыл в глазах Гермионы, её бил озноб. Он видел и понял этот ужас. – Хватит держаться за ручки, Герми, пора начинать взрослые игры. – Он покрыл поцелуями её шею, грудь, это были мерзкие прикосновения, не его. Глаза Гарри горели, как в лихорадке, гнусная улыбка искажала его черты, он был страшен. Гермиона вскрикнула, тогда он разорвал белье на груди и приник к ней, а его рука бесстыдно заскользила по её телу. «Нужно как-то достать палочку, иначе я погибла», – лихорадочно подумала Гермиона. Она перестала отталкивать Гарри, а наоборот, крепко обняла. Юноша, почувствовав её ласку, обмяк, в ту же секунду она у своего пояса нащупала палочку, выхватила её и крикнула: – Петрификус Тоталус. – Гарри отбросило, он перевернулся в воздухе и упал, застыв. Гермиона вскочила и побежала к двери, но она исчезла. – Появись, прошу тебя, – взмолилась девушка, обливаясь слезами. – Появись, дверь. – Она ударила несколько раз по стене. – Появись же ты, чёртова дверь. – Гермиона замахнулась и ударила рукой… по двери, открыв её, она выбежала в коридор. – Помогите! Кто-нибудь! Она бросилась к окну, рывком открыла его и выпустила из палочки сноп красных искр. Любой волшебник, увидев этот сигнал, поймет, что кто-то в беде, что кому-то нужна помощь. Гермиона продолжала звать на помощь. Она услышала стук каблуков и из-за статуи показалась профессор МакГонагалл, она бежала по коридору, следом за ней – профессор Снейп. Мелюзина в это самое время была во дворе, она разговаривала с Луной Лавгуд. Увидев красные искры, она бросилась к замку, несколько студентов побежали за ней – Стоять на месте, – крикнула она студентам, выхватив волшебную палочку. Мелюзина побежала по коридору, а потом по лестнице и успела догнать Снейпа. – Профессор МакГонагалл, – закричала Гермиона и бросилась к ней. – Боже мой, мисс Грэйнджер, что с вами? Кто это сделал? – ужаснулась она, глядя на разорванную одежду девушки. Мелюзина и Снейп переглянулись, девушка сняла свою мантию и прикрыла Гермиону. Разорванная блузка открыла её шею и грудь, всю в кровоподтеках, и лицо девушки было в ссадинах. – Это Гарри, он там…я заколдовала его и… вырвалась, – вздрагивая от рыданий, еле произнесла она. – Его опоили, это зелье, очень сильное. – Она закрыла лицо руками и зарыдала ещё сильнее. – Это было так страшно… так страшно. Мелюзина обняла ее, стараясь успокоить. Дверь, по обыкновению, не исчезла, Снейп толкнул её, они вошли. Гарри лежал на спине, застыв в неестественной позе, руки его были подняты вверх, как будто он что-то ловил в воздухе. Профессор Снейп отменил заклинание. Юноша пошевелился, схватился за голову, словно испытывая сильную боль, и медленно, опираясь на стену, поднялся. Его взгляд вперился в присутствующих и вдруг лицо его изменилось, глаза посветлели, перед ними был прежний Гарри. – Герми, я тебя напугал, прости, прости, – тихо, виновато сказал он и протянул к ней руки. Гермиона сделала два шага навстречу ему. – Нет! – крикнул Снейп, но было поздно. Гарри одним прыжком оказался рядом с девушкой, и палочка коснулась её горла. – Назад, двинетесь с места, я убью её. – Каким-то утробным голосом произнёс Гарри. – Гермиона, ты бросила меня, но теперь мы будем с тобой навсегда. Я убью тебя, а потом – себя, и никто никогда не разлучит нас. – Гарри, – тихо взмолилась девушка, нежно прикасаясь к его лицу, – ведь это я, Гермиона. Неужели ты убьешь меня, неужели ты сможешь? Ты дорог мне, Гарри, и если ты это сделаешь, как будешь жить потом? – сказала она, глотая слёзы. Гарри отшатнулся, схватился за голову и что было силы, крикнул: – Беги, Гермиона. Беги-и-и-и. – Экспеллиармус, – выпалил профессор Снейп, и палочка вылетела из рук Гарри. – Торпорус, – крикнула профессор МакГонаглл – Гарри вытянулся в струну и оцепенел. По просьбе Снейпа Мелюзина побежала вперёд, чтобы разогнать зевак – никто не должен был видеть Снейпа и рядом с ним, плывущего на невидимых носилках Гарри Поттера. А больше того, никто не должен был видеть Гермиону в разорванной одежде и всю в синяках.