Бездна

Дарин кое-как дожил до окончания пар. Мозг кипел и отказывался воспринимать любую информацию. Просто сидеть и пялиться по сторонам было невыносимо, а для того, чтобы уйти, достойного предлога не нашлось. Вот и сидел он, не зная, что делать и куда себя девать. Преподавателей слушать было бессмысленно: они либо вгоняли в сон, либо становилось смертельно скучно. Под конец Дарин почему-то решил считать баранов, но сбился со счёта. Благо прозвенел звонок, и он мог спокойно уйти из института. Теперь домой хотелось и очень. Элла сегодня не работала, свиданий у нее не было, следовательно, она могла устроить очередной семейный ужин или уйти с головой в просмотр сериалов. Оба варианта как нельзя лучше устраивали Дарина, поэтому он с радостью поспешил к себе. Жил Эш недалеко, пешком было минут пятнадцать, если идти дворами, так что обычно Дарин так и ходил. Разве что зимой иногда пользовался общественным транспортом, когда казалось, что пробудь ты ещё пару секунд на морозе, и твои и так замерзшие конечности отмерзнут окончательно и отвалятся. Вот и сейчас он решил пойти домой пешком, особо не раздумывая. Быстро минуя институтский двор, Дарину посчастливилось ни на кого не наткнуться. В институте он не был любимчиком ни у преподавателей, ни у учеников. Наверное, его бы это огорчало и весьма сильно, да только он привык. В школе было хуже. В школе издевались, и чем старше становились его обидчики, тем изощреннее становились их издевательства. А в институте его либо не замечали, либо игнорировали. Праздник просто. Свернув на тихую улицу, Эш замедлился и завертел головой по сторонам. Он рассматривал небольшие уютные домики. Какие-то были украшены башенками, другие были выкрашены в тёплые оттенки, на некоторых задних дворах виднелись небольшие бассейны. На этой улице жили отнюдь не самые богатые люди, но именно им Дарин завидовал. Раньше вечерами он и Элла любили сидеть, пить чай и обсуждать, какой дом у них будет, когда в семье наконец-то появится мужчина. Они могли просиживать целые часы за этим занятием, только с возрастом Дарин понимал, что эти мечты несбыточны, и лучше их оставить где-то там, за порогом сознания. Его взгляд перескакивал с одного дома на другой, особо ни на чем не задерживаясь, а потом он наткнулся на табличку, на которой значилась фамилия Джефферсон. На мгновение Дарин остановился словно вкопанный, а потом решил ускориться. Вот только взглянув вперёд, он не смог сдвинуться с места. Тот же самый силуэт, что и в институте. И он неумолимо приближался. Его губы беззвучно шевелились, а потом кто-то будто бы включил звук, и Дарин смог услышать то, что говорил ему призрак. - Соскучился по мне? Я знаю, что соскучился, ты, мерзкий предатель! Я мог бы сказать, что на моём месте должен был оказаться ты, Дарин, но не скажу. Совесть тебя и так грызет, ещё и мои упреки ты вряд ли вынесешь. О, тебе ведь есть что мне сказать? - скривил своё лицо в непонятной гримасе призрак. Там столько всего было отражено: и ненависть, и злоба, сочувствие и даже умиление. - К-к-кип, - на мгновение Дарин потерял способность нормально выражать свои мысли, - боже, Кип. Какого черта?- только и смог вымолвить парень. - Я вижу, ты напуган моим появлением. Что ж, я был уверен, что мы сможем нормально поговорить, но, видимо, не в этот раз. Знай, мой дорогой, от прошлого нельзя спрятаться, от него не убежишь. Но искупить содеянное можно, и я подскажу тебе как, - призрак так близко подошёл к Дарину, что ещё вот-вот и их носы бы соприкоснулись. Кип поднял руку и медленно провёл по щеке Дарина, а потом визгливо расхохотался, - я не прощаюсь. Надеюсь, в следующий раз ты меня не испугаешься, - и с этими словами он растворился в воздухе. Там, где рука Кипа коснулась его кожи, Дарин чувствовал холод. Щека словно бы онемела, руки тряслись. Ему срочно нужно было сесть, а ещё лучше убедиться в том, что медсестра перепутала таблетки, и он просто увидел галлюцинацию. Только вот Кип не был галлюцинацией, а ещё ему явно что-то было нужно. - Моя жизнь? - вслух произнёс Дарин, и его покоробило от слабости собственного голоса. Не жизнь: мертвым чужих жизней не нужно. А вот отравить его существование Джефферсон вполне мог, да только не стал бы. Сам Кип терпеть не мог тех, кто после смерти занимался тем, что пугал живых. Смерть меняет, конечно, но не настолько и не таких, как Кип. Что сейчас нужно было, так это успокоиться и вдохнуть полной грудью. До дома оставалось не так уж и много, а там можно было запереться на все замки, захватить огромную кружку сладкого чёрного чая и подумать обо всем. Или посмотреть с матерью какую-нибудь комедию. Идея с комедией выглядела привлекательнее, но от проблем бегать нельзя. Возможно, лучше всего будет вернуться домой и вспомнить тот роковой день в мельчайших подробностях. Будь на то его воля, он бы никогда не ворошил прошлое. Прошлое должно оставаться прошлым. Разве не так когда-то, ухмыляясь во весь рот, говорил сам Кип? Его советов стоит слушаться, но не тогда, когда он сам настаивает на обратном. Чёрт, как же ему сейчас было страшно. Прямо как тогда, когда он впервые увидел призрака. Дарин вовремя остановил себя, осознав, что подобными воспоминаниями он загоняет себя в тупик, заставляет бояться ещё больше. Музыка. Музыка поможет ему расслабиться пусть и не полностью. Хорошо, что наушники он носил с собой везде. Надев их, он включил что-то веселенькое и позитивное на всю громкость и зашагал по тротуару, с каждым шагом становясь спокойнее.