20 лет спустя.

— Вставай! Перед тобой внучка наставника! Мне как-то не очень приятно, когда про меня так говорят. Я только несколько часов ассасин, а тут уже понеслось! Ерден переводит взгляд на меня и скалится. Ну, я не виновна, что тебя побила! Я сажусь за стол. Я сверлю пленника глазами… Скоро подойдут Дарим и Кулан Гал. — Ну? Долго будем в гляделки играть?! — грозно спрашиваю я, но Ерден лишь смеется. — Ха, ты думаешь, что я буду тебе отвечать? Ты, сопля, место свое знай! Я подхожу и бью с кулака… АУ! Больно! — АЙ! — Хех, думаешь, что мне больно? Силенок не хватит… И тут я еще сильнее бью его, отчего тот отлетает. И кровь потекла… Ну что, кто тут сопля? Я хватаю тамплиера за горло и приставляю клинок. — ГОВОРИ! ГДЕ ЧИНГИСХАН? — Не дождешься, мелкая ассасинка! Я надавливаю на горло сильнее. Кровь уже выступает. — БЫСТРО! — Пошла ты… Вдруг заходят Кулан Гал и Дарим. Они оттаскивают меня от тамплиера. — Ты что творишь?! — трясет меня за плечи Дарим. — Хочу узнать, где Чингисхан, и что он затеял! — Будь спокойней, — говорит Кулан Гал, потом обращается к тамплиеру, — Тебе ребенок задал вопрос. Повторяю теперь я: ГДЕ ЧИНГИСХАН?! Что он затеял? Для чего тебя послали убить Альтаира? — Местоположение и планы магистра я вам не сообщу, это во-первых; во-вторых, пошел ты… — Было уже! Повторяешься, — язвлю я, — Говори все! — Нет. — Мы убьем тебя, — продолжает Дарим, — Скажи нам все… — Вы и так меня убьете, так что мне терять? — Скажешь — проживешь подольше… Ты же все равно расколешься. — С чего это вдруг? Я вздыхаю. Здесь где-то был кол… — Ведем его в темницы… И, Кулан Гал, у вас есть разрыватель груди? Или дыба? .. А лучше крысы… Все подняли глаза на меня, особенно Дарим. — Марьяна… Это бесчеловечно! — Если мы хотим выведать вести, значит идем на крайние меры, и мне плевать, нравится вам это, или нет… — МАРЬЯНА! Отцу и матери это не понравится… — Я их же и защищаю… — Марьяна, такие орудия у нас есть. Остались здесь до войны, но… Никто не будет его пытать… — А я вас и не просила, так как Я буду все это делать… Не волнуйтесь, девочка я сообразительная, и знаю, что нужно делать… Просто отнесите его туда и закрепите на дыбах… Ты сейчас у меня допросишься. У меня нет никакого сожаления к этому человеку — мне плевать. Ты все мне расскажешь. Мы идем еще ниже, в подвал. Ассасины приковали мужчину к дыбе, а сами ушли… Ну все, прощайся с жизнью! Я начинаю растягивать дыбу: Слышится хруст суставов и костей, мужчина кричит… Это режет мне уши. А вот теперь я уже жалею о своей затее. — Не заставляй меня растягивать дыбу сильнее. Просто скажи все! Тот игнорирует меня, и я растягиваю дыбу еще сильнее. Я уже вижу, как кости постепенно отходят… СКАЖИ! Скажи! Тот опять молчит… Боже, не хотела я этого делать! Взяв в руки разрыватель груди и начала пытку. Кровь брызгнула мне на лицо, а передо мной открылись ребра… Я начинаю их ломать. — НУ? ГОВОРИ! Тот лишь орет. Я продолжаю ломать ему ребра. Вот, я уже добралась до внутренних органов. Нет, я больше не могу! Мне страшно! .. Все, мертв, я уже не слышу биение его сердца… Боже, что я наделала?! Я просто его убила, удалив ему всю грудную клетку и чуть не выпотрошив… Я — чудовище… — МАРЬЯНА?!!! Ты что наделала?! — взревел вбежавший внутрь Альтаир, — Ты же его… — Выпотрошила. Да… Он ничего не сказал… — И не нужно было. Мы схватили его сообщника, и он нам все рассказал. Чингисхан сейчас в другом княжестве, и вернется он, приблизительно к 1220-му году… НО ЧТО ЖЕ ТЫ НАТВОРИЛА? — Альтаир, я не знаю! Со мной что-то происходит! Я даже не обратила внимание. Я спокойно убила человека. Я — монстр… Теперь меня будет мучить совесть… Боже, сколько мне нужно отмаливать свои грехи, чтобы Господь простил меня? Если Эрика узнает, а она узнает, она будет бояться меня… Ведь я сравни с Джеком-Потрошителем. Ведь он тоже ведь был ассасином. А если со мной случится то же самое? О Боже. Лучше не думать об этом. Но если я стану маньячкой, или хотя бы будут к этому предпосылки, я не знаю, что сделаю с собой. 1227 год. Мы проникли в лагерь Чингисхана. О том инценденте мы умолчали. Никто не знает, куда пропал Ерден… У меня уже нет таких бзиков… Пока нет… План по убийству Чингисхана разрабатывался… ВСЕ ЭТО ВРЕМЯ! Эти 2 перефекциониста так кропотливо разрабатывали план, что руки чесались Альтаиру и Кулан Галу по тыкве ударить… Так, не шуметь, а то запалят! Вот он, Чингисхан. Обсуждает что-то со своим солдатом… Недолго тебе жить осталось, мразь… А вот его меч… Я уже чувствую его силу и мощь… — Ну? Действуем по плану? — спрашиваю я. — Да, — шепчет Альтаир, — Ты убираешь стрелков, Дарим — охрану, а мы с Кулан Галом убьем Чингисхана и заберем артефакт… Поняла? — Да… Правильно Мария возмущалась, почему Я должна убивать стрелков. — ИДИ! Какие же они противные! Так, без нервов, Марьяна, без нервов! Ты должна их убить… Боже, как я боюсь за Эрику! Она уже почти 2 года в заточении, а Аббас ее не переваривает… Не дай Бог он ее хоть пальцем тронул, зарою! Так, вот первый, я подползаю к нему, бью в спину клинком и кладу на землю… Рядом еще один. Убив второго, я направилась дальше… — АССАСИН! Я поворачиваюсь: Это не меня заметили… Альтаир… Ну, да что же это такое? Вдруг меня кто-то схватил за шиворот. Монгол. ОТПУСТИТЕ! .. Альтаира схватили, но Дарима и Кулан Гала нет… Где они? Чингисхан подходит к Альтаиру. Меня ставят рядом. — Глупые ассасины! Вы думали, что способны убить самого Чингисхана?! — смеется он нам в лицо, — Глупые… И не совестно ли тебе, Альтаир, брать маленькую девчонку с собой и заставить ее убивать… Впрочем, зная о ее жестокости… Вдруг прямо в дюйме от лица Чингисхана пролетает стрела! ЧЕРТ ВОЗЬМИ! Это же Кулан Гал! Монгол сразу же берет лошадь и собирается уезжать. Мы с Альтаиром убиваем стражников, а в этот же момент Кулан Гал стреляет в шею коня, и тот падает на землю. Чингисхан уже встал на ноги, но тут ему в глаз прилетает еще одна стрела, но уже от арбалета. Значит, Дарим. Люди разбежались, а врагов мы устранили. Мы с Альтаиром подходим к трупу Чингисхана. — Миссия выполнена… Мы едем домой? — Да, — отвечает Дарим и отдает меч Эдема Альтаиру, - Вот, отец. — Благодарю, сын… — и ассасин поворачивается к Кулан Галу и отдает меч ему, — Думаю, твое братство сохранит этот меч… — Но, Альтаир, ты же желал забрать меч в Масиаф. — Верно, но, боюсь, что и яблока будет достаточно, а тебе я доверяю, как сыну… — Но… — Кулан Гал, лучше не спорь с отцом, — усмехается Дарим, — Бери. Ассасин мялся, но взял меч в руки. — Благодарю, Альтаир. — Прошу, не за что… Пора объявить ассасинам, что Чингисхан мертв… — И снарядить корабль для вашей поездки в Масиаф. — Верно… Скоро домой… Скоро начнется борьба с Аббасом… Скоро мы потеряем Марию… И скоро я сойду с ума.