20 лет спустя.

— Ой все, мелкая! А где Альтаир?        — Не «Ой, все», а откуда у тебя твой клинок?        — Ты лучше скажи, где мы?        — В больнице ассасинов. Не волнуйся, тебя подлатали… Ну вещай, откуда клинок?        — Ну слушай… И я рассказала все Марьяне. Сначала она не поверила, но потом изменила свою точку зрения.        — Как?! Айбигел?        — Ты вообще ее не помнишь!        — Да конечно! Вы же обе со мной играли, когда я еще в пеленках была!        — Ну, а когда ты пошла в школу…        — Ну это да… То есть, она отдала тебе клинок и сказала убить Аарона?        — Да…        — Мария тебя проклинать будет…        — Почему?        — Во многих учебниках сказано, что Мария Торпе поклялась уничтожить того, кто лишил ее брата…        — Ну может, мы с ней не встретимся…        — Не уверена.        — Ну, знаешь, жить тоже хочется. Если бы он убил Альтаира…        — То не было бы и папы, и нас. Мария умерла бы вдовой… Кстати, Альтаир ушел выполнять задание.        — Без нас?        — Ну… Ты в состоянии раненой, а меня он оставил за тобой присматривать…        — И что теперь?        — Необходимо вернуться обратно в бюро… Правда твои доспехи…        — Что?        — Порваны, и рукав разрезан, когда тебе руку промывали.        — И что теперь? Мне вот так идти?! — спрашиваю я, вставая с кровати и показываю на ночную рубашку.        — Нет… Есть кое-что как раз для тебя… Альтаир и я бегали по всем портным, и нашли тебе кое-что у одного англичанина. Взяли почти даром. Его платья не рассчитаны на местных девушек, так как им запрещено, но не тебе, — и тут Марьяна достает из сундука потрясающее синее платье с белым корсетом с синей лентой, синими рукавами ¾, а на юбке белые узоры… Красота! Я конечно, не понимаю, почему нельзя было просто пойти к этому портному и просто зашить… Ну, думаю, что ситуация с доспехами плачевная. Да, думаю, если я выйду в наряде куртизанки, то вряд ли смогу пройти. Меня могут арестовать, а так я создаю впечатление английской дворянки-аристократки. Я одела это платье, мелкая затянула мне корсет, я расчесала волосы, и тут мелкая спросила:        — Слушай, Эрика, по-моему у тебя волосы были короче. Гораздо короче…        — Мелкая, ты же знаешь, что они у меня растут с космической скоростью и прогрессией. Не парься… У тебя, между прочим, тоже волосы отрасли. Нехило причем! Уже до пояса.        — Как и у тебя! У тебя были раньше пониже лопаток, а сейчас…        — Так, без разницы… — Я собираю волосы в хвост, мелкая дает мне клинок, я одеваю его на руку, и мы выходим из комнаты. Это действительно больница ассасинов? Похоже на обычный жилой дом. Мы спустились вниз, и тут нас встретил ассасин средних лет.        — Доброе утро, Машкур, — приветствует его сестра. Это же сколько я была в отключке…        — Доброе утро, Марьяна… А вы, я так понимаю, Эрика, так ведь? Марьяна много о вас рассказывала. Да и Альтаир о вас говорил много хорошего.        — Абсолютно верно. Мне интересно, что же про меня такого лестного говорили вот эта мелкая аферистка и Альтаир?        — Только хорошее… На вас прекрасно смотрится это платье…        — Только в случае нападения не скроешься. Корсет сковывает все движения…        — Ну ладно, спасибо, что спасли мою бестолковую сестру, но нам пора… До свидания! — и мелкая тащит меня за руку. Как только Марьяна переступила через дверь, я сказала:        — Спасибо.        — Не за что. Это мой долг. Мы выходим из этого дома. Ну здорово, жестокие реалии! Так, Эрика, сделай вид настоящей леди, чтобы ни у кого и в мыслях не было, что тебя вчера полоснули мечом, и ты убила тамплиера. Мелкая идет спереди (Блин, купили бы ей платье, мы бы не отличались, как белые вороны. Ладно. Если спросят, скажу, что она — моя… Телохранительница» или оруженосец (Она несет мой меч, ножи, а кинжал у меня на ноге). Не знаю, как на нас еще не кинулись, ведь по законам Сирии я не имею права ходить в таком виде. Хотя… Я американка. Для других скажем — англичанка…        — Ты сказала Альтаиру?        — Про что? — не поняла Марьяна.        — Про клинок.        — Нет. Он знает, что Аарон был убит ударом клинка, но про это все я промолчала… Думаю, ты сама должна ему показать клинок.        — Зачем?        — Мне кажется, что Айбигел имела в виду то, что если ты покажешь клинок Альтаиру, он изменит его конструкцию… Пальцы отрубать не надо будет, и как-нибудь свой клинок модифицирует.        Мы добрались до бюро. Конечно же, я, лезущая в длинном платье на крышу — зрелище эпичное, но слава Богу, мелкая не заржала.        — Вернулась, тебя всю ночь искали! — заявил Джабаль.        — Я вернулась, прогуляться захотелось.        — Ночью?        — Ну да… Ночью спокойней, чем днем… Надеюсь, что моя ночная прогулка…        — Я же тебе сказала: Альтаир пошел убивать Монферата. Ты его спасла… — заявляет сестра.        — Я бы сказала, что не только его. И бабулю, и папу…        — И нас…        — Так, не время плакать… Платье, конечно, безумно красивое, но… Мне ехать так? Или есть сменка?        — Нет уж, простите! ..               — А… Альтаира мы ждем, или он приказал нам ехать одним? — Лучше подождать, — сказал Джабаль, — Может, он уже завершил дело.        — Надеюсь.        Эх, чем бы себя занять? Как убить время? Просто читать? Мне кажется, что все интересные книги я уже прочла, а все остальное — летопись… АААААА! Ладно, пойду выкупаюсь, а то от меня наверное, уже запашок идет неприятный… Я набрала воды в деревянную ванну, сняла платье и залезла в ванну…        Ну и как рассказать Альтаиру о клинке? С чего начать? Нельзя же просто подойти и сказать: «Альтаир, вот это мой скрытый клинок, который отец подарил мне на 15-летие, а дала мне его моя мертвая сестра-близнец, которая была кибер-готом. Также она сказала убить Аарона, так как он хочет убить тебя, а следовательно и нас, так как ты никогда не встретишься с его старшей сестрой, и у вас не возникнут отношения, и кирдык нашей семье, да и братству, так что… Вроде все.» Пришел уже. Слышу его голос… Секундочку! Я еще не вылезла! Я быстро вылезла, вытерлась тканью, оделась, вылила воду и вышла.        — Ну что? — спросила я, в то время, как сестра затягивала мне корсет.        — Мертв…        — Ну это то понятно, — говорит мелкая, — А по поводу заговора против Ричарда…        — Ничего он не затевал. Монферрат приказал урезать продовольственный рацион горожан под предлогом установления дисциплины и порядка. На самом же деле он пытался сохранить запасы пищи, которые могли бы понадобиться в случае бунта или осады города.        — И ты раскаиваешься? — спрашивает Джабаль.        — Мне любопытно, почему повелитель приказал забрать его жизнь…        — Ну… Решения Аль-Муалима не обсуждаются. Ты сделал свое дело, Альтаир. Да пусть прибудет с тобой удача.        — И тебе, дорогой друг, — Ассасин уже вышел из библиотеки.        — Эй, Альтаир, ну подожди! Последние дырочки остались…        — Блин! С кедами аналогичная ситуация, — дополняю я, — Пока я шнуровала свои кеды… А мы тогда с подругой в кино шли, я 15 минут шнуровала «Converse»!        — Ну ты криворукая… — говорит Марьяна.        — По башке тресну! — и тут мелкая как затянула корсет, я даже вскрикнула.        — Ты что-то сказала?        — Ничего…        — Дамы, поторопитесь! — возмущается Альтаир.        — Все, все! Эрика, выдыхай.        Я выдохнула, поправила платье, и мы пошли за ассасином.        — До свидания, Джабаль!        — Пусть удача способствует вашим клинкам, дамы.        — Спасибо, взаимно! — хором ответили мы.        Мы вылезли наверх, спустились с крыши, и мы пошли к вратам… — Ну что? — говорит ассасин.        — Что?        — Аарон был убит ударом скрытого клинка в шею. Откуда ты взяла клинок?        Полагаю, нужно рассказать Альтаиру.        — Ладно, — вздыхаю я, — Этот клинок мне дала моя сестра…        — Не Я! — кричит сестра.        — Что? — удивился Альтаир, — Твоя сестра, но не Марьяна… А кто же?        — Моя сестра-близнец. Умерла 2 года назад…        — И как она могла передать тебе клинок, если мертва?        — Не знаю… В эту же ночь она приснилась мне. В том, в чем ее похоронили: В желтом платье, белых туфлях и с клинком на руке. Она отдала мне мой клинок, который я куда-то забросила и сказала, что я должна убить Аарона, так как он хотел убить тебя… И что клинок я должна показать тебе.        — Зачем?        — Палец отрубать нет надобности. У нас такие клинки, — констатирует сестра.        — Да.        — Интересно… Думаю, нужно показать повелителю…        — НЕТ! — заорали мне хором.        — Отчего же?        — Это ТЫ считаешь, извините меня, «Дебильным» отрубать безымянный палец, чтобы пользоваться клинком! Только тебе Эрика отдаст клинок, — завопила Марьяна.        — Хорошо… Но от чего погибла ваша сестра? Прошу прощения, я знаю, что это не мое дело…        — Почему не твое? Она тоже была твоей внучкой… Ее изнасиловали, а потом перерезали горло.        — Кто?        — Тамплиеры… Но родители отомстили.        — А вы?        — Мне тогда было 16, а мелкой 6 исполнилось несколько месяцев назад! Что мы могли? Ничего! .. Все, не будем об этом, прошу.        — Хорошо…        — Мелкая, у кого-то скоро должен быть…        — Днюха? Да… Я так хочу отметить ее дома. С шоколадным тортом, с клоуном, с мультиками…        — С чем? — интересуется Альтаир.        — Не заморачивайся… Поехали уже.        Мы как раз подошли к конюшне. Я с трудом залезла на своего белого скакуна (Красота — не только страшная сила, но еще и неудобная. Платье немного испачкалось).        — Я никогда больше не надену длинные платья. Никогда!        — Сестренка, не драматизируй! Ты же ездила в длинных юбках и платьях…        — Ну не на коне же, а на машине!        Мы пришпорили коней и поехали в Масиаф. Наконец то!