20 лет спустя.

— Слышь ты, мудень! — кричу я, — Имя твое как? — А как я представился в прошлый раз? Может быть, Варнава? Вдруг во двор вбегает толпа людей с гневными глазами. Они просто… вынесли ворота с петель (А ворота не маленькие). Они кричат: «Вот они! Держите их!» — А, похоже, общественное мнение против вас, ассасины? Вдруг Альтаир достает яблоко Эдема (ЧТО?! Ты больной?! На хрена ты его взял? Ты не доверяешь Малику и Лане?) и активирует его. — Во всех ваших бедах виновен Арман Бушар. Он нанял этого человека, чтобы рассорить повстанцев. Это он приказал ему убить Александра. Объединитесь, и тогда Кипр станет вашим! Люди разворачиваются и уходят (Нет, все-таки яблоко — вещь полезная!). — Любопытная игрушка, — молвит тамплиер. Мы все презрительно смотрим на него, — Можно мне ее одолжить? Я показываю ему «фак», но он… ничего не сказал. Его глаза бешено носятся. И тут из его грудной клетки хлестнула кровь, и показалось лезвие ножа. Мужчина падает на землю. Я поднимаю глаза: Это Мария!!! Марьяна широко улыбается. — Значит, все это время яблоко было у тебя? — ухмыляется англичанка. — Теперь ты видишь, какую опасность оно может нести не в тех руках? — Не уверена, что твои руки лучше, — язвит Мария. Мы с мелкой залезаем к ней. И я говорю ей: — Черт возьми, ты теперь моя личная Чудо-женщина! А Альтаир — Супермен! — Чего? — спрашивают Альтаир и Мария. — Не беспокойтесь, — успокаивает их Марьяна, — Она назвала вас чудо-людьми, супергероями! — Так, ладно, — вмешивается ассасин и громко кричит, — Нужно найти архив. — Не утруждайся. Ты стоишь на нем, — отвечает бывшая тамплиерка. Но вдруг мы услышали крики, но уже не протестные. Это засада! И тут в дюйме над моей головой пролетает стрела. Забегают тамплиеры. Альтаир выхватывает меч. Он не успеет добежать к нам и залезть наверх, его подобьют. Мария бежит к стене. Мы с сестрой переводим взгляд на ассасина: Тот кивает, и мы бежим к стенке. И как? Что здесь? Ага, трещина. Я срываю ковер: за ним дыра, ведущая куда-то. Походу, в архив. Марьяна залезает первой, а через секунду уже выпрыгивает. Ага, то есть, падать не придется. Я аккуратно перелезаю, но тут меня кто-то хватает за руку. Твою мать, тамплиер! Я бешено дергаюсь, и тут стражник падает куда-то вниз. Я выдыхаю и пролезаю дальше. Это похоже на башню, где держат принцесс: Все так же мрачно и жутко. Мария берет факел, и ждет нас. Мы спускаемся вниз по деревянной лестнице, причем чем ниже, тем все холоднее. — Это и есть архив? — спрашивает Марьяна, забегая вперед. — Верно. Будь осторожней, один неверный шаг, и свалишься. — А падать, полагаю, долго и болезненно? — интересуюсь я. — Более чем. Мы спустились по лестинце и пошли по коридору. Охрана отсутствует. Что же вы не бережете своего драгоценного магистра, а? — Ну что, ты поняла, что тамплиеры предали тебя? — спрашиваю я Марию. Она на секунду остановилась, вздохнула и сказала: — Да… Тамплиеры не стремятся к свободе, лишь к контролю! — О демократии они не слышали, — вмешивается Марьяна, — Лишь тоталитаризм. — Верно, да и у меня либеральные взгляды на жизнь, нежели у тамплиеров. Они предали меня. Я верно служила им почти 10 лет, была личным защитником-де Сабле, да и тот был трусом и слабаком! — Сама лично не видела-де Сабле, не знаю. — Поверь, мои слова правдивы. Иначе бы он сам поехал на похороны, но нет… Езжай, Мария, езжай! — Мужики… — развожу руками я, — Только… Альтаиру не слова! — Почему? — спрашивает сестра. — Я еще жить хочу! — Ой, все! — А мало ли! Мария засмеялась. Мы переводим взгляд на нее. — Весело вы ругаетесь, но запомните: Кроме друг друга и Альтаира, у вас здесь никого нет. Берегите друг друга. — Ну почему? У нас еще есть моя лучшая подруга. — Ну разве что! Я смотрю на вас с Альтаиром и поражаюсь, насколько вы разные! Альтаир такой уравновешенный, как ты, Марьяна, а ты, Эрика, какая-то неугомонная… — Ну, — тянет сестра, — Это она в других. А вообще, Эрика — отдельная личность. Я знаю наизусть наших самых известных предков, их характеры, и в этой заразе сочетается все!!! — Как и в тебе, — говорю я. — Ага, кроме Альтаира ты никого не знаешь! Мы приходим к огромному залу, окруженному колоннами, а посередине огромная люстра, висящая прямо над крестом тамплиеров. И… что? Что за… Здесь пусто! Вдруг из другого коридора выходит Арман Бушар. — Дамы… Рад видеть вас в архиве. — Зубы нам не заговаривай! — выкрикивает Мария. — Ну что вы! Я? Как можно? Где же ваш ассасин? — Ща прибежит, и капец тебе! — выкрикиваю я (Боже, это звучит так убого…), — Говори, где книги и артефакты?! — Видите ли, дамы, все это — очень сложно, и вам, женщинам, это не понять. — Слышь ты! В наше время бабы похрабрее вас! Вдруг Мария вытаскивает меч и набрасывается на Бушара. Тот не опешил и ударил ее рукоятью по боку, а потом со всей дури по голове. Женщина теряет сознание. Ты че творишь, тварь?! Бушар смотрит на коридор, откуда мы пришли. Альтаир, обнажив меч, направляется к нам. — Безмозглый император Комнин… Он был дураком, но это был НАШ дурак! Почти 10 лет мы действовали тайно, никто не знал про наш архив. Из-за тупости Исаака разрушились наши самые блестящие планы! — Он разозлил короля Ричарда, и тот позволил англичанам подобраться к вам ближе. Дело в этом? — К счастью, мы убедили Ричарда продать остров нам. Это отвлекло внимание. — Приобрели то, что уже принадлежало вам? — И посмотри, что вышло. Архив в опасности с тех самых пор, как ВЫ приехали сюда! — Я бы мог сказать, что мне жаль, но я всегда добиваюсь того, что мне нужно. — Имеешь ввиду их? — и кивает на нас. Ты охуел?! Вот мразь! — Как бы то ни было, в этот раз удача повернется к тебе спиной, ассасин. Остановка в Кирении позволила нам выиграть время и увезти архив. Что блин?! — Вы не привозили артефакты, а вывозили их с Кипра! — Именно… Но не все. Тебя мы оставим здесь, а девчонок… продадим. Прекрасные будут наложницы. И началась кровопролитная битва. Бушар мастерски владеет мечом, даже лучше Альтаира. Давай, не сдавайся!!! Бушар ударил мечом Альтаира по боку лезвием (!), но тот продолжает стоять на месте. Мария вдруг распахнула глаза и привстала. — Что… что происходит? — Файтинг, — кротко говорит сестра. Альтаир все же сумел одержать победу, ударив Бушара лезвием по руке, а потом пронзил его. — Ты верен своим убеждениям, Альтаир. — А ты забыл про свою веру! — Не забыл, а расширил ее границы. Большинство не понимает, как устроен мир. Ты — ассасин, и не убивай ты постоянно, понял бы это! — Избавь меня от нравоучений! И знай: Я лучше погибну, но яблоко не отдам никому! — Береги его, Альтаир. Когда-нибудь, ты придешь к тому же выводу, что и мы. Альтаир подходит к нам и подает Марии руку. Та встает и смотрит в его глаза (О… Милота!) Ассасин чуть подался вперед… Сука! Это еще что такое?! Зал рушится! — Ромео И Джульетта, я понимаю, амурные дела, но нам валить нужно! — говорю я. Те кивают, и мы бежим прочь отсюда. Черт, с каждым нашим шагом все больше и больше разрушений. Трещина на полу следует точно с нами. — ОСТОРОЖНО! Я поднимаю голову: На меня падает валун! Я откатываюсь вперед. Черт, нога! Она застряла, но боли я не чувствую! Мелкая со всей силы тащит меня, и все-таки вытащила. Успокойтесь, я жива, с ногой все в порядке, но сапог… Скача на одной ноге, я побежала дальше. Да ну на хер! Я не могу бежать в одном сапоге! Мы добрались до лестнице. Почти добежав до верху, лестница обрушилась прямо перед нами! Ассасин запрыгивает на деревянную балку, потом ловит Марию, а те ловят нас обеих. Потом Мария допрыгивает до другой балки, помогает Альтаиру залезть, ну и нам тоже. Архив обрушился прямо за нами. Мы выпрыгиваем на улицу… — Сука! — одновременно с Марией проговорили мы. Переглянувшись, мы виновато посмотрели на ассасина. Мелкая просто промолчала. — Так, это конечно хорошо, что мы выжили, но… — и перевожу взгляд на свои ноги, — Бегать босой… Мы не на пляже все-таки. — А ну не нуди! — говорит Мария. — В смысле?! Я не нудела… проехали, с вами невозможно разговаривать! .. Блин, идти через весь Кипр босой. На пристани. Мы решили подышать морским воздухом. Походу, мы не вернемся в ближайшие несколько месяцев (Ну, Альтаир и Мария точно. Мелкая сказала, что примерно месяца через 2, Альтаир и Мария поженятся, а для начала… Необходимо все здесь вернуть в нормальное состояние.) — Ты вернешься в Англию? — спрашивает ассасин Марию. — Нет… Я уже далеко от дома. Поеду дальше на восток. Возможно, в Индию. Или на край света. А ты? — Когда-то мне казалось, что я живу на грани, и что моя единственная цель — привести остальных к этому пределу. — Да, я когда-то тоже так думала. — Яблоко Эдема ужасно, но в нем скрыты такие чудеса… Я хочу узнать о нем больше. — Ты ходишь по краю, Альтаир! — Я знаю. Я хочу познакомиться со всеми умами мира, побывать во всех библиотеках и узнать все тайны вселенной. — Все за одну жизнь? Немного самонадеянно. — А может одной жизни будет как раз достаточно. — Возможно… И куда ты отправишься сначала? — На восток, — и слегка улыбается ей, — И начать, думаю, нужно с Кипра. Мне нужна правая рука здесь. Мой друг в Масиафе. Согласна ли ты быть моей правой рукой? — Да, но… Я же не ассасин. — Но это поправимо, — говорю я, — Хоть сама не ассасинка, но, сколько предков-ассасинов. — Мне вот интересно, кто же эта счастливица? — спрашивает Мария. Меня чуть не перекосило от хохота. — Мелкая, теперь то можно говорить? — Да, но можно я скажу? — Да пожалуйста… — и тихонечко смеюсь. Во сейчас у них выражения лиц будут. — Как бы… Эм… Ты, Мария. Ты наш предок. У них не то что лица перекосило, у Альтаира чуть глаза не выпали. — Я? Ваш предок… Так вот почему… — То есть… Вы почему мне не сказали? — Не, ну, а как? «Альтаир, твоя жена — тамплиерка». Лично я бы даже жениться не собиралась бы… Кстати, по поводу свадьбы, организацию берем на себя! — Так, стоп! О свадьбе еще речи не было! — Ключевое слово «Еще», Альтаир, — язвит англичанка. — Так, ладно, до вашей свадьбы еще 2 месяца, а пока скажите, согласны ли вы связать друг друга узами брака? — Эрика! — Не, ну за 2 месяца можно и подумать! — говорит сестра. — Вот за 2 месяца и подумаем. ОБА! А пока… нужно вернуться в убежище и выдать Эрике сапоги, а то ее ноги… — Э?! У меня 38-й! Я горжусь своими ногами! Длинные, и размер небольшой! Мы все засмеялись и направились в убежище. Так, надо Лану срочно сюда звать: Уж она точно поможет мне в организации.