Serpent de Mer

Patrick Cassidy – Na Mbeannaíochtaí

Волны плавно накатывали на желтый песок, солнце искрилось в переливах вод Атлантики, а высоко в небе кружил сокол, с высоты птичьего полета наблюдая, как внизу играет его маленький хозяин. Мальчик бороздил песчаные просторы деревянным корабликом, устраивая воображаемым пиратам песочный шторм. А рядом с ним сидел стройный юноша в широких белых штанах и рубашке, глядя на далекую линию горизонта. Уильям никогда точно не знал, когда его возлюбленный снова посетит Черное Гнездо, однако сердце его знало это наверняка. И с самого утра он ждал, а душа его трепетала в предвкушении встречи после очередной разлуки. К полудню на берег вышла Анна – она принесла к обеду корзину, полную фруктов, и они вчетвером ждали, когда вдалеке появится крошечная черная точка – Серпент Нуар с командой бравых морских разбойников на борту. И когда солнце начало свой спуск по небосводу, корабль показался на горизонте, стремительно приближаясь. Максимилиан тут же побежал к кромке воды. Волны облизывали его ножки, и мальчишка бегал туда-сюда, поднимая тучи брызг и нетерпеливо подпрыгивая в ожидании встречи с отцом, которого так долго – целых три месяца! – не видел. Билл же сидел на песке и с улыбкой наблюдал за сыном, который был таким же непослушным мальчишкой, как и Томас. - Папа! – звонко закричал Максимилиан, когда первая шлюпка спустилась с судна на воду. Черный Змей не стал дожидаться, когда лодка остановится на мели, и спрыгнул в кристально прозрачную воду навстречу побежавшему к нему сыну. Подхватив счастливого мальчика, пират вышел на берег и остановился в нескольких шагах от юноши, который поднялся ему навстречу и улыбался, глядя на двух любимых мужчин. У них были совершенно одинакового цвета глаза: лучисто-медовые, хитро прищуренные и светящиеся изнутри. - Я скучал, - прошептал юноша. - Я знаю, - ответил Том. Билл понимал, что Черный Змей никогда не говорит о своих слабостях вслух, но он знал о каждой из них и планировал воспользоваться своими знаниями этой ночью. Когда вся команда сошла на берег, они отправились в деревню. Уже почти пять лет прошло с тех пор, как экипаж Серпент Нуара пополнился новыми душами, но каждый моряк казался своим. Они дружно хохотали, дружно тащили сундуки с награбленным добром. Самый большой из них сегодня предназначался Биллу. Но не драгоценные камни и не дорогие наряды были в нем. Книги – единственное, чего не хватало юноше из прошлой жизни. Все остальное словно стерлось из памяти, сохранив лишь отдельные страницы. Поздним вечером, когда вся команда собралась у озера возле огромного костра – воздух пах жареным мясом и ромом, - Билл тихо шелестел желтоватыми листами. Позади сидел любимый мужчина, давая опору и согревая от ночной прохлады, а рядом, притихший и завороженный, сидел их сын и слушал пиратские истории. Вскоре малыш начал засыпать и клевать носом. - Анна, - шепотом позвал Уильям подругу, поглаживая сонно моргающего сынишку по черноволосой макушке. – Уложи его, пожалуйста, спать. Девушка кивнула и собиралась уже взять мальчика на руки, но тот сам поднялся и, потирая глазки, пошел за няней, держась за подол ее платья. Билл проводил их взглядом до самой хижины и повернул голову к Тому, который только кивнул, понимая все без слов. Они тихо поднялись со своего места и покинули пиратский круг, уединяясь в своей хижине. Внутри за долгие пять лет все было по-прежнему, только кроме огромной постели Билла, устеленной шкурами и шикарными покрывалам, которые привозил ему Том, здесь стояла самодельная деревянная кроватка, которая в эту ночь останется пустой. Здесь было темно, но свет им был не нужен. Вслепую опустившись на мягкую меховую шкуру, Уильям повернулся назад и тут же поймал губами жадный поцелуй. Сильные руки скользили по его телу, сквозь одежду повторяя каждый изгиб. Глубокие тягучие поцелуи стали нетерпеливыми, жаркими и влажными. Одежда, шурша, слетала с их тел. Тяжелый ремень с оружием упал на пол, сверху его накрыла легкая рубаха Билла, его широкие штаны, под которыми было лишь обнаженное тело. Одежда Тома легла сверху, и как только возбужденный член пирата оказался свободен от кожаных штанов, на него легла узкая ладонь, крепко сжимая и проводя вдоль по стволу от головки к основанию. Мужчина вздрогнул и прикрыл глаза в предвкушении, когда влажной, воспаленной возбуждением головки коснулось горячее дыхание. А затем ловкий язык обвел ее по кругу, а горячий рот заключил в свою влажную глубину. Глаза Тома горели в темноте, и в тишине раздавалось знакомое шипение. Когда гладкая холодная кожа коснулась его, Уильям тихо застонал и, не вынимая твердый член изо рта, свободной рукой погладил аспида. Тот крепко обвил его, до боли приятно сжимая. Жар тела резко контрастировал температурой с хладнокровной твари, и это добавляло возбуждения. Гибкий хвост оказался между широко разведенных ног Билла, скользя по промежности и ложбинке между ягодиц. Анус уже пульсировал, яички ныли, а член, прижимаясь к животу, пачкал его смазкой. Откуда-то издалека был слышен шум водопада и голоса пиратов, которые могли до рассвета сидеть у костра. Но эти звуки не пробивались сквозь причмокивания, которые разносились по всей хижине, и шипение змея, который наслаждался запахом тела Уильяма. Его язык касался нежных участков кожи, заставляя вздрагивать и сильнее сжимать губами член Тома, и тот шумно дышал сквозь зубы, сжимая в кулаке мягкие волосы своего мальчика. За пять лет Билл заметно изменился: вытянулся, стал шире в плечах, худоба не исчезла, но тело стало крепким и жилистым. Взгляд его стал более уверенным и дерзким, но когда рядом был их ребенок, он превращался в заботливого родителя. Без них же он был бестией – жадным до плотской любви, темпераментным молодым человеком, который не желал терять зря ни минуты времени рядом с мужчиной, который разжигал в его теле огонь. Он втягивал щеки, со сладкими причмокиваниями обсасывая толстый орган, водил по нему языком, обводя выступающие вены, и брал глубоко, задерживая дыхание и сжимая налитую головку горлом. Черный Змей властно сжимал его волосы в кулаке, направляя и чувствуя, как член скользит по языку, как сжимается горло, приближая пик наслаждения, и как струя семени ударяет в нёбо. Юноша выпустил изо рта извергающийся член, продолжая водить по нему рукой, выжимая все до последней капли. Поток был мощный, и белесые капли оказались на впалых щеках и пухлых губах Уильяма, который сладко облизывался и вылизывал член любимого мужчины, наслаждаясь его терпким вкусом. Наконец выпрямившись, он ощутил, как ноет поясница от напряжения. Откинувшись назад, он вытер лицо ладонью и прикрыл глаза, чувствуя, как сверху его накрывает сильное тело капитана Серпент Нуара. Его властные губы жадно целуют, оставляя на коже следы, которые Билл наутро будет стыдливо прикрывать одеждой. Жгучие змеиные поцелуи и укусы заставляли его всхлипывать и постанывать. Жадное до ласки тело просило большего, а Черный Змей все медлил, спускаясь поцелуями в самый низ стройного торса и покрывая теперь поцелуями живот и внутреннюю сторону бедер, дразня, но не касаясь самого сокровенного, где скопилось максимальное напряжение. - Том… пожалуйста, - выдохнул юноша, опуская руки вниз, но их тут же обвил гибкий хвост аспида, лишая возможности двигаться. Длинные пальцы уверенно коснулись сжавшегося отверстия. Они уже были влажные, и два легко скользнули внутрь, раздвигая тугие стенки. Три месяца нежная дырочка не знала ничего, кроме тонких пальцев самого Уильяма. Но их всегда было мало – они не могли облегчить тоски юного тела по настоящей властной и грубой ласке пирата. Теперь же, когда четыре пальца мужчины свободно двигались у него внутри, он наконец почувствовал горячую тяжелую головку у входа, который сжался в предвкушении проникновения. Затаив дыхание, Билл открыл глаза, увидел над собой горящий взгляд Черного Змея, и в ту же секунду едва не потерял сознание от наслаждения, пронзившего все тело от кончиков пальцев ног до затылка. Его руки все так же были крепко сжаты хвостом змея, ноги обвиты его мощным телом, а сверху к нему широкой мускулистой грудью прижимался Том, уверенно проникающий в него. Небольшие напряженные яички Билла прижались к лобку, покрытому жесткими вьющимися волосами, и пират замер, тяжело дыша. Это единение после трехмесячной разлуки было наивысшим наслаждением. Казалось, юноша начал дышать только после десятка толчков, словно они запустили его сердце. Рваные поцелуи были спасительными глотками воздуха. Движения становились резче, быстрее, и тишина наполнилась звонкими шлепками влажных тел и их запахом. Змей взволнованно шипел, переползая с Уильяма на хозяина и обратно. Руки Билла оказались свободны, и он обхватил ими своего мужчину за плечи, впиваясь ногтями в упругую кожу. Теперь он мог расцарапать ее до крови, и эти раны будут долго заживать, напоминая их обладателю, кому он принадлежит. Билл не стесняясь кричал, зная, что, даже если кто-то их услышит, то помешать не посмеют. Одно осознание того, что они снова вместе, заставляло мышцы судорожно сжимать Тома внутри. Тот, чувствуя, что конец уже близок, выскользнул из разгоряченного тела и перевернул его на живот, поставив на колени. Сжав упругие ягодицы ладонями, Том развел их в стороны и вогнал член на всю длину одним быстрым движением, возобновляя толчки в прежнем ритме. Билл сжимал пальцами шкуру под собой, отрывисто дыша. Его стоны прерывались от быстрых движений. Черный Змей буквально насаживал его на себя, а тяжелые яйца шлепались о нежную промежность. Опустив руку вниз, он обхватил член Уильяма. Пары движений ему хватило, чтобы с протяжным криком излиться в ладонь пирата, который, застонав, едва успел выскользнуть из молодого тела и залил семенем бедра и узкую спину юноши. Обхватив тонкую талию рукой, он рухнул на постель. Мышцы, до того мгновения напряженные до предела, расслабились, и их накрыло бескрайнее одеяло неги. Дыхание пирата щекотала шею Билла, и он поежился, лениво переворачиваясь в его объятиях. Они лежали, тесно прижимаясь друг к другу, сплетенные телами, и лениво целовались, влажно, жарко дыша друг другу в губы. Оторваться было невозможно. Змей, заревновав, положил голову Тому на плечо, и Билл погладил его, улыбнувшись. - Тебя я тоже люблю, - прошептал он, чувствуя, как щекочет запястье раздвоенный язык. Проснувшись рано утром, Уильям осторожно выбрался из объятий спящего пирата, надел рубаху и вышел из хижины, спускаясь к озеру. Пираты разошлись только перед самым рассветом, и от кострища еще поднималась струйка дыма. Повсюду валялись пустые бутылки из-под рома, обглоданные кости и чьи-то сапоги. Билл вздохнул и покачал головой: пираты остаются пиратами, но порой они такие свиньи… У воды он остановился и, скинув одежду, вошел в воду. Она была холодной, но юноша давно привык. Вода смыла с него следы минувшей ночи. Те, что можно было смыть: на шее и плечах все еще горели яркие отметины, оставленные Черным Змеем. Окунувшись с головой, Уильям поднял влажные волосы наверх и, прикрыв глаза, подставил влажное тело поднимающемуся солнцу. Приближающихся шагов он не услышал, но вскоре почувствовал, как всколыхнулась вода, а затем сильные руки обвили его талию, прижимая к широкой груди. Нежный поцелуй коснулся округлого плеча, и толпа мурашек побежала по позвоночнику вниз. Даже холод не мог помешать телу Билла откликнуться на прикосновение Тома. Он поднял руку и запустил пальцы в растрепанные волосы мужчины, слегка сжимая их и оттягивая, чтобы тот откинул голову. Развернувшись, он впился губами в смуглую шею, оставляя на ней свою печать, и с удовольствием рассматривал расцветающий след. - Я слышал… - сказал он вдруг, - как вчера Максимилиан просил тебя взять его с собой в плавание. И ты согласился, - он строго посмотрел на пирата. - Если ты волнуешься, что он еще слишком мал, я могу тебя успокоить: мы просто сделаем круг у острова, и я верну его тебе. Пока этого будет достаточно, - с улыбкой ответил тот спокойно. - Хорошо, но обещай мне кое-что… - Билл помедлил, глядя в солнечно-карие глаза Тома. – Однажды я войду в твою команду. Брови Черного Змея сдвинулись, и он вглядывался в лицо юноши, будто не поверил своим ушам. - Ты уверен? - Да, - твердо ответил Уильям, обняв за шею своего любимого пирата. - Мое место рядом с тобой. И я готов взять оружие и сражаться за тебя, мой капитан.

La Fin [Эльмайра Л. & Heilig Lust] [Орёл - Самара] 2015