Мафия Чикаго. Бешеный Джей

Следующие три недели были наполнены стрельбой и кровью. Газеты трубили о войне кланов, люди боялись высовываться на улицы, обычная жизнь замерла, уступая место жестоким разборкам. Джаред вспоминал Бешеного Джея с окровавленным оскалом из своих кошмаров и думал, что Бешеный Джей с автоматом наперевес — зрелище тоже впечатляющее. В целом Джаред привык находиться с ним рядом большую часть дня, постоянные военные действия отвлекали от неуместных мыслей и воспоминаний, да и Дженсен ни словом, ни намёком не давал понять, что сам думает о чём-то таком. Так что жизнь Джареда, наконец, встала на свой путь. Опасный, ухабистый, но всё же. Но было и кое-что хорошее среди этого хаоса — Джаред забрал Меган с фабрики, теперь он в состоянии обеспечивать свою семью сам. По прошествии месяца субботним вечером Эклз вызвал всех ответственных к себе в кабинет и объявил, что сегодня ночью состоится решающая встреча. Джаред узнал об этом ещё несколько дней назад, но, чтобы предотвратить утечку информации, распространяться об этом было запрещено. Подготовку проводили в строгой секретности несколько доверенных парней и Джаред. На место выехали самые лихие бойцы и, конечно же, сам Эклз. Он всегда стоял во главе своего импровизированного войска, словно напоказ, что страх ему неведом. И порой этого действительно хватало, чтобы враг отступил. Но в этот раз они шли не договариваться, а убивать. Они приехали с Томмазини почти одновременно, хотя часть бойцов Бешеного Джея ещё три часа назад засела по периметру пустого склада на окраине города. — Приветствую, друг мой, — Ромоло, как всегда, в окружении охраны с улыбкой стоял у машины и явно не собирался подходить ближе. — Мы же не будем от машин перекрикиваться? Друг мой, — Дженсен сделал несколько шагов ему навстречу. Джареду это категорически не нравилось. Опасно так выставляться, но разве Бешеному Джею что-то объяснишь?! Он бесстрашный и, судя по всему, бессмертный. Уж точно не станет демонстрировать страх перед своим врагом. Хотя Джаред не уверен, что его боссу вообще знакомо это чувство. Джаред положил палец на спусковой крючок автомата и сканировал охрану Томмазини. Пусть только кто дёрнется! Ромоло замешкался на секунду-другую, но всё же подошёл чуть ближе. — И что мы как не родные? — Дженсен радушно улыбнулся и, сделав бойцам знак оставаться на месте, вышел на середину. Джаред, поджав губы, резко выдохнул. Вот зачем так провоцировать? Мудак безрассудный. Позёр. Слабоумие и отвага — самое опасное сочетание. Вот пристрелят его, так ему и надо! Дженсен, будто услышав, как Джаред его склоняет на все лады, быстро обернулся, ухмыляясь, и снова обратился к Томмазини. — Не бойся, ты же видишь, я безоружный, — Дженсен распахнул полы пальто. Томмазини шепнул что-то подручному и вышел к Дженсену, но остановился всё же на отдалении. — Даже не обнимешь старого друга? — ухмыльнулся Дженсен. — Горло берегу, — отозвался Ромоло, нервно улыбнувшись. — Болеешь? — иронично поинтересовался Дженсен. Томмазини не ответил на это, но щека у него дёрнулась как от тика. — Ну что, Ромоло, друг мой, у нас с тобой явно сложилась непростая ситуация. Ты решил, что можешь безнаказанно обмануть Дженсена Эклза? — Я вовсе не собирался... — Не оскорбляй меня своей ложью, — перебил его Дженсен. — Ты убил моего человека, украл мою собственность, перебил мою сделку, бойца моего отравил. Я и за меньшее убил бы тебя. Друг мой. Но ты успел вволю порезвиться напоследок. — Дженсен, давай не будем пороть горячку! — голос Ромоло стал выше от страха, сквозившего в нём. — Никакой горячки, — Дженсен поднял перед собой раскрытые ладони. — Чисто деловое решение. Убрать недостойного конкурента. — Так дела не решают! — Я решаю свои дела так, чтобы другие не смели и думать о том, чтобы предать меня. Прощай. Друг мой. И в эту же секунду началась перестрелка. Джаред стрелял в охрану Томмазини, но всё равно видел, как Дженсен бросился на Ромоло. Он бил и бил его под оглушительный аккомпанемент, пока тот не перестал сопротивляться. Джаред, пригнувшись, подался вперёд и, встав на одно колено недалеко от Дженсена, снимал всех, кто пытался им помешать. За себя ему не нужно волноваться — за его жизнь отвечают другие люди, так же как он сейчас отвечает за жизнь Бешеного Джея. Когда завизжал прижатый к бетонному полу Томмазини, стрельба сама собой затихла. Джаред быстро оглянулся на своих, отмечая троих без движения и около семи с ранами разной степени серьёзности. Совсем неплохо, учитывая, что от людей итальяшки осталось всего несколько человек, и те уже побросали оружие и, сдаваясь, подняли руки. Все уставились на Дженсена, который, наступив на грудь Томмазини, возвышался над ним. — Дженсен, давай договоримся, — умолял Ромоло, прижимая к бедру сломанное запястье, а другой рукой скребя по бетону в попытке отползти. Эклз, нагнувшись, усилил давление ноги, Томмазини визгливо вскрикнул, чувствуя, как трещит сломанное ребро. — Время разговоров прошло. Ни во взгляде, ни в голосе Дженсена не было никаких эмоций. Все жадно прислушивались к каждому его слову и понимали — рождается новая легенда. Джаред хотел отвернуться, но происходящее странным образом завораживало, и он продолжал смотреть и ждать вместе со всеми. — Донован сам тебя продал! — заорал из последних сил Ромоло. — Это он пришёл ко мне! Он сам! — Знаю, — спокойно ответил Дженсен. — Но только я сам могу наказывать моих людей. — Я хотел помочь тебе! — похоже, Томмазини никак не оставлял надежду отделаться лёгким испугом. — Предатели не должны жить! — Тут ты прав, — и, убрав ногу с его груди, Дженсен впечатал каблук ему в лицо. В воцарившейся тишине отчётливо послышался треск сломанной кости, Томмазини заорал и закашлялся, захлёбываясь собственной кровью и давясь зубами. Дженсен хладнокровно наблюдал, как его враг отползает и следовал за ним. Его медленные шаги разносились по складу гулким эхом и смешивались с хриплыми стонами Томмазини, вырывающимися из его рта вместе с булькающей кровью, нагнетая атмосферу неотвратимой смерти. Томмазини успел проползти пару футов, когда Дженсен присел рядом и, схватив его за волосы, стал монотонно долбить его головой о бетонный пол, пока мозги не вывалились наружу. Зрелище было по-настоящему жутким, и Джаред лишь надеялся, что Томмазини умер от первого мощного удара, хотя какое-то время тело ещё мелко подрагивало. Встав, Дженсен достал из кармана платок, обтёр перепачканные руки и сплюнул кровь из разбитой губы. Проходя мимо Джареда, он бросил на него быстрый взгляд, в котором не осталось и следа Бешеного Джея. — Отлично сработано, — сказал ему Дженсен, уходя к машинам. Джаред шумно выдохнул и провёл ладонью по лицу, на секунду закрывая глаза. Плюс один к его кошмарам. И он в очередной раз подивился, как с таким взрывным нравом Дженсен не пришиб его ещё несколько месяцев назад. Чем он за это заплатил, Джаред старался не думать. В любом случае жизнь лучше смерти. И Джаред Падалеки, чёрт возьми, жив, а грёбанные Томмазини и Донован уже горят в аду.

***

Конечно, убийством Томмазини дело не завершилось. На улицах шептались о том, как Бешеный Джей голыми руками раскроил Томмазини череп и скормил его мозг собакам. Эклз железным кулаком напомнил всем, кто он и что шутить с ним не стоит. Передел территорий и власти набирал обороты, находились смельчаки, которые предъявляли свои права на часть бизнеса или территорий Томмазини. Джаред подозревал, что это затянется ещё надолго, но хотя бы беспорядки на улицах прекратились. Мирные работяги и их семьи вернулись к своей обычной жизни, не замечая теневых бурь и танцев на костях. А у самого Джареда работы было невпроворот, постоянные встречи, переговоры, иногда перестрелки, и он всегда стоял за правым плечом босса, пресекая все попытки покушения. Очередная такая встреча не вызвала никаких эмоций, Джаред спокойно собрался, проверил оружие и сел в машину. Обычный рабочий день. Всё изменилось, когда появились их оппоненты. Неместные, вооружённые до зубов, но сейчас это обычное дело. А вот их босс… Джаред послал О’Двайера встать рядом с Дженсеном, а сам остался среди остальных, стараясь скрыться за широкой спиной Хиггинса. Не нравится Джареду такой поворот. Дженсен передвижения за спиной заметил, но вида не подал. Он как обычно зашагал вперёд, и к нему так же вышли навстречу. — Не думал, что когда-нибудь встречу Бешеного Джея, — парень улыбался открыто, не высказывая страха. — Говорят, с тобой можно работать. — Я знал твоего отца — Альваро Вентимилья. У нас были общие дела, пока он не умер. — Его убили. Дженсен отметил промелькнувший ледяной блеск в его глазах. Сам Майло Вентимилья создавал впечатление человека дружелюбного, открытого, честного. Но Дженсен слышал о нём достаточно, чтобы не покупаться на внешний образ. Да и есть в парне что-то такое... Безуминка, без которой в их бизнесе не выжить. Он-то это лучше всех знал. — Большая потеря для нашего общества, — и Дженсен действительно так думал. — Убийцу нашли? Альваро ему на самом деле нравился — всегда честно вёл свои дела и держал своё слово. Судя по слухам, сын не всё перенял от отца. — Эта крыса сбежала, — на секунду рот Майло жутко перекосило от гнева, но затем он добродушно улыбнулся. — Но он всё равно получит по заслугам. И будет жалеть о содеянном так долго, как я смогу поддерживать в нём жизнь. У Дженсена холодок по затылку прошёл. Те, кто говорят, что Дженсен Эклз сумасшедший, просто ещё не встречались с Майло Вентимилья. Вот кто точно получает удовольствие от смерти и пыток. Теперь Дженсен в этом уверен. Он таких хребтом чуял. — Так что привело тебя в мой город, Майло? — спокойно спросил Дженсен. — Бизнес, — просто ответил тот. — Я вёл кое-какие дела с Томмазини, но ты, наверное, слышал, что он сильно простудился и умер. Говорят, у него совсем снесло голову перед этим. — Да, я слышал, — кивнул Дженсен и замолчал, ожидая продолжения. — Из-за его... кончины, я теряю свои деньги. Терять деньги мне очень не нравится. На пару мгновений повисла гнетущая тишина. Дженсен не собирался нарушать её первым, он продолжал смотреть Майло прямо в глаза, пока тот снова не улыбнулся широко и открыто. — Мне нужен новый деловой партнёр, и я буду счастлив поработать с таким человеком, как ты. Моему дорогому отцу такое решение тоже бы понравилось. Дженсен выдержал паузу, делая вид, что обдумывает предложение, хотя на самом деле уже давно всё решил. Может, Майло и не образец душевного здоровья, но дела с ним сулили расширение бизнеса и возможность усилить своё влияние в Нью-Йорке. — Думаю, в память об Альваро мы можем это сделать. Приходи ко мне в Рунду вечером, обговорим все детали. Конечно, Вентимилье не понравилось, что придётся вести переговоры на территории Бешеного Джея, но в Чикаго он в гостях, а дружба с этим человеком ему нужна. — Я принесу отличное вино, — быстро взяв себя в руки, засиял улыбкой Майло. — Ты такое никогда ещё не пил. — Я предпочитаю бренди, — Дженсен снисходительно улыбнулся ему и, отвернувшись, зашагал обратно к своим людям, тем самым давая понять, что разговор окончен. Он всем хребтом чувствовал прожигающий взгляд Вентимильи. Наверное, с ним никто так не смел разговаривать, но уважение Дженсена Эклза надо заслужить, а заслуги отца, в отличие от денег, не переходят по наследству.

***

— Что это было? — тихо спросил Дженсен. — Что? — Джаред сделал вид, что не понял вопроса. — На встрече с отпрыском Альваро Вентимилья ты не стоял рядом. — Тебе меня не хватало? — криво улыбнулся Джаред. — Не паясничай. Ты прятался за спинами ребят, не похоже на тебя. — У тебя что, глаза на затылке? — огрызнулся Джаред, нервно ероша волосы. — Да. Это помогает мне выживать. Ты не хотел, чтобы тебя увидел кто-то из людей Майло? Или сам Майло? — Тебе показалось, ясно? У меня просто живот скрутило, не хотел тебя опозорить, если вдруг со мной какая неприятность случилась бы. Дженсен прищурился, разглядывая его. — Ладно, — наконец сказал он. — Сегодня вечером Майло придёт в Рунду. Говорю это на случай, если ты не слышал наш разговор из-за своего поносного недуга. — Я слышал, — потупившись, буркнул Джаред. — Ты пойдёшь на встречу вместе со мной. — Нет, я... не могу. У меня... — Что такое? — изображая заботу, поторопил его Дженсен. — Я не смогу прийти. Прости. — Нет. — Что «нет»? — Ты придёшь сегодня в Рунду и будешь сидеть со мной рядом, как моя «правая рука», или больше не придёшь вообще. — Ты убьёшь меня, если не приду? — спросил Джаред мрачно. — Нет. Но охрана с таким слабым желудком мне ни к чему. — Значит, так тому и быть, — Джаред поднялся и не оглядываясь вышел из кабинета. В коридоре он столкнулся с Микки и Кином. Иногда Джаред подозревал, что они и живут вместе. Странная парочка: улыбающийся дурачок и мрачный зануда. — Эй, ты куда? — Микки хлопнул его по плечу. — Подальше отсюда, — Джаред, не останавливаясь, прошёл мимо. — Что это с ним? — Микки удивлённо посмотрел на Кина. — Может опять с боссом поцапался, — пожал плечами Кин. — Не наше это дело, усёк? — Думаю, нам лучше зайти к боссу попозже. — Дурак, а соображаешь, — усмехнулся полностью согласный с ним Кин. — Пошли-ка лучше перекусим. До вечера нам лучше сюда не соваться, усёк? Микки согласно закивал. Никто не хотел попадать под горячую руку Бешеного Джея, а Падалеки умел вывести его из себя как никто другой.

***

На переговоры с Майло Вентимилья Джаред так и не явился. Вместо этого он сидел в задрипанном баре и надирался. Наверное, Дженсен всё-таки убьёт его. Джаред вздохнул и сделал очередной глоток паршивого виски. Но встречаться с этим выродком Майло и сидеть с ним за одним столом Джаред не намерен. Вот принесло же этого козла прямо к Бешеному Джею! Что за невезуха?! Жизнь только-только начала налаживаться, и тут же Джареду прилетел новый пинок. И что ему теперь делать? Опять сниматься с места и бежать неизвестно куда? Тащить семью в новое место, в котором придётся всё начинать с нуля? Джаред отодвинул от себя стакан с недопитым виски и поднялся. У него от этого пойла изжога начинается, да и чтобы подумать и решить, что делать дальше, ему нужна ясная голова. Расплатившись с барменом, Джаред вышел прямо под холодный проливной дождь. Он долго бродил по темнеющим улицам, не желая возвращаться домой. Сейчас он просто не сможет держать лицо, а признаться семье во всём ещё не готов. Ему нужно подумать. Уже совсем стемнело, когда Джаред оказался на пороге дома, в который поклялся себе не входить больше, и от отчаяния был готов биться в эту проклятую дверь прямо головой. Дженсен открыл не сразу, поприветствовал долгим хмурым взглядом и гробовым молчанием, а потом раскрыл дверь шире. — Я без приглашения, — Джаред изобразил кривую улыбку и хрипло засмеялся. — Пустишь? Дженсен снова ощупал его нечитаемым взглядом и кивнул. — Заходи. Джаред коротко вздохнул, задержал дыхание, как перед прыжком в воду, и вошёл. Вот и снова он здесь, в доме, полном нежеланных воспоминаний, пришёл просить помощи у человека, с которым предпочёл бы не иметь никаких личных дел. Но выбор у него невелик, да и на кону стоит не только его жизнь. — Рассказывай, — велел Дженсен, посмотрев на лужу, которая накапала с одежды и волос Джареда, и сложив руки на груди. — Что, даже выпить не нальёшь? — нервно хмыкнул Джаред. — Ты и без меня неплохо выпил, — без эмоций заметил Дженсен. — Говори или уходи, поздно уже. — И никаких прелюдий, — усмехнулся Джаред, уткнувшись взглядом в пол и сунув руки в карманы мокрых штанов. — Впрочем как обычно... Дженсен продолжал ждать, прожигая его тяжёлым взглядом. — Я до этого жил в Нью-Йорке, — тяжело сглотнув, начал Джаред, — и был в ближайшем окружении Альваро Вентимилья. Дженсен с прищуром посмотрел на него и вдруг спросил: — Татуировка на твоей шее с тех времён? Джареда бросило в жар, при воспоминании о том, откуда Дженсен вообще про неё узнал. — Да, — сипло ответил он. Дженсен кивнул сам себе, вспомнив, наконец, где видел татуировку Джареда — у Альваро был похожий рисунок на руке. Дженсен покусал губу и продолжил допрос: — С Майло ты, я так понимаю, не ладил. — Я был оборванцем, мальчишкой с окраины, рано оставшимся без отца. Мама тянула нас с Меги одна, ей нелегко приходилось, так что я тоже крутился, как мог. — И подался к мафиозному боссу? — Дженсен с сомнением приподнял бровь. — Нет, конечно, — хмыкнул Джаред. — Ждали меня там прям. Я таскал бумажники у туристов, помогал тяжести соседям переносить, как-то даже мыл посуду в одном маленьком ресторанчике, но с тамошним хозяином не поладил. — Неудивительно, — хмыкнул Дженсен. — Продолжай. — Как-то раз я попытался обчистить одного старика, задремавшего у пруда в Центральном парке. — Альваро? — Ага. Старый лис поймал меня за руку, — тепло улыбнулся Джаред. — Он взял меня под свою опеку. Не знаю, на что ему сдался такой, как я, но он стал для меня отцом, которого я был лишён. — Странно, что я тебя не видел с ним, — Дженсен указал ему на диван, а сам подошёл к бару и достал бутылку. — Я помню, как дон Альваро ездил к тебе, но меня с ним тогда не было, — Джаред облегчённо выдохнул, поняв, что его всё-таки выслушают и даже не пристрелят в ближайшее время. Подойдя к дивану с дорогой парчовой обивкой, он с сомнений оглядел свои мокрые грязные штаны. — Сядь, — раздражённо бросил ему Дженсен и поставил на столик стаканы, разливая бренди. Джаред, пожав плечами, сел, как было велено — раз хозяину плевать на грязь, то ему тем более. И тогда на него навалилась вся усталость дня и выпитого. Его почти размазало по мягкой спинке, хотелось закрыть глаза и уснуть. — Эй, Падалеки, не спать! — Дженсен пихнул коленом его ногу. — И что там с Майло? — Майло ревновал своего отца ко мне. Его бесило внимание Альваро к безродному польскому мальчишке. Дон Альваро считал меня своим названным сыном, но его родной сын совсем не горел желанием звать меня братом. Дженсен молча пожал плечами, мол, ничего тут особенного, обычные семейные тёрки. — Я сделал татуировку, как у Альваро, чтобы быть ближе к нему. На шее, чтобы в глаза не бросалась. Довольно долго скрывать удавалось, но однажды Майло всё-таки заметил и жутко взбесился. — И ты из-за этого не можешь с ним за одним столом посидеть? — Майло обвиняет меня в убийстве Альваро, — глядя прямо перед собой, сказал Джаред. — А ты? — А я подозреваю, что он сам это сделал. И решил избавиться от меня заодно. Он пришёл среди ночи и устроил в моём доме пожар. Я задержался в баре, поэтому к моему возвращению дом полыхал вовсю. Я спрятал сестру в подвале и побежал за мамой, у неё дверь в спальне заклинило, и она успела сильно надышаться дымом. Мы сидели в подвале, пока над нашими головами горело всё, что мы имели, всё, что нам было дорого. Маме удалось спасти только фотографию, которая стояла у неё в комнате. Когда набежавшая толпа, спугнула Майло с ребятами, нам удалось улизнуть. Он, наверное, думал, что мы все сгорели в том доме заживо, чёртов садист. — Он знает, что ты сбежал. — Ну ведь тела не нашли, — пожал плечами Джаред и потёр лицо ладонями, чувствуя, что начинает трезветь. — И что делать собираешься? Опять убегать? — Не хотелось бы всю жизнь бегать, — Джаред долго смотрел на Дженсена, раздумывая, стоит ли просить его. Но разве у него такой уж большой выбор? — Ты сможешь помочь мне? — Помочь? — хмыкнул Дженсен. — Да, помоги мне решить эту проблему, прошу тебя. — Я бесплатно не работаю, — продолжая ухмыляться, Дженсен смотрел ему в глаза. — Я заплачу! — Чем? — Дженсен откровенно рассмеялся. — У меня есть немного денег, я отложил из того, что ты отдал мне за бои! — Этого недостаточно, — покачал головой Дженсен. — Тогда… я могу отработать остальное. — И какие услуги ты готов предложить мне? — Какие угодно! — горячо заверил Джаред. — Я могу драться на ринге хоть до глубокой старости! Или пока не сдохну прямо там! Могу твой сортир драить, слова против не скажу, клянусь! Или могу даже твоим чистильщиком стать, если захочешь! — Ты знаешь, чего я хочу, — тихо прервал его Дженсен. У Джареда мороз по коже пробежал от его спокойствия. Как будто ничего особенного не происходит. Как будто они просто о погоде говорят. Как он так может? Хладнокровный ублюдок! — Знаю, — смог, наконец, выдавить Джаред. — И? — Я… Ты поможешь моей семье? Прошу тебя! Мегс едва восемнадцать исполнилось, мама болеет, они не заслужили, чтобы их убили из-за меня! Я всё отработаю, клянусь! Я… — Джаред осёкся, когда заметил, как Дженсен нетерпеливо сжал зубы и вздёрнул бровь. — Я сделаю, что ты хочешь, — не без труда выговорил Джаред. — После того, как ты мне поможешь, — быстро добавил он. — Нет. — Нет? — Нет. Ты сделаешь, что я хочу, и тогда я спасу твой зад. — Отличная формулировка, — нервно хмыкнул Джаред. — Разве я могу тебе доверять? — Это тебе решать, — Дженсен равнодушно пожал плечами, поднялся и пошёл наверх. — Ты куда? — опешил Джаред. — Ночь на дворе, я иду в постель. — А… я? — неуверенно уточнил Джаред. — Тебе решать, — повторил Дженсен, не оглядываясь. — Да пошло оно, — Джаред передёрнул плечами и рванул к двери. Уже схватившись за ручку, остановился и, поморщившись, стукнулся об дверь лбом. У него нет выбора. Сберечь жизни матери и сестры важнее, чем целомудрие собственной задницы. Вздохнув, он поплёлся вверх по лестнице, с трудом переставляя пудовые ноги. Дверь в комнату оставалась приоткрытой, Джаред толкнул её рукой, и та, тихо скрипнув, открылась шире. Стоящий у окна Дженсен обернулся на звук. Джаред немного потоптался у порога и всё же зашёл, встав у широкой кровати. — И что теперь? — хрипло спросил Джаред не в силах оторвать взгляд от махрового покрывала. — Раздевайся. Джаред сжал кулаки и вздёрнул подбородок. — Ты сам пришёл ко мне. Предложил оплату за помощь. И что? Уже сдулся? — ухмыльнулся Дженсен. — Или изначально собирался обмануть меня? — Нет, я… — Вижу, делового разговора у нас не получится. Ты знаешь, где выход, — сказал Дженсен и отвернулся, потеряв к нему всякий интерес. — Нет, подожди! — Джаред торопливо сбросил с себя куртку и схватился за штаны. — Я всё сделаю! Дженсен снова повернулся к нему, наблюдая за неловким стриптизом. — Медленнее. Джаред быстро облизнулся и послушался, чувствуя, как пылают от стыда его щёки. Он разоблачился и встал перед ним, стараясь избегать потемневшего взгляда. Очень хотелось прикрыться руками, но он сдержался. — Полностью. Джаред сжал зубы, быстро перевёл дыхание и стянул с себя трусы. Живот подвело от страха, когда Дженсен приблизился, и Джаред всё-таки прикрылся. Дженсен никак это не прокомментировал, он медленно зашёл сзади и положил ладони на вздрагивающие лопатки, повёл вниз к пояснице, скользнул на рёбра. — Ты дышишь, как большой свирепый бык, — тихо заметил Дженсен с улыбкой в голосе. — Успокойся, всё хорошо. Джаред тяжело сглотнул и промолчал, стараясь перевести дыхание и унять дрожь в руках. — Не волнуйся, больно не будет, — успокаивал Дженсен, разминая напряжённые плечи. Джаред зажмурился и снова не ответил. — Может быть, только немного, вначале, — добавил Дженсен шёпотом и подтолкнул его к кровати. — Ложись. Джаред поборол желание впечатать кулак ему в физиономию и лёг на кровать, уткнувшись носом в покрывало. Сначала ничего не происходило, только дрожь бежала по спине от чужого пристального взгляда. А затем горячая ладонь скользнула по щиколотке, потом выше, к сгибу ноги и остановилась. Матрац прогнулся под весом Дженсена. Джаред зажмурился, вцепившись в покрывало и стараясь дышать ровнее. Ладонь продолжила своё неторопливое движение, и он почувствовал горячее дыхание на пояснице, а затем прикосновение губ. Джаред вздрогнул, и Дженсен успокаивающе погладил его по бедру, продолжая целовать спину. Поцелуи и лёгкие проглаживания невольно расслабили, и Джаред стал даже засыпать. От прикосновения короткой щетины к ягодице он снова вздрогнул. Джаред ощутил прилив тепла, представив, как Дженсен трётся щекой о его задницу. Жёсткие мозолистые пальцы осторожно мяли вторую половину, шумное, горячее дыхание подгоняло биение сердца. Джаред удивлённо вскрикнул, когда влажный язык прошёлся по саднящей от щетины коже, а от тихого смешка он не смог сдержать дрожь. Дженсен целовал, гладил, мял, лизал, тёрся лицом, оставляя жжение по всему телу снова и снова. Джаред всё ждал, когда Дженсен ворвётся в его тело, принося с собой боль, но пока было… приятно. Особенно если не думать о том, кто ласкает его и что за этим последует. Жёсткие пальцы на удивление нежно прошлись по шее, убирая мокрые пряди, осторожно погладили по татуировке, обычно прячущейся под волосами, а потом Дженсен прижался к этому месту влажными губами, обрисовал линии горячим языком. Джаред невольно закаменел, почувствовав на себе его вес и отчётливо ощущая ягодицами возбуждение Дженсена. Все внутренности тут же сжались в комок, Джареда заполонила паника, и, чтобы не заорать, он закусил покрывало и крепко зажмурился. Ничего. Он справится. Он выдержит. Он сможет. Джаред считал про себя вдохи-выдохи, стараясь больше ни о чём не думать, поэтому даже не заметил, как всё прекратилось. — Уходи, — холодный голос Дженсена полоснул, как кнутом. Джаред всё ещё не понимал, что происходит, и лежал, боясь пошевелиться. — Уходи. Мне не нужен труп в постели. Джаред обернулся к нему и содрогнулся, напоровшись на ничего не выражающий пустой взгляд. Дженсен собрал его вещи и швырнул в него мокрый комок. — Пошёл вон из моего дома. Джаред машинально прижал к себе вещи, всё ещё не веря, что может уйти. Но как только Дженсен отошёл к окну, уставившись куда-то на улицу, он тут же вскочил с кровати и сбежал с лестницы, чуть не навернувшись на ступеньках, и только у входной двери остановился, чтобы дрожащими руками натянуть вещи. На улице по-прежнему лил дождь, и Джаред бежал, пока не согнулся пополам от боли в боку. И даже тогда он не верил, что его отпустили. А потом его накрыло осознанием, что его семье снова предстоит бросить всё и начинать жизнь сначала. Твою же мать...