the place that I've been dreaming of

– Шугар сегодня какая-то непривычно тихая. Курт улыбнулся в ответ, поворачивая голову и глядя на сидящую рядом пятилетнюю сестренку. Та широко распахнутыми глазками внимательно следила то за разговором матерей, то за едва колышущимися бордовыми кулисами прямо перед ней и остальными сидящими в зале людьми. «Или багровыми?..» – размышлял Финн. – Шугар вообще очень послушный ребенок, – заявил Курт, корча рожицу и заставляя девочку тихо фыркнуть и рассмеяться. Блейн насупился, закатывая глаза. – Ага, особенно когда я прихожу к ней в гости. Мои волосы все еще помнят ее цепкие пальцы. Шатен захихикал, смахивая с плеча своего спутника невидимые пылинки. – Просто дети тебя любят. И ты их, я знаю. Мужчина согласно хмыкнул, переводя взгляд на пока еще пустующую сцену. – Ты нервничаешь, – заметил Курт, поглаживая их сцепленными ладонями трясущееся колено брюнета. – Неправда, – отмахнулся тот, прикусывая губу. Шатен цокнул языком, и в какой-то момент Блейн сдался. – Ладно. Может быть, я немного волнуюсь. Все-таки, не каждый день в крупную офф-бродвейскую постановку включают твои собственные аранжировки популярных и полюбившихся людям песен. – Но я слышал их, – Курт улыбнулся, поглаживая тыльную сторону ладони брюнета большим пальцем. – Они потрясающие. Готов поспорить: зрители придут в восторг! Ты проделал великолепную работу… – Не один, – справедливо заметил Блейн, поворачивая голову и улыбаясь сидящим в конце ряда и точно так же держащимся за руки Нику и Джеффу. – Я рад, что после стольких лет ты работаешь со своими лучшими друзьями, – хмыкнул Курт, придвигаясь чуть ближе. – Но я повторюсь: тебе не о чем беспокоиться. Критики все слова позабывают от восхищения. Потому что эта музыка… и сюжет, а еще полностью обновленный актерский состав… – До сих пор не понимаю, как мама согласилась на это, – покачал головой брюнет. – В смысле, с ее опытом и востребованностью вот так просто выступать на офф-бродвее… – Потому что это прекрасное шоу, – доверительно произнес шатен, искренне и ярко улыбаясь. – И потому что она тебя любит. Как и я. – Я не знаю, что бы я без тебя делал, – выдохнул Блейн, оставляя целомудренный поцелуй на скуле мужчины и жмурясь от воспоминаний о бессонных ночах, напряженной работе, ставших редкими, но не прекратившихся приступах, взлетах, падениях и все время помогающих встать на ноги и двигаться дальше родных объятиях. – Но точно не сидел бы здесь. – Перестань, – покраснел Курт. – Всю жизнь будешь приписывать мне свои заслуги? Брюнет закивал, и шатен тихонько рассмеялся, шутливо хлопая его по колену. Блейн уже хотел сказать что-то еще, но в этот момент его прервало приглушенное фыркание. – Смотреть на вас тошно, – прогнусавил Себастиан, притворно корчась. – Вы такие приторные, Андерсон-Хаммелы. Женаты всего год, а уже ведете себя как старая супружеская пара. – Завидуй молча, – закатил глаза Курт, а Блейн одними губами произнес «кто бы говорил», косясь на кольцо на безымянном пальце Смайта. Тот приподнял руку, рассматривая украшение и чувствуя привычный в последнее время трепет в груди. О котором, разумеется, не знал даже сидящий рядом Хантер. – А что? Мы, вообще-то, наслаждаемся долгой помолвкой, – заметил он, глядя на Коркорана. Тот довольно хмыкнул и чуть повернул лицо к брату, произнося так, чтобы слышал только он: – В отличие от некоторых. Хантер тихо и ехидно захихикал, пихая Джесси в бок, и тот, опасливо покосившись на держащую его за руку Холли, уже в сотый раз пожалел о том, что рассказал брату о купленном на прошлой неделе и припрятанном на верхней полке в шкафу кольце. – Какой-то ты дерганный в последнее время, – прищурившись, заметила блондинка, на что шатен лишь махнул рукой, коротко целуя ее в открытое плечо и вызывая теплую улыбку на лице девушки. – Все хорошо. – Кстати, – тихо пробормотал Смайт, обращаясь к Хантеру и старательно избегая его взгляда. – Я подумал, что, может… настала пора все-таки назначить свадьбу… Глаза мужчины загорелись, и тот едва не подпрыгнул на месте. – Серьезно? – воскликнул он с широкой улыбкой на лице, привлекая внимание друзей и заставляя Себастиана краснеть. – Тише, блин, неугомонный. Ну да, – выдохнул шатен, когда Хантер более или менее пришел в себя. – Я подумал, что через пару лет было бы идеально. Коркоран закатил глаза, однако, по-прежнему улыбаясь, и покачал головой. – Будто стоило расчитывать на что-то другое. Ладно, могу я задать вопрос? Смайт кивнул, поднимая голову. – С чего ты вообще заговорил о свадьбе? В смысле, уже почти год, как я сделал тебе предложение, и я… не ожидал. Себастиан фыркнул, закидывая ногу на ногу. – Ну, я подумал… Гонять с двойной фамилией было бы прикольно. Коркоран-Смайт, м? – Я так и знал, – расхохотался мужчина, чуть наваливаясь на партнера и щелкая его по носу. – Но я уже года четыре как Коркоран-Кларингтон, так что… Он смерил шатена задумчивым взглядом, прикусывая губу. – Что скажешь насчет Кларингтон-Смайт? Себастиан задумчиво уставился в потолок, после чего расплылся в широкой улыбке. – Идеально. – Мам, скоро начало? – подергала Шугар за руку сидящую слева Сантану, и та улыбнулась, погладив дочь по волосам. – Не знаю, милая. Малявка… в смысле, тетя Берри любит опаздывать. Курт закатил глаза, виновато глядя на Блейна, но тот лишь рассмеялся, целуя мужа в тыльную сторону ладони. Шатен смотрел на него своими ясными глазами, которые сияли любовью и какой-то необъяснимой нежностью, и в этот момент мужчина понял, что оттягивать дальше некуда. Он вновь взглянул на тихонько лепечущую с самой собой – или, как она сама всем говорила, со своим невидимым другом Рори – Шугар и невольно расплылся в счастливой и немного взволнованной улыбке. – Курт, – хрипло произнес он, привлекая внимание мужа. – К вопросу о детях… Внезапно свет в зале трижды моргнул и погас. Блейн разочаровано закатил глаза, понимая, что момент упущен. – Расскажешь потом, – шепнул Курт, целуя его в щеку и поворачиваясь к сцене. – Потом так потом, – согласно выдохнул брюнет, улыбаясь и глядя на занавес, который должен был с минуты на минуту подняться для того, чтобы явить залу исполнительницу главной роли в спектакле, на следующий же день названном «одним из величайших шоу десятилетия», Рейчел Андерсон-Берри.

***

– У нас будет ребенок. Буклет с подробным описанием трансмиссии выскользнул из рук Финна, и тот оторопело поднял голову, встречаясь взглядом с взволнованно переступающей с ноги на ногу у двери в ванную Рейчел. На лице девушки сияла робкая, но счастливая улыбка, и ее большие шоколадные глаза светились неподдельной радостью. – П-правда? – заикаясь, выдохнул Андерсон, и шатенка кивнула, закусывая губу. Мужчина пару раз хлопнул ртом, после чего его губы растянулись в широкой чуть кривоватой улыбке, и он сорвался с места, подхватывая жену на руки и кружа по комнате под ее звонкий смех до тех пор, пока она не начала бормотать про головокружение. – Рейчел, – благоговейно прошептал он, глядя в лицо девушки и не веря своем счастью, – боже, Рейч, я так… так… – Я тоже, Финн, – она зажмурилась, смаргивая влагу и неверяще качая головой. – Я… я долго думала, но потом… эти обмороки на репетициях, и тошнота, и… – Боже, я так люблю тебя, – мужчина обнял жену, целуя ее в затылок и вдыхая любимый цитрусовый аромат. – Как… как ты думаешь, кто это будет? Рейчел вздохнула, убаюканная теплом мужа, и тихонько рассмеялась. – Не знаю, милый. Но я хочу сына. Я думаю… – она мечтательно прикрыла глаза, – у него будет великолепный голос, а еще он будет самым красивым и… – И сильным, – вставил Финн, и девушка кивнула. – Он будет квотербеком, я чувствую! Шатенка рассмеялась, прижимаясь щекой к груди мужчины. – Главное, что он будет самым счастливым.

***

– У нас будет ребенок. Бриттани крепче сжала ладонь жены, стоило им переступить порог больницы и вдохнуть свежего уличного воздуха. Латиноамериканка подняла на нее взгляд сияющих глаз и тихо выдохнула: – До сих пор не верится, что у нас получилось. Блондинка согласно покачала головой, и Сантана нежно обняла жену, кладя ладонь на пока еще плоский живот девушки. – Прощай, карьера гимнастки, – хмыкнула она, едва сдерживая счастливые слезы. Бриттани махнула рукой, целуя ее в щеку. – Здравствуй, лучший друг Холли. Брюнетка склонила голову к плечу, глядя на девушку. – Ты думаешь, это мальчик? Бритт задумчиво пожевала губу, глядя в темнеющее вечернее небо. Она глубоко вздохнула, после чего улыбнулась, переплетая пальцы с пальцами жены. – Я чувствую это. Маленький волшебный единорожек внутри меня, который обязательно найдет дорогу в свой радужный мир. Сантана рассмеялась, с нежностью глядя на супругу. – Я люблю тебя, Бритт-Бритт. И нашего будущего единорожка. Блондинка кивнула, прикрывая глаза и прислушиваясь к тихой счастливой песне сына в своей голове.

***

– У нас будет ребенок. Блейн опустил веки, счастливо вздыхая и зарываясь носом в местечко между шеей и плечом мужа. Тот рассмеялся, путаясь пальцами в кудрях брюнета. – Восемь месяцев прошло, а тебе все не верится? Андерсон кивнул, промычав что-то похожее на «люблю тебя», и шатен ощутил трепетное покалывание в грудной клетке. Потому что каждый раз – как первый. – Если честно, мне тоже, – доверительно шепнул он, умиротворенно вздыхая. – Ох, Андерсон-Хаммелы, – с улыбкой покачала головой сидящая рядом на софе Куинн, откладывая книгу и поглаживая округлившийся живот. – Вам уже тридцать скоро, а вы все как дети. – Два года – это не скоро, – возмутился Курт, надув губы. Блейн рассмеялся, чмокнув мужа и прищурившись. – Говори за себя, милый. – Ну никакого покоя, даже в выходные, – недовольно пробормотал Пак, входя в гостиную и плюхаясь на диван рядом с женой. – Кто звонил? – поинтересовалась она, целуя его в щеку. – Сэм, – мужчина фыркнул, качая головой, – кто-то пытался взломать охранную систему и пробраться на территорию бизнес-центра. – Смотри-ка, у твоей фирмы по очистке бассейнов появились первые серьезно настроенные фанаты, – хохотнул Курт, перебирая волосы расслабленно мурлычущего у него на плече Блейна. – Да ну их в баню, – отмахнулся Пак, поправляя манжеты рубашки. – Или в бассейн. – Идиот, – покачала головой Куинн, с улыбкой закатывая глаза. Андерсон внезапно сел прямо, неуверенно поглядывая на друзей. – А вы… точно не жалеете? – он пожевал губу, подбирая слова. – В смысле, ну… сложно, наверное, так заботиться о чужом ребенке, да еще и работа… – Блейн, я юрист, и твоя дочь под грудью мне совсем не мешается, – назидательно произнесла блондинка. – Восемь месяцев, а ты все одно да потому… – А нам пока и Бет хватает, правда, милая? – произнес Пак, улыбаясь и наклоняясь к манежу с барахтающейся в нем девочкой. – А вот подружка ей не помешает. Куинн в очередной раз закатила глаза, покрутив пальцем у виска, и Курт, рассмеявшись, чмокнул мужа в макушку. – Слушайте, парни, – встрепенулся Ноа, проводя рукой по волосам и немного грустнея. Прошло уже лет пять, как он отказался от ирокеза, но порой… порой он скучал. – Всегда было интересно: вы же, вроде как, провернули всю эту ерунду с общей спермой… Его передернуло, и женщина укоризненно стукнула мужа по колену. – Короче… мне всегда было интересно, как вы поймете, чья это дочь? Блейн расхохотался, качая головой и мечтательно глядя в потолок. – Ну, я думаю, что если она родится с бабочкой – значит, моя, – он с любовью посмотрел на Курта, и тот покачал головой, ярко улыбаясь, – а если с аскотом на шее – Курта. Верно? Он встретился взглядом с шатеном, и Пак фыркнул, пробормотав что-то вроде «опять» и возвращаясь к Бет. Потому что это был тот самый взгляд, из-за которого двое мужчин ненадолго (по крайней мере, для них) выпадали из времени, пространства и всего, что их окружало. Потому что это был взгляд, несший в себе нечто куда более сильное, сокровенное и интимное, нежели слова. Потому что это был взгляд в духе «о, вот и ты, я искал тебя вечность». Потому что даже десять лет спустя каждый раз был как первый. Курт заправил за ухо мужа особо своенравную кудряшку, касаясь губами его лба. – В любом случае, – запоздало ответил он, – она будет наша. Блейн счастливо вздохнул, прижимаясь крепче к шатену и прикрывая глаза. Чувствуя себя дома. – Наша. _____________________________________________ (будь котиком - прочитай послесловие)