Все любят блинчики-2

Она моментально почувствовала, что любое действие со стороны девушки здесь считают призывом, и доказывать иное - только злить окружающих. Парни плотоядно смыкались вокруг нее, девушки агрессивно задевали локтями. Кто-то провел рукой по ее ягодицам. Блинчик резко обернулась, но на нее смотрели абсолютно все и одновременно - никто. Она медленно двинулась к краю танцпола, но кольцо людей сжималось - кто-то хохотал ей в лицо, кто-то предлагал выпить, заливая ее кофту и волосы водкой, какие-то две девчонки уже выкрикивали ругательства сквозь шум колонок. Блинчик замутило. Один из парней обнял ее за шею, больно завалившись на плечо, и задергал ее в веселом, как ему казалось, танце. На Блинчик пахнуло запахом пота и спирта, от которого она стала задыхаться, и она сначала даже обрадовалась, когда этого парня отлепила от нее какая-то девица, но ненадолго - пару раз обругав парня, она грозно двинулась на Блинчик. Конечно, о той сотне приемов, болевых и нокаутирующих, которые пронеслись в голове Блинчик, не могло быть и речи в многолюдной толпе, которая считает ее малышкой-женушкой здоровенного шведа. Зато такой прием, как встать на защиту своей женщины, всегда смотрится вполне уместно - так, видимо, решил Гуннар, который возник у нее за спиной, как ледокол. Он одним жестом отодвинул от Блинчик скандальную девицу и ее парня, вклинился в плотный круг людей, обоими руками оградив от них Блинчик. Вытащив ее из толпы, он попытался что-то ей сказать, но она, полумертвая от духоты, спиртного смрада и оглушительного звука, даже не среагировала. Гуннар схватил ее под локоть, и вывел на улицу. *** -- Я не нанимался твоим телохранителем, балерина. Больше не полезу, - зло бросил он, тем не менее, продолжая придерживать Блинчик. Она почти пришла в себя, когда услышала: -- Эй, йотун! Куда увел девчонку? От бара отделилось несколько серых теней. -- Эта шалава на всех там кидалась! - выкрикнул визгливый женский голос. -- Если ей хочется немного погулять, зачем мешать… - один из парней выдвинулся вперед. И все они практически разом бросились на Гуннара, не увлекаясь вступлениями. Он сбросил одного, второго, но снова скрылся под ворохом серых курток-алясок. Блинчик схватилась за одну из них, резко дернула на собственное колено, услышав порадовавший ее хруст, но тут же получила такой удар по голове, что у нее потемнело в глазах. Обернувшись, она увидела ту самую девицу с бутылкой в руке. “Ах ты ж ...” - подумала Блинчик, чувствуя, как ярость заливает ее разум. Дальше ей виделось все то слишком медленно, то слишком быстро. Выбить бутылку из рук, несколько раз приложить эту бабищу - в лицо, в живот, под колено, в лицо. Выдернуть еще одного парня из толпы, с помощью силы инерции его же собственной траектории вырубить об стену. Следующему ударить по почкам, еще одного схватить сзади, дернуть на себя, с силой впечатать ребро ладони в кадык. И вот уже перед ней широкая спины Гуннара - она замечает, что в драке он не бьет никого по несколько раз, наслаждаясь процессом, впечатывая голову обидчика в снег, как обычно делают те, кто не был с детства большим и сильным. Вот Гуннар уже распрямляет спину, но тут Блинчик видит боковый зрением мелькнувшую тень с чем-то блестящим. “Нож!” - даже не успев подумать об этом, она разбегается и бьет обеими ногами прямо в бок фигуры, которая сейчас же улетает в сугроб. Еще не успев подняться, она видит перед собой телку с окровавленным подбородком, уже направляющую удар в ее челюсть - но в последний момент кулак той налетает на препятствие, заставляя ее болезненно охнуть, и огромная рука, взяв ее за лицо, отталкивает ее в сугроб. Вторая рука обхватывает Блинчик поперек тела, и ставит на ноги. Блинчик с Гуннаром оглядываются. Некоторые из нападавших ретировались еще в начале драки, но большинство лежит тут, постанывая и проверяя целостность костей. Блинчик трогает болезненную шишку от бутылки, а Гуннар внезапно улыбается: -- Семейный уикенд. Блинчик подхватывает его смех.