История Тёмного Всадника и Сумеречной девы

«Любимая моя! Ты никогда не сомневаешься во мне, даже тогда, когда мрак застелает мой взор, а отчаяние поглотило мою душу. Ты веришь в меня даже тогда, когда я сам сомневаюсь в себе и мои руки опускают свой могучий топор… Ты мой лучик во мраке, путеводная звезда придающая силы затерявшемуся путнику…»

Дни сменялись ночами под тёмными сводами Акеруса, но ничего не давало утешения Тёмному всаднику. Он был опустошен и лишен своей цели, он слонялся по огромной крепости словно призрак, марионетка в руках Короля Лича. Он возненавидел себя за свою слабость и беспомощность, он не мог освободится из-под гнёта и надзора Лича. Попытки покончить с собой, освободить себя, разорвать этот круг не были успешными, смерть не принимала его, он был затерян на грани между жизнью и смертью. Человек без воли – ничто, голос Лича эхом отражалось от стен и звучало в его мыслях. Это сводило с ума каждого, лишая воли. После падения Лордерона, многие королевства уничтожались армией Плети. Воины и полководцы становились пленниками и приводились в Акерус – Тёмный Властелин обращал их в своих слуг, а тех, кто не был силён духом превращался в нежить, слуг рыцарей смерти. Дарион Моргейн, рыцарь смерти, и правая рука Короля лича приказал Тайгену работать с пленниками – он должен был сломить их волю, сделав возможным обращение в рыцарей смерти. Однажды, прислужники привели пленницу. Она была тяжело ранена и измучена. Было видно, что она находится на грани жизни и смерти. Вурдалаки приковали её цепями, и теперь она была жертвой и пленницей одновременно. Её некогда роскошные волосы запутанно свисали с плеч, закрывая лицо. Некогда богатое платье растрепалось и местами порвалось. Тайген взглянул на неё, аккуратно убирая волосы. - Посмотри на меня, - скомандовал рыцарь смерти, та послушно повернулась и ахнула увидев своего мучителя. Шлем не скрывал лица Тайгена, и она быстро узнала некогда знакомые и родные черты. - Тайген, любимый, - на одном дыхании, хриплым голосом произнесла она. Рыцарь смерти никак не отреагировал на девушку, но в глубине его разорванной души затеплился огонёк, больно ранив и растопив холодный лёд сердца. Эта девушка знала его, а он чувствовал, что знает её. Но кто же она? И в следующий миг, неизвестная боль прошла сквозь него, будто удар молнии. Многие считают, что Ледяная Скорбь полностью поглощает душу своей жертвы. Но в действительности всё по-другому. Клинок разрывает душу на мелкие осколки, вытягивая большую их часть. Лишь сокровенные воспоминания и чувства могут пережить встречу с этим клинком. Но не каждый сможет пробудить их в себе, в своей чёрной и измученной душе. Будто огонёк во мраке, скитается всё светлое начало, ожидая своего пробуждения. От искры разгорается пламя, что горит вечно. И искоркой пробудившее свет в Тайгене была Келисса. Отпрянув от удара, все воспоминания и чувства, что стремился уничтожить Король Лич, вернулись, и казалось, воин вновь пережил их заново. Он многое вспомнил: битва, разговор с любимой, её просьба, и совет правителей. - Келисса, - Тайген будто стряхнул пелену со своих глаз, - любимая, - его голос был нежным для её слуха. Лишь нотка льда проскакивала, будто бы напоминание о том, что перед ней стоит не живой человек, а рыцарь смерти. - Почему.. Как ты попала сюда, в это страшное место, милая?, - вопрошал он у девушки, пытаясь освободить её от тяжелых оков, но они не поддавались. Рыцарь взялся за свой топор, усиленный и зачарованный тайными рунами. - Нам удалось выбраться из Лордерона, но за нами была погоня. Некоторым удалось спастись, но вурдалаки нагнали и их. Я боюсь, Тайген, что произойдёт дальше?, - спрашивала она у любимого. - Тоже самое, что и со мной. Я не хочу, что бы ты превратилась в то же чудовище, каким являюсь я. Тебе нужно скрыться и бежать отсюда, я помогу тебе. - Ты не чудовище, я тебя люблю. Я не хочу вновь расставаться с тобой, - Тайген копошился со замком, но вскоре послышались шаги. Это был Дарион Моргейн, но что ему понадобилось здесь в это время? Вопрошал себя Тайген. Его душа ушла в пятки, нужно было что-то срочно придумать, нужно был спасти свою королеву. - Лорд Дарион, вы сегодня рано пришли, - вновь надел маску безразличия и холода Тайген. - Да, меня срочно вызвал Тёмный Повелитель и приказал привести ему пленницу, - слова больно ударили Тайгена. - Я могу сделать это вместо вас, - настойчиво уговаривал он другого рыцаря смерти, но тот был непреклонен. - Нет, это должен сделать я. Вам он приказал готовится к штурму Алого Анклава. Вы поведёте войска на штурм, - он подошел к девушке, и забрал её. Она с мольбой смотрела ему в глаза, не понимая, что произойдёт дальше, а он не смог выдержать её взгляд, слишком тяжелы были его думы, скупые слёзы наворачивались на глаза от чувства безысходности и беспомощности. Он крепко сжал кулаки, её больше ненавидя себя, и проклиная Лича. Она обернулась, глядя ему в след, а он стоял будто статуя. * * * Тайген знал где размещались новообращённые рыцари смерти. Над Акерусом и Авалоном уже смеркалось. Небо постепенно обретало тёмно фиолетовый цвет, а маленькие серебристые звёздочки появлялись на темнеющем небе. Тёмный Всадник стоял перед дверью, переминаясь с ноги на ногу. Могучий воин, что с лёгкостью побеждает самых страшных врагов, не мог решится и зайти в комнату к любимой. Он прислушался – было тихо, наверное, она спала. Собравшись наконец с духом, он всё-таки решился на действие – он открыл дверь, и вошел в комнату. Келисса лежала на каменном ложе, будто фарфоровая статуя. Задорный румянец на её лице исчез, оставив лишь холодный цвет. Её некогда русые волосы посеребрила сама смерть. Тайгену на миг показалось, что она стала намного прекрасней, нет, ему не показалось, он знал это. Присев к ней, он провёл своей рукой по её волосам. Серебристые волосы так и остались шелковистыми. От его нежного касания она пробудилась ото сна. Его глаза горели синим, холодным светом, её – серебром, будто это слеза самой эльфийской богини Элуны, сошедшей с небес в виде звезды. Увидев родное лицо, она накинулась на него и обняла. Он обнял её в ответ и нежно поцеловал, так же как будто при первой встрече. - Обещай мне, что ты никогда не бросишь меня, - она прервала пустоту своим звонким голосом. «Да, – подумал Тайген, - Она совершенно не изменилась, она осталась прежней, изменив свою сущность. Она не поддалась отчаянию, которое победило меня за несколько дней. Она такая же сильная и храбрая… Люблю тебя, мой лучик света». - Теперь я никогда тебя не оставлю, моя госпожа, ни на минуту, иначе я сойду с ума. Они сели вместе и смотрели в окно. Тьма ночи практически поглотила остатки вечера и звёзды ярко горели на небосклоне. Лишь небольшая багровая полоса виднелась на горизонте. - Ты пришла ко мне в сумерках, но сияешь ярче любой звезды, о сумеречная дева. - Когда я иду, сумерки следуют за мной, и враги знают, что следом грядёт Тёмный Всадник, сеющий ужас, тьму и разрушение. - Но только холодный и ясный свет твоих глаз не даёт затеряться в кромешной тьме, ведя к победе, словно путеводная звезда. Твоё могущество не даёт свету пробиться ко мне, покорить меня, потому что оно уже давно покорено моей госпожой. - Мы всегда являемся вместе, и каждый враг трепещет от страха. - Ты права, моя Келисса, сумеречная дева, повелительница тьмы. Теперь у меня хватит сил противостоять Личу, хватит воли освободится из его невидимых оков. Идиллию двух сердец разрушил стук в дверь. Тайген разозлился, и готов был сорваться на незнакомца, будь то Дарион либо сам Король Лич. Сумеречная Келисса положила свою руку на плечо любимого, успокаивая и остужая его боевой пыл. «Не надо», - говорили её ясные глаза. Он не мог не послушать её. Теперь вся власть принадлежала ей. Но оказалось, это был всего лишь прислужник, жалкий некромант. - О повелитель, - клянчил прислужник, - Лорд Дарион Моргейн созывает всех для штурма Часовни последней надежды. - Передай ему, что мы уже идём, - после этих слов неумеха некромант поспешил скрыться, вернутся восвояси. - Любимая, ты готова вырваться из этого места? – тихо спросил он. - С тобой – всегда.