Не все, что говорят, правда.

Неожиданно он слышит звонок и вибрацию в кармане его спортивных штанов. Вздрагивая, Ято судорожно рыскает по карманам и, найдя свою красную раскладушку, отвечает на звонок. В трубке раздается такой знакомый девичий голосок. Как непривычно для нее. Он мигом понимает - это мольба, а не простой разговор с близким другом. Что же она просит? Как она (!) может так унижаться перед этим нищим богом в этих замызганных трениках? Ято с лицом вселенского негодования вслушивается в ее слова:

***

      - Бог Ято, прошу не избегай меня, не игнорируй! Если хочешь, мы можем все забыть, как страшный сон, каковым он и является. Я не напомню тебе об этом, я не заставлю тебя вспоминать этот ужасный день. Я же могу… я могу нормально с тобой говорить. Ято, зачем? Зачем ты перестал со мной общаться? Я постараюсь быть тебе полезной и не приносить одни лишь хлопоты! Только молю, бог Ято, услышь мое желание!..       Эти слова заставили Ято неимоверно сожалеть о своем поступке. Зачем, зачем он так грубо отшил ее? Хотел, чтобы наверняка? Чтобы она больше не испытывала к нему тяги из-за его несносного характера? Чего же он добивался? И что? Сделал. Кому от этого легче? Всем лишь больнее. Она аж вон как унижается перед этим второсортным божком! Совсем потеряла ты, Хиери, свою гордость, что была свойственна тебе.       Не выдержав такой психологической атаки, Ято сразу же телепортируется к своей «подруге». И что он видит? Хиери. Всю дрожащую из-за сильных переживаний. Ее лицо выражает безысходность: красные и опухшие от долгого плача девушки глаза, искусанные до крови, припухшие девичьи губки. Она не может не заметить его. Как можно не увидеть такого дорого человека? Да какого там человека! Бога! Ее глаза, незрячие под пеленой слез, начинают улыбаться. Не отстают и истерзанные губы. Она быстро слезает с подоконника и уже мчится к своему любимому богу. Добегает, распахивает свои объятья и… вспоминает его слова: «Но все же ты не можешь себе позволять таких вольностей!». Останавливается, на глазах наворачиваются новые слезинки. Хиери пытается сдерживать их, ей удается. Ято стоит, не понимая, что же случилось, почему она остановилась. Но осознание все же приходит. Он мрачнеет. Она поднимает свое лицо на него. На нем улыбка, она пытается выглядеть как обычно, чтобы он не переживал. Утирает свои слезы и становится снова такой же, как обычно. Как обычно...       - Ято, я так рада! Ты пришел. Я прошу прощения, я не должна была, прости, если сможешь. Прошу! Не уходи, не бросай меня. Я не переживу. Ты же можешь общаться со мной как прежде? Можешь не боятся, я не обижусь, просто веди себя как всегда. Стань, пожалуйста, снова таким беззаботным и веселым Ято. Мы точно можем вернуть все на свои места! Будем друзьями, будем так же, как и раньше, общаться, веселиться, – с надеждой и мольбой в глазах сказала Хиери. – Хоть мы и не будем кем-то большими друг для друга, чем обычные друзья, мне этого будет вполне достаточно! Я же не смогу без тебя, мне нужно общение с тобой, твое общество!.. Ты даришь мне такую улыбку, что не дарит мне никто, я словно на седьмом небе, когда вижу тебя, у меня настроение подымается, когда ты рядом, я с тобой чувствую себя под защитой, – лепетала Хиери, будто вспоминая все эти моменты. Ей становилось теплее на душе, прокручивая она у себя в голове их. Теперь ее нежная улыбка и взгляд, направленный в никуда, точнее, куда-то в сторону, не были фальшивыми и выражали некую радость, нежели печаль.