Мир на двоих

В крови алкоголя столько, что она на ногах едва стоит, а голова кружится, отдавая пульсацией в висках, но Стеша не настолько пьяна, чтобы не осознавать какую глупость творит — она делает это осознано. Девушка просто послала здравый рассудок к черту и поцеловала его. Правда, поцелуй продлился не долго. Он этого не желал и, кажется, даже поморщился, отстраняясь. — Стеша, ты мне, как сестра, — тяжело вздыхает, отвернув голову, а его слова для нее, как выстрел в упор. — Мы… не можем… Рома старается не смотреть в глаза девушки, в которых столько боли, что она вот-вот заплачет навзрыд, колотя своими кулачками ему в грудь. Он старательно заставляет себя поверить, что виной всему алкоголь и на трезвую голову Стеша бы его никогда не поцеловала, но где-то в мозгу стучит «неправда». Да и сам он понимает, чего скрывать-то, что от трех бокалов шампанского она стала лишь смелее и смогла раскрыть чувства, что с таким упорством скрывала долгое время. — Пожалуйста… Не отвергай меня, — она дрожит от холода, сжимая его футболку в кулак, а другой рукой гладит по щеке. Смотрит с жалостью и щенячьей преданностью, а с губ срывает обреченное: — Не отвергай, прошу… — Я не могу поступить иначе. Прости… — парень берет её руку, сжимая, и, наконец, позволяет взглянуть ей в глаза. Стеша жмурится, сдерживая слезы, коротко кивает. Она давно уже поняла, что жизнь ещё та сука, которая любит прокручивать души, словно через мясорубку, причиняя дикую боль, а судьба — стерва, что сыграла с ней злую шутку, сведя Рому с другой… не с ней… Девушка медленно ведет пальцем по запястью Ромы, касаясь выпирающих вен. Смотрит из-под пушистых ресниц, не моргая, лишь тяжело дыша, а у внутри у нее бушует ураган эмоций. А еще, ей безумно хочется его целовать. До кровавых укусов на губах, до недостатка воздуха в легких, до потери сознания. — Поцелуй меня, — просит решительно, трогая его мягкие губы. Он мотает головой, пятясь назад. — Не могу. — Разве я много прошу? — Стеша обнимает себя за плечи, потому что ветер стал холоднее, и заморосил дождь. Сверлит парня уверенным взглядом, выжидая, а самой бы впору заплакать и залепить ему пощечину от обиды. — Ну же, давай. Последний поцелуй. Рома гулко глотает, убирает руки в карманы и пинает камень, раздумывая. Об этом же никто не узнает, правда? Наспех облизывает губы и подходит к ней, убирая с лица русые волосы. Смотрит с минуту в её большие серые глаза и мечтает незамедлительно уйти, забыв этот день, как страшный сон. — Всего один поцелуй и я исчезну из твоей жизни. Обещаю, — уверяет его Стеша, яростно стирая с щек капли дождя. И он осторожно целует её, положив руку на талию. Выходит настолько чувственно и нежно, что со стороны можно подумать, будто они вместе, но нет. Поцелуй — это лишь способ показать, как ему жаль, как он извиняется, что не в силах её полюбить. А потом, Рома отстраняется и уходит, бросив хриплое «прощай». Стеша смотрит ему в спину, а по щекам текут слезы, смешиваясь с дождем. — Я буду ждать тебя вечность. Если придется… — одними губами произносит девушка, а когда силуэт Ромы пропадает из виду, она громко кричит от безысходности, подняв глаза к небу.