Исцели мои шрамы

Дорогие читатели моего фанфика, не переживайте, я просто решила соединить две части :) Спасибо за исправление моих ошибок моей любимой бете Flafing.com, и ребятам, которые указали на мои ошибки в публичной бете. Кстати, недавно мне приснилось, что мой фанфик набрал +20 лайков, и этот сон сбылся! :D Спасибо вам, за то что читаете мой фанфик. Скоро новая глава с: ________________________________

– Блин! – именно с таких слов началось мое утро. Вообще я ненавижу утро, и оно ненавидит меня, это у нас взаимно. Вот скажите мне, кто вообще любит утро? Только психи. Не, даже психи его не любят. Сегодня первое сентября, и его я тоже ненавижу. А есть хоть что-то, что я не ненавидела бы? Пожалуй, нет. Вставать мне совершенно не хотелось, но пришлось, так как я услышала грубый голос мамы, доносившийся с кухни: – Лия! У тебя есть пять минут на всё про всё... – слушать я дальше не стала, закрыв лицо подушкой. Но, как-никак, а пришлось вставать. Потянувшись на кровати, я наконец-то встала и, подойдя к окну, открыла шторы. На улице шёл дождь. Хорошее начало осени. Спустившись вниз на кухню, я села за стол и осмотрелась. Все в сборе: мама, папа и брат. Моей маме – Таисии Семёновне, сорок три года. Она обычная домохозяйка ввиду того, что отец заправляет бизнесом, а мама следит за домом и за детьми. Она очень серьёзная и строгая женщина, и эти черты характера унаследовала от своей матери. Моя бабушка, Татьяна Викторовна, до сих пор придерживается норм и правил того времени, когда одежда была строгой, о высоченных каблуках не могло быть и речи, юбки обязательно были ниже колена, да и кофта не дай Бог открытая. А про секс вообще молчу. Тогда секс был запретным словом, а если он и случался, то строго после свадьбы, наверняка раз в месяц, если не реже. И то, с выключенным светом. Мама, я бы сказала, главная в нашем доме. Я часто шучу на эту тему фразой «командовать в доме должен кто-то один». Даже отец не осмеливается ей перечить. Порой создаётся впечатление, что они вовсе друг друга и не любят. Потому что она как типичная эгоистка любит только себя. Весьма сожалею о том, что благодаря её стараниям у меня нет ни друзей, ни подруг. Всё потому, что в глазах сверстников я – зануда. Конечно, пара знакомых у меня есть, но по мнению мамы они – просто невоспитанное стадо. В общем, «быдло», как она считает. У неё «гениальная» идея – чтобы я закончила школу с золотой медалью, и это обернулось мне в то, что я днями и ночами корпела над учебниками, в том числе и на каникулах. Порой я выходила, конечно, на улицу, но только если её уговаривал папа. Моему папе, Александру Николаевичу, сорок семь лет. Но он не тянет на свой возраст, и люди говорят, что ему максимум сорок. Бизнес его связан с недвижимостью. Люблю в нём то, что в душе он ещё ребёнок, хоть и с виду деловой. В счастливые моменты, когда мама уходит пообщаться со своими «подругами», мы с ним и моим братом Максимом ходим в парк и веселимся, но веселье это длится, к сожалению, недолго. Максиму всего семь лет. Он красивый и кудрявый кареглазый мальчишка. Кудряшки он унаследовал от нашего деда Семёна Геннадьевича. Сегодня мой братишка идёт в первый класс. Ну, а я… Я – Адрианова Лия Александровна. Для друзей, если таковые имеются, я просто Ли. Мне шестнадцать лет, и я перешла в десятый класс. Но что не радует – так это перспектива снова увидеть уродов-одноклассников. Сквозь мысли пробился голос мамы: – Ты вообще меня слушаешь? – раздраженным голосом спросила она. – А? Прости, я задумалась, – ну а что я могла еще ответить? – Сегодня вас в школу отвезет наш водитель, поэтому у тебя есть двадцать минут на все. – Холосо, мам, – с полным яичницы ртом сказала я и побежала к себе в комнату. Первым делом мне нужно в ванную. Минут через десять, сделав все водные процедуры, я начала искать, что надеть. Открыв шкаф, пробежалась взглядом по полкам. Выбрала обычную черную юбку чуть ниже колена, стандартную белую блузку и закрыла шкаф. Зеркало выдало самый что ни на есть обычную картину: в отражении я видела девушку среднего телосложения, с короткими русыми волосами и с синими глазами, обрамленными длинными ресницами. Поэтому я их не крашу. Знаете, цвет глаз перешел мне от моей мамы, только взгляд у нее какой-то потухший. Причесавшись и простояв минут пять у зеркала, я взяла сумку и все-таки спустилась вниз. На прощанье я поцеловала маму и папу, и, обувшись в балетки, вышла из дома. И только спустя несколько минут до меня дошло, что на улице дождь. Благо, мы сейчас в машине. Доехав до школы, мы с братом быстро побежали в здание. Так как на улице лил дождь, линейку перенесли в спортивный зал. Уверившись, что Максим от классной руководительницы никуда не убежит, я отправилась к сектору, где был наш класс. Ко мне подбежала девушка с золотисто-русыми волосами, и я поначалу её не узнала и в спешке отстранилась. Лишь спустя пару секунд до меня дошло, что это Лиза Фролова, моя знакомая. Надо же, как загорела… – Привет, Ли, – улыбнулась она и поцеловала меня в щечку, – ты уже видела нового учителя истории? – поинтересовалась она, – такой красавчик... – А что с Екатериной Михайловной случилось? – спросила я. Ну интересно же, она у нас была с пятого класса, а тут бац, и мне говорят, что у нас новый историк. – Алло, подруга! Она в декрет же ушла, еще в четвертой четверти, – сказала она, посмотрев на меня, как будто перед ней НЛО стоит. Ну что же, посмотрим на тебя, «красавчик». Я окинула взглядом зал. Остановилась на парне лет двадцати трёх, ну или около того. Черная рубашка, черные джинсы и… кроссовки. Да ладно? Это ведь то же, что тапки с носками! Но, что ни говори, стильно, модно, молодёжно. Лицо довольно-таки приятное, а на голове.. Хаос. Просто ужасный беспорядок, словно он едва проснулся и не успел уложить волосы. Люди называют это творческим беспорядком. Я же зову это одним словом – хаос. – Это он? – показав пальцем на него, спросила я у Лизы. Фу, я знаю, неприлично показывать пальцем. – Даааа, это он, – мечтательно прошептала она. Так-так, скоро, большая часть девочек влюбится в него и будет пускать слюнки на парту на его уроке. Тоже мне нашелся. – Это значит, он у нас еще и классным руководителем будет? – поинтересовалась я. – Угу, – буркнула она. Я решила больше не продолжать тему. После окончания линейки мы пошли в класс, разойдясь каждый по своим местам. Я сидела за второй партой второго ряда. После того, как все уселись, в класс зашла наш директор, Алексеева Елена Петровна, вместе с этим «красавчиком». – Ребята, – начала она, – поздравляю всех с первым днем учебы. Это, – показывая рукой на мужчину, хотя его и мужчиной не назовешь, не дорос еще, – Василевский Дмитрий Маркович, он новый учитель истории, и по совместительству ваш классный руководитель. Надеюсь, вы поладите. Всем удачи, – с этими словами она вышла из класса. – Ну здаров, оболтусы, – улыбнувшись, сказал Дмитрий Маркович, – Меня вы уже знаете, как зовут, а как вас зовут, я не знаю. Поэтому, я называю по списку, а вы встаете, усекли? – произнеся это, он сел на учительский стол. Что он себе вообще позволяет, разве это учитель? – Адрианова Лия? – ну почему я, блин, первая в списке? – Я, – проговорила я, но он даже не поднял на меня взгляд. Как неуважительно. – Кто, я? Встань, – он издевается? Не успела я встать, как запнулась ногой о свою другую ногу и полетела вперед своим ошарашенным лицом. Я так и знала, что так будет! Я просто победитель по жизни! – М-да. Лучше бы не вставала, чуть пол не проломился под тобой, корова, – равнодушно сказал он, и весь класс засмеялся. Неловко вышло. Так, стоп. Что это он только что сказал, чуть пол не проломился? Он назвал меня коровой? Я буду мстить, и мстя моя будет страшна! – Да как вы смеешь вообще?! – с этими словами я встала с пола. И только потом до меня дошло, что я сказала, и я села. – Ты определись сначала, как ко мне обращаться, на «ты» или на «вы». Как определишься, поговорим, – ах так, – Белина Мария? Надеюсь, ты не упадешь, когда вставать будешь? – усмехнулся учитель, посмотрев на меня с прищуром. – Я не такая лохушка, как она, – сказала Маша. Я уже говорила, что все ненавижу? Так вот, ее я ненавижу больше всех, красавица, блин, писаная. Она перешла к нам в седьмом классе, и её все сразу полюбили, а знаете, почему? У нее родители постоянно в отъездах, и она устраивает у себя вечеринки, поэтому она сразу «поднялась» в глазах каждого не только классе, но и в школе. Но не в моих глазах. – Как вам моя юбочка? – покрутилась она вокруг себя. Блин, он же учитель! Слишком часто я говорю блин, да? Но не буду же я материться. Однажды я выругалась перед мамой. Она меня потом так отлупила бабушкиным тапком, а знаете, как больно огребать тапком? Лучше вам этого не знать! Ну вот, после этого случая я забыла все матерные слова, что есть на свете. – Красивая, Машенька, и ножки красивые. А вот если приподнимешь ее еще повыше, я тебе завтра пять по истории поставлю, – улыбнулся он. Что? Удивлению мое просто зашкаливало. Он с ума сошел? Она же ученица! – Что вы себе позволяете, Дмитрий Маркович? – возмутилась я, – Ей же только шестнадцать! Вас посадят! – Я же не собираюсь ее трахать, Адрианова, – закатил он глаза. – Смотрите, чтобы не закатились совсем, – произнесла я в ответ. – Не беспокойся, киса, – ответил мне преподаватель. Что? Совсем обнаглел. Порядком офигел, товарищ преподаватель. Через полчаса, когда он сказал всем девочкам, какие у них красивые ножки, какие у нас мальчики «дрыщи» наконец, отпустил, но попросил меня задержаться. Подойдя ко мне слишком близко, так, что я почувствовала его дыхание у себя на шее, он сказал шепотом мне на ухо: – Адрианова, не будь такой занудой, – он совсем издевается? В смущении я опустила голову, не желая встречаться с ним взглядом. – Дмитрий Маркович... – дрожа непонятно от чего, сказала я, – А Вы знаете, что такое личное пространство?! Он заглянул мне прямо в глаза, игнорируя то, что я избегаю зрительного контакта. Ох, его глаза такие красивые… Зеленые, как у соседского кота. – Знаю, Адрианова, знаю, – с этими словами он отошел от меня к своему столу, – до завтра, Лия. – Вы ненормальный, – я вышла из класса. Так, осталось найти класс брата и свалить домой из этого дурдома. Найдя его, я забрала Максима. Выйдя на улицу, первым делом посмотрела на небо. Я люблю смотреть на небо. Оно было такое красивое, серое, местами на нем были угрюмые тучи. Я бы так стояла и смотрела на небо еще долго, но услышала, как машина затормозила. Это за нами. На улице было прохладно, дождь уже закончился, но все равно было пасмурно. В машине было тепло, поэтому, надев наушники и устроившись удобнее, я начала смотреть в окно. На улице уже осень… Не верится. Совсем недавно за окном было тепло, дети с утра кричали под окном, а сейчас все сидят дома, и, наверное, грустят. А я наоборот люблю осень. Скоро деревья «облысеют» и везде будут лежать их «волосы». Что вообще за бред я несу? Наверное, это все из-за перенапряжения, я так испугалась, когда учитель дышал мне в шею! И вообще, как его взяли в школу? Я и не заметила, как водитель уже довез нас до нашего дома. Дом у нас обычный, двухэтажный. Если смотреть моими глазами, то я опишу вам так: когда входишь, впереди у нас гостиная и кухня, справа лестница на второй этаж, а там четыре комнаты. Как поднимаешься на второй этаж, прямо и по коридору моя комната, слева комната для гостей, справа брата, а в другом крыле комната родителей. Хотя кому я это рассказываю? Посмотрев немного телевизор, я пошла в свою комнату, и, просидев два часа за компьютером, спустилась на ужин. – Ну, и как первый день в школе? – поинтересовался папа. – Никак, – ответила я, не желая продолжать разговор. Вообще, настроение ни к чёрту, ну это всё нафиг. – А мне понравилось, там такая красивая девочка была, мам! Аней зовут! – с улыбкой сказал Максим. Зря ты так, Максим, зря-зря-зря. Это только первый день, потом сам будешь ныть, что не хочешь в школу. – Ты хоть с ней познакомился? – спросил папа с улыбкой. – Я застеснялся… – протянул Максим. Мы все заулыбались. Первый раз вижу, как улыбается мама. Впервые так искренне… Офигеть.. Всё, что я могу сказать, это офигеть. Через пятнадцать минут мы все поели и пошли по своим делам. Хоть сегодня меня не заставляют делать уроки, но скоро это все закончится. А жаль. Просидев еще часа два за компьютером, я посмотрела на время. Уже двенадцать часов! Я же завтра еле встану! Переодевшись в пижаму с котятами и заведя будильник на 6:30, я легла на кровать. И тут в голове всплыл образ Дмитрия Марковича, как мы стояли слишком близко друг к другу, как он дышал мне в шею... «Чуть пол не проломился под тобой, корова» – вспомнились его слова, и я нахмурилась. – Я отомщу этому придурку, отомщу... – с этими словами я уснула.

***

Проснувшись раньше будильника, я долго лежала на кровати, смотря в потолок, и продумывала план мести. Так ничего и не придумав, я включила компьютер и стала искать в интернете, но ничего не найдя, выключила. Прозвенел будильник, и мне пришлось идти на кухню. Спустившись вниз, и оглядев кухню глазами, я не увидела отца. Мама стояла у плиты, а брат сидел спокойно и уминал свою порцию хлопьев с молоком. – А где па… – договорить мне не дали. Мама, повернувшись ко мне, сказала: – Лия, сегодня вам с Максимкой придется добираться до школы самостоятельно, – спокойно произнесла она, – папа на работе, а Сергей заболел. Ну а я, как ты знаешь, водить не умею, – с легкой улыбкой на губах продолжила она и села за стол, поставив передо мной тарелку с блинчиками. В последнее время у моей мамы хорошее настроение, странно это все. Но знаете, это даже к лучшему. Быстро позавтракав, я побежала в ванную, сделав все водные процедуры, я направилась к шкафу с одеждой. Достав оттуда черные штаны и серый свитер, я оделась. Посмотрев на часы, я удивилась, время только 7:05. Причесав волосы, я решила накраситься, кое-как нарисовав стрелки, и подкрасив ресницы, я спустилась вниз. Обувшись, я крикнула маме: – Мы пошли. – Куда так рано? – с удивлением спросила она. – Мам, неотложный вызов, быстро вызывают на работу, до связи, – с этими словами я выбежала. Как только я вышла на улицу, вспомнила, что забыла сумку и брата. Быстро вернувшись в дом и взяв сумку, выбежала. Но потом опять вспомнила, что забыла брата. – Да черт тебя подери, – с этими словами я вернулась в дом, – Максим, давай быстрее! Через некоторое время спустился Максим, и мы побежали в школу. Школа находилась недалеко от нашего дома, минут двадцать ходьбы, но меня все равно постоянно подвозил Сергей. И не лень ему было? Проходя какой-то девятиэтажный дом, я краем глаза увидела нашего историка, он стоял и курил на балконе. Так, надеюсь, он меня не заметит, я очень на это надеюсь… – О, солнышко, какая встреча, – это он мне? – Че, в школу торопишься? Не забывай, что первый урок история, – да, мне. – Как тут забудешь, – буркнула я. – Лия, это кто? – показывая пальцем на Дмитрия Марковича, спросил Максимка. – Эй, пацан, не прилично пальцем показывать. Ты его не учишь, что ли, приличиям? – За собой следите, Дмитрий Маркович, – убыстряя шаг, сказала я, – это мой учитель истории, тот еще придурок. Историк просто сказал «увидимся, киска» и закрыл окно. Подходя к школе, я посмотрела на нее. Обычная трехэтажная школа. Родители сначала хотели, чтобы я обучалась в частной школе, но что-то там не получилось, и меня отдали в эту. Зайдя в школу, я отвела Максима к его классу и посмотрела на часы. Стрелки показывали, что сейчас половина восьмого. По дороге в раздевалку меня сбил какой-то парень, которого я прежде не видела, и, сказав мне «прости, зайка», убежал. – Сегодня «день животных», что ли? – крикнула я, но он уже не слышал. Переобувшись, я поднялась к классу, но еще никого не было. Присев на лавочку, я стала ждать звонка. Перед глазами почему-то стоял образ этого придурочного историка. Через пятнадцать минут почти весь класс уже стоял у двери, а Дмитрия Марковича все ещё не было. Пришел он, как только прозвенел звонок. Вместе с ним пришла и директор с тем самым пареньком, который назвал меня «зайчиком», фу. Войдя в класс, Елена Петровна представила нам «нового ученика нашего класса»: – Это, – показывая рукой на белобрысого парнишку, начала она, – Симонов Владимир… – Владислав, – перебил Елену Петровну он. – Симонов Владислав Олегович, – поправилась директор, – он не смог прийти вчера, потому что не был в городе. Надеюсь, вы подружитесь, не обижайте Владика, он вроде бы хорошенький мальчик, – улыбнувшись, сказала она, – Дмитрий Маркович, познакомьте его со всеми, а я пойду. Всем удачи, – с этими словами она вышла из класса. – Ну, привет, еще один оболтус, меня зовут Василевский Дмитрий Маркович, я учитель истории и классный руководитель десятого «А» – начал он. – Садись пока что к Адриановой за вторую парту, – он издевается? – с учениками познакомишься на перемене. Владик подмигнул мне и сел рядом. Отлично, блин! С пятого класса одна сидела, а тут пришел он. Я отвернулась и начала смотреть в окно. На улице сейчас было тепло, не то, что вчера. Светило солнце, и деревья просто светились как золото. Красота. Но все равно, я больше люблю дождь. Гулять под дождем, бегать по лужам. А потом прийти домой и сидеть под теплым пледом у камина… – Адрианова, хорош мечтать, иди лучше доску помой. – Эм, ну она как бы чистая, Дмитрий Маркович. – Не волнует, бегом к доске, пока я тебе два не поставил. – Но за что? – За все хорошее, Адрианова, за все хорошее. Он идиот, или что-то? Больной или да? Как-никак, но пришлось идти. – Зачетный попец у тебя, Адрианова, – нет, ну это уже не в какие рамки не лезет! – Знаете, что, Дмитрий Маркович, Вы у нас преподаете только второй день, а я Вас уже ненавижу. Вы конченный придурок - это, во-первых. Во-вторых, Вы ведете себя не как учитель, а как какой-то гопник у подъезда! А в-третьих…– договорить мне не дали, потому что этот моральный урод кинул в меня тряпку. – Итак, девочки, которые текут с фоток Дженсена Эклза, дотадрочеры и мамкоёбы, пока она стирает с доски, открываем учебник и пишем конспект первого параграфа. А ты, – показав рукой на меня, – стирай с доски как-нибудь сексуальнее. – Что Вы себе позво… – Что хочу. Меньше думай, Адрианова, думать тебе не идёт, – какое же он чмо! Как же он меня бесит! Быстро стерев с доски несуществующие слова, я села за парту и стала писать конспект. Сдала я самая первая и села обратно за парту. – Адрианова, три. – Почему три-то? – возмутилась я. – Потому что ты тупо списала с учебника, – урод, ненавижу, ненавижу! – Не могла своими словами писать? – ухмыляясь, произнес он. – Нет, не могла! – закричала я. – Тише, тише. Значит, сегодня приходишь после уроков, садишься за парту и учишь. А если не придешь, поставлю два, – после его слов прозвенел звонок. – Я приду, – выходя из класса, сказала я. Ненавижу этого самовлюбленного урода! Как же я хочу заехать по его довольной морде! Почему он обращает внимание именно на меня? Почему, например, не на Белину или её лучшую подружку - Старкову, которая ходит как девушка легкого поведения? Почему, блин, именно я? Уроки, к сожалению, пролетели слишком быстро, и мне пришлось идти после шестого урока обратно к этому дебилу. Подойдя к его классу, я постучалась и вошла. Дмитрия Марковича там не было. Пройдя к своей парте, я услышала щелчок закрывающейся двери, и, повернув голову к двери, я увидела его. – Ну что, позанимаемся… историей? – спросил Василевский, подходя ко мне.