Исцели мои шрамы

POV Дмитрий Последний день августа. Как вечер воскресенья. Одним словом, я нихрена не успел отдохнуть. И это ещё мало сказано. Так и хочется валяться и нифига не делать, но долг зовет. Я обязан Катюхе, а значит, с завтрашнего дня буду соответствовать новому амплуа — школьному учителю истории. Бля, и как я сюда залез? Кто меня за язык тянул соглашаться прежде, чем спросить, чё она от меня хочет? Не успел я и глаз открыть, как на тумбе зазвонил мобильник. Дебильник, разбудил меня в один из моих редких выходных. — Да, — прорычал в трубку, и тут же отодвинул её от уха. Непрестанная трель, состоящая из одной чуши. Так может только она. Легка на помине. — Да, Катюх, спокойно, не нервничай, тебе нельзя нервничать. Да, выйду, конечно завтра, чё ты, — я поднялся с кровати и нащупал пачку сигарет и смёл её с тумбы вместе с зажигалкой. — Какого хрена? Костюм? Нет, я на такое пойти не могу, чёрная футболка и джинсы — максимум. Непрестанная трель уже задолбала, и я прервал возмущения Кати: — Слышь, как там твой паразит? Жрёт много? — закурив на балконе, я посмотрел в окно. Никогда ещё не жалел, что живу на первом этаже. — Ой бля, Катюх, извини, я не думал, что ты такая зануда. Ну блин, ранимая, имел ввиду. Харэ рыдать, да ничего я не имел ввиду! — Катя хныкала мне в трубку, а я не мог разобрать ни одного грёбаного слова. Чтоб её, эту беременность. Видать, моя мамка всю жизнь была тайно беременной. Всегда устраивала скандалы, пока я в четырнадцать лет не свалил оттуда, куда глаза глядят. — Всё, Кать, прости, у меня башка болит, дай отойти, — уже заныл в трубку и наконец, облегчённо выдохнул. Она замолчала. — Опять набухался? — прозвучал голос в динамике, и я улыбнулся, зная, что после этого последуют нравоучения. — Дим, я тебя не буду дёргать, у меня своих проблем растёт в животе, но ты сворачивай всё это, в школе преподом когда будешь, такой род занятости будет запрещен. «Да-да, знаю, конечно, я обязательно одумаюсь и начну с первого сентября новую жизнь» — чуть не ляпнул ей, но сдержался. Она же сейчас истеричка… Ай, блин, ранимая. Кое-как успокоив её, я прекратил разговор и невидящим взором уставился на заезжающее во двор авто. Голова ещё ныла, и стоило только вспомнить, какой хернёй я занимался вчера, она начинала раскалываться сильнее. В дверь квартиры раздался стук, и я дёрнулся, от неожиданности выронив сигарету. Капец, кто посмел припереться сюда? — Димон, открывай! — некто стал стучать сильнее. — Я знаю, что ты дома, ты никуда бы таким не ушёл, открой! — спустя момент до меня дошло, что это Игорь. Нет, я его не подпущу ко мне до конца учебного года. Причина моей сегодняшней головной боли стояла и стучала в дверь, будучи, наверняка, не в лучшем состоянии, чем я. Я поплёлся к двери, понимая, что следующим его шагом будет попытка забраться в квартиру через окно. А оно было открыто, ибо вонь стояла удушающая. Щёлкнув замком, я приоткрыл дверь, с прищуром посмотрев на парня. Игорь стоял, опираясь о косяк двери, и как только я открыл дверь, склонился, чуть не ввалившись в квартиру. — Охренеть, друган, я в ауте, чё вчера случилось? — он непонимающе на меня уставился, вызвав моё недоумение. Не понял. Он со мной, значит, на пару один за другим опрокидывал стаканы, а теперь страдает. Как его там… амнезией? Да чтоб его. — Ничё не помнишь? — я вопросительно изогнул бровь и усмехнулся. — Бляяя, да ты больше меня выпил, или у тебя не та подготовка. — На слове «подготовка» я сделал акцент, гордясь тем, что мои запои заканчиваются всего-то головной болью. — Я… Я алкоголик? — спросил Игорь, завалившись в кресло и прикрыв глаза, мучительно выдохнув. — Ёпрст, я алкоголик. — Если бухаешь, то знай, что бухать надо с разными людьми. Тогда никто не подумает, что ты — алкоголик, — ответил ему, не без сожаления наблюдая за тем, как он мучается. Аспирин вряд ли поможет. Хотя, можно попробовать. — Слышь, я забыл, — запнулся он, повернувшись ко мне, но тут же поник в плечах. — Забыл, что хотел сказать. Безнадёжно. Он реально всё забывает, я, мягко говоря, в шоке. — Как Светка? — перевёл тему, когда принёс ему Аспирин и стакан воды. — Видел её ещё? — Розовые розы… М-м-м… Светке Соколовой, — с какой-то дури начал петь Игорь, и я едва переборол желание встряхнуть его. — Однокласснице моей… Да я счастливчик ваще! У меня бывшая одноклассница Светка, да ещё и Соколова! Могу петь ей песни! — Не понял? Еще не отошел от дури? Дай выбью, — замахнулся, намереваясь стукнуть его по затылку, но тот на удивление легко увернулся, вставая при этом на ноги. — Харэ столько по ней сохнуть. И так мозг прожужжал фигнёй про «любовь-морковь». Задолбал. — А не нравится, не слушай, я — абсолютный романтик, — с вызовом ответил парень, и я прищурился. Неужто хочет вылететь через окно? Ведь недалеко, травм не получит. Зато поймёт, как ко мне обращаться. — Кофе будешь? — отвлекая самого себя от исполнения плана, я обратился к нему. — Фу бля, гадость, — проворчал Игорь, протащившись за мной на кухню. — Дай лучше пожрать. Я открыл холодильник. Что ж, вчерашняя жареная картошка, до которой я так и не дошёл, вполне подойдёт. Осталось разогреть. Пришлось сидеть напротив него за столом и слушать, как он «смачно» чавкает. — Я тут понял, фто мне не надо больсэ ходить на такие вечеринки, — с полным ртом еды он ещё умудрялся мне что-то говорить. Я невольно поморщился. Ну и манеры. — Но для Светки хоть на край света. Ой, бляяя! Света на край света, я чё-то совсем очумел, да, Дима? Я сочувствующе кивнул. Это капец как позорно, хорошо, что нас никто не видит. И так проходит последний день моего лета. Я полный лузер, не могу его даже провести нормально. Едва выпроводив более-менее пришедшего в себя парня, я снова вышел покурить. Нет, блин, не может так тупо начаться сентябрь. Но заняться больше нечем. И есть неохота, уж тем более «обчавканный» им картофель, который я благоразумно выбросил в мусорный пакет. Пора купить нормальные вещи, ибо мои обшарпанные убьют всех наповал на линейке. Да и директриса хоть баба и сговорчивая, но в чём-то принципиальная. Купив чёрные джинсы и чёрную майку, да ещё в придачу такого же цвета рубашку, я вышел из магазина. Прошло неведомо сколько времени, и к собственному счастью я не успел сесть в автобус, как вспомнил, что не купил кроссовки. Вот капец, надо вернуться. Измотанный вдрызг, я вернулся домой, и первым делом поставил будильник на завтра. Имел же привычку внезапно засыпать. А если просплю — хана мне! Катюха сожрёт меня, скормив своему паразиту. Проснулся я от крика какого-то бомжа за окном. Открыв глаза, осмотрелся вокруг. Моя комната, всё такая же мутная, и такое ощущение, что я что-то упустил. Только вот догадаться бы, что именно. Откровенно говоря, ленивый зад тянул к земле. Но мне пришлось оторвать его от кровати, поднявшись и по привычке потянувшись за сигаретами. Но внезапно зазвонил телефон. — Дима, ты проснулся? — услышал я на удивление нежный голос. Катюха? Чё это с ней, а? Довольная прям, как кот после валерьяны. — Ну да, а что случилось? — я реально не догонял, чего она от меня в такую рань хочет, да и чё я в такую рань поднялся, тоже не понимаю. — Ты реально дебил или притворяешься? Хотя нет, ты реально дебил, все мозги уже пропил. У тебя через час линейка. Ты теперь историк в школе. Забыл? — Ой бляяяя, хорошо, Екатерина Михайловна, через час буду там. До связи, — после этих слов я нажал на отбой и как угорелый начал предпринимать попытки сообразить, что за линейка, где, и почему я историк. И вдруг осознание бабахнуло меня по башке дубиной, а я от озарения аж грохнулся на пол, запутавшись в простыне. Так. Катюха залетела от своего муженька. Я должен работать вместо неё. Она, блять, ушла в декрет, а я хренов историк! Хотя, что ладно, то ладно. Директриса — её родная тётка, взяла меня на работу без проблем. Раз уж я обещал, придётся выполнять. Первым делом душ, а там всё по привычке. Чёрные джинсы и рубашка… Пожалуй, картина типичного препода, если этот препод — я. В завершение украшу это чёрными кроссовками. На голове после душа творилось хер знает что, и я, в сотый раз их взлохматив, вышел из дома. Первое сентября. Как раз отличный день для проливного дождя! Пришлось добираться на автобусе, потому что пешком никак. Хорошо, что живу в однушке на брежневке. Я доволен, что смотался от своих предков пораньше. Жил я раньше с отцом, так как мать ушла к какому-то богатенькому чмошнику. Батя водил к нам в дом всяких шлюх, каждую ночь я слушал стоны за стенкой, ладно, хотя бы своя комната была. Уроки прогуливал, учился хреново, но вытянули, так что смог поступить в пед. На оплату образования вкалывал сам, где придется. На оставшиеся деньги тусил: вписки, шлюхи, алкоголь, даже с барыгами связывался. Из всего этого дерьма меня вытащила Катька, и каждый день я мысленно её благодарю. Когда она ещё была студенткой, частенько приходила ко мне и засиживалась целыми вечерами, рассказывая всё, что выучила за весь день. А это было сплошь и рядом всемирной историей. Меня тогда от её знаний воротило нешуточно. А теперь они мне пригодились, мать их. Подъехав к школе, я быстрым шагом направился к спортзалу — какой дебил будет вести линейку под дождем на улице, а? Слушал всю эту херню и ловил на себе влюбленные взгляды девчонок. Дурехи, не знают еще, кто я, а уже слюни пускают. Тут меня кто-то ткнул локтём в бок, и я возмущённо повернулся, не понимая, кому свою жизнь не жаль. Оказалось, это был мужик лет тридцати пяти, который тупо ржал над моим ошарашенным выражением лица на протяжении линейки. — То ли ещё будет, — усмехнулся мне на ухо. — Вы преподом чего, собсна, будете? — Истории, — отозвался с интересом. Люблю живых, активных людей. Таких простых и не мудрёных. — Аааа, — протянул он. — Я Валерий Саныч. Просто Валера, короче. Физрук. А вы? — Дима. Дмитрий Маркович, если чё, — я, широко улыбнувшись, крепко пожал ему руку. — Дим, если что, какие-то проблемы, моя каморка в спортзале для вас всегда открыта, — заговорщически подмигнул он мне. Реально вызвало улыбку такое обращение. Классный мужик, думаю, мы поладим. Есть какой-то плюс в этой «торжественной» линейке. Скучная линейка дошла до своего завершения, и я с чувством выполненного долга зашагал в свой кабинет. Однако, уютно, сказать особо нечего. Да и придраться не к чему. Пока шёл по коридору, рука сама залезла в карман за пачкой сигарет. Пришлось себя одёрнуть, я ж не дома у себя гуляю. Первый урок у меня с 10 «А» классом, и я ещё их классный руководитель, а значит, вторая мама. Комбо невезучести просто. Привычка сносить дверь с ноги не заставила себя ждать, но остановили меня шаги позади. За мной вовсю топала тётя Лена, наша директриса. Злачное местечко она себе выбрала, конечно. Поздоровавшись, она намекнула, что зайдёт со мной, чтобы познакомить с классом. Всучив мне какой-то листок, она почесала мимо меня в кабинет, оставив меня позади. Я посмотрел на лист. Понял, список учеников. Сложив лист вчетверо, засунул его в задний карман джинсов и пошёл за ней в кабинет. Посмотрим, что за черти водятся в том классе, и что я с ними смогу сделать.