Жил да был злобный геймер

- Не хочу!! - Онмунд орал и вырывался, словно в детстве, когда на него набрасывались с мылом. - Не пойду никуда! - Порою благо большинства взывает к жертвам, - повторяла Фаральда, цепко обхватив его за плечи. - Ты спасешь всю Коллегию. - Не хочу спасать Коллегию! Домой хочу!! - Поздно, - вздохнул Толфдир, выпихивая юношу в дверной проем. - Он выбрал тебя. А спорить в твоей ситуации было бы явно неуместно. - Вы же мастера! Сделайте же что-нибудь! Я не хочу!.. Фаральда и Толфдир опасливо покосились на Анкано. Тот расстегнул на груди мантию, обнажая неожиданно волосатую грудь, и подозрительно косился на Око Магнуса. Бирюзовые отблески мелькали на рукояти двуручного меча за спиной советника. - Он же умом тронулся! - возмутился Онмунд. - Он меня заживо освежует и сожрет! - Как минимум не сожрет, а съест, - нравоучительно заметила Фаральда. - Он же альтмер все-таки. - Пощадите!.. Не слушая воплей юноши, мастера притащили его в Зал достижений. Анкано вопросительно обернулся к ним. Желтые глаза его грозно сверкнули. - Ты заставил себя ждать, - холодно заявил альтмер. - Я же сказал, что мы выдвигаемся немедленно. - Не хо... Фаральда моментально закрыла ученику рот ладонью и заявила: - Онмунд просто волнуется, господин Анкано. Вы уж простите его. Юноша вырвался, выхватил из-за пояса флакон с зельем и с размаху швырнул его прямо в Око Магнуса. Раздался небольшой, но заметный взрыв. Энергия в пространстве сильно всколыхнулась. - Онмунд, башка ты дурья! - не выдержал Толфдир, но альтмер властным жестом приказал ему замолчать. Он обернулся к выходу из Коллегии, взглянув в открытые двери, и остальные последовали его примеру. И дружно разинули рты. Во дворе Коллегии зеленела трава. Да такая высокая, яркая и изумрудная, какой во всем Скайриме летом не сыщешь. Вечно засыпанные снегом кусты снежноягодника терялись в буйных зарослях. Казалось, что здание Коллегии перенеслось куда-то в жаркие валенвудские леса. - Онмунд, ты что натворил? - с ужасом воскликнула Фаральда, бросаясь к мосту и глядя вниз. Вдали виднелись зеленые берега, да и весь Винтерхолд зеленел, цвел и пах... У альтмерки закружилась голова, и Толфдир еле успел подхватить ее. - Я нечаянно... - пробормотал юноша, с ужасом дотрагиваясь до травинок. Они были вполне настоящими и свежими. - Я не думал, что получится... так... На лице Анкано неожиданно появилась довольная улыбка. - От тебя действительно есть польза, - удовлетворенно констатировал он, посмотрев на Онмунда. Юноша судорожно сглотнул. - Пошли отсюда, у нас полно дел. - Я на такую херню не подписывался! - бурно возмущался Скальд. - Что с погодой? Почему наш Белый Берег стал коричнево-зеленым?! - Солитьюд всегда был таким строгим, благородным городом... - Элисиф Прекрасная чуть не плакала. - А теперь там пальмы растут! Пальмы!! Прямо посреди дороги! - Это все проклятые маги! - вставил заготовленную реплику Корир, но, подумав, несмело добавил: - Но вообще в Винтерхолде теперь хоть жить стало можно... цветочки там, птички поют... - Какие цветочки?! - Балгруф Старший бухнул кулаком по столу так, что затряслась посуда в буфете. - Из Скайрима исчез снег! Весь! Климат поменялся! Я, даэдра вас всех забери, живу в пустыне! В гребаной пустыне, где каджиты и редгарды гуляют как у себя дома! Где тундра? Где зеленые просторы? - У нас, - хихикнул Сиддгейр. - В Фолкрите вообще все зеленое. Дороги заросли. Хрен до дома доберешься. Тут хоть видно, куда идешь... - Клянусь всеми богами, - пообещал Балгруф, - когда я найду того умника, который так отделал Скайрим, я ему яйца оторву. Даже если он - баба. Игмунд вяло кивнул, поглощенный раскуриванием так кстати выросшего в Пределе бамбука. - Не, ну как мы их отделали, а! - радостно верещал Онмунд, бодро шагая рядом со спутником. - Он только вылез из своего логова, только хотел меч достать - и ты ему голову срубил! Во битва была! Эх, вот бы кошаку это показать, а то он не верит, что можно за секунду стоящему человеку голову отрубить... Юный норд был счастлив. Он и не думал, что в странствиях будет участвовать в сражениях, которые бы сделали честь соратникам Исграмора. Анкано словно родился с мечом в руках - в битве ему равных не было. Иногда он переключался на магию, когда требовался более изящный подход, но явно отдавал предпочтение холодному и внушительному оружию. Эльф проносился по Скайриму смерчем, оставляя за собой след из вырезанных бандитов, проходимцев, диких зверей и вообще всех, кто выглядел неблагонадежным. И это было здорово! Онмунд и не помышлял о возвращении в Коллегию. Сопровождать тронувшегося умом альтмера, который вообразил себя гордостью Гильдии бойцов Сиродила, было куда веселее. А уж с каким восторгом юноша смотрел на зазеленевшую, заросшую тропическим лесом родную провинцию - ни в какой Сиродил или Валенвуд ехать не надо, вот тебе все богатства природы! Да и разгуливать по Скайриму в легком одеянии было куда удобнее, чем в трех тулупах и меховой шапке. - Ага, - буркнул Анкано, сплевывая и пытаясь оттереть с руки присохшую краску, оставшуюся после рисования на лице эффектных голубых полос. - Не ори. Где у вас тут дорога на Вайтран? - Что?! - Вилкас аж подскочил на месте. - Принять в Соратники желторожего? Да ни в жизнь! Скорей уж в Скайриме весь снег растает! - А ты в окошко выгляни, - ехидно посоветовал Онмунд. Вилкас и Кодлак Белая Грива, недоверчиво посмотрев друг на друга, встали с насиженных мест и направились к выходу из Йоррваскра. На следующий день весь Вайтран сплетничал о несколько преждевременной кончине Предвестника Соратников. Меньше говорили о том, что какой-то пришлый эльф начистил рожи всем Соратникам и устроил из Йоррваскра шкаф для хранения яиц коруса и тролльего жира - на жаре эти ингредиенты очень быстро портились. И еще все горожане старательно не замечали аккуратную надпись на статуе Талоса, сделанную голубой краской: "Спасибо, поржал".