Зеркало желаний для стран

Сколько бы не утверждали, что взрослые люди всегда серьезны – не верьте. Странам, собравшимся на саммите, уже давно перевалило за тысячелетия, но это не мешает им вести себя, как детям. — Ребята, не надо драться! — Канада замахал руками, но Франциск и Артур, сцепившиеся между собой, не заметили его. — Иногда я просто не понимаю их, — Япония небрежно махнул рукой Ивану, на что тот только улыбнулся. Хотя он всегда улыбался. — А мне кажется, что это довольно весело, — спокойно ответил Россия, пожимая плечами. – А что ты думаешь, Италия? Италия боязливо зажмурился и прижался к Германии, прячась за его спиной. — Немедленно прекратите! — закричал Германия, ударяя ладонью по столу. Франция и Англия замерли. Кулак Бонфуа был занесен над головой Артура, а руки Керкленда нервно сжимали его рубашку. Они оба удивленно и немного напугано посмотрели на немца. — Мы должны решать имеющиеся проблемы, а не создавать новые! Англия, ты что-то хотел сказать нам, ведь так? — …Прежде чем меня перебил этот виносос, — пробурчал Англия, стряхивая с одежды невидимую пыль. — Ох, Артур, — на выдохе прошептал Франциск. — Не стоит завидовать моим предпочтениям, хотя если ты захочешь присоединиться - я не против, — мужчина взмахнул волосами и улыбнулся Артуру, трясущемуся от негодования. — А что тут происходит? — в зал ввалился Америка. На его лице сияла голливудская улыбка, и, несмотря на то, что он опоздал, он не выглядел обеспокоенным. — Англия? Франция? — парень недоуменно глядел на разозленного опекуна и спокойного Франциска. Улыбка его на секунду исчезла, и России даже показалось, что Америка растерялся. Но уже через секунду Альфред снова улыбнулся, и со словами: «Герой все разрулит!» побежал успокаивать Англию, который в любую минуту мог ударить довольного собой Франциска. — Я счастлив, пока могу врезать Франции... — бурчал Англия, пока его оттаскивал Америка. — Ты делаешь меня несчастным, Джонс. Наконец, все расселись по местам, а Англия уже не норовил разбить что-нибудь Франциску. Хоть нос, например. Хотя ему больше понравилось бы обстричь этому наглому французу его длинные волосы, которыми он так гордится. Артур неспешно поправил галстук и прокашлялся, прежде чем начать: — Итак, как вы уже поняли, я изобрел нечто гениально… — И что же именно? — скучающим тоном спросил Америка. — Еиналеж! — гордо вскрикнул Англия, но никто не разделил его энтузиазма. — Да? И что это значит? — спросил Италия, выглядывая из-за спины Крауца. — Это что-то вкусное? — Или, как это обычно бывает, совершенно ненужная вещь вроде запекателя яиц? — предположил Германия. — Я помню, ты изобретал вещи и похуже. — Нда, не ожидал, что вы настолько ненаблюдательны, - Артур театрально вздохнул, но был перебит Францией: — Это же элементарно, mon cher! Еиналеж – прочитайте задом наоборот! Это желание. — мужчина мечтательно улыбнулся. — Я гений, не так ли, Артур? — Как не прискорбно, но я не могу не согласиться. – Керкленд оглядел всех присутствующих, выдержал театральную паузу, заставив всех уставиться на него в ожидании, потом продолжил. — Я с помощью магических манускриптов смог запечатлеть в обычном зеркале огромную силу, способную показать все наши сокровенные желания… — Бла-бла-бла, — Франциск помахал рукой, — Да ты даже дьявола нормально вызвать не можешь! — Германия-я-я! — завопил Англия. Людвиг тут же строго посмотрел на Франциска. Тот лишь пожал плечами и отвел взгляд от рассерженного Англии. — Говори, Англия, - попросил Германия. Керкленд кивнул и продолжил: — Так вот. Главное отличие Зеркала Еиналеж от обычных зеркал состоит в том, что показывает оно не того, кто в него смотрится, а его «самые глубокие и самые отчаянные желания сердца». — А ты дашь нам посмотреть это зеркало? — спросил Италия. — Конечно, я что, зря его сюда тащил? Англия прошел в середину комнаты и сдернул простыню (да, это была именно она) с нечто огромного, что оказалось зеркалом. И как остальные не заметили его раньше? — Я первый! – крикнул Америка и понесся к зеркалу. Остальные страны потянулись вслед за ним, процессию замыкали Германия и Россия. — А что ты видел в зеркале, Англия-сан? — поинтересовался Японию, украдкой поглядывая на Альфреда, который увлеченно изучал зеркало. — А? — Керкленд немного замялся, ослабил галстук и нервно улыбнулся. — Чай, Кику. Много чая. Франция крутился вокруг Альфреда, заглядывая в зеркало через его плечо, но ничего в нем не видел, кроме своего отражения. Но по довольному выражению лица Америки он догадывался, что тот видит нечто большее, чем просто отражение. — Что ты видишь, Америка?