Зеркало желаний для стран

Мэтью был почти уверен, что сразу же после Ивана подойдет к зеркалу, но и на этот раз этого не случилось. Нет, Канада не боялся Франциска, который сейчас стоял перед волшебным зеркалом. Наоборот, Франция почти единственный, кто обращал на него внимание. Добродушный француз пропустил бы его, Мэтью не сомневался. Почему же от все еще сидит в кресле, если есть такая возможность? Россия. Он опять не заметил и сел на него. Из всех кресел выбрал именно то, где был Канада. Мэтью пытался пошевелить Ивана, намекнуть о своем существовании, но тот его словно и не слышал. Или делал вид, что не слышал, результат был один - Канада не мог сдвинуться с места. Тело русского прижало его к креслу так, что любое лишнее движение было невозможно. Канада мог бы быть более настойчивым и потребовать Брагинского встать, но были как минимум две причины, по которым он не мог это сделать. — Догадываюсь, что ты там видишь, — язвительно заявил Англия Франциску. Канада повернул голову на звук, отвлекаясь от своих мыслей. — Чертов извращенец. Франция загадочно улыбался и крутил у своего носа розу, вдыхая ее запах. Он и вправду наблюдал не совсем приличную картину. — Если я узнаю, что ты увидел меня, — Артур слегка покраснел, но присутствующие подумали, что это скорее он злости, чем он смущения. Хотя про то, что Керкленд мог сейчас смутиться вообще никто не подумал. — Я прибью тебя! — Да у меня тут картинки поинтереснее твоей голой задницы, — отмахнулся Бонфуа. Когда-то Греция рассказывал ему об Олимпийских играх, и что заинтересовало блондина так это то, что в древности все участники были обнажены, и это считалось нормальным. Сейчас он видел пусть и не Олимпийские игры, а простую улицу, но люди, находившиеся там, были полностью нагие. Никто из них не возмущался и не грозил вызвать полицейских, заставляя народ хоть что-то надеть на себя, нет. Это выглядело так... Естественно. И никакого Керкленда. Хотя зря француз вспомнил об англичанине. Следующая же сцена была с его участием. Комната, кровать, привязанный Артур... Который, впрочем, не сопротивлялся и не выказывал никаких протестов, когда Франция по ту сторону зеркала целовал его. — Ты чего улыбаешься?! — взбесился Англия. Японии показалось, что Артур скоро лопнет от злости - его лицо приняло багровый оттенок, да и кулаки сжались до побеления. Но никто в зале и подумать не мог, что Англии сейчас чертовски стыдно. — Интересно, я могу управлять процессом? — заинтересованно пробормотал Франциск и взмахнул рукой. — Хватит с тебя! Перестань пялиться в зеркало!!! Англия с силой оттолкнул Францию подальше от зеркала, не давая ему вернуться обратно. К слову, Франциск был более чем недоволен. — Я же еще не узнал, что будет дальше! — Твои пошлые мечты ничто и никогда не омрачит, так что не задерживай народ, вон еще Людвиг у зеркала не был! Германия вынырнул из потока мыслей и немного непонимающе посмотрел на Англию, мол, что вам надо. — К зеркалу иди, пока я держу этого лягушатника. Ну, быстрей! Людвиг сидел в широком и мягком кресле, прижимая к себе спящего Италию. Феличиано положил свою голову ему на грудь и обнял за талию. Он так и не рассказал Германии что видел в зеркале, а именно кого. Вцепился в арийца после случившегося и не согласился отпускать. Так и уснул. — Я... я пойду, но позже, — уклончиво ответил немец, косясь на сопящего итальянца. Он не хотел будить напуганного Варгаса. — Тогда может быть кто-нибудь другой? — спросил Англия, сдерживая Франциска. — Я хочу досмотре-е-еть! В этот момент Канада особенно сильно дернулся, и русский почувствовал это. — Может ты уже перестанешь ерзать? Уильямс замер. Россия сказал это не грубо, не язвительно, а довольно мило. Иван улыбнулся, но канадец не мог видеть этого, потому что лицом утыкался в широкую спину русского. — Так вы знали... — на грани слышимости прошептал Канада. Ему стало нестерпимо обидно, что Иван умышленно не слезал с него, наблюдая за его жалкими попытками выбраться. Мэтью чувствовал, что еще немного, и он заплачет. — Что сажусь на тебя? - веселым голосом спросил Россия. — Нет, что ты, конечно же нет. — Слезьте с меня, немедленно! — к концу голос канадца сорвался. Мэтью мелко затрясся от злости и накатившей так не вовремя истерике. Если бы он мог, то немедля бы смахнул катившиеся слезы со щек, но руки его были плотно прижаты чужим телом к креслу. — Канада! — тихо охнул русский, когда увидел красные глаза Уильямса и слезы, которые тот с остервенением смахивал ладонью (Россия на тот момент уже встал с него). — Прости, я думал, что это Америка. — Ничего вы не думали! — обиженно прошептал Мэтью, ища взглядом своего медвежонка. Он хотел уткнуться в его мягкую шерстку и тихо выплакаться, но Кумадзиро, как назло, нигде не было. А Россия, наблюдавший за Канадой, искренне жалел о своей неудачной шутке.