Сплин и иже с ним.

Намджун просыпается резко, и первым делом смотрит на часы. Потом он понимает, что уже час дня, благо, что выходные, а еще потом, что проснулся он не сам, а от оглушительного грохота, кажется, из квартиры сверху – слышимость в доме потрясающая, в концертные залы бы такую акустику. Еще минут пять Намджун воюет с одеялом и жалеет, что не держит в кровати меча – такой гордиев узел из ног в одеяле разве что разрубать, и как он только умудряется так завязаться за ночь? Победив злобное одеяло в неравной битве, Намджун почесываясь и, кажется, поскрипывая, плетется на кухню. О том, что поскрипывают половицы, а так же, о том, кто он и что, Намджун вспоминает только когда хватается пальцами за горячий чайник и просыпается уже окончательно. Он шипит, ругается, сует пальцы под холодную воду и тяжело вздыхает, сверля воинственную технику взглядом. Сегодня против Намджуна абсолютно все. Когда раздается звонок в дверь, Намджун сидит и медитирует на кружку с кофе, и от неожиданности он вздрагивает, сползает со стула и плетется открывать дверь, отчаянно зевая. За дверью оказывается взъерошенный парнишка пониже Намджуна, в котором тот признает странного незнакомца с остановки. Незнакомец Намджуна не вспоминает, неловко мнется, шмыгает носом и виновато говорит: - У меня там это, карниз с окна случайно свалился, вы не могли бы помочь мне присобачить его обратно? Намджун вспоминает грохот, который его разбудил, вздыхает и кивает. Паренек расцветает в улыбке, и пока они поднимаются на следующий этаж, трещит о том, что в квартирах на его этаже никто не отозвался, хотя он трезвонил, как сумасшедший, потом спохватывается и говорит, что его зовут Чимином и он сюда только около двух недель назад переехал, и что работает он вольным художником и учится на него же. Намджун начинает понимать и рассеянность, и странный вид, и цветастые пятна на одежде. Они долго и весело вешают карниз – рядом с Чимином невозможно не смеяться, и Намджун остается на чай, как-то оттаивает рядом с теплым и совсем не осенне-зимним художником, становится разговорчивей и улыбается мягко. У Намджуна красивая улыбка: с ямочками на щеках, широкая и добрая, и Чимин говорит Намджуну об этом со свойственной ему прямотой, и тут же смущается и отворачивается, оставляя в воздухе немного неловкости, до следующей кружки чая.