Яойные хроники

***

      Седьмой день собрания Богов подходил к концу, и уже все вовсю праздновали. И хранители, и их Боги. Особенно этому событию радовался Отохико, весь вечер наблюдавший за Мизуки, который пил саке, больше пьянея. Нанами не возражала и давала волю веселью своего хранителя, хотя она и сама куда-то пропала вместе с диким лисом.       После ухода Богини Отохико не скрывал своего любопытства к змею и чуть ли не пожирал глазами пьющего альбиноса, который в обнимку сидел с какой-то девушкой, смеявшейся над странными шутками хранителя. В некоторых случаях она краснела, когда парень что-то шептал ей на ушко. Это немного злило Бога ветра, и он терпеливо чего-то ждал.       Мужчина даже специально подсел ближе, чтобы слышать, что говорит хранитель своей спутнице, которую подцепил черте где. Пока что все было более-менее нормально, и можно не вмешиваться в разговор этих двоих. — Может... Где-нибудь уединимся? — неожиданно спросил парень, что не укрылось от хорошего слуха Бога, и он понял, что подошла его очередь исполнять задуманную роль в этом маленьком спектакле. Мужчина решительно встал с места и подошёл к змею, который обернулся и растянул губы в глупой улыбке. — Ой... А вы кто? — О чем ты? Это же Господин Отохико - Бог ветра! — пробормотала незнакомка, удивленно взглянув на хранителя. Альбинос стал всматриваться в лицо Бога, расплывающееся цветными кругами. Видимо, ему не стоило больше наливать. — Вставай, — коротко сказал друг Микагэ, в его карамельно-золотистых глазах сверкнул недобрый огонёк. Он схватил парня за руку, заставив последнего встать. Затем мужчина просто взял и закинул альбиноса на плечо, как мешок с картошкой. Тот стал возмущаться заплетающимся языком. — Не дергайся, иначе полетишь вниз. — На нас же смотрят... — Нет. Все уже давно напились, и, даже если кто-то посмотрит в нашу сторону, на следующий день не будет помнить. Так что, просто не двигайся и будешь целым и невредимым, — ответил мужчина, вспоминая, как альбинос его обнял, когда того не пустили на собрание Богов, и ему очень требовалась помощь.       Через несколько минут Бог ветра принес немного протрезвевшего змея в свои покои. Последний мог уже соображать и стал обдумывать данную ситуацию с ее концом, не предвещавшим ничего хорошего.       Отохико поставил змея на деревянный пол, но тот пошатнулся и мог уже упасть, если бы не рыжеволосый, который вовремя прижал к себе альбиноса. Все бы ничего, но чужие ладони легли на филейную часть, и пальцы погладили промежность между ягодицами, отчего блондин вздрогнул и попытался оттолкнуть мужчину. Но хватка у Бога была железная, и он не выпускал свою добычу. — Что... Что ты делаешь? — парню не особо нравилось, что его лапают, но тело было другого мнения и отзывалось на ласки. — А несколько минут назад ты был не против, что я тебя куда-то несу, но теперь — не жалуйся. Получай удовольствие, пока я добрый... — промолвил рыжеволосый, шепнув последнюю фразу на ушко хранителя и обдав тёплым дыханием. — Я могу быть жестоким, если не будешь слушаться, хотя я люблю непослушных... — Пусти меня! Я... Я не хочу! — змей все ещё надеялся, что Отохико пошутил, но настрой Бога был непоколебим, и он в действительности заинтересовался слугой Нанами.       Ухмылка не сползала с губ мужчины, и он уже не слушал протесты своего любовника на эту ночь, желая вдоволь насладиться молодым телом. Через несколько секунд парень был прижат к поверхности деревянного стола, неприметно стоявший в углу комнаты. Резко перевернув змея на живот, Бог одной рукой схватил альбиноса за запястья, а другой стал стягивать белоснежный шарф с шеи, чтобы Мизуки стал меньше сопротивляться.       Покончив с этим, мужчина замер, вслушиваясь в злое сопение хранителя, который явно не хотел, чтобы его отымел какой-то Бог со странным влечением к косметике и яркой одежде, выставляя себя напоказ настоящим п*диком (да простят меня читатели). Зубами рыжеволосый снял перчатку с ладони и облизнул пальцы, обильно смачивая слюной. — Как думаешь: что я сейчас буду делать? — задал вопрос Отохико и парень застыл, когда его край кимоно подняли. — Да ты развратник, раз не надел нижнее бельё! Так даже лучше... — Ты, что удумал?! Пусти меня! Я... М-м-м!!! — змей не успел договорить, так как ему в рот запихнули чёрную перчатку, заставляя прервать свою речь на середине.       Блондин мог бы и выплюнуть вещь, но времени не было, так как два пальца сразу вошли в расслабленный зад, и лишь после этого Мизуки весь сжался. К счастью, Отохико успел вытащить пальцы, чтобы с ними ничего не случилось, они ещё пригодятся. — Тихо, тихо... Расслабься, если не хочешь, чтобы я тебя разорвал, или же мне применить кое-что, что поможет вести себя немного раскрепощенней?       Змея вновь уложили на спину, но руки под ней мешали и немного затекли — на следующий день будут синяки. От боли в запястьях несчастный парень поморщился и зажмурил глаза, вцепившись зубами в перчатку. Отохико посмотрел на пленника и вытащил кляп из его рта, припав к мягким устам, жадно целуя их. Но, как бы классно Бог не целовался, Мизуки противился и не отвечал на поцелуй, плотно сжав покрасневшие губы.       Решив помочь хранителю, мужчина запустил руку под кимоно и обхватил ладонью член. Лёгкие движения вверх-вниз возбуждали альбиноса против его воли. И спустя несколько секунд Мизуки застонал, чем и воспользовался Отохико, проникнув языком ему в рот, продолжив страстно целовать. Разум змея стал вновь затуманиваться от нарастающего возбуждения. Все здравые мысли отошли на второй план.       Плавно Мизуки позабыл обо всем, отдавшись наслаждению. Умелая рука ласкала увеличенную плоть, размазывая смазку по покрасневшей головке и ладони. Бог с трудом удерживал себя, чтобы не изнасиловать змея, он хотел сделать его первый раз куда более приятным. Поэтому нужно было вести себя нежно и аккуратно, чтобы не причинить лишнюю боль.       Парень расслабился, сам того не заметив, и мужчина вновь попытал удачу и засунул смазанные пальцы в хранителя. Естественно, альбинос дернулся от неприятных ощущений и того, что в заднице что-то шевелится, но Отохико успокоил его, втянув в новый страстный поцелуй, от которого по всему телу распространялся дикий жар.       Оторвавшись от покрасневших губ, Бог свободной рукой развязал пояс кимоно и стянул ненужную одежду, мешавшую наслаждаться телом любовника. От шеи до живота рыжеволосый провёл дорожку из поцелуев, кое-где ставя засосы, и потом зализывая покрасневшую кожу языком, словно он укусил. После этого мужчина поставил небольшой засос на внутренней стороне бедра, при этом разведя ноги змея в стороны, что выглядело пошло, особенно, когда на щеках блондина появился румянец.       Подготовка была закончена, и Отохико облизнулся, расстегнув ремень и спустив штаны. Белья, как оказывается, он тоже не носил или же просто заранее подготовился. Видимо, знал, что удача на его стороне. Мужчина взял в ладонь член и приставил к анусу, оглаживая головкой кольцо мышц, размазывая смазку. Спустя пару секунд рыжеволосый плавно начал входить, положив ноги парня себе на плечи. Мизуки зажмурился от неудобства и боли, проникающей внутрь толстой иглой, задевая нервы. Первая слеза все же скатилась по щеке, и блондин тихо всхлипнул. — Ш-ш-ш-ш... Сейчас все пройдёт. Потери немного... — прошептал Бог и стал ласкать тело змея, пытаясь унять боль. Альбинос кивнул и Отохико медленно вошёл полностью, начиная двигаться, меняя вход под разными углами, пытаясь доставить удовольствие своему партнеру, который и без этого неплохо стонал.       Неожиданно змей замер, жар пронёсся по его телу, и он, не сдерживаясь, громко застонал, краснея и тяжело дыша. Похоже, Бог нашёл подходящую позицию и стал входить под этим углом, делая резкие толчки. Наклонившись, мужчина просунул ладонь под парня, развязывая шарф, но при этом не прекращая двигать бедрами.       Почувствовав свободу, Мизуки обхватил руками шею рыжеволосого и притянул его для поцелуя. Страсть затмила разум хранителя, и он не особо соображал, что делает. Было уже глубоко плевать с кем, где и когда. Хотелось лишь сейчас и здесь.       Постепенно Отохико перешёл на более быстрый темп. Он чувствовал, что скоро будет предел, поэтому стал водить ладонью по члену альбиноса в такт толчкам. Через некоторое время Бог вышел и кончил, пачкая спермой ягодицы, после него пика достиг и Мизуки, брызгая семенем на живот. Они тяжело дышали, жар все ещё покрывал все тело. — Может... Как-нибудь... Повторим? — с улыбкой спросил мужчина. — До пошёл ты к черту! — в гневе воскликнул змей, бросая шарф в лицо рыжеволосого. К нему пришёл смысл произошедшего, и теперь блондин был красным. Хоть где-то в глубине души он все ещё хотел повторить, но этот кусочек желания был очень маленьким...