Страницы утраченной жизни

      — Эй, Куроко-кун! Куроко-кун, — кто-то настойчиво тряс его за плечо, выдёргивая Тецую из бесконечной тьмы. Абсолютная тишина постепенно наполнялось звуками, которые вскоре переросли в шум из голосов и смеха. Куроко с усилием открыл глаза и непонимающе осмотрелся вокруг. Последнее, что он помнил, было размытое лицо Акаши Сейджуро, который напал на него в его же доме. Потом парень уснул…       «Нет, не уснул! Я умер от той таблетки, что заставил меня проглотить Акаши!» — внезапно осознал Тецуя и почувствовал, как у него задрожали коленки.       «Или всё-таки уснул?»       Поначалу его зрение было затуманено пеленой, но после того, как он несколько раз моргнул, все предметы приобрели чёткость. Куроко с удивлением обнаружил, что сидит в классе, а его одногруппник пытается его разбудить.       — Урок скоро начнётся! — зашипел товарищ, наконец-то добудившись парня. Не понимая, что происходит, Тецуя снова протёр глаза и до боли стиснул кончик языка зубами. Класс не исчез, одногруппники тоже, а во рту появился солоноватый привкус крови.       «Неужели… это был сон?» — ошеломлённо подумал Тецуя, понемногу приходя в себя. В голове до сих пор стоял какой-то туман, будто он на самом деле не выспался. Юноша сделал несколько глубоких вдохов и снова осмотрелся: место, где раньше сидел Акаши, было пустым.       — А Акаши-куна сегодня снова нет? — рассеянно спросил он того самого одноклассника, который его разбудил. Тот изумлённо уставился на Куроко.       — Какого ещё Акаши? Проснись уже, Тецуя!       «Точно… это был просто сон. Просто сон! Никого не убили, баскетбольный клуб не расформирован, и нет никакого Акаши Сейджуро! Он мне просто приснился…» — обрадовался Тецуя и невольно улыбнулся. На душе появилось такое облегчение, что ему захотелось громко засмеяться.       — Неужели ты не хочешь увидеть новенького? — пробубнил одноклассник. А Куроко словно ледяной водой окатили.       — Что? — ошеломлённо произнёс он, переводя взгляд на доску, перед которой стоял учитель и что-то говорил. — Какой ещё новенький? Это же был сон…       — Итак, с этого дня с вами будет заниматься новый ученик, — голос учителя прорвался сквозь радость Куроко и пронзил его, словно копьём. Все звуки вокруг мгновенно стихли, а взгляд Тецуи остекленел, застыв на одном месте. Внутри Куроко всё перевернулось, когда в класс неторопливо и гордо прошёл парень с ярко-красными волосами и такими же глазами.       — Акаши Сейджуро, приятно познакомиться, — мягко произнёс новенький и слегка склонил голову. Весь класс затаил дыхание, а Куроко словно провалился в какую-то бездну. Как? Как такое возможно? Это что, какой-то розыгрыш? Почему это снова происходит? Почему Акаши снова представляется, как новенький? Он уже учится в этой школе полгода!       «Почему все выглядят так, будто видят его впервые?!» — Тецуя посмотрел по сторонам, отмечая на лицах одноклассников неподдельный интерес и удивление. И тут его взгляд случайно столкнулся со взглядом Акаши, который проходил к своему месту. Теперь у Куроко не просто перехватило дыхание. Он буквально задохнулся, когда глаза Сейджуро остановились на нём. Эти глаза, которые он видел в последние мгновения своей жизни. Эти глаза, принадлежащие человеку, который хладнокровно убил его друзей. В памяти сразу вспыхнула сцена убийства, когда Акаши стоял посреди зала в крови своих товарищей и улыбался…       От страха во рту Куроко всё пересохло, он даже не мог пошевелиться и ожидал, что Акаши набросится на него прямо в классе. Однако тот спокойно прошёл к своему месту и сел за парту. Лишь после этого Тецую немного отпустило.       «Хотя если подумать… сейчас у него другие глаза, как раньше, без ярости», — успел заметить Куроко, прежде чем тот опустился на стул. Учитель начал объяснять новый материал, а Куроко несколько раз глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Если то, что произошло ранее, было сном, то это было слишком вещим и ужасным сном. Но, тем не менее, теперь Тецуя знает, кто такой Акаши на самом деле. Он уже убил своих товарищей в Ракузане, и если Куроко ничего не предпримет, значит то, что он видел, снова повторится здесь.       Но что ему сделать? Сдать Акаши полиции? Даже если он сообщит, Сейджуро не арестуют. У них нет доказательств его причастности, его обвинение станет беспочвенным и лишь больше разозлит Акаши. Сказать, что он болен? Что у него расстройство личности? Смогут ли врачи обнаружить заболевание, если его вторая личность будет скрыта? А если обследование не даст результатов, и его просто отпустят?       «Что же делать? Как мне предотвратить ту трагедию? Если я скажу Акаши, что обо всём знаю, он просто убьёт меня первым… А может, он помнит всё так же, как и я?» — Тецуя осторожно скосил глаза на новенького. Тот внимательно слушал объяснения учителя и был очень спокоен и сосредоточен.       «Нет, скорее всего, не знает…»       — Так, кто сможет решить это уравнение? — его размышления прервал учитель, который, объяснив материал, написал на доске задание и с надеждой осмотрел группу. Все опустили свои головы, молясь, чтобы спросили кого угодно, лишь бы не их. В классе повисла тишина, а Куроко внезапно понял, что он знает решение этого уравнения. Он тогда видел и записывал всё за Акаши, да и после этого они решали десятки таких примеров. Выходит, всё повторяется вплоть до мелочей? Почему бы не начать менять всё сейчас?       Учитель, со вздохом, опустил взгляд в журнал, а Куроко поднял руку.       — Я могу решить, — произнёс он и встал со стула. Взгляд всего класса и учителя устремились к нему. Раньше Тецуя никогда не вызывался добровольно.       — Что ж, Куроко-кун, очень рад, что ты решился, — улыбнулся учитель. Тецуя бросил взгляд на Акаши (тот тоже смотрел на него) и заметил в его глазах долю интереса.       — Здесь нет ничего сложного, сенсей, ведь Вы только что всё объяснили, — ответил парень и быстро заводил мелом по доске. Все замерли и открыли рты, когда он, вытерев руки, так же спокойно прошёл на своё место.       — Неплохо, Куроко-кун, — учитель тоже изрядно удивился. — Приятно осознавать, что мои занятия не проходят даром. Хорошо, продолжим урок…       Проходя к своему месту Тецуя снова почувствовал на себе взгляд Акаши, однако не стал смотреть в его сторону, а просто опустился за парту. Сердце в груди отчего-то колотилось, школьник волновался, пока стоял там. Потому что он смотрел.       Даже несмотря на то, что Акаши не удалось проявить себя, после урока ребята всё равно окружили новенького и с восхищением стали задавать ему вопросы. Куроко прислушивался к ним, пока собирал свои вещи. Акаши вежливо отвечал и совсем не раздражался от безостановочно сыпавшихся вопросов. Он улыбался и даже смеялся от шуток, в общем, стал практически душой компании. Только на последний вопрос он не успел ответить, так же, как и в прошлый раз.       — А в какой школе ты раньше учился, Акаши-кун?       Теперь Тецуя ясно увидел, как зрачки Акаши сузились, а его губы сжались плотнее. Лицо ощутимо помрачнело, однако он быстро вернулся в прежнее состояние и улыбнулся.       — Пора на следующий урок, а то опоздаем, — парень поднялся на ноги и забросил сумку на плечо.       «Ты с самого начала скрывал, что перевёлся из Ракузана. Ты знал о том, что устроил там, или просто догадывался?» — смотря себе под ноги, Тецуя дошёл до выхода, где столкнулся с Акаши. Тот отошёл в сторону, пропуская Куроко.       — Я впечатлён твоим сегодняшним ответом… Куроко-кун, кажется? — он улыбнулся и мягко посмотрел на одноклассника.       — Да, Куроко Тецуя, — прохладно представился школьник, пристально глядя ему в глаза.       — С моим лицом что-то не так? — удивился Акаши, отмечая его внимательный взгляд.       — Нет, всё в порядке, — Куроко отвёл глаза и подумал про себя, что Сейджуро действительно ничего не помнит. Значит, он такой же, как прежде. Похоже, Тецуе выпал шанс изменить всё, что тот успел натворить.       — Куроко-кун, — улыбнулся парень, повторив его имя. — Я рад, что мы оказались в одном классе.       — Я тоже, — неуверенно произнёс Тецуя, отправляясь на следующий урок. Как и тогда он снова ощутил странную ауру вокруг Акаши, но теперь он понимал, в чём её суть. Один Акаши, который шёл с ним сейчас, притягивал его, а второй, который убил его товарищей и насильно взял его, отталкивал.       «Если бы только я мог заставить второго исчезнуть навсегда…»