Страницы утраченной жизни

      С их разговора пролетело несколько дней. Тецуя был терпелив и не сводил с Акаши глаз. Сейджуро вёл себя вполне спокойно: так же прилежно учился, успешно играл в баскетбол, тем более, что национальные, на которые они так стремились попасть, неуклонно приближались. Тренировки стали проходить чаще и интенсивнее. Матчи между школами сменялись один за другим, ребята из баскетбольного клуба работали, не покладая рук. За последнее время отношения в команде наладились, наконец-то парни начали действовать как единое целое, принося одну победу за другой. Свободного времени оставалось очень мало, но Тецуя не забывал о волновавших его вопросах, несмотря на то, что Акаши, казалось, пришёл в норму. После тренировок они украдкой целовались в пустой раздевалке или на остановке, но дальше с тех пор не заходили. Отчасти, потому что сильно уставали после тренировок, а отчасти потому что Акаши сбегал. Тецуя ясно ощущал его стремление отдалиться, даже когда они находились наедине. Это его тоже начало беспокоить. Сначала ему показалось, что Акаши остыл к нему, однако в те редкие секунды поцелуя, он ясно понимал, что всё совсем наоборот: чувства Сейджуро только усиливались, он с трудом мог контролировать свои эмоции. Однако почему-то парень пресекал любые попытки близости, словно опасался, что всё зайдёт слишком далеко. Тецуя тоже начал этого бояться, поскольку огонь в алых глазах с каждым разом разгорался всё ярче, стремясь поглотить Акаши целиком. Но это был другой огонь, не тот, что Куроко видел в своём вещем сне. Сейджуро больше не стремился к власти над командой, теперь он думал о другом и боролся с чем-то иным.       Но и это оказалось не самым страшным. Поистине Куроко напугало то, что Сейджуро снова пропал за три дня перед ответственным матчем. Для Тецуи словно вынесли приговор: до судного дня оставалось не так много времени: начиная с этого матча, личности Акаши полностью поменялись местами. Забив тревогу, Тецуя, едва дождавшись окончания тренировки, поспешил к нему домой.       Теперь юноша знал адрес, но вероятность того, что он встретится с Акаши, была не слишком большой. Подходя к его дому, Тецуя подозревал, что одноклассника либо нет, либо он не станет открывать вообще. Остановившись перед дверью, Куроко, набрав в грудь воздуха, нажал на кнопку звонка. И, вопреки его ожиданиям, через несколько секунд входную дверь открыл сам Сейджуро и без лишних вопросов пустил гостя в дом.       — Акаши-кун… — запыхавшись от сдерживаемого дыхания, Тецуя остановился на пороге и осмотрел одноклассника с головы до ног. Сейджуро был очень бледен и, казалось, похудел, однако смотрел прямо без каких-либо колебаний. Его глаза слегка потемнели и ещё сильнее выделялись на бледном лице.       — Почему ты не пришёл на тренировку? — робко спросил Куроко, не двигаясь с места.       — Тецуя… — Акаши невольно моргнул, будто только сейчас узнал одноклассника. Он отошёл от двери и отвернулся от него. — Я плохо себя чувствую, — его голос звучал глухо и тихо.       — Плохо? — с сомнением переспросил Куроко, проходя в дом следом за ним. — Ты знаешь, что у нас впереди очень ответственный матч.       — Да, я помню. Не волнуйся — в день матча я встану на ноги, — он опустился на диван и прикрыл глаза, делая глубокий выдох.       — Ты не очень похож на больного, — оценивая его состояние, пробормотал Тецуя. Юноша присел рядом с ним и осторожно приложил ладонь ко лбу, проверяя температуру. Акаши приоткрыл глаза и уставился в пространство перед собой. — Температуры нет. Это ведь… — Тецуя невольно запнулся. — Из-за него?       Сейджуро промолчал, однако его глаза приоткрылись ещё больше. Видимо, ему было нечего сказать, ведь Куроко оказался прав, а он не хотел этого признавать.       — Снова борешься с ним? — удручённо спросил Тецуя, понимая, что на этот раз Акаши не удастся его подавить. — Ты не должен бороться в одиночку. Ты ещё не принял решение?       Сейджуро резко встал и, отойдя от парня, приблизился к окну. Куроко успел заметить, что его лицо побледнело ещё больше, сильно контрастируя с красными волосами.       — Акаши-кун? — Тецуя развернулся, чувствуя, что тот не собирается отвечать.       — Решил, — словно против воли произнёс Сейджуро, не отводя взгляда от окна. — Дай мне ещё один день, Тецуя. Обещаю, завтра после школы я отправлюсь туда по своей воле.       — Точно? — чувствуя волнение, Куроко вскочил на ноги и подбежал к нему. Акаши медленно развернулся и посмотрел в его тревожные глаза.       — Обещаю, — повторил Сейджуро и, как раньше, обхватив его лицо ладонями, прикоснулся к губам. Поцелуй вышел очень долгим: Тецуя чувствовал, как одноклассник пытается сдержаться и не переступить черту. Он просто водил языком между его губ и лишь под конец позволил себе проникнуть глубже.       — Акаши-кун… — чувствуя, что тот настроен решительно, смущённо пробормотал Куроко, немного отворачивая голову в сторону. — Ты ведь…       — Если я завтра уйду, то мы расстанемся, причём надолго. Давай проведём последнюю ночь вместе? — страстно прошептал он, схватив Куроко за плечи и подтолкнув к дивану, на котором они сидели пару минут назад. — Наполни мою жизнь ещё одним счастливым воспоминанием, чтобы я окончательно не потерял себя и мог думать о тебе… — забравшись сверху, Акаши снова горячо приник к его губам. Приоткрыв рот он проскользнул языком меж губ Куроко, и кончики их языков встретились, слегка потеревшись друг о друга. Но ему было мало этого. Акаши снова приоткрыл рот, однако на этот раз постарался протолкнуть язык как можно глубже, так, чтобы соприкоснуться со всей поверхностью языка одноклассника. Тецуя сделал глубокий вдох, чувствуя, как воздух с шумом проходит внутрь. Акаши, посасывая и покусывая его губы, запустил пальцы в светлые волосы и целовал так, будто испытывал сильную жажду и никак не мог насытиться. Такой бешеный поцелуй мгновенно распалил страсть в обоих, и Тецуя понял, что не сможет сопротивляться ему ни словом, ни жестом. Через одежду он чувствовал, как давит на него тело Сейджуро, насколько тот возбуждён и несдержан. Куроко был в школьной форме, из-за чего ему стало невыносимо жарко. Захотелось избавиться от одежды сию секунду, и Сейджуро, будто прочитав его мысли, неаккуратно и быстро расстегнул его рубашку, обнажая торс.       — Тецуя… — едва насытившиеся поцелуем губы вновь жадно заскользили по его телу, заставляя юношу изгибаться на диване. Через несколько секунд он понял, что даже отсутствие одежды не сбавляет его жара. Голова Акаши опускалась всё ниже и, приподнявшись, Куроко скинул с себя пиджак и стянул рубашку, отбрасывая форму прямо на пол.       — Акаши-кун… — смущенно прошептал он, видя, как Сейджуро расстёгивает его брюки. — Я сам…       Сейджуро нехотя отстранился, а Куроко, опустив ноги на пол, снял с себя брюки вместе с бельём. Тоже откинув одежду на пол к остальной форме, он снова залился краской, ощущая голодный взгляд Акаши на себе. Не успел Куроко посмотреть в его горящие глаза, как одноклассник, схватив его за руку, резко толкнул в сторону и вниз. Через несколько мгновений Тецуя уже не сидел, а стоял на коленях на полу, животом упираясь в край дивана.       — Акаши-кун? — испуганно выдохнул он, когда парень, прижав его корпус и голову к дивану, навалился на него сзади. Тецуя зажмурил глаза, ощущая, как член одноклассника скользит между бедер и давит на промежность. Сейджуро продолжал удерживать его голову рукой, поэтому Тецуя не мог даже взглянуть на него. Его тело мелко задрожало, когда Акаши проник в него. Юноша прикусил губу, чтобы не застонать, как вдруг почувствовал на своей спине горячие поцелуи, от которых снова содрогнулся.       Ему показалось, что Акаши сегодня был другим. Ему снова было трудно совладать с собой, как тогда, в школе. Но вместе с тем чувствовалось какое-то отчаяние. Словно боясь упустить и потерять, он старался взять как можно больше, пытаясь не забыть этот вечер до конца жизни. Если всё, что он знал, всё, что он видел, исчезнет из его памяти, то хотя бы эти воспоминания останутся в глубине его сознания.       — Акаши-кун… — тяжело дыша, Тецуя сполз на пол. Он позволил Сейджуро выместить всю страсть на нём, не сопротивлялся и не кричал, несмотря на то, что ему было не совсем комфортно.       — Прости, что я так сразу, — виновато произнёс тот, обнимая Куроко со спины. — В следующий раз я буду мягче, обещаю, — прошептал он парню на ухо.       — В следующий раз?.. — рассеянно переспросил Тецуя.       — Сегодня я не отпущу тебя всю ночь. Мы будем вместе каждую минуту, до тех пор, пока ты или я не потеряем сознание, или наши тела не перестанут двигаться от бессилия… — его голос звучал настолько угрожающе, что Куроко невольно вздрогнул. Руки Акаши сжали его ещё крепче.       — Я не хочу отпускать тебя, никогда. Хочу, чтобы ты был моим, хочу видеть тебя каждый день, каждую минуту, но… — его голос наполнился болью, и юноша опустил голову, утыкаясь лбом в плечо Куроко.       — Ты должен, Акаши-кун, — спокойно произнёс Тецуя. — Ты сможешь видеть меня каждый день, если захочешь, я буду рядом. Между нами ничего не изменится.       — Хотел бы я верить, Тецуя… — прошелестел он, поднимаясь на ноги и протягивая парню руку. Ухватившись за неё, Куроко тоже встал. На секунду их взгляды пересеклись, и сердце юноши кольнуло: в глубине алых глаз пробивался желтый огонёк.       — Пойдём в спальню… — Сейджуро потянул его за собой, и Куроко, словно под гипнозом, последовал за ним.       Он сможет сдержать его этой ночью. А завтра… всё закончится.