БЕСЫ (приключения блудного Дракона)

Пусто. Целый день без тебя. Нет сумасшедшей переписки, долгожданных звонков, твоей веселой болтовни, от которой потом целый день болят щеки. Тебя нет. И меня как будто нет. Я окунаюсь в мягкость задних кресел. В салоне играет тихая музыка. http://get-tune.eu/ten+sharp+you/ Водитель не спеша мчит авто по ночной дороге. Вот за что ценю этого работника, так это за то, что он видит только дорогу и не лезет, куда не надо. А лезть ко мне сейчас смерти подобно. Мимо пролетают огни ночного города, ослепляя яркими вывесками. Дома, деревья, люди мелькают сплошным калейдоскопом, оставаясь позади. Как и ты. Почти двести лошадок покрывают километр за километром, унося рыцаря вслед за ушедшим солнцем. Мне не хватает тебя. Твоей улыбки, глаз. И даже ругани. Пусть! Пусть даже грызня и разборки. Только не тишина. То, чего я с таким трудом добивался, оказалось разрушенным за несколько часов. Но я не могу. Не могу позвонить и нарушить это убивающее меня безмолвие. Я не навязываюсь никому и никогда. Глупый и никчемный советчик в любви — гордость. Все мысли только о тебе. Как назло, и музыка подпевает в унисон моим мыслям. Или я уже все ассоциирую с тобой? Машина выезжает за город и прибавляет скорость. Работающие фонари освещают набегами салон. Я смотрю в окно, но ничего не вижу. Ухожу в себя. Не понимаю, что я сделал не так? Уже за полночь, а я не могу даже вздремнуть, хотя раньше меня успокаивала дорога и неизменно уносила в сон. Мысленно я с тобой. Что ты сейчас делаешь? Думаешь ли обо мне? Больно режет сознание вопрос: с кем ты. И, как назло, второе «я» молчит, видно, и его гордость уговорила затихнуть. Вздрагиваю, вибрация в кармане вырывает из мрачных мыслей. Сердце екает, на миг в душе проскальзывает радость, когда вижу, что это ты. Пока не вчитываюсь в слова. С каждой прочитанной строчкой что-то умирает во мне, наверное, надежда. А ты любил когда-нибудь так, чтобы ввысь и вдребезги? А ты смотрел когда-нибудь на небеса глазами слезными? А ты сгибался пополам от боли где-то там, за ребрами? Твой путь кишит пустыми мудаками и тупыми пёздами. А ты не пробовал вспугнуть всех воробьев и журавля поймать? А ты не хочешь полетать без крыльев где-то там, за звездами? А не пытался ты в оправе черной разглядеть души брильянт? Не мерить человека красоту распущенными космами? Погасли изумруды. Знаю, что любовь приносит только боль. Не буду вслед тебе кричать словами бесполезными. Я, выкинув обломки крыл и срезанную смоль, Уйду в запой баюкать сердце с свежими порезами. Закрываю глаза. Просто задыхаюсь. Злость на тебя, на себя стоит в горле комом. Да какого хера?! Нет! Не может все вот так закончиться! Я не позволю. Не отпущу. Не отдам. Я вернусь, и мы все исправим. Если надо, начнем сначала, но только не расстанемся. Все началось с игры. Отлично! Так пусть и сейчас она поможет мне вернуть тебя. В голове уже зреет план. Строчу тебе смс, как подъеб: — Шикарная ответка, любимый. Волосы пожалей, резать не надо, — улыбающийся смайлик, — и много не пей, — подмигивающая мордашка следом за словами. — Хм… Да я не я буду, если не верну тебя, — встречаю взгляд водителя в зеркале заднего вида. По округлившимся глазам мужчины понял, что сказал это вслух. — Это не тебе, — ухмыляюсь, сложив руки на груди. Как там говорится? Veni vidi vici? У нас, конечно, чуть иначе: вступил в игру, подыграл и выиграл. А я точно не проиграю! И не дам тебе уйти. В руках звякает мобила. Это ты. Как же легко ты ведешься, мой дракон. Попался. Заглотил наживку. Моя улыбка до ушей, казалось, освещает дорогу в Питер. — Не, мне пить некогда, у меня новая игра. — Меня чуть Кондратий не хватил. Сижу и думаю: «А где у нас аптечка с валидолом? И как бы сразу не заставить авто повернуть в обратный путь?» Собрав всю свою силу воли в один железный кулак, решаюсь расставить все точки над «Ы» и продолжаю разговор: — Да ты что? И с кем же ты играешь? — Радуюсь, что в смс никогда не поймешь, с каким чувством это написано. И то, как сейчас меня накрывает очередной волной ревности и совсем недобрыми мыслями, тебе неведомо. — На сайте одном, с такими же задротами, как ты и я. — Фy-y-y-х, отлегло. Я хватаюсь за то место. Нет, не за то. А там, где должно быть сердце, но его там нет. Оно в пятке. В левой. — Цепляешься к кому или стебешься? — Решаюсь проверить наверняка, вспомнив, как ты доводил и цеплял меня. Ржу на весь салон и просто теряюсь в догадках, что ты можешь опять замутить или какое болото расшевелить. Вижу в зеркале заднего вида настороженный взгляд водилы. Да, я, наверное, сейчас похож на сумасшедшего. — Ну, не без этого. А вообще, мы пишем порно-сказку. Хочешь с нами? — Вот это удача. Понимаю, что надо хватать эту птичку за хвост. Fortuna — non penis, in manus non recipe. И потом я же мегаспец в порно, и богатый жизненный опыт мне в помощь. Совсем как в недавние времена строчу ответ. — Какая прелесть. А ты думал, я откажусь от столь привлекательного предложения? — В очередной раз убеждаюсь, что на ловца и зверь бежит. Давай, мой звереныш, беги ко мне. Я уже весь извелся. — Ну, мало ли? Ты ведь у нас весь в делах. В поте лица работаешь. Разными частями тела, — продолжает зубоскалить моя любовь. — Мне нравится твое «у нас», — игнорирую все твои колкости в пользу позитива. — А мне нравится твой, — ты улыбаешься мне с экрана смеющимся смайлом, и я тоже улыбаюсь. О-о-о, как же это греет душу! — А кстати, я не понял твой ПЫСЫ. Это что, загадка была? — А как хочешь, так и понимай. Ты не глупый, додумаешься, — не собираюсь вот так просто раскрывать все карты. — Дай подумать… — через минуту приходит продолжение. — Да ты что! — на меня пялится смайлик с вытаращенными глазами. — Еще одну татушку решил набить? — В точку, — коротко отвечаю. Не ожидал, что ты так быстро догадаешься. — Пипец! Это же больно! — Думаю, что не настолько, как от мысли, что могу расстаться с тобой. Набираю тебе ответ: — Ну, не впервой. Хоть на этот раз и более масштабная, но я терпеливый. Что мне какие-то иголки, когда я когти и зубы дракона на своей шкуре опробовал? — Да? — На меня смотрит удивленный смайл. — И как тебе? Его когти и зубы? — В мыслях столько всякого разного в твой адрес, но тебе это знать необязательно, поэтому пишу: — Столько острых, неизгладимых, незабываемых впечатлений! Ты не поверишь! — И большой палец в конце сообщения, как подтверждение моих слов. Мы еще долго болтали в этой ночи под шуршание колес о дорожное покрытие. О моих впечатлениях. О твоих планах написать пару-тройку «бестселлеров». Как будто и не было этой глупой ссоры. Я собрал по крупицам надежду, понимая, что просто не могу без тебя. Ты в моей жизни — единственный.

***

Понедельник встретил меня хмурой погодой Питера. Деловые встречи, кипы бумаг, контракты, а я всей душой рвусь к своему дракону. И вот вечер в гостиничном номере «Англетер», и ты снова со мной. Улыбаешься веселым смайликом с экрана сотки. А я просто свечусь. Вдохновленный твоим стихом, написал ответку и спешу с тобой поделиться: — Вот, лови, накатал на скорую руку, так что не обессудь, как говорится, после стакана вискаря. Прав. Да, ты прав! Мой безжалостный циник. Не любил никогда, Только лишь позволял. Прав. Да, ты прав! Мой в оковах романтик. Крылья срезав давно, В небесах не витал. Прав. Да, ты прав! Мой Дракон своенравный. Птиц ловил на лету, Но в цепях не держал. Прав. Да, ты прав! Ангелочек мой дикий. Я дерьмища хлебнул, Только зла не желал. Лишь в одном ты не прав, Мой соблазн многоликий. Знаю цену алмазу, Что в руки попал. — Любимый, ты мне стих накатал?! Это когда ты все успеваешь? Спасибо. Счастлив что в «деловых» поездках ты не забываешь своего дракона, — читаю твой ответ и диву даюсь, сколько сарказма в каждом слове. Одного не понимаю, о чем речь. — Я тебя не смогу забыть, даже если очень захочу, а я не хочу. Все мои стихи и песни только о тебе и для тебя, — отправляю тебе очередное послание и секунду спустя читаю ответ. — Да ты что? А под вискарь ты кому поешь? Что, коньячок в тех краях не наливают? — Хожу по номеру с телефоном в руке и не могу найти себе места. Кто мне чего не наливает? Отвечаю: — Это чуть попозже или по приезду. У меня с утра встреча, — в голове мелькает завтрашний бешеный маршрут в сумасшедшем ритме. Но надо все успеть. Хочу к тебе безумно. — Что, опять? Сопьешься и заебешься! — Стою в ступоре. Строчу тебе ответ, а в душе какое-то сомнение, что мы говорим о разных вещах. — Это не про меня. Я похмельем не страдаю и почти не пьянею. А ты переживаешь? — Конечно. Вдруг тебя в пьяном угаре какой ухарь выебет? — Смеюсь, читая твое смс. Опять стебешься или на самом деле переживаешь? Тебя хрен поймешь, но подыгрываю: — Или я кого-нибудь выебу. Темный, признайся, ревнуешь? — раззадориваю тебя, пытаясь докопаться до сути. — Ещё как! Извелся весь! Всю ночь рыдал. — Уже просто не знаю, что и подумать. От твоего «рыдал» сердце сжимается, но после него светятся улыбки. Опять хохмишь? А кое-кому совсем не до смеха. Ладно, продолжим игру. — Ты плакал? А я думал, пАрнушку писал, — подмигивающий смайлик. Набираю тебе. Гудок и еще один. Ты скидываешь. И снова смс. — Какой там писал! Я без тебя ни жрать, ни спать, ни читать не могу! — Так и хочется спросить у смеющегося смайла: абонент шутит или как? А ведь мы всегда думали в унисон. Откуда это непонимание? Почему ты закрылся? — Ну, не переживай. Вот представь, какие ты мне критерии задал. Молодой парень, с темными волосами, с зелеными глазами, с именем «Ал», да еще чтобы трахался, как бог Эрос. Где я ещё такого найду? — Так может, плохо ищешь? — Прямо перед глазами стоит, как ты зло пялишься на телефон, сжав губы в тонкую нитку. — Да я и не ищу особо, как-то сами находят. Только скучно с ними. Уж не знаю, говорил ли я? Парни, девчонки, я же не скрываю, Ал, их было очень много, только вот все пустые, нет в них ни мира, ни хаоса. Надоели мне такие отношения — на один раз, ну, максимум на пару. Совсем другое дело ты. — А что я? — Вспоминаю, как после нашего свидания в кафе ты полетел искать новые приключения. — В тебе весь мой мир. Вот только мир этот такой шаткий. Любая юбка мелькнет, и нет тебя, побежал, как кобель на запах сучки. — Кто бы говорил! — опять красный чертенок скалит свои зубки. — Сам-то небось не раз уламывал. — Соглашаюсь, но понимаю, что все лица из памяти просто стерлись. Ты выжег их своим огнем. — Вот здесь ты прав. Любого могу уговорить. Даже если не голубой, всегда можно ударить по интересу. А девочки и без всего ведутся, — не кривлю душой и смысла врать не вижу. — Хм, может, и мне снова попробовать? Сыграть на интерес? — Ревность прокатывается обжигающей волной. От одной мысли выхожу из себя. Ты мой и все твои игры могут быть только со мной. — Ал, я не шутил. Убью! — Сгоряча отправляю тебе грозное послание, вкладывая в каждое слово бурлящую во мне злость. — Любимый, а я не понял, ты чего из себя Отелло изображаешь? По-моему, ты себе не ту роль выбрал. Вернешься, и я тебя выебу за измену с Яго, и придушу ненадолго. Любишь асфиксию? Знаешь, как сабы кончают без воздуха? Узнаешь! У меня челюсть на пол упала. Да что происходит? Ты что, серьезно думаешь, что я тебе изменяю? Вновь пытаюсь набрать тебя и нормально поговорить, но ты упорно меня скидываешь. — Ахренел, что ли? Какая измена? Какая асфиксия? — В голове тысяча эпитетов в адрес одного фантазера. — Ты дурочку не включай. Думаешь, я не в курсе, зачем ты в Питер покатил?— Перечитываю. И еще раз. И еще. И ничего не понимаю. Пытаюсь узнать у тебя, может, я действительно не знаю, зачем в командировку покатил: — А ты в курсе? — сижу в полном неадеквате. Что? К чему? И как все это понимать? Жду от тебя ответ. Пять минут, десять, двадцать. Да бляха муха, чего ты молчишь? Звоню. Гнусавый женский голос отвечает, что абонент недоступен. Пиздец просто! Еще час назад нормально общались и опять ушли в срач. Это не отношения, а американские горки какие-то. Нервы стали ни к черту. Меня просто колотит. Иду к бару, достаю бутылку коньяка. Какая измена? Да я элементарно не вижу никого. Я же сказал, что еду по работе. С чего такие выводы? В голове тысячи вопросов, но ответов — ноль. Обжигающее пойло опускается в желудок, принося в тело и в голову легкость. Из открытого окна доносятся звуки улицы. Сижу в кресле, вертя в руках стакан с коньяком. Пробегаю глазами по нашей переписке, перечитывая. Тут явно что-то не то. В голове снова и снова прокручиваю последнюю неделю. Из раздумий меня вырывает звонок. Не глядя, принимаю. В трубке раздается веселый голос сестренки. — Леха, привет! Мы к тебе на шашлычок завалить хотели, а ты, оказывается, опять за тридевять земель свалил, — тараторит моя седьмая вода на киселе. — Привезешь мне аленький цветочек? — Катёнок, привет. Я в Питере. Для милого дружка хоть сережку из ушка, — грустно улыбаюсь. — Сереге привет, — слышу ее «угу» и бухтение Серого рядом. — Ты один или с Алом? — Внутри как-то все сжимается, слыша твое имя. — Катюх, я один и теперь даже не знаю, вместе ли мы, — на выдохе выдаю свои страхи. — Что случилось? — Я дышу в трубку и просто молчу. — Леха, не молчи. Все же было хорошо. Я впервые видела тебя таким. — Каким таким? — нарушаю тишину со своей стороны. — Влюбленным, — сестра смеется, заражая меня улыбкой. — Влюбленный — это не то слово и не те чувства, что я испытываю, — откровенничаю об откровенном. — Леша, что случилось? — слышу взволнованные нотки в ее голосе. — Да я сам не знаю. Все как-то завертелось, закрутилось. Я впервые боюсь. — Чего? — тихо спрашивает, вытягивая меня на откровенность. — Что могу потерять. Он уверен, что я изменяю, хотя сам не хочет рвать старые связи, — в порыве чувств делюсь с сестрой своими страхами. — С чего ты решил, что он так думает? — Закрываю глаза и просто слушаю тихий девичий голос. Если бы я знал ход твоих мыслей, может, ортопедический матрас бы постелил. Даже два. — Да он так прямым текстом и сказал, что придушит меня за измену с Яго, — возмущаюсь, вспомнив твои угрозы. — А я в душе не ебу, откуда ветер дует, — делаю глоток янтарной жидкости. — С кем? — пуще прежнего смеётся Катя. — С Яго? Дез-Демон ты мой. — Катен, честное слово, мне сейчас не до смеху. Меня не пойми в чем обвиняют, а у тебя только смехуечки на уме. — Да потому что твоя беда яйца выеденного не стоит, — весело болтает девчонка. — За эту situation спасибо скажи своему бывшему. — Я в ахуе замираю. — А причем тут Женя, и за что я должен его благодарить? — Тут же весь собираюсь, понимая, что я что-то упустил. — Лелик, вот скажи, Ал в курсе, что ты поехал в Питер? Я права? — Я только агакаю на ее вопрос, пропуская мимо ушей детское прозвище. — Так вот, я уверена, Алекс думает, что ты поехал к эфемерному любовнику, про которого ему Женя напел. — А вот с этого места поподробнее, — перебиваю я, не веря своим ушам. — А каких подробностей ты хочешь? — спокойно спрашивает сестренка. — Я сама слышала, как в перепалке Женя Алу сказал, что ты в Питер на погул ездишь. — Какой перепалке? — Сжимаю стакан. Да что же это? Чего я еще не знаю? — Да пока вы с Сергуней шашлык готовили, твои мальчики премило общались, — смеется в трубке хохотушка, а я просто зверею. — Да он… Пи-пи… Ах, ты ж… пи-пи… Вот… пи-пи… пи-пи… Сука, порву! — восклицаю, потому что цензурных слов от возмущения у меня просто нет. Скидываю звонок. Срываюсь с кресла, обливая рубашку коньком. В стену летит стакан, оседая на пол мелкими искрами стекла. Я мечусь по номеру. Набираю тебя, но ответ тот же: «Абонент недоступен». Просто не знаю, что делать. На утро остались неподписанные договора. Сажусь в кресло, опускаю голову на руки и дышу. Надо успокоиться. Завтра я приеду к тебе и все объясню. Ты поймешь.

***

Как же трудно сохранять холодность и трезвость ума, когда в голове сплошной кавардак! Плюс сон с тобой в главной роли и не в главной тоже. Несколько дней без секса тоже не придают ясности уму. «Смотрю в книгу, вижу фигу» — это как раз про меня и документы. Благо, на связи Эльвира. Быстро перезаключаем контракты, и в путь. К тебе. Мне неймется и не сидится спокойно. И мое настроение передается водиле, тот гонит как Шумахер по вечерней трассе. На телефоне висит Эльвирка, выносящая мозг. Слушаю вполуха ее деловую трескотню, для приличия хмыкаю, дадакаю, ненекаю, не особо вникая в суть дела. Телефон пиликает, извещая о смс. — Все, Эльвир, пока, — резко обрываю разговор. Ощущение, что это от тебя, не подводит. «Этот абонент снова в сети. Вы можете ему позвонить». Конечно, могу, хочу и сделаю это прямо сейчас, потому что я тоже «в сети». В сети своих чувств. — Любимый, я сегодня такой порно-сон видел. А как ваша сказка продвигается? — тут же строчу тебе смс. Решаю начать издалека. Поговорить о серьезном лучше, глядя друг другу в глаза. — А никак, то у одного не стоит, то у другого истерики, а один засранец так вообще на блядки свалил. — Понимаю, что опять кирпич летит в мой огород и незаслуженно. Но я рад и тому, что ты просто отвечаешь. — Я смотрю, у вас там веселая компания, — спецом увожу разговор в сторону и не оправдываюсь. Знаю, что по телефону это бесполезно. — Слов нет. Дурдом. Вот еще одного пациента ждем. Надеюсь, никакой заразы не привезет, а то там, в Питере, одно болото, — не унимаешься ты, а у меня в мыслях: «Ладно, счастье мое ревниво-блудливое, не буксуй. Скоро я приеду и втолкую в твою упрямую голову и не только в голову, что ты для меня, как и я для тебя, единственный». — Ты уже дал на меня рецензию? Не переживай, дорогой, я здоров, ниоткуда не капает, — пишу тебе, надеясь, что ты хоть немного успокоишься и поймешь. — Я бы на тебя лицензию дал. На отстрел. Но вот думаю, скучно мне будет без твоего эфеса! — Сижу ржу на весь салон. Темный скучает. — Только без эфеса? Ну хочешь, я тебе слепок на ДР подарю? — прикалываюсь, а в душе загорается огонек надежды, что к приезду меня уже встретят распростертые крылья моего дракона. — Нет, я хочу оригинал и желательно с бесплатным приложением в виде мозга! — Огонек разгорается сильнее и согревает меня, распаляя желание. — Не вопрос, любовь моя. Я весь твой. Тогда, может, поедешь со мной на охоту? Только отстреливать мое добро не надо, а то я тоже скучать буду по своему эфесу, — на всякий случай пытаюсь выяснить, насколько серьезны твои намерения. Про себя обращаюсь к члену: «Прикинь, тебе имечко дали «Эфес», как пиво прям». — А ты разве еще не наохотился? — походу мой Дракон все еще плюет желтым огнем ревности. — Наохотился! Еще когда гонялся за одной мелкой, но очень прыткой дичью, — пока писал, чуть со смеху не помер, вспоминая наши игрули. — И как охота? Удалась? — Мда… Вот хрен тебя поймешь, о чем ты сейчас, но, надеюсь, все же про нас пишешь. — Нет, до сих пор покусывает и в руки не дается, — отвечаю тебе, думая: «Ага, прям-таки. Голову мою дожевывает». — Так это же Дичь! От слова «дикий». Дрессировке и приручению не поддается. — Смотрю в окно, как мы мчимся навстречу ночи, приближая меня к моему дикарю. — Ну, о дрессировке и речи не идет, а приручить все же можно попробовать, — знаю, как ты это слово не любишь, и специально подначиваю. — А кнутом по спине не хочешь попробовать? — У меня аж глаза на лоб полезли от одного образа, как кожаный хвост ложится на твою тонкую спину. — Это за что же? — недоумеваю. Я, конечно, припугивал тебя, но взять в руки такой девайс и испытать на тебе? Нет, мне ладони для тебя не жалко. — А за все хорошее. — Все, я в ауте. «Ты что, напрашиваешься?» — Так за хорошее нужно поощрять, холить и лелеять, — втолковываю тебе как ребенку малому, пытаясь образумить. — За хорошее — да, а тебя-то за что? — Поудобнее располагаюсь в кожаных креслах, уже размечтавшись, как меня будут холить, лелеять и ублажать. — За то, что я такой умный, красивый, в меру прокачанный мужчина в самом расцвете сил, — декламирую мультик, подстраивая под себя. — Карлсон, ты доЛЕТаешься, — сразу вижу выделенные тобой буквы. «Позлить меня решил? Не прокатило. Сегодня я — сама сдержанность». — С тобой хоть на край света, — пишу ответ, а в мыслях: «Лечу я, лечу, любовь моя. К тебе». — Да ты и к другим неплохо заЛЕТаешь, — снова причАЛил от тебя подъебос. — Ал, я тебе не изменял, а работал, — обреченно закатываю глаза. Ну когда же эти километры кончатся, и я смогу заткнуть этот болтливый рот поцелуем? — Какими частям тела? — Да мой друг света белого и, уж тем более, темного не видал с нашей последней встречи. Мысленно прикидываю и ахреневаю, как я еще не сорвался к тебе. — Ал, я вообще-то еще в машине, так что давай я приеду, и мы поговорим, — мысленно уже обнимаю твои худые плечи, прижимаю к себе, перебирая длинные пряди волос. «Хочу тебя». — Ты за рулем? — Выскакиваю из своих эробредней: что за вопрос? — Нет. Ты что? — поглядываю на водилу, который за годы службы таким вот меня не видел, это факт. — Фу-у-у… — на меня смотрит смешной смайл с косыми глазками. — Я уж думал, у тебя четыре руки. — Ничего не подозревая, смеюсь твоим фантазиям. Через несколько секунд приходит второе и совершенно неожиданно орет на меня большими буквами. — Так! И с кем же ты едешь, сучок? С ним? — Бросаю взгляд на водителя. Ну да, с ним, не с ней же. — Ржете небось надо мной на весь салон? Пошел к черту, гаденыш! — Чуть ли не истеричный смех вырывается из меня: «Что ты себе напридумывал?» Возникает желание постучаться головой о стенку. — Ал, ты о чем? Я свое, сокровенное, никому не показываю. Ты мой, и делиться тобой ни с кем не буду, не хочу, — как могу, пытаюсь до тебя донести. — Опять оскорбления? Ну, все, держись, вытрахаю из тебя эту дурь! — Или стукну тебя, чтобы привести в адекват. Звоню, но ты внаглую скидываешь меня и присылаешь смс. — Не получишь ничего, гад! Вытрахаешь кулак свой! — на меня скалятся три красных черта, я пялюсь на экран и просто хуею. Пытаюсь дозвониться, но мне опять вещает занудный голос робота, что абонент недоступен. Да что же это такое! Этот Бес меня до инфаркта доведет!

***

— Алексей, Вас куда? — голос водителя вырывает меня из прострации, в которой я сижу уже битый час, тупо пялясь в окно и ничего не видя. В голове идет процесс по разборке всех наших полетов. Называю адрес, и авто мчится по знакомым улицам, пересекая перекрестки. Сердце неспокойно бьется в груди, с каждым километром все быстрее и быстрее. В руках тереблю дракончика — брелок с ключами от твоей пещеры. Проезжаем ставший чуть ли не культовым бар, и вот знакомый подъезд. Влетаю на седьмой этаж, не дожидаясь, наверное, как всегда, сломанного лифта. Останавливаюсь у двери. Дышу. Дышу. Сердце просто заходится, выплескивая тонну адреналина в кровь. Поднимаю руку и звоню. Тишина. Звоню. Тишина. Ключ-бабочка проскальзывает в дверь, и замок приветственно щелкает. В коридоре темень, и только котяра со своим неизменным «М-а-о» бежит меня встречать. — Привет, Кот. А где же твой хозяин? — включая свет, здороваюсь с питомцем. — Ал, — зову тебя, надеясь, что, может, ты просто спишь или, как всегда, отгородился от мира, сидя за компом в наушниках. Глаз сразу выцепляет в твоем творческом беспорядке лишние детали. Перевернутое обшарпанное кресло у стола, раскрытые дверки шкафа, из которого торчат явно наскоро вытянутые шмотки. — Куда это ты намылился на ночь глядя? — задаю себе вопрос, пытаясь подавить недобрые предчувствия. Вокруг ног трется кот, требуя обратить внимание на его величество. — Ну что? Где этот блудливый Дракон? — Кот смотрит на меня, не понимая, чего я до него доебался. — Пойдем, накормлю тебя, что ли. Голодный? — кошак радостно бежит на кухню, довольно задрав пушистый хвост и жалобно сообщая, что не ел как минимум с прошлого года. — Вот и я тоже голодный, — захожу на кухню. В холодильнике все, как всегда: пачка майонеза, заветренные сосиски и мясо для кота. — И как он еще не помер с голодухи? — спрашиваю кота, тянущегося во весь свой метровый рост в камеру и удивленно посматривающего на меня. — Да не ты, жирдяй, а дракошка наш. Звоню в доставку продуктов. В ожидании слоняюсь без дела. Телека нет, тишина давит. Кот дозором сидит и смотрит на мои хождения по кругу. Начинаю себя накручивать. Звоню тебе. Выключен. Выискиваю в сотке телефон Алисы. Набираю. Через несколько минут слышу сонный голос девушки. — Моси-моси, химе-сама у телефона. — Хмыкаю на ее приветствие. — Принцесса, это Лет. Слушай, ты случайно не знаешь, где Ал? — Кто? — не понимает девушка, явно спросонья. — Гот где, я спрашиваю, — меня потихоньку начинает раздражать твое отсутствие и невозможность узнать, где ты. — Я откуда знаю? Он не докладывает, — зевает в трубку мне голос. — Понятно. Пока, — и, не дожидаясь от нее ответа, выключаю вызов. Раздалась трель звонка, заставляя вздрогнуть. Не торопясь, плетусь открывать дверь, это явно не ты, с чего бы тебе звонить? На меня пялится девушка, улыбаясь во все свои белоснежные. Принимаю от нее пакеты. Расплачиваюсь и, хлопнув дверью, топаю готовить, в надежде утолить хоть один голод. Твоя пещера наполняется запахами еды. Сидим на кухне с Котом. Зверюга на подоконнике, смотрит в ночь, видимо, ждет тебя. Я стою у окна, смотрю на темное в звездах небо, жду, когда поспеет жрачка в духовке старой плиты, и жду тебя. Время за полночь, а моего дракона все нет. Щелчок замка. Я хочу пойти к тебе навстречу, но ноги не идут. Я просто не могу. Хочу что-то сказать, но молчу. Вижу краем глаза, как ты проскальзываешь в ванную, слышу, как включается вода. Все тело словно одеревенело. Сердце ухает в груди. На негнущихся ногах подхожу к белой деревянной двери, за которой ты, и прислоняюсь к ней лбом. Кот бежит следом и садится у ног. Ты там отгородился от меня или смываешь следы ночной любви? Ревность, боль, все вперемешку. Слышу твой стон, горячая волна пробегает по мне. Член тут же дергается в джинсах. Отхожу. Значит, не изменил, раз сейчас пар спускает. Уже хорошо. Возвращаемся с котом к духовке. — Кот, вроде все готово. Как думаешь? — удивляюсь, как это я ничего не спалил, ведь и забыл уже, когда готовил. — Пойдем подождем нашего бродягу. — Мы идем в комнату. Кошара запрыгивает на диван, видимо, место застолбил, я присаживаюсь рядом, в ожидании проверяю почту. Поднимаю взгляд. Ты с микроскопическим полотенцем на бедрах вышагиваешь по комнате. Сдерживаю стон. Как же я соскучился, но твой демонстративный игнор меня злит. — Где был? — озвучиваю вопрос, который меня мучает с самого приезда. Ты отвечаешь дерзко, зло. Я и не знаю, как реагировать. Предлагаю поговорить, но ты снова дерзишь. Я хочу дотронуться до тебя, это желание переполняет, но ты сидишь, закрывшись от меня. — У меня Vip-клиент на связи. — Злость вмиг затмевает сознание, рука дергается, отвешивая подзатыльник. Ты лежишь на своих ладонях, а я прислушиваюсь к твоему тяжелому дыханию. Хочу, хочу до тебя дотронуться. Это сравнимо с зависимостью. Легко касаюсь черных прядей волос. Борюсь с желанием заграбастать тебя в охапку, доказав поцелуями, лаской всю нежность и любовь. Весь воздух выходит из груди, когда ты безжалостно кромсаешь волосы. Выдергиваю тебя из-за стола и твоих черных мыслей в свои объятия. Смотрю в окрашенные темными полосами подводки глаза. Чувствую, как горят твои легкие. Как грохочет за ребрами сердце. Как замутнен ревностью разум. Вижу тебя, как горят румянцем твои щеки. Как плотно сомкнуты такие любимые губы. Как полыхают яростью глаза. Что ты себе опять напридумывал, фантазер? Ты мой. Мой. Не отпущу. Удар под дых заставляет согнуться чуть ли не пополам. Ну же, дай выход всем своим эмоциям! Я выдержу. Я все выдержу ради тебя. Ты прижимаешься ко мне. Мой родной. Я нежно прижимаю тебя к себе, глажу искромсанные волосы, думая: «Ничего, отрастут». Мои руки скользят по ношеной футболке, нащупывая торчащие лопатки и позвонки. У тебя за спиной подмигиваю Коту, посылая мысленный привет: «Ничего, откормим. Я не дам тебе его объедать!» Ты рядом. Я с тобой. Да, вот так и должно быть. Мы стоим рядом, два человека, такие разные и такие одинаковые. Сами по себе личности, но едины. Оба сильные, смелые, характерные и вроде бы должны отталкиваться, но мы притянуты, связаны невидимыми нитями. Нас опутала своей сетью любовь. А то, что ты любишь меня так же отчаянно, как и я, чувствую каждой частичкой своего существа. Люблю, понимаю, что будет трудно, что не раз и не два мы будем сталкиваться, ругаться и мириться. Но это чувство, его невозможно пережить, перетерпеть, переиначить. Можно просто жить им, дышать им и радоваться, что это случилось в твоей судьбе. И понимать, что ничто и никто не в силах нас разлучить, даже мы сами.

***

Который раз обхожу пещеру своего дракона, недовольно рассматривая начавшийся ремонт. — Равшан! Как там тебя? Джамшут! Это что такое? — показываю на залитый на кухне бетон. — Это что, стяжка? Это херня полная! Переделать. — Плитку уже привезли? Ну пиздец! Я же просил другой оттенок. Что? Две недели на то, чтобы заказ переоформить? Да хоть месяц. — Сантехника. Да. Заказывай, — тут же говорю по телефону. — Сколько ждать? — улыбаюсь. — Отлично. Нет. Нет. У нас время есть. И вообще, пусть не спешат. Меня устроит, если этот ремонт никогда не закончится. Выхожу из бывшей пещеры и иду к авто, где ты меня ждешь, нервно сжимая оплетку руля. — Ал, ты уж как-нибудь решись и глянь на ремонт, а то рабочие тебя в глаза не видели. — Ты хмыкаешь и выруливаешь со двора. — А куда это мы? — спрашиваю я, видя, что мы направляемся в противоположную сторону от дома. — Увидишь, — ты загадочно улыбаешься, подмигивая. — С тобой хоть на край света, без оглядки, — смеюсь я. Знакомые места. Та же речка поблескивает своей тихой заводью. Сижу хлопаю глазами. И для чего это мы сюда приехали? Паркуешь машину. Прям-таки дежавю. Ты что, опять решил порыбачить? — Пошли, — выходишь из авто, увлекая меня за собой. Ты идешь стремительным шагом, постоянно оборачиваешься на меня, посылая озорные улыбки. Сам не могу сдержаться, глядя на тебя, такого шального, легкого, веселого. Мой родной, любимый. Ты подходишь к самой кромке воды. — Леш, ну ты что, как хромая, беременная улитка тащишься? — Подхожу к тебе вплотную. Ты смотришь на меня, в глазах адские огоньки. — Люблю тебя, — шепчу и тянусь к тебе за поцелуем. Ты берешь мою ладонь и вкладываешь в нее тот самый злополучный телефон. — Выкинь, — тихо выговариваешь мне в губы, запуская пальцы в волосы. — Бесенок мой, — счастливо улыбаюсь, думая, что набитые пять лет назад иероглифы принесли в мое существование удачу. Да еще какую! Это не просто синяя птичка, а хоть и мелковатый, но такой зубастый Дракон. И этот Дракон вдохнул в мое существование жизнь. Взмах руки, и всплеск воды скрывает от нас твое прошлое, но я уже ничего не вижу и не слышу, я пью твой поцелуй.