50 оттенков серого

Сварить антипохмельное зелье, снять с огня и укутать ветошью, - осуществив незамысловатые действия, Драко в относительном спокойствии возвратился в дом. Попытки Поттера встать показались ему чем-то неуместным, неправильным. Услужливая память тут же подсунула ненужные картинки их странного секса, и Драко нехотя отвернулся. "Ты уверен"? - эхом зазвучал в его голове преисполненный сомнения голос Панси. - Этот оттенок довольно редок в новом сезоне, разве нет? - ответил он ей. - Что? - переспросил Поттер недоуменно. - Что, - передразнил Драко, и собственный голос прошуршал, как наждачная бумага, - я могу для тебя сделать? Поттер впился в его лицо долгим, нечитаемым взглядом, и Драко неожиданно для себя прибавил: - Все, что захочешь. Он не понял, когда успел выхватить палочку, должно быть, это - безусловный рефлекс при первой опасности. И когда истончившиеся жесткие пальцы впились в его запястье, приближая полированное дерево к геройскому лицу, Драко тоже не понял: чего от него ждут? Эвтаназии? Гигиенического? Левитации? Вместо этого он произнес заживляющее, опять рефлекторно, потому что в уголках геройских губ все еще были видны крохотные трещины. Возможно, одному аристократу - уж слишком долго он вглядывался в это лицо. Так долго, что сетка мертвых сосудов уже не казалась отклонением от нормы, только открытые повреждения, могущие повлечь за собой инфекционные заболевания. Поттер не знал, но Драко стерилизовал воздух в комнате с самоотверженностью влюбленного идиота. Наделенного необходимыми для этого знаниями идиота. Поттер многого не знал, и Драко не спешил делиться с ним информацией. Пусть сначала выживет. - Ну же, Малфой, - герой закатил глаза. - Уж ты-то должен быть на "ты" с косметическими чарами! Или я ошибаюсь? Несколько дней назад аристократа такое взбесило бы. Поттер поступил как моральный урод, притворяясь целым. Но теперь - по прошествии шока и во власти алкогольной анестезии, - как бы парадоксально это ни звучало, Драко склонен был рассуждать логически. Во-первых, не ему было заикаться о морали, и, возможно, именно поэтому и именно с ним Поттер вел себя вопреки всем возлагаемым на него как на героя ожиданиям. Если это было тем, чего тот хотел, и в чем не мог признаться: самому себе, фаворитам, близким или общественности - то есть никому, кроме ненавистного Малфоя, что ж, Драко был благодарен судьбе за свой единственный шанс и конкурентное преимущество. Пускай и бесчестное. Кроме того, ничего не изменилось бы, обладай Поттер исключительными моральными качествами. Слишком поздно. Даже знай Драко с самого начала, что тот обречен, не смог бы держаться в стороне, но, возможно, потратил бы драгоценное время на бесплодные попытки. Да, он не чувствовал бы себя насильником с самого начала, но с некоторых пор и это перестало быть актуальным, так что он просто придал Поттеру "товарный" вид и со вздохом повалился на кровать, когда тому, наконец, удалось встать. - Нам надо поговорить, - произнес герой сухо, и залеченные ранки вернулись на прежние места в уголках его рта. Что ж, Драко ни на что особенно не рассчитывал. Пусть просто выживет. Ведь именно это он обещал, смеясь, когда Драко устроил любовнику разнос после откровений треклятого Уизли. "Рон немного сгущает краски, потому что ему это выгодно, - сказал герой. - Я плохо поступил с ним, но я не собираюсь умирать, если это тебя утешит. Я бывал в передрягах похуже, и ничего, как видишь, мне не сделалось. Всегда есть выход, и Гермиона непременно его найдет. Что-нибудь придумаем". Было еще что-то о том, как чертов герой польщен бурной реакцией заклятого врага на свою возможную кончину, но Драко его уже не слушал. Он был слишком счастлив от осознания пускай и крохотной, но надежды, чтобы реагировать на какие-то там поддевки. - Не надо нам разговаривать, - вздохнул аристократ, окидывая спальню усталым взглядом: край широченного ложа, прикроватный столик с изящным графином и каминную полку, на которой стояли приготовленные им для Поттера зелья. У противоположной стены, между дверьми в гардеробную и в коридор стоял аккуратный комод. Больше, кроме зеркала над комодом, двери в ванную и панорамных окон, наглухо закрытых ставнями, в спальне не было ничего. - Ты прав, - согласился Поттер и наклонился за поцелуем. Косметические чары придали его смуглой коже ванильно-пепельный оттенок и маслянистый лоск. - Крайола, - пробормотал Драко, уворачиваясь от подставленных губ, чтобы скрыть состояние нестояния. Поттер недоуменно приподнял брови. - Мне понадобятся мелки и восковые карандаши, - пояснил аристократ. - Зачем? - Чтобы оформлять дом, - соврал Драко. Поттер хмыкнул многозначительно, привлек из комода полотенце и отправился в душ. - Ну и выхлоп, - констатировал он напоследок, осуждающе качнув головой.