Герои

куда ходила по ночам, кого искала своей честью, головою рисковала искала демона, а он во мне, внутри пускает кровяные пузыри он изнасиловал меня, за сердце укусил над пропастью, над кратером меня в горсти носил А. Анашевич

Вот сей­час сто­ит ска­зать прав­ду, ну же. Мал­фой за­пер ме­ня здесь. Что мо­жет быть про­ще? Гер­ми­она на­бира­ет воз­ду­ха в грудь и про­из­но­сит: - Я пош­ла ис­кать трол­ля, по­тому что я… я ду­мала, что смо­гу са­ма спра­вить­ся с ним… ну, по­нима­ете, я мно­го о них чи­тала. На ли­це про­фес­со­ра Мак­Го­нагалл не­до­уме­ние. Где-то глу­боко внут­ри Гер­ми­ону ду­шит хо­хот: за­мес­ти­тель ди­рек­то­ра да­же не до­гады­ва­ет­ся, что сли­зерин­ка про­яв­ля­ет сей­час ис­тинно гри­фин­дор­ские ка­чес­тва. Гер­ми­она под­ни­ма­ет гла­за на учи­телей, и все ис­те­рич­ное ве­селье в миг про­пада­ет: про­фес­сор Снейп смот­рит на нее. Смот­рит аб­со­лют­но пус­ты­ми гла­зами, ни один мус­кул не при­ходит в дви­жение на его ли­це. Ка­жет­ся, что толь­ко те­перь Гер­ми­оне ста­новит­ся дей­стви­тель­но страш­но. Ни­какой тролль не срав­нится с ее де­каном. Про­фес­сор Мак­Го­нагалл сни­ма­ет де­сять оч­ков со Сли­зери­на и уда­ля­ет­ся, ле­вити­руя ту­шу мер­тво­го трол­ля пе­ред со­бой. Гер­ми­она мол­ча раз­гля­дыва­ет ка­фель и ждет на­каза­ния. Что это бу­дет? От­ра­бот­ка? Пись­мо ро­дите­лям? От­числе­ние? Толь­ко бы ее ос­та­вили в Хог­вар­тсе, а тут она го­това и кот­лы мыть, и в теп­ли­цах зем­лю по­лоть, и Хаг­ри­ду бо­роду рас­че­сывать. Вот сей­час де­кан про­шипит ка­кую-ни­будь га­дость об уров­не ее ин­теллек­та и на этом все, про­щай вол­шебный мир. Ее гла­за на­пол­ня­ют­ся сле­зами, но про­фес­сор Снейп их уже не ви­дит. Он мол­ча по­кида­ет де­вичий ту­алет и ус­трем­ля­ет­ся к под­зе­мель­ям. Он не обо­рачи­ва­ет­ся, и так по­нят­но, что Гер­ми­она се­менит сле­дом. Дой­дя до зна­комо­го ту­пика, про­фес­сор ос­та­нав­ли­ва­ет­ся и за­меча­ет буд­ничным то­ном, слов­но со­об­ща­ет ей но­вый па­роль: - Мисс Грей­нджер, вам сто­ит по­думать над тем, ка­кую вы­году вы мо­жете из­влечь из се­год­няшне­го про­ис­шес­твия. И все. По­лы ман­тии ле­тят вверх, фак­ти­чес­ки хле­щут ее по ли­цу, и де­кан уже мчит­ся прочь, буд­то Зап­ретный лес ему на пят­ки нас­ту­па­ет. В гос­ти­ной пол­но на­роду. При ви­де ее шум на мгно­вение сти­ха­ет. За эту се­кун­ду спо­кой­ствия и ти­шины Гер­ми­она ус­пе­ва­ет сде­лать ша­га два, не боль­ше. Ос­та­ток пу­ти при­ходит­ся ид­ти, спо­тыка­ясь о нас­мешки и пу­та­ясь в злоб­ном ши­пении. - Жаль, что тролль те­бя не зад­рал, - это, ка­жет­ся, Пан­си. Мал­фоя не слыш­но. Пок­ру­тить го­ловой, по­ис­кать его взгля­дом. Нет, спа­сибо, не до это­го сей­час. Глав­ная за­дача - доб­рать­ся до спаль­ни. Опус­тить по­лог, прит­во­рить­ся спя­щей, на­конец-то по­думать. Как оно в дру­гих спаль­нях? Крас­ные што­ры у Гриф­финдо­ра? Или зо­лотые? А у Хафф­лпаф­фа... не­уже­ли жел­тые? С ума мож­но сой­ти. Зе­леный - ус­по­ка­ива­ет. Вот ты ле­жишь в зе­леном ко­коне и пред­став­ля­ешь что? Ле­то. Она в со­тый раз пе­речи­тыва­ет пись­мо из Хог­вар­тса и чувс­тву­ет - вот оно. Стоп­ро­цен­тное по­пада­ние, со­шед­ший­ся пазл, вы­ход из ла­бирин­та. Вне­зап­но она по­нима­ет, где ее мес­то, для че­го во­об­ще это все. Ви­зит про­фес­со­ра Мак­Го­нагалл, Ко­сой пе­ре­улок, плат­форма, по­езд - это не ожив­шая сказ­ка, но единс­твен­но под­линная, единс­твен­но воз­можная ре­аль­ность. Она впер­вые в жиз­ни бе­рет в ру­ки свою па­лоч­ку (третья по сче­ту из пред­ло­жен­ных Оли­ван­де­ром или чет­вертая?) и по­нима­ет, что вот сей­час, пря­мо сей­час все пра­виль­но. Она по­купа­ет столь­ко книг, сколь­ко спо­соб­на вып­ро­сить у ро­дите­лей, и чи­та­ет за­по­ем, впи­тыва­ет вол­шебный мир без ос­татка, пог­ру­жа­ет­ся це­ликом, не бо­ясь уто­нуть. Ее ох­ва­тыва­ет чувс­тво при­над­лежнос­ти к че­му-то боль­ше­му, она хо­чет быть частью это­го ми­ра, срас­тись с ним ко­жей, ни­ког­да не от­пускать. В спаль­не кто-то есть. Пан­си? Ме­лисен­та? Трей­си? Ни один ва­ри­ант не мо­жет выз­вать у нее ра­дость. Как она ока­залась сре­ди этих лю­дей? Она идет от ку­пе к ку­пе, ищет жа­бу. Ко­неч­но, это не то что бы под­виг, но кто-то же дол­жен по­мочь это­му нес­час­тно­му бал­бе­су? За оче­ред­ной дверью ока­зыва­ют­ся двое. Они на­зыва­ют свои име­на, и ее не­сет. - Мо­жешь не сом­не­вать­ся, я все о те­бе знаю. Я ку­пила нес­коль­ко книг, ко­торых не бы­ло в спис­ке... Она осоз­на­ет, что ве­дет се­бя глу­по, но прос­то не зна­ет, как ос­та­новить­ся: пе­ред ней маль­чик, про ко­торо­го пи­шут в книж­ках, ма­гия во пло­ти. Ей жиз­ненно не­об­хо­димо... нет, не пон­ра­вить­ся, прос­то на­ладить кон­такт. Как раз это­го она де­лать не уме­ет. Зе­леный по­лог поч­ти не про­пус­ка­ет свет, сла­бые бли­ки на плот­ной тка­ни, рос­сыпь звезд впе­ремеш­ку со звез­дной пылью. Как в Ту­ман­ности Ко­шачий глаз или... нет, боль­ше и не при­пом­нить. Фо­тог­ра­фии Хаб­бла бук­валь­но кри­чат об этом. Га­лак­ти­ки, скоп­ле­ния, гра­вита­ци­он­ные лин­зы - си­ние, крас­ные, жел­тые, зо­лотые, но не зе­леные, поч­ти ни­ког­да. В не­бе нет мес­та Сли­зери­ну, а ей нет мес­та здесь. Она хо­чет в Гриф­финдор, са­мо со­бой. По­копав­шись в се­бе, ре­ша­ет, что бла­городс­тво и сме­лость - в ней это есть, она это мо­жет, но Рас­пре­деля­ющая Шля­па ду­ма­ет ина­че. - Та­кая лю­бящая, та­кая вер­ная, та­кая от­ча­ян­ная. Гер­ми­она улы­ба­ет­ся. Она зна­ет, что за этим пос­ле­ду­ет. Или нет. - Сли­зерин! - вте­ка­ет ей в ухо мед­ленный яд, ку­да там от­цу Гам­ле­та. - Сли­зерин! - опу­тыва­ют ей но­ги не­навис­тные зву­ки. - Сли­зерин! - вяз­нут ап­ло­дис­менты в этом бо­лоте. Ее фа­куль­тет не хло­па­ет в ла­доши, не вык­ри­кива­ет при­ветс­твий, не ос­во­бож­да­ет ей мес­то, и она зна­ет, по­чему. Маль­чик-ко­торый-суть-са­ма-ма­гия по­пада­ет на Гриф­финдор, как и его ры­жий при­ятель, как и еще пять? шесть? че­ловек. Она смот­рит на их стол и чувс­тву­ет се­бя об­ма­нутой. Она дол­жна быть там, с ни­ми, там ее мес­то. Ей дос­та­ет наг­лости про­сить о пе­рево­де на сле­ду­ющий же день, и, о да, у нее есть для это­го по­вод. Да­же три по­вода - по од­но­му на каж­дую про­пав­шую па­ру ту­фель. Впро­чем, об этом она про­фес­со­ру Мак­Го­нагалл не со­об­ща­ет. Зам­ди­рек­то­ра под­жи­ма­ет гу­бы и ка­ча­ет го­ловой. - Мисс Грей­нджер, я уве­рена, вы смо­жете про­явить се­бя на лю­бом фа­куль­те­те. Ка­кая раз­ни­ца, где? Гер­ми­она то­же уве­рена: про­фес­сор врет. Но Гер­ми­она го­ворит спа­сибо и идет на сле­ду­ющее за­нятие: ну а что ей еще ос­та­ет­ся? Спаль­ня на­пол­ня­ет­ся людь­ми. Смех, гром­кие го­лоса. Они ду­ма­ют, что она спит, по­это­му и орут. Гер­ми­она дос­та­нет бе­руши из-под по­душ­ки. Кри­ки прев­ра­ща­ют­ся в рав­но­мер­ный гул, как на мо­ре, как в ле­су, как в ко­ридо­рах Хог­вар­тса пе­ред са­мым от­бо­ем. Из трех свит­ков ее до­маш­них за­даний они вы­реза­ли гир­лянду. Под­ве­сили над ее кро­ватью. Од­но-единс­твен­ное сло­во, на боль­шее там бы и не хва­тило: гряз­нокров­ка. Она в сле­зах мчит­ся по ко­ридо­ру в ка­бинет де­кана. Он так за­щища­ет сво­их по­допеч­ных, и ей ка­жет­ся, что мо­жет... Нет, ей толь­ко ка­жет­ся. Он мол­ча слу­ша­ет ее сбив­чи­вый рас­сказ со сво­им обыч­ным вы­раже­ни­ем ли­ца, слов­но ему не­выра­зимо скуч­но и, ве­ро­ят­но, нем­но­го про­тив­но. Под ко­нец она уже не по­нима­ет, за­чем приш­ла. Ни сло­ва со­чувс­твия, ни обод­ря­ющей улыб­ки. - Мисс Грей­нджер, по­ка вы та, кто вы есть, в гла­зах со­кур­сни­ков вы не зас­лу­жива­ете дру­гого об­ра­щения. Она все по­нима­ет. Гряз­нокров­ке не мес­то ря­дом с ни­ми, да­же ес­ли она его не вы­бира­ла. - Вы счи­та­ете, что мне луч­ше по­кинуть Хог­вартс? По­чему го­ворят, что сле­зы го­рячие? Сле­зы Гер­ми­оны хо­лод­ные, как лед. Они жа­лят ще­ки, она поч­ти чувс­тву­ет, как пок­ры­ва­ют­ся ине­ем рес­ни­цы. Сквозь мо­роз­ные узо­ры на ра­дуж­ке она ви­дит про­фес­со­ра Сней­па: вос­ко­вую мас­ку вмес­то ли­ца, чер­ные тон­не­ли вмес­то глаз. - Вам луч­ше оп­ре­делить­ся, че­го вы хо­тите. Она хо­чет учить­ся. Да­же ес­ли од­но­кур­сни­ки ее не вы­носят, да­же ес­ли де­кан не со­бира­ет­ся ее за­щищать. Они во­ру­ют ее обувь, за­лива­ют чер­ни­лами до­маш­нее за­дание и пы­та­ют­ся пор­тить зелья на уро­ках. Она пря­чет до­маш­ние за­дания в тай­ни­ках, бо­тин­ки и школь­ную фор­му - под по­душ­кой. Она си­дит на зад­ней пар­те, что­бы ник­то не до­тянул­ся до ее зе­лий, пер­га­мен­тов и сер­дца за­од­но. Она зак­ры­ва­ет гла­за. Под ве­ками тан­цу­ют се­реб­ря­ные змей­ки. Они по­сели­лись там вмес­то крас­ных то­чек спус­тя две не­дели в Хог­вар­тсе. Для че­го она здесь, под этим зе­леным по­логом, под этим Чер­ным Озе­ром, под этим не­выно­симым гне­том? - Не­чего пор­тить нам праз­дник, гряз­нокров­ка! Крэб и Гойл за­тал­ки­ва­ют ее в ту­алет для де­вочек по при­казу хо­зя­ина. Мал­фой ус­ме­ха­ет­ся, стря­хива­ет не­сущес­тву­ющие пы­лин­ки с ман­тии. - На­конец-то за сто­лом бу­дет чис­то. Она не мо­жет от­крыть дверь. Ало­хомо­ра ра­бота­ет, прос­то сна­ружи сто­ит что-то тя­желое, что там эти уваль­ни мог­ли при­тащить? На кри­ки ник­то не ре­аги­ру­ет. Ко­неч­но, все на праз­дни­ке в Боль­шом за­ле. Гер­ми­она расс­тро­ена, да­же зла. Впро­чем, на об­ратном пу­ти кто-ни­будь да за­метит прид­ви­нутый к две­ри ту­але­та... шкаф? Да, ве­ро­ят­но. А сей­час у нее есть учеб­ни­ки и до­маш­нее за­дание. Она при­нима­ет­ся за док­лад по тран­сфи­гура­ции. Вок­руг ти­хо и спо­кой­но. Гер­ми­оне поч­ти хо­рошо. До тех пор, по­ка тролль не сно­сит эту нес­час­тную дверь с пе­тель. Как убить трол­ля? Ин­сендио? Вин­гарди­ум Ле­ви­оса? Она не мо­жет ни­чего: ни тран­фи­гури­ровать его, ни ос­та­новить, ни ис­чезнуть са­мой. Она ду­ма­ет о ро­дите­лях, им бу­дет слож­но объ­яс­нить, по­чему в шко­ле ока­залось это чу­дови­ще. Гер­ми­она и са­ма не по­нима­ет, кто мог впус­тить трол­ля, за­чем ему это по­надо­билось? Она ум­рет, не по­лучив от­ве­тов. Ка­кой еще ад мож­но бы­ло бы для нее при­думать? Зе­леная вспыш­ка ос­ве­ща­ет ту­алет для де­вочек и тролль па­да­ет за­мер­тво. Про­фес­сор Снейп и про­фес­сор Мак­Го­нагалл сто­ят у вхо­да. "По­думай­те, ка­кую вы­году вы мо­жете из это­го из­влечь." И ка­кую? Что бы­ло бы, ес­ли бы она вы­дала Мал­фоя? Взыс­ка­ние? Сня­ли бы бал­лы? От­пра­вили бы к Хаг­ри­ду на от­ра­бот­ку? А ес­ли бы она рас­ска­зала еще? О том, что ее тра­вят, о том, что ей уг­ро­жа­ют? За неё бы вступились другие учителя? У Гермионы нет точных сведений на этот счет, но поведение профессора Снейпа - уже вполне показатель, так ведь? Никакого смысла в открытой конфронтации нет. Никакая МакГонагалл не поможет, если Малфой вышел на тропу войны. Какую выгоду вы можете извлечь. Возможно, декан действительно хотел ей помочь. Чем отличается эта выходка Малфоя от остальных? Так ли уж она отличается от остальных? Если рассказать постороннему... Ну конечно. Гермиона понимает, почему не додумалась до этого прежде. Шан­таж - это поч­ти убий­ство. В обо­их слу­ча­ях ты от­би­ра­ешь жизнь. От­би­ра­ешь сво­боду ре­шать, вы­бирать, быть са­мим со­бой. Гермиона разглядывает темноту под закрытыми веками. Ни зме­ек, ни звезд, ни бла­городс­тва, что­бы тер­петь из­де­ватель­ства, ни сме­лос­ти, что­бы мол­ча сно­сить по­бои. В Сли­зери­не це­нят­ся дру­гие ка­чес­тва.